ГЛАВА 35, · в которой разум уступает место сердцу

Мы приземлились на крыше старой башни, достопримечательности столицы. Когда-то она принадлежала ордену магов и была их местом, где заседал центр руководства. Последним главой этого ковена был маг Эпиштен. Одним из последствий его экспериментов и стала разрушившаяся башня.

После низложения Эпиштена башню восстановили, но народ еще слишком боялся магов, поэтому они какое-то время вели себя скромно и не отсвечивали. Башня стала городским имуществом и переходила из рук в руки. Побывала она и школой магии, и водонапорной башней, и гостиницей, и приютом.

Сейчас в ней расположился музей со смотровой площадкой наверху. В столице запретили строить здания выше башни, исключение — магическая академия и любые здания на территории королевской резиденции. Поэтому из ресторана на верхнем ярусе открывался прекрасный вид на столицу человеческого королевства.

Какое-то время Ашшур просто держал меня в крепких и уютных объятиях, усадив к себе на колени и прикрыв, как щитом, крыльями, и укачивал как маленького ребенка, пока я не успокоилась. А в его объятиях я почему-то успокоилась очень быстро.

Почувствовав это, он ослабил объятия и убрал крылья. Все же удивительно, как тонко он меня чувствует! Неужели драконы обладают телепатией или магией эмпатии?

Я с трудом отлепилась от его такой твердой и удобной груди.

— Как думаешь, что я опять наделала?

— Да ничего нового, — успокаивающе отмахнулся он. — Наверное, артефакты пробудила.

— Оживила, — поправила я, вздохнув. — Я же некромант.

— Ты маг жизни, Феечка. Хорошо — пробудила к жизни.

— Ты правда так считаешь? — обрадовалась я и даже улыбнулась.

— Конечно. — Он удивленно посмотрел на меня, словно изумившись даже самому факту сомнения.

— Дай я тебя за это поцелую! — воскликнула я на радостях и тут же смутилась. Спрятала пылающее лицо у него на груди.

— Обязательно, — хмыкнул он. — Ловлю на слове. Но попозже. А то, боюсь, одного благодарного поцелуя мне будет мало, и я увлекусь. А мне сначала тебя накормить надо. Вот подожду, пока ты успокоишься, спущусь в ресторан под крышей и принесу нам еды. Поужинаешь со мной?

Он наклонился ко мне, почти дотрагиваясь губами до макушки, во всяком случае, я почувствовала жар его дыхания, и от макушки разбежались в разные стороны волны мурашек.

— А как же… академия… последствия…

— Маги справятся с последствиями, не переживай. А ты со мной. Поэтому больше ни о чем не беспокойся. Вообще ни о чем не беспокойся, когда ты со мной, поняла?

Я кивнула ему все также куда-то в грудь, потому что не могла поднять головы. Боялась выдать эмоции. Так хорошо и тепло от его слов стало. Хотелось поверить и согласиться. Хотя бы на этот миг. На этот вечер. Пусть потом я останусь одна, приду в себя и разумно забуду его слова. Но сейчас и сегодня пусть разум оставит меня.

— Хорошо, — прошептал умиротворенно дракон и словно завибрировал.

Он пересадил меня на коленях спиной к себе. Окутал объятиями так, что я оказалась в кольце его крепких и сильных рук. Мы молча смотрели на раскинувшийся перед нами вид столицы. Светило готовилось к закату, краски приобретали розоватые и оранжевые оттенки.

— Ты вибрируешь, — упрекнула я его.

Ведь я и раньше слышала, но дракон делал вид, что это не он.

— Да, — просто сказал он и уткнулся мне в макушку лицом.

Из-за этого волны от его вибрации расходились от макушки по всей спине и телу. Ма-моч-ки… я не кошка и не умею мурлыкать, но, кажется, это не имеет значения, потому что сейчас я это сделаю… так хорошо, так спокойно, так уютно… мур-р…

— Тр-р… — тарахтел дракон.

Глаза мои начали слипаться. Хотя я только совсем недавно проснулась. Но очень много эмоций, много впечатлений и потрясений за один день. И всплесков магии.

