Глава 9. Обвал

– Нужен охранник, – выдал Нокард медленно повернувшемуся к нам серенькому. Этот явно отличался от остальных. Помимо шнура через плечо, странно напоминавшего связанные между собой хвосты и хвостики, у него были просто выдающиеся клыки. В прямом смысле. Нижние клыки выдавались вперёд и выходили за губу очень далеко.

– Кру-у-у-уто, – протянула я, рассматривая саблезубого тролля. – И мне нужен конкретный охранник. Огласите весь список, то есть –  покажите всех.

– В казармы, – приказал-перевёл Конрад.

– Пожалуйста, – добавила я, заслужив от тролля взгляд исподлобья. Или откуда-то там из-под.

Так же молча развернувшись, тролль неторопливо двинулся в ближайший «кисель». Ням-ням. Фух, забыла глаза закрыть, пришлось проморгаться, но в этот раз получилось быстрее. Видать, привыкаю.

– Юля, а ты умеешь их различать? – тихо на ухо уточнил Конрад.

– Без понятия. А что, спросить, кто есть кто, нельзя?

На меня взглянули как на маленькое неразумное дитя, даже немножко с жалостью. Ну и ладно, потому что в следующий момент мы, с пинка в дверь (в исполнении клыкастого), вошли в комнату, наполненную серенькими. И если до нашего появления они занимались кто чем (кто в ухе ковырял, кто в зубах), то стоило саблезубу тихо рыкнуть, выстроились в две линии. Классно! Я тоже так хочу!

– Ну, выбирай, – кивнул мне Конрад. У младшего от интереса ко всей ситуации даже тени поуменьшились. Старшенький держался более ровно.

Итак, передо мной, все как на подбор, пара десятков сереньких и с ними дядька-саблезуб. Причём как на подбор – это в прямом смысле. Все серенькие были какие-то… ну чего скрывать – крайне одинаковые. Молчаливые серые горы, коротко стриженые, в одинаковой униформе, глядящие куда-то в собственную даль. Кажется, я понимаю, почему саблезуб стал командиром. Его хоть как-то из этой массы можно было выделить, помимо хвостиков через плечо.

– Мне нужен тот, что водил меня вчера, – выдала я. А в ответ тишина. Я прищурилась. В тот момент я просто не задумывалась, что здесь может не быть «моего» серенького. Ну мало ли, выходной у него, или ещё кого водит по коридорам.

– Вот, значит, как… ну что ж, – я встряхнулась, вынуждая недовольных драконов отпустить меня, и подошла к первой горе. М-да, прыгать, чтобы рассмотреть глаза я долго буду. А скалолазание, к сожалению, не входило в круг моих интересов до сих пор. Просить каждого наклониться? Долго. И не уверена, что послушают. Что делать?

Заложив руки за спину, я шла мимо первого ряда, напевая под нос надоедливую песенку:

– Я узнаю тебя из тысячи, по рукам, по глазам, по го-ло-су-у-у…

Что я помню о сереньком, кроме цвета глаз? Да можно сказать, ничего! Голос, я так поняла, они не подадут, да и он тоже может быть как клонированный. Я прошла во второй ряд, теребя свою память. Единственное чёткое ощущение, что рядом с сереньким мне было спокойно. Вот прямо с первого момента, как я схватила его… Ага! Я резко остановилась, а потом обошла второй ряд со спины.

– Вот, вот он мой! – заверещала я. – У него бицепс под мою руку выдавился!

А сама зорко бдила. Есть! Второй ряд четвертый справа. Лишь мелкое передёргивание плеч и попытка убрать «выдающую» руку.

– Попался! – я повисла на ставшими какими-то родными бицепсе, трицепсе и всём прочем. – Мой! – довольно проурчала, будто изловив добычу. Блин, я что теперь, эту драконовость из себя не выселю?! А, к чертям. – Мой-мой-мой! Беру его!

М-да, возможно, завтра я пожалею о своём поведении, потому что даже флегматичное лицо скалозуба как-то вытянулось. Но это завтра, а сейчас – заверните мне этого!

Конрад смотрел на мое представление, высоко приподняв брови. И явно сомневался в моей нормальности. Нокард хмурился и смотрел раздражённо на моего серенького. А мне было просто хо-ро-шо.

От недовольного старшенького мой серенький получил чётко выверенный приказ – защищать ценой жизни и следовать везде-везде за мной. И проводить в учебную для студентов. Не знаю, как Нокард проверил, что команда поступила в управляющий центр мозга серенького (а я уверена, что проверил), но удовлетворённо кивнул.

