Глава 10. Откат и его последствия

Э-э-это про что он сейчас? Тролли – сторонники моногамии во всех смыслах? Или процесс единения – что-то интимное (так-то неудивительно, учитывая как это обычно проходит)?

– Нельзя говорить, что прошла единение? – на всякий случай уточнила я. Плавала с чертякой, знаю, что лучше всё сразу допытывать.

– Про троих.

Ага, всё-таки борьба за одного партнёра. А как же распространённые тут тройки? Но больше я спросить не успела.

– Домой, – буквально скомандовал тролль, вставая от стола. Вот ведь, им командуют и он тоже. Так-то мозг был полностью с ним согласен, но упрямство повизгивало женским голосом от возмущения.

– А как же книжки? – протянула я. Только добралась до информации – и на тебе. Обидно, чтоб его.

– С собой.

– А так можно? – удивилась я. Когда мы пришли, все с книжками сидели за столами. Что-то не хочется конфликтовать с зубастой русалкой. Мне ещё в ванне мыться хочется спокойно. А то вдруг... Так и представляю торчащую из раковины укоризненную руку и гулкое оттуда же «Должо-о-ок». Брр. Яркое воображение – мой бич в этом мире.

Обвал пристально посмотрел на меня, а потом кивнул в сторону. Там как раз по проходу двое эльфов тащили стопку книг на выход. М-да, глубоко я занырнула в знания, что не следила за происходящим. Ладно, надо тогда отобрать, что выносить. А то сейчас, может, серенький мне поможет, а возвращать на своей горбушке придётся. Ну или на драконьей, так-то. Поэтому можно и побольше.

Осмотрев выложенную стопку, серенький пробежал пальцем по корешкам и вытащил всего четыре книжки. А потом, засунув их подмышку, шагнул к проходу. Вот не знаю, по какому принципу он их отобрал. Может ими от нападающих отбиваться удобнее, но доверилась в выборе Обвалу.

– Эй, а записать? – догнала я тролля. Сейчас вот взвоет сирена, как в магазине, когда неоплаченный товар выносят. И тут не охрана, тут щупальца – как схватят тебя, как начнут в лужу, тьфу, в бассейн моськой макать! Ну ладно, с тушей Обвала они могут и не справиться, но я-то, как соучастница, попаду по полной.

Но нет, пока мы спокойно шли между рядами столов и книг, и ни одна русалка не шлёпала за нами. Прямо перед дверью серенький всучил мне книги и открыл створку. А я мялась на пороге, совершенно забыв, что тролль вроде как поставлен охранять, а не рисковать мной.

Вздохнув, серенький, вроде, и подтолкнул меня лёгонько в спину, а пролетела я в коридор, как пробка из растрясённого шампанского. Благо, не в потолок направил. Я зажмурилась, но ни одна сирена, щупальца или русалка не возопили. Только на миг меня будто мыльной плёнкой облепило и растворилось. Магия, чтоб её!

Обвал, по-прежнему молча, отобрал у меня книжки и двинулся по коридору. А я удержала дикое желание настучать по твёрдой спине за неумение объяснять нормально. Догнала и вцепилась в свободный бицепс. Ну ладно – с сереньким так надёжно, что можно многое простить.

– А книжки со стола сдать не надо было? – опомнилась я. А то не пустят больше. Или как в нашей студенческой библиотеке (если накосячишь), будут выдавать самые потрёпанные учебники с половиной отсутствующих страниц. Наверняка самых важных, раз вырвали.

Тролль в очередной раз вздохнул.

– Ладно-ладно, тебе лучше знать, – согласилась я с ним. Магия же ж. – Но может, русалке приятна была бы помощь, и она мне в следующий раз помогла бы получше. У меня знаешь, сколько ещё вопросов?!

– Лучше вопрос – лучше ответ, – пророкотал прописную истину Обвал. Ну это и Яндексу понятно, что запросы надо чётко конкретизировать. Но тут-то есть сотрудники, так что личностную составляющую никто не отменял. Ладно, всё равно уже поздно. Придумаю потом, чем русалку задобрить.

Наша библиотекарь в универе очень любила редкие фиалки. Соседка по подъезду тоже. А я в пригожий весенний денек несла, прижимая нежно к груди выпрошенные для курсовой книги – ручка сумки порвалась от веса знаний. И тут меня накрыло волной… нет, не удовольствия – грязно-снежного месива из лужи от проезжающей мимо машины (тот ещё денек был, ага). Когда я посмотрела на книги в своих руках, я поняла, что возглавлю чёрный список библиотеки до конца своих дней (и хорошо, если только учебных).

