Эпилог

На центральном невольничьем рынке княжества Суппок на Айоле было шумно, воняло потом, смрадом и пригорелым жиром.

– Если я пробуду здесь еще пять минут, я расстанусь с завтраком, – пожаловалась я Карасику.

Най недовольно посмотрел на друга. Пульс с мольбой на Веронику. Капризная землянка лишь дернула плечиком и продолжила пялиться на одну из лавочек, где продавали крепких крестьянских сыновей для работы на каменоломнях и галерах. Среди усталых, отчаявшихся лиц было одно, привлекающее внимание всей нашей дружной четверки. Парень лет двадцати пяти с белой ухоженной кожей странно выглядел в простой серой рубахе, кое-как сшитой из домотканого грубого холста. Он смотрел вокруг затравленно и постоянно щипал себя, будто пытался проснуться.

– Никушка, милая, ну полетели отсюда. Это не планета, а помойка… – проворчал Пульс, осторожно дергая свою девушку за рукав средневекового платья в пол.

– Я же просила тебя не называть меня так! У тебя память как у рыбы! Как ты с таким скудоумием вообще умудрился что-то изобрести? – зашипела на него землянка.

Пульс нахмурился, склонился к ее уху и едва уловимо строго сказал, но мы с Ксаром были близко, поэтому все-таки услышали:

– Милая, ты обещала перестать ругаться. Ты помнишь про наказание? Оно тебя ждет.

Глаза Ксара загорелись любопытством, он даже немного наклонился в сторону друга и его девушки.

Вероника недовольно покосилась на умыса и хотела что-то ответить, но тут к лавочке с потенциальными каменщиками подошел покупатель – толстый и очень богато одетый мужчина, у него на шее висела золотая цепь, почти на всех пальцах поблескивало по перстню, и даже на штиблетах пряжки были золотыми.

– Отличный хозяин для моего бывшего, – хлопнула в ладоши Вероника.

Она немного понаблюдала, как рьяно торгуется богатей. Насладившись стонами и воплями несостоявшегося жениха, Вероника торжественно произнесла:

– Здесь нам больше делать нечего. На Акуру?

Мы тут же зашли в узкий проулок, где никого не было, и нажали на кнопки телепортации. Взмах ресниц, и мы уже в привычном полутемном зале.

– Ты довольна? – спросила я у Вероники, пока мы шли по коридорам императорского звездного лайнера в свои каюты, чтобы смыть с себя вонь Средневековья.

– Вполне, – деловито ответила землянка, – Он продал меня космическим пиратам. Он заслужил.

И в ее голосе слышалась сталь. Я невольно передернула плечами. И как только Пульс с ней уживается?

– А почему ты и отца сюда не сбагрила? – поинтересовалась я.

– Он и так разорен. Жить в привычной среде и видеть, с каким презрением на тебя смотрят твои бывшие друзья – лучшее наказание для него.

– А ты не боишься, что он снова поднимется? Он один раз разбогател. Что ему мешает сделать это еще раз? – не унималась я.

– Не боюсь. Ему один раз повезло наткнуться на глупцов, которых он кинул. Сейчас он опухший, обрюзгший… Кто на него поведется?

– Раз с местью мы разобрались, полетели на свадьбу! Нас ждут на Земле, – улыбнулся Пульс.

– Да, я хочу лично увидеть, как Куст становится подкаблу… – начал Ксар.

– На путь истинный! – перебила я ная.

Вероника поддержала меня улыбкой. Все-таки она была неплохой девчонкой, просто говорила все, что думала, не привыкла сдерживаться, да и вежливости ее никто не обучил, вся надежда теперь на Пульса.

