ГЛАВА 7, · в которой исправляются последствия одних каверз и готовятся другие

Под влиянием эмоций я совсем забыла о сюрпризе, который приготовила для брата с Кайлом. И он сработал. Только после истории с зеркалом я уже не собиралась устраивать никаких проделок. Да ну к тхэру. Но, бегая из кабинета к зеркалу в холле, я держала артефакт в руках, а потом забыла про него и где-то оставила.

Мне только удалось заснуть, после того как я накрутила себя по поводу противного дракона, как раздался шум в холле, будто кто-то упал (и я тут точно ни при чем!), и противный голос на весь дом произнес:

— Васим Мибалмарр сказал нехорошее слово! Ай-ай-ай, Васим, сегодня ты будешь наказан.

Снова шум и голос на весь дом:

— Кайл Йоргойсейн сказал нехорошее слово! Ай-ай-ай, Кайл, сегодня ты будешь наказан.

Я вскочила с кровати. Ох, да что ж такое!

— Васим Мибалмарр грозится убить Фейку! Ай-ай-ай, как кровожадно, Васим! Кажется, кому-то надо спасаться!

— Ох, кувалда крепкая, кирка свирепая, — прошептала я про себя поговорку дедушки гнома. Стоит последовать совету. Я скорее задвинула дверь секретером, надела на себя первое, что попалось, и открыла окно.

— Кайл Йоргойсейн считает этот дом сумасшедшим! Поздравляем, Кайл, вы тоже в нем живете!

Шаги по лестнице громыхали, как мое сердце.

— Убью!

Рык Васима доносился уже из-за моей двери, а я еще только вылезала в окно. Наконец чудом спустившись и ничего не повредив, я бегом отправилась на квартиру Алеоры. Благо у меня давно имелся запасной ключ от нее. На случай непредвиденных ситуаций. И она наступила.

Разбудили меня безостановочные сигналы разрывавшегося кристалла связи.

— Кому и что от меня надо? — буркнула я.

— Феечка, а ты где? — заискивающе спросил братец.

И это напрягло меня больше, чем если бы брат рвал и метал.

— А что? — настороженно поинтересовалась я.

— Фейка, будь другом, отключи артефакт, прошу.

Я зевнула.

— А-о-ах… А сам чего не отключишь?

— Не могу, — простонал он. — Умоляю-у. Никакой жизни от него нет.

— А что мне за это будет? — включилась гномья сущность.

— Я тебе ничего не сделаю, — пообещал брат. — И даже не отомщу.

— Мне мало.

— Фей, ну я от имени всех прошу. Папа пока смеется, но скоро начнет злиться. Тогда тебе мало не покажется.

— Ну, если вы втроем артефакт заткнуть не можете, по-твоему, меня запугивать и шантажировать — это удачная мысль?

— Хорошо, чего ты хочешь? — процедил Васим.

— Всего лишь настроенный поисковик. Мне надо знать, в каком месте будет ужинать один субъект.

— Ладно, — нехотя согласился Васим. — Есть какая-то вещь этого субъекта, чтобы поисковик настроить?

— Нет, но к вечеру будет.

— Поспеши домой, — бросил на прощанье брат.

Ладно, домой так домой. Знать бы еще, как этот тхэров артефакт отключить. Надеюсь, я смогу. И не произойдет как с зеркалом. Что-то с магией моей не то, надо папе повиниться все-таки. Не хочу, чтоб сюрпризом для него получилось, неприятные новости лучше преподносить первой. Меньше огребешь. Да и сама бы предпочитала такое поведение от близких. Особенно после выходки Кантора и Янтара.

Связавшись с Алеорой и предупредив о планах на день, чтобы была готова, отправилась домой. Брат прямо на пороге всучил мне артефакт.

— Дочь, ты завтракала? — спросил встретивший меня папа.

— Завтракала ли ты перед смертью, Досифея? — замогильным голосом спросил артефакт.

— Нет, — ответила я.

— Перед смертью не надышишься, — перевел артефакт.

— Тогда предлагаю поесть, потом заняться делом. — Папа повел меня в столовую.

— Достойно встреть судьбу свою, за завтраком я смерть найду, — плаксивым голосом пожаловался артефакт.