В общем, я читала, что для того, чтоб растение прижилось – его надо украсть. Не целиком, конечно (хотя в моём случае это, похоже, был единственный возможный рентабельный вариант, но я об этом узнала слишком поздно), только листик. Пришлось даже соврать, что меня заливает, чтобы пробраться в соседскую квартиру. И ничего, что наша жилплощадь располагалась на этаж выше. В моём случае примета с воровством не сработала – ни одну фиалку так и не получилось вырастить из листика. В итоге, так и принесла вялые былинки в стаканчике соседке с просьбой спасти умирающих. Но реанимация припозднилась. Зато пару свежих листиков добрая соседка мне подарила. Не рискуя, так и принесла их библиотекарше, соблюдая влажность марлечки, в которую была завернута ценность. Потом ещё часто приходилось бегать туда-сюда с тряпочками, пока не догадалась дать контакты фиалколюбов друг другу.

Надеюсь, русалка не любит фиалки. Зевнула, рассматривая зелёные в крапинку стены.

Всплеск адреналиновой бодрости от побега из учебки постепенно спадал, и эти бесконечные коридоры и переходы начинали бесить. На серого со мной по-прежнему косились все, кому не лень. А не лень было всем. Но ничего, пусть привыкают. А то, видишь ли,… я снова зевнула на середине мысли. А когда закрыла наконец рот, мы оказались возле «киселя». Но так и стояли, не двигаясь дальше. И?..

Серый молчал. Я молчала. «Кисель» переливался и розовел. Народ скапливался в коридоре. Супер, конечно, но жутко хочется спать.

– Вам куда? – светловолосый эльф, переминавшийся как от желания попасть в туалет, задал свой вопрос с расстояния в метров пять.

А и правда. Куда нам?

– Домой, – ответила я, а серенький посмотрел на меня с откровенным вопросом во взгляде. А, похоже, нужен точный адрес! Я хлопнула себя по лбу. И тут же почесала его. А вот адреса-то я и не знаю.

– Меня везде драконы водили, – пояснила я Обвалу. – Давай к тебе?

Половина населения коридора резко простудилась и закашлялась.

Да и правда, не для секса же выбираем «к тебе или ко мне». Где там спать в их казармах? Я старательно вспоминала всё, что знала о своём жилье.

– Угу. Значит ко мне (простудилась вторая половина присутствующих). Такое, знаешь,… комната. Кухня, спальня. (О да, Юлька, ты гений геолокации). Окон нет. А, изолировано от соседей. Убежище, как его там… приют.

Я не поняла, на каком слове понял меня Обвал, но внезапно обнаружила, что мы уже куда-то идём. И, наконец, замолчала. Пока не буду говорить серенькому, что с номером комнаты у меня тоже проблемы. Такие проблемы, что я его не знаю.

Оказалось, зря боялась. Пропускная система сама определяла, куда надо выплюнуть жильца. Правда, до этого нам пришлось пройти через столько «киселей», что я проголодалась. Вот прям настолько, что перехотела спать. Оно и понятно, день был насыщенный, и далеко не едой. Кстати, серенькому тоже не мешало бы поесть. Большие мужчины много едят. Больше едят только мужчины-подростки. Знаю по Раду – сыну Светика. Эх, как там они без меня?… а ведь завтра, то есть сегодня, или когда там, у нас должен быть кино-четверг под домашний попкорн… уф, Юлька, не рискуй. Не рискуй напоминать себе всё это, пока не знаешь выхода. А я ещё как бы и входа не знаю. Прикусив на секунду губу, оттарабанила пароль в нынешнее своё обиталище.

Ритм футбольного гимна я не забуду даже во сне или коме (первую половину жизни прожила с фанатом русского футбола – своим отцом, и вторую половину с другим фанатом – уже с мужем).

Оставаться одной показалось так тоскливо. И чуточку страшно. И я утащила за собой серенького. Как же – русская благодарность и гостеприимство не позволяли отпустить голодного мужчину.

Причём, это потом я поняла, что Обвал не сопротивлялся, иначе бы я фиг эту скалу сдвинула. А в тот момент я вела тролля за руку и приговаривала, как он меня оскорбит своим отказом отпо́чивать со мной. Вот прям так: отпо́чивать. Не знаю, откуда во мне проснулась баба-Юля, как сработал встроенный переводчик, и правильно ли ударение поставил, а то я хотела одновременно и есть и спать.