Мы с Ксаром поначалу не верили, что умысу удастся ее приручить, вернее, что он захочет ее приручать. Сразу после Зарбита мы отправились на У один и узнали удивительную историю любви, частично из местных сводок блюстителей правопорядка, частично от Пульса и Вероники. Мне оставалось только радоваться, что у меня с Ксаром все гладко. Меня мой най на руках носил, любой мой полунамек спешил исполнить, но и я его любила горячо, с полной самоотдачей. Однако наша с ним история казалась скучной на фоне бушующих страстей умыса и землянки…

***

Вероника и Пульс

Когда Вероника осталась один на один с пониманием, что не нужна отцу, а жених продал ее пиратам, она не побежала к Пульсу, хотя видела, с каким уважением к нему относятся служащие космопорта, как ньюсмейкеры рвутся к нему с вопросами. Он действительно был национальным героем. Но она не стала к нему обращаться. Гордая!

– Я все это видела, не слепая, но он меня тогда бесил своей пошлостью и самомнением… – призналась как-то в приватной беседе Вероника мне, – А еще он меня немного пугал. Смотрел так, будто я из золота…

Вероника пошла в распределительный центр для беженцев. Там у нее спросили, в какой области она может быть полезна обществу. А она на Земле училась в театральном. Поэтому, не раздумывая, девушка выдала, что хочет работать актрисой. А умысы театром, музыкой не интересовались. Они даже кино только документальное смотрели.

– Это вам на Зарбит нужно, но с вашей внешностью, боюсь, у вас в этой профессии нет шансов, – любезно сообщил ей диспетчер. Он хотел как лучше, дал бесплатный совет, чтобы девушка зря не тратила свое время. Ведь в рамках одной гуманоидной жизни это невосполняемый ресурс.

Умыс не учел, что перед ним землянка, темпераментная землянка. Вероника устроила такой разнос в центре, что им пришлось вызывать сотрудников правопорядка и скорую помощь для диспетчера. Такого скандала давно на У один не было. Веронику под треск вспышек сопроводили в участок, где поставили на учет, как неблагонадежную.

Оставлять такие кадры на своей планете умысы не собирались. Веронику готовили к депортации. В Федерации с нарушителями общественного порядка обращались строго: если ты дебоширишь на своей планете, тебя еще могу потерпеть, отдать на поруки родственникам, но для беженцев-хулиганов прямая дорога на ресурсные планеты со сложными климатическими условиями, где все пашут на добыче этих самых ресурсов, так что времени на нарушения просто не остается.

– А что значит ресурсная планета? – поинтересовалась я у Ксара.

– Ну, в Федерации есть классификация планет, в которой выделяют планеты обитаемые и ресурсные. Обитаемые – это те, что стали родиной одной из рас Федерации, а ресурсные – необитаемые, – любезно пояснил мне най.

Когда Веронике все это объяснили, она пришла в отчаяние и написала-таки Пульсу. Хорошо, что он настоял, чтобы она записала его идентификатор.

«Пульс, помоги мне, пожалуйста, меня хотят депортировать на какую-то ледяную планету. Я там не выживу», – честно и без экивоков попросила она.

Пульс ей не ответил. Как выяснилось позже, он в это время был занят налаживанием линии по производству своих кристаллов. Он прочитал сообщение Вероники только на следующий день к обеду.

Девушку к тому времени уже привезли в космопорт, выдали комплект теплой одежды: ватник, чуни, шапку и варежки. Еще ей полагалась карта с минимальной суммой, чтобы хватило на еду в первые полмесяца до аванса. Таким древним средством оплаты уже давно не пользовались в Федерации, исключениями были ресурсные планеты.

– Я к тому времени отчаялась. Поняла, что в этой бесконечной Вселенной совершенно одна… Было больно. Уверена, если бы я все-таки оказалась на этой ледяной планете, долго бы не протянула. Во мне не осталось ни грамма желания жить, – признавалась мне Вероника, смахивая вредную слезинку.

К счастью, Пульс успел. Прибежал в космопорт, нашел девушку в толпе таких же неблагонадежных и затащил в комнату для персонала.

– Я тебе помогу, но только если ты согласишься с двумя условиями, – вполне в духе умысов заявил он. Здравый расчет превыше всего – девиз этих гуманоидов.