Конрад сорвался первым, почувствовав свободу от моего сопровождения. Правда, перед этим он быстро чмокнул меня куда-то в шею.

– Засранец! – Как же я люблю весь мир! Даже это слово прозвучало ласковым комплиментом.

Нокард хмыкнул и нежно провел тыльной стороной ладони по моей щеке. Молча, но так смотрел на меня, что защемило сердце. Хочу.. хочу с ним… Я не успела до конца сформировать мысль. Дракон-старший жёстко глянул на серенького и тоже унёсся прочь, утаскивая за собой и огромные тени, и жар, и… кажется, часть меня.

Я вздохнула, почувствовав, что без своих драконов – как будто замёрзла. И пусть мир прекрасен, но как-то одиноко. А ещё розовый всё-таки бесит.

– Ладно, – я встрепенулась. Хотя бы серенький остался со мной. – Пойдем в учебку, веди меня, мой конвоир.

Скучно у них тут в казармах. Пяток грубых столов с лавками – всё официальное развлечение в комнате. Хорошо, хоть стены не розовые, а тёмно-серые. Мимикрировать сереньким на этом фоне прекрасно. А ещё – прятать под стол в специальные выемки стаканчики с кубиками и какие-то фишки. И карты, такого же жизнерадостно серого цвета. Ага, я всё заметила со своего места из-за спин, но промолчала. Пока.

Я довольно пожамкала твёрдый, как скала, бицепс. Кайф-то какой. Никогда раньше не наблюдала за собой такого стремления к прикосновениям. Да, любила приятные ткани, раздражали соринки под голыми ступнями, но чтобы вот так, маниакально всё трогать…

– Какой же ты кла-а-асный, – я не удержалась и потёрлась щекой о серенького. Тот вздрогнул и сбился с шага, а я хихикнула. Такой весь прохладный и гладкий, но там, где я его касалась, становился теплее. – Кстати, спасибо тебе за всё. Вот прям за всё-за всё! Без тебя я бы в блоках… может быть, и выжила, но явно изменилась бы.

И мне не важно, что он промолчал в ответ. Главное, что он знает.

Постепенно меня отпускало чувство безудержной эйфории. Мир начинал приобретать более чёткие очертания, без ореола имбецильного восторга. И я стала замечать, как странно косятся на нас с сереньким. Особенно, чем ближе мы подходили к учебке. Эльфы просто провожали задумчивым взглядом, а остальные  – в меру эмоциональности характера. Кто-то, успевший познакомиться со мной после спарринга, слабенько махал рукой в знак приветствия, но не подходил. Даже разговоры стихали с нашим приближением.

Я не удержалась и погладила ладошкой руку серенького, на которой до сих пор довольно висела. Может, всё вокруг ему и было неважно, но я почувствовала лёгкую дрожь под своей рукой.

– Что возьмёшь с ограниченных своим миром личностей, – произнесла я в никуда, пожав плечами.

Драконы не обманули – путь до учебки оказался неблизкий. И вот странно, нигде не было окон. Мы переходили из коридора в коридор, менялись цвета, существа вокруг, форма ступеней, дверей и высота потолков, яркость освещения, а вот окон – ни одного. Я заметила даже пару чахлых кустиков в кадках и просто странные вазы. А такого банального элемента декора, как окно – не было.

И вот коридор, восхитивший меня не только высотой потолков, но и какой-то гулкой, благоговейной тишиной. И только наши шаги. Ну как, шаги: мой топот и тихий шорох серенького по гладкому, без единой соринки или трещины, полу. Ни одного украшения на стенах, равномерный бежевый цвет, с каждым шагом набиравший яркость. В итоге тёмно- коричневый, он слился с такого же цвета дверями, которые я не решилась толкнуть из уважения к их массивности. И вообще…

Хорошо, что серенький таких проблем не испытывал. Одной рукой, буквально одним пальцем (а больше бы и не вошло), подцепил витую ручку и потянул. Причём сначала сам быстро заглянул в помещение и только потом пропустил меня. Ты ж моя охранная прелесть! Но серую руку пришлось отпустить. Хитрец. Но я хитрее. Отступила в сторону, дождалась своей серой скалы и снова повисла обезьянкой (или горной белочкой?). Ну а что, так и рассматривать всё удобнее – не спотыкнусь. Хотя уже не уверена.

Помещение было большим. Нет, не так. Оно было огромным! Высокие потолки тут казались ещё выше, а стеллажи с книгами тянулись просто бесконечно. По крайней мере, я не удивлюсь, если где-то за первым же поворотом скрывался лабиринт, с телами так и не выбравшихся из царства знаний существ. Хотя персонал же должен следить за порядком. Наверняка тельца прибрали, как только их стало можно найти по запаху.