Что услышал и подумал тролль я не знала, потому что он, как обычно, промолчал. Спасибо ему за это. Но ужин, как таковой, не состоялся. Я не успела… да ничего я особо не успела, так как заснула где-то на середине пути между помыть руки и засунуть вторую порцию в маг-печь. От первой я успела что-то покусать – это ещё помню. А потом присела на диванчик, пока Обвал умывался в ванне, и всё.

Дикие скачки взбесившейся подо мной лошади заставили завизжать что-то матерное. И я тут же оказалась в крепких объятьях, залезая по чему-то надёжному как можно выше. И это в полной темноте!

Что-то надёжное простучало на ухо что-то непонятное и шлёпнуло по стене. По периметру потолка зажглась мелкая россыпь неярких огоньков.

– А что, так можно было? – удивилась, рассматривая красоту. Я до сих пор пользовалась только полным светом. А эти огоньки были такие красивые и так близко-близко. Наверно, потому что и я к потолку была удивительно близко? Упс.

Перевела взгляд на свою опору. И, нос к носу, встретилась с насмешливыми синими глазами. Хорошо, кстати, сочеталось – с серым оттенком кожи и потрясающе длинными чёрными ресницами. Яркий цвет и явный высокий интеллект во взгляде с лихвой перекрывали необычность лица. Ну да – нос более плоский, ну да – скулы широкие, лоб нависает, но глаза-а-а. М-да. А до земли далековато. И теперь нельзя сказать, что я скалолазанием не занималась. Сидела я на стоящем сереньком, обхватив его за шею толщиной с приличный баобаб. И вот ни капли смущения. Или опасения, что бедняга, принявший на себя мой вес, сейчас отправится в травмпункт. Просто… Ну надёжно как-то. Проведя короткий анализ, как я оказалась на тролле, поняла, что будильник я забыла перенастроить, а значит:

– Доброе утро?

Серый криво усмехнулся. Так, погодите, а где он спал?! Хотя какая разница. Главное чтобы в принципе спал. А то затащила мужика к себе, попользовала, чтобы не бояться, и бросила на произвол.

– Ты спал? – посмотрела заранее с претензией. – Не смей отмалчиваться!

Взгляд серого потеплел, и он кивнул. Ладно, и так сойдёт ответ.

– Научи делать огоньки. Хочу! – кивнула на красоту под потолком.

– Завтрак, – мотнул головой Обвал. Потряса-а-ающе. Когда он говорит вот так, близко-близко, в груди отдает басами, как от мощной акустической системы. Вот прям до вибрации уже в моей груди. Просто ностальгический удар. Пусть машинка у меня была старенькая, зато саунд такой, что завибрируешь. Многое пришлось продать, когда заболел Ванюшка, но это было одним из первых, что я восстановила после его смерти.

– Скажи ещё что-нибудь, – я зажмурилась от предвкушения.

Но серенький вздохнул и утащил меня из спальни. Ладно, согласна, нехорошо эксплуатировать горного тролля не по назначению (в очередной раз). Но очень хочется.

Передвигаться на сереньком было весело. Хотя бы потому, что вписываться в проёмы такой габаритной фигурой оказалось сложно. Невероятно, как он вообще так складывался. Вот подходишь к двери, и кажется «да ну нафиг», с другой стороны можно оказаться только вместе с частью стены. Хрусть-хрясь – и дверь цела, и ты прошёл. В первый раз я взвизгнула. Во второй – уже оказалась в ванной, причем сам тролль занимал её практически целиком. Как он тут вчера умывался, вообще, и ничего не снёс, а? Меня спустили (ну ладно, частично стряхнули, ибо вцепилась я крепко) аккуратно на пол и Обвал исчез на кухне. Ага, а уснула я вчера прямо там, в одежде. И учитывая, что проснулась в кровати, слава Всебожью, тоже в одежде, – благодарить за доставку и такт, надо серенького.