Вероника залепила ему пощечину со словами:

– Да пошел ты, рыцарь недоделанный!

– Я тогда, признаться, растерялся. Пришел спасать, а получил по морде… – жаловался нам с Ксаром умыс.

К счастью, после выплеска отрицательных эмоций Вероника впала в истерику, но не гневную. Она рыдала, свернувшись калачиком на полу, и жаловалась, что никому не нужна. Сердце Пульса, оказалось оно у него есть, не выдержало. Он сгреб свою ненаглядную истеричку в охапку и унес к себе домой.

Вероника успокоилась почти сразу, потому что осмотрелась. Дома умысов были большими, светлыми, функциональными, но про уют эти ребята слыхом не слыхивали. Голые стены, полы, потолок – все было выкрашено в единый серо-зеленый цвет. Коробка, а не квартира! Гостиная отсутствовала как класс. Была столовая с большим круглым столом и эргономичными стульями. Была кухня со всей необходимой бытовой техникой. Была ванная комната с душевой кабиной. Была спальня с большой кроватью и небольшим шкафом. Надо ли говорить, что умысы одевались в удобные и практичные комбинезоны?

– Увидев эту тоску, я уже хотела сбежать на ледяную планету, но тут Пульс меня поцеловал, – мечтательно улыбаясь признавалась мне Вероника все в той же приватной беседе.

Такая наглость умыса ошеломила девушку, поэтому она не дала должный отпор. А губы Пульса оказались сладкими, мягкими, нежными. Он целовал ее так, будто она была его дыханием. Он обнимал ее так, словно она та самая спасительная соломинка, за которую он будет держаться, чтобы не утонуть в пучине жизни.

Тело Вероники неожиданным для нее образом отреагировало на наглые ласки мужчины. Оно прижалось в ответ, руки оплели широкую спину умыса, приласкали шею, погладили лысую голову.

– Признаться, я давно хотела это сделать, – делилась своими сокровенными желаниями со мной Вероника, – Кожа у них на голове такая нежная и гладкая, это просто тактильный экстаз!

Воодушевленный ответной реакцией, Пульс подхватил землянку на руки и понес в спальню, завоевывать. Но не тут-то было! Веронике дали время подумать, и она спросила первое, что пришло ей в голову:

– А какие два условия ты хотел мне поставить?

– Первое, ты станешь моей девушкой… – бережно укладывая на кровать свою драгоценную ношу, охотно поведал умыс, и тут же был удостоен презрительной гримасы.

– Значит, ты можешь заполучить девушку только шантажом? Хм… я лучше полечу на ледяную планету, чем унижу себя, став парой такого низкого гуманоида! – фыркнула красотка.

– Если честно, в этот момент я готов был ее придушить, – сжимая кулаки, делился с Ксаром своими эмоциями Пульс.

– Только тогда? – удивился Карась, – У тебя выдержка хракта, брат!

Душить свою потенциальную девушку Пульс не стал, он выпрямился и даже отошел от кровати, безразличным тоном заявив:

– Пожалуйста, хочешь на ледяную планету – вперед. Тебя никто не держит. Я слышал, этот год у них выдался теплым, на поверхности всего минус сорок.

– Минус сорок?! – переспросила с ужасом Вероника.

– Да, по земным параметрам климата это, кажется, минус пятьдесят три. Ерунда! В прошлом году на этой милой планете три недели держалась температура минус сто. Вот это была проблема. Пришлось останавливать работы по добыче. А потом еще искать новых работников, столько гуманоидов замерзло… – продолжал с безразличным видом расчетливый умыс.

Вероника понуро опустила голову и нерешительно уточнила:

– А второе условие какое?

Пульс не смог сдержать победной улыбки, хорошо, что Вероника не увидела, потому что ее голова была опущена, а на глаза навернулись слезы. Настойчивый кавалер этого не заметил.