А ещё тут показывали прекрасное немое кино. Вдоль прохода с двух сторон тянулись столы, за которыми сидели, писали, открывали рты и махали конечностями (да-да, опять, помимо рук и ног – хвосты, крылья, копыта и прочие щупальца) разные существа. А вот звука – ни единого. Потому что – что? Правильно – тишина должна быть в библиотеке! То есть, в учебке. Кстати, стало понятно, почему именно учебка – существа были разной степени юности, начиная с откровенно подростковой. Нет, были и возрастные кадры, но те сидели, зарывшись в бумаги, даже внешне тихонько. А вот стоило нам с сереньким пройти, как всё кино ставилось на паузу и начинало смотреть нас. Интересно, а звук снаружи проходит? Едва удержалась проверить и посоветовать рогатому пареньку прикрыть рот, чтобы клыки не проветривал. Хорошо ещё, я была теперь крайне флегматична, и не тянуло потрогать пёрышки и ушки. А то с таким помощником, как мой серенький, мне не смогли бы отказать.

Пока я осматривалась вокруг, мы подошли к самой неожиданной в библиотеке (тьфу, то есть учебке) вещи. Вот кто бы мог ожидать увидеть тут бассейн?! Я – так точно не могла. Пожалуй, если бы серенький меня не тормознул, я бы так и ступила вперёд, не ожидая подвоха. Гладкий бежевый пол перешёл в такую же гладкую  поверхность воды. Я таки сунула кончик ботинка в бассейн. Пошли ровные круги. И ответное возмущение:

– Кто тут воду баламутит?!

Эм-м… а мне ещё говорили, что нельзя читать в ванне. А в бассейне, значит, можно? По крайней мере русалка, возлежащая в воде, сначала послюнявила палец и перевернула страницу, а потом посмотрела на меня поверх очков.

– Здрасти, – выдала я, до сих пор не понимая, как реагировать на происходящее. Вода была такой прозрачности, что я чётко видела гладкий, блестящий чешуей хвост. При этом пол и стенки бассейна окрашены в те же цвета, что и основной пол, поэтому казалось, что русалка болтается в воздухе в яме, преломляясь на уровне пояса, как ложка в стакане с водой. И общий вид такой, что я начала задумываться – точно ли все сюда приходят за знаниями? Или кто-то ради посмотреть? Чёрный строгий хвост переходил в узкую талию, затянутую какими-то ремешками. Ещё выше белая блузка, застёгнутая под самое горло. Строгие очки в тёмной оправе и не менее строгая причёска собранных в пучок зеленоватых волос. Эдакая училка-русалка (ручилка? учалка? учисалка?). Но не забываем, что дело происходит в воде, а значит что? Ткань рубашки намокла, облепляя все верхние части тела довольно подробно, превращая образ во влажную мечту старшеклассника. Прям буквально.

Это чтоб юноши тянулись к знаниям?

– Имя и запрос, – в приказном тоне потребовала русалка.

– Юля. А можно три желания? – не задумываясь, выдала я.

Или это у золотой рыбки было? Хотя не важно, виды передо мной сами напрашивались на соответствующие фантазии.

– Ничего себе запросы, – фыркнула русалка. Она вынула из пучка волос карандаш и вложила его в книгу вместо закладки. Отложив чтение на бортик, поближе к окружавшим бассейн книжным стеллажам, русалка подплыла ко мне. Вода подняла тело водоплавающей (или земноводной?) на уровень с моими глазами. Вот прям как удобное креслице.

– Новенькая, значит. Шутница.

Я пожала плечами, едва удерживая в голове кучу вопросов, чтобы ненароком не просыпались. Как туфли на хвост натягивать? А как русалка уходит с работы? Да ладно уходит, как она нужную литературу достает? А она пьёт воду, в которой плавает? А топит там должников? Хм, тпру, долго перечислять. Я, вообще-то, пришла за знаниями. А кто их тут раздаёт – не мое юлячье дело. Но не удержалась.

– Как водичка?

– Хочешь проверить? – Улыбка у русалки оказалась просто прелестная. Я бы сказала – убойнейшая. Острозубая, как у акулы. Сразу отпали вопросы о вегетарианском питании, куда пропадают те, кто портит книги, и температуре воды.

– Эм, нет. Простите. Немного денёк странный, – я почесала нос, пытаясь вспомнить, зачем я пришла в бассейн. А, блин, в учебку же! – Мне нужен справочник по всем мирам.

– Краткий или многотомник? – уточнила русалка.