– Спасибо! – крикнула из ванной. На кухне что-то стукнуло и бряцнуло. Ладно, сойдёт за ответное «пожалуйста». Пока принимала душ, стало немного стыдно. Затащила вчера серенького к себе, толком не накормила, спал наверняка как попало, разбудила через мат, ещё и покаталась верхом. Ладно, за последнее не стыдно. Ну, как бы, и за первое тоже. А вот за среднее – ай-яй-яй, Юля! Надо хотя бы завтраком компенсировать. И узнать, может у них есть какая книга «жалоб и предложений», чтобы отблагодарили за внеурочную службу. Да! А начнём с завтрака. Я достала из спецящика в ванной чистую и пахнущую свежестью форму. О да, это вам не стирка руками, заботятся тут о своём персонале. Магчистка превратила мой изрядно помятый приключениями костюм в идеально выстиранный и отглаженный. Хочу такую штуку себе домой. Хотя ладно, можно просто домой, без всякой штуки. Вздохнула. Надо будет вплотную заняться учебниками. Застегнула последнюю пуговичку и глянула в зеркало. Оттуда на меня посмотрела юная выпускница школы благородных девиц. Чёрт, никак не привыкну, ищу в зеркале второе – своё – изображение.

На ходу закрепила косу повыше на затылок, толкая плечом дверь ванны. Надо торопиться, мужчина ждёт еды.

– Сейчас будем… гхым, завтракать…, – последнее я протянула уже не уверенно, а удивлённо.

Оказывается, мужчина ничего не ждал. Пожалуй, кроме меня. На стол уже было накрыто, а серенький стоял, облокотившись на стену неподалеку. Как-то я отвыкла, что кто-то кроме меня может подойти к плите. Даже когда наша жизнь с Васькой мало стала напоминать совместную, готовила всё равно я. В лучшем случае, он мог достать из холодильника и разогреть, и то не всегда догадывался. Я только знала, что вечером он ел в кафе, если в раковине не высилась, подпирая кран, посуда.

– Эээ, ну давай хоть чай заварю. Ты какой предпочитаешь?

Серенький отсалютировал мне кружкой в руках. То есть, и с этим справился. Ну как-то вообще без работы меня оставил.

– Садись давай, – вздохнула я.

Не получилось отблагодарить завтраком. Нехорошо.

Серый продолжил стоять у стены. Я свела брови. Сама не заметила, как руки упёрлись в бока. Это он мне одной, что ли, столько еды разогрел? Это что за намёки?!

Обвал под моим взглядом сварливой жены отлепился от стены и аккуратно присел на стул. Можно даже сказать, не присел, а завис над ним в воздухе.

– Издеваешься? – возмутилась я и в три шага (да, кухонька небольшая) оказалась у диванчика. – Помогай переставить, – прокряхтела я, дёргая за подлокотник.

Серенький встал, оттеснил меня плечом, а потом легко поднял диван и переставил к столу. Ну да, кому я тут помогать вздумала.

– Тебе если что-то надо, ты делай. Я тут такой же гость, как и ты, – пояснила я Обвалу, усаживаясь наконец за стол. Диванчик, пусть и со скрипом, но выдержал тролля. Волшебная мебель. Серенький как-то странно смотрел на меня, но голод сейчас был сильнее интереса к окружающим. Только когда проглотила первый тост с маслом и джемом и намазывала второй, вспомнила:

– А тебя на службе не потеряют? Проблем не будет из-за меня? Ты если что, говори, я какие нужно бумажки подпишу, что ты не в самоволку бегал, а по делу тут… ну, например, всю ночь сон мой охранял или перестановку делал, – я усмехнулась и откусила тост. М-м-м, всё-таки божественный тут джем. Не знаю, из чего его делают, но сильно напоминает клубнику с лимоном. Облизнувшись, добавила: – И благодарность тоже тебе надо выписать. За внеурочную службу.

Обвал сидел напротив и не ел, рассматривая меня, как диковинного зверька, который непонятно как себя поведёт в следующий момент. То ли чихнёт, то ли руку откусит.

– Ну теперь-то что не так? Джем на носу? – я потёрла лицо. Вроде чисто.

Рассмеялся. Впервые слышала, чтобы Обвал смеялся. И с трудом удержалась, чтобы не прикрыть голову руками. Или не начать щемиться в дверную арку, как при землетрясении. Реально, звук был, как будто пласты земли сдвигаются и стукаются между собой. Глобальный такой смех, сейсмический. Обвал протянул руку через стол и вытер с моей щеки джем. А, то есть пока я вытиралась, исхитрилась наоборот, испачкаться. Вот только ощущение у меня, что рассмешило его не это. Хотя… мало ли какое чувство юмора у троллей?

Обвал слизнул с пальца каплю джема и дальше ел молча, как-то лукаво на меня посматривая.