— Нет, пан, лучше сейчас, — сказала я.

— Не надо ждать подставы, раскрытия секретов славы, — многозначительно прокомментировал артефакт.

Умняшка на мою голову. Даже жаль ломать. Я попробовала отменить нанесенное заклинание.

— Скажи плохое слово, — попросила я Васима.

Тот покосился на отца, произнес. И — о чудо! никаких комментариев. Надо же, получилось с первого раза.

— Ну вот, — обрадовалась я, но поймала убийственный взгляд братца и присмирела.

— Прошу, — пригласил пана всех за стол.

— Пап, надо потом поговорить, — попросила я. — Наедине.

Папа подозрительно посмотрел, тяжело вздохнул, как будто предчувствуя неприятности.

Нет, ну почему чуть что, так сразу?

Хотя так ведь и есть.

Я тоже тяжело вздохнула и принялась гонять салат по тарелке.

— Вы слышали, что ночью творилось? — после того как отдали должное еде, встрепенулся подобревший и приободрившийся Васим.

— Что? — спросил папа.

— Зеркала в Бекигенге с ума посходили! Вдруг стали как подглядки работать. Вместо отражения показывали, что хотели.

Я заерзала и еще ниже опустила голову, увлекшись салатом так, словно ничего интереснее горошка сто лет не видела. Папа же бросил на меня пристальный взгляд.

— Да? Как интересно! — заметил он. — И как же такое случилось?

— Никто не знает. Какое-то время мы наблюдали интересные картинки. — Васим и Кайл весело переглянулись. — А потом все исчезло, как ни бывало. Народ весь шумит, какие только слухи теперь не ползут по городу. Говорят, полгорода таким образом узнали об изменах своих супругов. Теперь в Бекигенге скандалов на месяц хватит.

— Как хорошо, что мы все спали в это время, да, Досифея? — пронзил меня взглядом папенька.

— Наверное. — Я пожала плечами, не горя желанием развивать за столом эту тему. — А вы что видели в зеркале? — перевела разговор на парней.

— Нашу академию. — Парни заговорщицки переглянулись.

— И что там было интересного, раз зеркало решило вам показать? — не отставала я.

— Да так… — Васим пожал плечами. — А потом приперлись Янтар с Кантором, и зеркало переключилось… на тебя, — скривился брат.

Я поперхнулась взятым наконец в рот горошком.

— На меня? — Я подняла глаза от тарелки.

— Угу. Слишком многие в комнате, наверное, хотели тебя увидеть, — посмеялся брат, лукаво косясь в сторону смущенного Кайла.

— И что вы там увидели? — осторожно спросила я.

— Как ты носилась по дому из кабинета отца в холл и обратно. А потом зеркало отрубилось, — хмыкнул Васим.

Папа теперь буравил меня тяжелым взглядом. Открыл рот, но я не дала ему сказать. Звонким голосом воскликнула:

— А что, Янтар уже вернулся? Не знала. Надо с ним встретиться.

Я еще болтала что-то глупое и бессвязное, пока не закончился завтрак.

— Папа, пойдем в кабинет? — когда пана допил кофе, предложила я.

— Пойдем, — вздохнул папа.

В кабинете я подвела его к зеркалу и рассказала все как есть, кроме того, что видела в зеркале я. Папа внимательно выслушал.

— Доченька ты моя, какие же вы с Васимом у меня…

— Умные? Талантливые? Творческие? — подсказала я.

— И это тоже… — снова тяжело вздохнув, папа погладил меня по голове.

Заинтересовался зеркалом. Осмотрел его со всех сторон магическим зрением.

— Досифея! Это необыкновенно! Оно действительно ожило! — воскликнул папа и обернулся ко мне: — Еще раз, что ты сделала?

— Да ничего такого, — развела я руками и повторила рассказ с начала.

— Ну надо же! — восклицал папа, присматриваясь во время моего рассказа к зеркалу.

В конце концов, он меня отпустил с миром, сказав, что ему надо посоветоваться с коллегой.

— Папа, — заканючила я. — Если в Бекигенге узнают, что я — причина ночного безобразия, меня четвертуют.