– Краткий пока. А ещё справочник, тоже краткий, по всем расам и… – и тут я вспомнила, что примерный список у меня был на бумажке. Радостная, достала из нагрудного кармашка многострадальную записульку. Во-о-от, ну другое же дело. Перечисление пошло веселее. И ведь русалка просто кивала, но ничего не записывала. Я нерешительно остановилась на десятом пункте. Дальше пошли совсем абстрактные вопросы, требующие уточнений.

– Тебе что-нибудь взять почитать? – спросила я в сторону серого бицепса. Выше задирать голову не рискнула – боялась упустить, когда русалка пойдёт за моими книгами.

– Нет, – пророкотал мне обвал в горах. Ну и ладно, что-нибудь из моего полистает.

И вот тут я поняла, что очки – многофункциональная штука. Глаза русалки, до этого сохранявшие флегматичное, я бы даже сказала – рыбье – выражение, резко расширились и теперь стёкла окуляров выполняли удерживающую от выпадения глазных яблок функцию.

Сзади нас что-то шлёпнулась. Видать, кто-то заинтересованный выбрался из своего пузыря тишины. И очков не носил.

– У нас всё, – возвестила я. Ну правда, очень хочу увидеть, как хвост в ноги превращается. До этого я только в диснеевском мультике такое наблюдала, и то, в обмен на голос.

А вот и ничего такого я не рассмотрела! Потому что из воды вытянулись прозрачные жгуты, растягиваясь во все стороны, как щупальца спрута. И через мгновение перед носом у меня висела первая книга. «Краткая история создания «Союза двадцати (допущено цензурой)». Прям, здравствуй, Советский Союз и история партии. Я едва успела прочитать название и подставить руки, чтобы том не плюхнулся в бассейн. Кстати, обложка оказалась сухая. Я специально пощупала, пока сверху не свалилось следующее,   судя по весу – полное, издание. Прокряхтев про ностальгию о большой советской энциклопедии, я неожиданно почувствовала, что вес из рук исчез. Не успела возмутиться, как поняла, что это серенький перехватил груз знаний.

– Спасибо, – поблагодарила я своего незаменимого помощника. И следующую книжку щупальце едва не уронило. Хотя уронило бы, если бы не серенький. Вот невероятно, как он такой большой двигается столь быстро и бесшумно! Дальше стопка книг росла аккуратно и быстро. Ого. Если бы не мой личный тролль, меня бы просто придавило знаниями.

Когда тоненькая брошюрка легла сверху, явно завершая запрос (потому что водяные щупальца осыпались с лёгким перезвоном обратно в бассейн, ну прямо как моя микроволновка дзинькнула), я уже высмотрела нам свободный стол. Правда, он оказался со всех сторон окружен кадрами из немого фэнтезийного кино, стоявшим на паузе, но что поделаешь. Делала же я раньше уроки под телевизор.

Русалку, проводившую нас крайне задумчивым взглядом, я тоже поблагодарила. Ну а что, чую, мне здесь часто появляться придётся, пока выберусь, пусть привыкает.

Я чётко ощутила, как мы прошли полог тишины. Будто от погружения под воду заложило уши. Я невольно потрясла головой и едва удержалась, чтобы не попрыгать на одной ноге, наклонив голову. В бассейне меня учили, что жидкости в ушах делать нечего.

Книги на стол серенький опустил аккуратно. И встал позади, продолжая нести охранную функцию. А меня аж всю передёрнуло. Ну не могу я читать, когда кто-то нависает за спиной.

– Мы здесь, похоже, надолго, садись, – предложила я, поворачиваясь на стуле к серому. Ноль реакции. Я вздохнула. Приказывать что-то не хотелось. Пойдём другим путём. – Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста. Ну се-е-еренький. Кстати, тебя не оскорбляет, что я так тебя зову? Какое у тебя настоящее имя?

Лучше бы я не спрашивала. Кажется, где-то совершился сход лавины. По крайней мере ответ серенького именно так  и прозвучал, простучав по голове каменными глыбами.

– Длинновато. – Под усмешку серенького я мизинцем поковырялась в ухе, пытаясь вытряхнуть оттуда явно застрявшие после камнепада осколки. По крайней мере, в мозгу до сих пор что-то дробно перекатывалось. – Давай, я тебя коротенько Обвал буду звать?

Возражений не поступило, а молчание – знак согласия. Ага. Только не со всем. Пришлось пересесть, чтобы оказаться лицом к так и не присевшему троллю. И вот только после этого он опустился на мой бывший стул. Крепкие стулья в этой учебке, прям на все расы! Молодцы.