Вообще, у меня было ощущение чаепития в кукольном домике. Это когда большого и взрослого папу располагают за детским столиком и заставляют пить выдуманный чай. Вот Обвал смотрелся за моим столом так же. Сиденье явно неудобное, колени упираются в столешницу, пирожки из песка и того, что попало под руку, не то чтобы вызывают аппетит. Куклы с пугающе одинаковыми лицами, но разными именами, и чашечки, с трудом помещающиеся в пальцах. Но всё это не важно, потому что суть не в комфорте, а в том, кто рядом.

– Знаешь, чувствую себя как-то неудобно, – я уже навернула тарелку каши, а ощущение не покидало меня, меняя вкус еды. Это маленькой девочкой я могла себе позволить такие (и не только такие, чего только стоит один папский макияж) издевательства. – Мне кажется, я заставляю делать тебя то, что не хочешь. Ты извини, если что не так. Мне ещё трудно ориентироваться, что тут, да как, но я постараюсь научиться.

Про троллей, кстати, почитать надо обязательно.

Обвал затряс головой,  но я не успела узнать, с чем он не согласен – охранная система возопила, что в моё скромное жилище пожаловал дракон-старший. Точнее, просит разрешения втиснуться.

– Что, уже?!

Как же сложно без часов!

Сайгаком проскакала к двери подтвердить разрешение и зависла. Входная дверь вновь стала прозрачной, показывая слюнопускательную картинку самого сексапильного мужчины, что я встречала. Сегодня у Нокарда была немного небрежная причёска, как будто он только что ерошил пальцами волосы. Тренировочная футболка плотно облегала торс, как будто ставший шире со вчерашнего дня. Или – как будто с плеч Нокарда частично сняли тяжёлый груз, и он смог немного распрямиться. Руки дракон засунул в карманы брюк, и это добавляло образу общей небрежности и, чтоб его, привлекательности.

Я так заворожено рассматривала Нокарда, что движение сбоку заставило вздрогнуть. Сердце и так разогналось до высоких скоростей, а тут ещё и Обвал подкрадывается. Вот же… рубец от инфаркта ого какого размера заработала!

– Вот как ты ходишь так бесшумно? – я схватилась за сердце, лихорадочно стучащее в ребра. – Фух. Что?

Тролль молчал, только переводил взгляд с меня на Нокарда и обратно. А дракон, кстати, с каждой секундой становился всё более хмурым. Точно! Его ж запустить надо, а не любоваться. Хлопнула себя по лбу и дала системе добро на пропуск серебряного двуликого, который Нокард. А сама пока заметалась, быстро одёргивая одежду и поправляя причёску.

– Доедать завтрак будешь? – крикнула серенькому, сметая со стола свою посуду.

– Нет, – прогрохотало так близко, что я едва удержалась от матерка. М-да, натренирует мне сердечную мышцу Обвал. Но в любом случае, когда Нокард оказался непосредственно у двери, у меня всё было готово.

Пусть открывала я ему, немного запыхавшись, но улыбалась широко, потому что правда была рада видеть. Я как-то чертовски соскучилась по нему за ночь и именно сейчас осознала это целиком и полностью.

– Привет! – это единственное, что я успела сказать радостно. Потому что в следующий миг оказалась прижата к стене, и Нокард навис надо мной сверху тёмной скалой. Моё бедное сердце, запыхавшееся уже за сегодняшнее утро, забилось где-то у горла. Я сглотнула, пытаясь вернуть орган на место, но что-то безуспешно.

Вертикальный зрачок в бирюзовой радужке, трепыхание ноздрей и откровенно выступившие клыки… что-то мне это напоминает… ну твою-у-у ж налево. Утром была так задумчива, что по инерции помылась не просто водой, а средством для рогов и копыт.

Вот только я не очень поняла, почему меня к стене прижимают. Прибить за это хотят? В следующий миг я почувствовала, что меня хотят уже съесть. Нос дракона ткнулся в щёку, а потом горячий язык прошёлся по ней до самого уха. Тихий фырк у мочки, уткнувшись в шею, и всё – желание затопило кровь, взрывая сознание, как через бикфордов шнур. О да, я хотела этого мужчину! Даже не так, я едва не поскуливала, желая вот прямо сейчас обхватить его ногами и ощутить глубоко внутри себя то самое, что упиралось откровенно в живот. Какие, к чертям, предварительные ласки! Я уже была готова так, как никогда до этого.

Вцепившись в футболку дракона, я пыталась то ли разорвать её, то ли залезть повыше или под неё, сама не поняла.