— Феечка, котенок, — тихо позвал Ашшур, — давай я тебя сначала покормлю. А потом можно и спать, ладно?

Я разлепила веки и кивнула.

— Хочешь, спустимся вместе в ресторан и там поедим? — предложил дракон.

Я замотала головой. Нет, никого не хочу видеть.

— Я так и думал. Посидишь пару минут, не заснешь? Я быстро.

Я снова кивнула, энергично и уверенно. Зевнула, прикрыла глаза… Когда открыла, резко подняла голову и в сиянии ночного светила и звезд встретилась с ласковым взглядом Ашшура. Я спала у него на коленях, укутанная в плед и походу пуская слюни у него на груди. А он тихо вибрировал и гладил меня по голове.

— Богиня-мать, как мне стыдно, — зарылась я ему в мокрую рубашку в том месте, где была моя голова.

— Глупенькая, — ласково потрепал меня Ашшур по голове. — Еще никогда я не был так счастлив. Самый счастливый вечер в моей жизни.

— Это ты глупости говоришь, — упрекнула его я, хотя счастливо расплылась в улыбке. Но так, чтобы он не видел, конечно. — Что за счастье, держать спящую девицу в руках. Ноги затекли, наверное?

Я попыталась отодвинуться и слезть с его колен, но он ласково удержал.

— Фей, — позвал он меня.

Я подняла голову и встретилась с его глазами, в которых языки оранжевого пламени горели уютно и тепло.

— Что? — выдохнула я, завороженная лениво пляшущим пламенем.

— Пожалуйста, верь мне и не сомневайся в моих словах. Если я говорю, так и есть. Я никогда тебя не обману, верь мне на слово. Хорошо?

«Почему? Почему я должна верить тебе на слово?» — хотелось возмутиться моему разуму.

Но я решила в этот вечер слушать сердце и просто счастливо кивнула, снова от смущения и нахлынувших эмоций, уткнувшись ему в грудь. Переждала, пока сердце перестанет биться, как птица в клетке, и отодвинулась, вставая. Хотела дать размяться дракону и размяться самой.

Ашшур, аккуратно придерживая, помог мне подняться. Я заметила расставленную на расстеленной скатерти еду. Сглотнула и тут же схватилась за громко заурчавший живот.

— Держать тебя я не устал, а вот поддерживать еду в определенной температуре, ожидая твоего пробуждения, притомился, — хмыкнул дракон, заметив мою реакцию на еду, и чуть-чуть дохнул огнем, демонстрируя, как поддерживал заданную температуру.

Ашшур пригласил жестом к «столу», и я после потягушек уселась в позу «свитой лозы», как у нас называлась поза для медитации со скрещенными ногами.

— Приятного аппетита? Или как там правильно, приятного послевкусия?

Я озадаченно на него посмотрела, не понимая, о чем он. Ну да, так говорят у эльфов в ресторанах высокой кухни… но при чем тут это? Дракон между тем осекся, и на мгновение по лицу пробежала досада вперемешку с испугом.

— Я имею в виду, у эльфов так говорят. А судя по твоим волосам, в тебе есть кровь эльфов, я угадал? — выкрутился он и облегченно выдохнул.

— Есть, — кивнула я. — А еще орочья и гномья.

Я посмотрела на его реакцию. Лучше сразу узнать, не хотелось бы потом разочарований. Но Ашшур все так же тепло смотрел на меня.

— Прекрасное сочетание! Кто бы мог подумать, что все так органично сплетется в одной представительнице прекрасного пола, — подмигнул он мне.

Надо же, да он просто идеал!

— А говорили, что драконы очень высокомерны, — заметила я, с аппетитом поглощая содержимое горшочка с тушеными овощами, заедая пирожком в одной руке и ножкой птицы в другой. — А ты опровергаешь эти наговоры на вашу расу. Или ты исключение?

— Приятное, заметь, исключение, правда ведь? — Ашшур широко улыбнулся, наблюдая за моим аппетитом. — Драконы не высокомерны, они просто… замкнуты, скорее наблюдатели и созерцатели, чем активные участники событий. Сосредоточены на себе, так скажем, — вывернулся он.