– Спасибо, – с искренней благодарностью улыбнулась я свеженазванному Обвалу. – Ты бери там, если что тебе интересно, – указала я на стопку книг, а сама, пробежав взглядом по корешкам, вытащила в первую очередь справочник по мирам. Итак, Земля, я начинаю путь к тебе.

Спустя час или сколько-то там времени (часики-то я простые так и не получила, надо припомнить дракону. То есть напомнить), я уже не была уверена, что продвинулась в своём пути хоть на волосок. Информации о нашем мире я не нашла. По крайней мере, в том, что смогла пролистать по диагонали. Да-а-а, это вам не Гугл. И не Википедия с краткими выжимками и ссылками к источникам.

Чтобы проплыть по разлитой авторами воде, требовалась лодка. Или русалка. К тому же крайне замысловатая взаимосвязь миров потребовала много времени на её осмысление. Не зря в личном деле Амалии было накручено столько вокруг её места жительства. Оказалось, что все миры (по крайней мере, входящие в двадцатку объединения и их «подшефные») пересекаются друг с другом, но не просто по прямой, а завязываясь в замысловатое плетение. То есть, например, чтобы попасть из мира А в мир Б, может быть, придётся посетить мир В и конкретную точку  Г, а можно – пройти через Д, Е и планету Ж. А то и через весь алфавит.

Чем более похожи миры, тем ближе они друг к другу на энергетических нитях взаимосвязи. Многие названия стран, а то и миров, из-за ассимиляции совпадали, и, чтобы не перепутать, кто где, создавали образную карту пересечений. К тому же, ещё введены всяческие классификации: по составу магии, уровню развития населения, размеру исследованного пространства, вмешательства высших существ и т.д., иногда противоречащие сами себе.

Ощутила себя вновь в институте, за изучением экономики социалистических предприятий. Нечто, полностью оторванное от реальности и с полным отсутствием логики. Это потом уже, проходя практику на производстве, узнала, что все основные показатели шли под грифом секретности, итоговые цифры – под двумя, а публикуемая статистика – целиком выдуманная реальность. Вот и тут явно кто-то не довесил информации или перепрятал концы. Потому что – как мир, например, входящий в лучшую десятку по маг-мощности потенциала, выдает таких слабых магсуществ? Или… а, к чертям под хвост!

Я помассажировала виски и пальцами придержала веки, чтобы не закрывались. Последние минут пятнадцать я всячески бесполезно боролась со сном и какой-то накатившей резко, волной, усталостью. Вот только добралась до информации  – и на тебе! Мне бы кофе-е-е или лучше колу-ваниллу. Аж причмокнула, будто ощутив вкус любимого тонизирующего напитка. Когда я теперь смогу его выпить? Вряд ли в этих мирах изобрели что-то столь вредное. Хочу домо-о-ой. Я уронила голову прямо в учебник расоведения.

– Первое единение? – пророкотало у меня над головой. Мраморное отложение! Чуть не нырнула под стол от камнепада. Хотя если бы хватило сил, всё возможно. Совсем забыла про Обвала. Всё это время он сидел тихо и не отсвечивал.

– А? – уточнила я своё непонимание, поднимая взгляд на серенького.

– Драконы. Единение? – ёмко, но коротко, чтоб его Высочество Краткость!

Я простонала. Мне бы в данный момент не помешал развёрнутый ответ – у мозга сложно с анализом. Я протянула руку и приподняла книгу, которую по-тихому листал Обвал до этого, в поисках недостающей мне сейчас информации. «Девственница и дракон», на обложке чёрный птеродактиль прикрывает крыльями явно голую девицу. А это здесь откуда?! Ну не с собой же её Обвал принёс. Неужели выдано по запросу информации о драконах?! В голове с этим названием и картинкой возникали далеко не научные фантазии. Даже мурашки по позвоночнику пробежали. Такой ленивой трусцой.  Это что, как по интернет-запросу «многочлен» – выдаются порносайты?

– Прошла единение с драконами? – не дождавшись реакции моего мозга, застрявшего на драконьей девственности, выдал более понятное Обвал.

– А, ты про это, – наконец я осознала, про что он. – Да, было дело. Не так, конечно – я кивнула на книжку. – Но было.

– С двумя? – о, кажется, я начала понимать, про что серенький, и почему меня так накрыло усталостью. Откат, похоже.

– Ну как тебе сказать… – я припомнила процесс первого единения и хвост чертяки. – С тремя, так-то. Одновременно.

Ух, какая я горячая женщина, оказывается!

Каменная ладонь так гулко стукнула о стол, что я подскочила даже не сама, а от волны содрогнувшейся столешницы.

– Больше никому! – выдал серенький.