— Не волнуйся, малышка, мой коллега из столицы. И он умеет держать язык за зубами.

На том и расстались. Когда я закрывала дверь, папа говорил под нос, изучая зеркало:

— Нет, ну гении же! Их бы энергию да в мирное русло…

Но в мирное русло направлять энергию мне было пока рано. Я еще одному ящеру не отомстила.

Алеора ждала меня у дома, как договорились.

— Пирог купила? — спросила я с порога.

Алеора молча вытянула руки с коробкой, в которой был фирменный морсеронский мясной пирог из лучшей таверны Бекигенга. Я подняла большой палец вверх, показывая одобрение.

— Классно выглядишь! — хихикнула подружка.

Да, для похода в участок я постаралась на славу. Я кукла? Не будем разочаровывать дракончика цвета содержимого канализационной трубы. Нарядное, розовое в клеточку платье с пышной юбкой придавало мне кукольный вид, как и хотел дракоша. Чтобы усилить эффект, я надела на белые носочки розовенькие туфельки в детском стиле. Завила волосы в идеальные локоны, скрепив заколкой с бантиком. Намазюкала ресницы погуще и нанесла самый блескучий блеск на губки.

Нацепила на лицо идиотское выражение и гордо пошагала летящей походкой на встречу с тем, кого собиралась сразить своим видом. До сердечного приступа.

Когда мы вышагивали по улице города до участка, заслуженно ловили на себе восхищенные взгляды всех встреченных мужчин.

Горделиво внесла себя в участок, вызвав ступор и онемение всех стражей. Кроме одного, естественно. Я несла вовремя всунутый мне в руки пирог по направлению к Дрейку, а навстречу мне шло будущее драконье чучело.

— А, Дуся, — поприветствовало оно меня. — Какая радость, что я ухожу.

Дракон козырнул мне и, насвистывая мелодию, прошел мимо.

Я, как положено кукле, мило похлопала глазами с ресницами, закрывавшими мне видимость наполовину, и с положенной кукле милой улыбкой сказала:

— А, Ашер-ящер… Какая радость, что вы уже уходите. Диру Дрейку достанется больше морсеронского пирога. А то я переживала, что вы все слопаете.

Я с улыбкой прошествовала дальше, не оборачиваясь. Дракон же оцепенел от моей наглости и решил задержаться.

— Дорогой дир Дрейк, решила напомнить вам о нашем совместном ужине, позаботившись о вашем обеде. — Я поставила перед ним коробку с пирогом.

Дрейк удивленно на меня посмотрел и сглотнул. Запах из коробки шел изумительный. Около стола Дрейка, вытягивая шею, оказался дежурный страж, тот, кого я видела в зеркале.

— А то вы все в трудах да заботах. Кто позаботится о вас? И хочу точно знать, что вы не забыли об ужине.

Хотела открыть ему коробку, но не успела. Наглый драконище влез вперед меня, открыл и подхватил огромный кусок. Запихнул себе в пасть, прожевал, громко чавкая, взял второй, подмигнул мне и пошел на выход.

Ну и ну!

— У всех драконов такие манеры, интересно? — сдержанно задала я вопрос в воздух.

Но мне соизволили ответить перед выходом:

— Не старайся, Дуся, ты меня уже выставила дикарем. Не могу сказать, что рад встрече, но пирог был вкусным. Хоть в этом ты разбираешься.

Двадцать пять имен последовали за вышедшим за дверь хозяином, а Дрейк, желая загладить неловкость за поведение начальника, рассыпался в комплиментах. Пока я его отвлекала, Алеора крутилась у стола ящера, чтобы взять любую вещь, которой касался дракон.

— Ну что? — когда мы вышли из участка, спросила я.

Алеора показала сложенный листок.

— Ты уверена, что он его трогал? — засомневалась я.

— Да, это черновик из корзины. Он наделал тут ошибок и выкинул его в урну.

Она показала мне заляпанный многочисленными перечеркиваниями листок.

— Он еще и безграмотный, — презрительно хмыкнула я.

Ему не стражем, ему дворником идти работать. Неудивительно, что его сослали в нашу глухомань. Где бы такого работника стерпели.