— Ага, не склонны к общению, держат дистанцию от невероятной внутренней тактичности и, вообще, просто застенчивые и робкие, поэтому избегают общения с нами, шумными и навязчивыми, — поддела я его.

Ашшур, задрав голову, рассмеялся низким бархатистым смехом, от которого у меня опять пронеслись табунами мурашки, и в животе скрутился тугой узел. Так, надо отложить еду, может, это от того, что переела?

— Подловила. — Дракон улыбнулся и бросил такой горячий взгляд, что я поняла — дело все-таки не в еде. А внизу живота у меня закручивает обжигающие спирали что-то другое.

Смутившись, я отвела взгляд. А дракон, словно что-то почувствовав, тоже отвернулся. Потом кивнул на еду.

— Не буду тебя смущать… ты пока поешь, а я… сделаю кружок в небе… хочу… крылья размять, — проговорил он, сглатывая после каждого слова, что заполняло его речь паузами.

И тут же взметнулся в небо, распустив крылья, и стал недалеко нарезать круги.

Я пожала плечами, проводив взглядом дракона на третьем круге, и решила уделить внимание еде, как он мне и посоветовал.

Когда Ашшур спустился, я была сытая и довольная. Интересно, что дальше? Отнесет меня домой, то есть в академию? Я поежилась, мне что-то не хотелось.

— Замерзла? — тут же заботливо спросил Ашшур.

— Нет. Что мы будем делать дальше? — прямо спросила я.

Он улыбнулся.

— А что ты хочешь? Твое желание для меня закон. Если хочешь обратно в общежитие, я доставлю тебя в академию, — не очень оптимистично сказал он. — Но я бы хотел, чтобы мы провели эту ночь вдвоем. Хочу украсть тебя у всего света, унести в свою пещеру с золотом и там держать тебя и любоваться.

Ашшур так заразительно улыбнулся, что я не смогла сдержать ответной улыбки, хотя его слова и смутили немного.

— У тебя есть пещера с золотом? — только и спросила.

— У каждого уважающего себя дракона есть пещера с золотом, — отшутился он.

— А если серьезно? — заинтересованно спросила я.

Ашшур задумался.

— Драконы любят сокровища. Они привязываются к вещам и сородичам. Сокровищ может быть много и немного, но близких сердцу — мало. Семейные узы очень важны для драконов. Понимаешь, драконы любят полет, поэтому им важно, чтобы было к кому и куда возвращаться.

Он замолчал, выцедив эту информацию из себя.

— Спасибо, — выдохнула я.

— За что? — удивился он.

— За то, что делишься со мной. Я вижу, тебе это дается нелегко.

— Да, я не привык. — Он смущенно улыбнулся. — Но от тебя у меня нет и не может быть секретов. Я расскажу тебе все, что ты хочешь. Но мое предложение побывать у нас в гостях остается в силе. Я с каждым днем хочу все больше и больше, чтобы ты увидела Гряду Драконов своими глазами. Но сначала тебе надо обуздать свою магию.

Ашшур лукаво мне улыбнулся.

— А то мои сородичи нервно отреагируют на твои внезапные скачки магии. — Он хохотнул своим мыслям.

— Суровые у тебя родственники? — улыбнувшись, спросила я.

— Разные. Моих тебе опасаться точно не стоит. Но у меня есть… Враги — это слишком громко будет сказано… Скажем так — недоброжелатели. Которые ждут любого удачного повода высказать свое недовольство и обвинить лишь бы в чем.

— Я не хочу стать причиной этого, — помотала я головой.

— Ох, Фейка! — Алое пламя выразительно взметнулось в глазах дракона. — Моя маленькая отважная девочка, — провибрировал нежно-бархатисто он, — да становись ты причиной чего угодно, хоть конца света, мне все равно…

Он приблизился ко мне сам и подвинул меня к себе так, что я оказалась прижатой к нему, лицом к лицу. Обнял одной рукой, прихватив за талию, второй нежно убрал спутавшиеся пряди с лица, провел полбу, брови, погладил по щеке, очертил подбородок и потянул к себе. Приблизил свое лицо для поцелуя.