– Я хотел тебя попросить быть сдержаннее, не ругаться чуть что на других и… на меня. Я согласен, что наверняка в будущем могу накосячить и заслужить твоей критики, но не оскорблений. Сможешь быть сдержаннее на язык… пожалуйста? – спросил Пульс.

Он в этот момент чувствовал себя очень неуверенно, но настойчиво смотрел на землянку сверху вниз и ждал ее ответа. Она же продолжала сидеть с опущенной головой и молчать, а потом всхлипнула. Плечи ее задрожали, и она прижала ладони к лицу.

– Ты плачешь? – опешил Пульс и тут же кинулся к своей земной зазнобе.

– Вероника, милая, прошу, не плачь! Не хочешь быть моей девушкой – не надо. Хочешь ругаться на меня – пожалуйста, я заслужил.

– Да! Ты низкий мужчина, вместо того чтобы спасти девушку, принуждаешь ее к близости, – рыдая, жаловалась Вероника.

– Но даже ревела она удивительно красиво, без громких хлюпающих звуков, тихо и с достоинством, – заверял нас Пульс.

Правда, в тот момент он уже был не просто в панике, в отчаянии!

– Я всего лишь хотел, чтобы ты дала мне шанс поухаживать за тобой. Я не собирался принуждать тебя к близости. Честное слово! У меня целый план по завоеванию твоего сердца приготовлен, – осторожно обнимая за плечи девушку, убеждал ее умыс.

– Какой? – убрав от влажного лица ладони, спросила Вероника.

– Для начала, если ты согласишься стать моей девушкой, я хотел подарить тебе кольцо. У вас же на Земле так принято?

– Угу, – согласилась Вероника.

Пульс вскочил, залез в прикроватную тумбочку и извлек оттуда белую коробочку, а оттуда уже достал колечко с крупным розовым алмазом. Этот камень большая редкость во Вселенной, его добывают только на Земле. Говорят, правда, что на Айоле тоже есть залежи. Но со средневековой техникой моей родной планеты к месторождениям не подступиться.

После рассказа Ксара про ресурсные планеты у меня закрались сомнения, а не потому ли наполийцы до сих пор не вмешались в ход развития Айоля. Планета богата минералами, но если ее признать обитаемой, придется делиться прибылью с аборигенами. А вот если аборигены перебьют друг друга, планета окажется необитаемой, а значит, автоматически переходит в категорию ресурсных. Можно ни с кем не считаться и применять любые технологии добычи, даже самые грубые и опасные. Все равно планета никому не нужна. И Ксар с моими размышлениями согласился. Но вернемся к нашей скандальной парочке…

Увидев драгоценный и редкий подарок умыса, Вероника повнимательнее пригляделась к кавалеру, а он, заметив, что девушка успокоилась, продолжил:

– Потом я хотел пригласить тебя отдохнуть на Эстафе. Там чудесный климат, ты столько перенесла, тебе будет полезно укрепить здоровье.

В глаза Вероники появилось одобрение.

– Все-таки вы, умысы, продуманы, – досадливо покосилась я на Ксара, услышав про такие головокружительные ухаживания, и попросила, – Ты бы, Пульс, подучил своего товарища, как нужно угождать женщинам.

– Ага, как врать женщинам! – встрял Карась, – Он после обещания отпуска улетел на переговоры.

Окрыленный вниманием землянки, умыс осторожно продолжил:

– Дальше мне нужно будет работать. И я хотел поручить тебе обустроить наш дом. В твоих руках будут все мои ресурсы, и я полностью доверяю твоему вкусу.

Это предложение Веронике понравилось больше всех.

– Если я буду жить здесь, мне придется носить эти жуткие унылые комбинезоны? – уточнила она, брезгливо осматривая Пульса, одетого по стандартам умысов.

Потом ее взгляд упал на серую робу, в которую ее вырядили в участке, и слезы снова заблестели в глазах модницы.

– Нет, что ты! Можешь заказывать с любой планеты любые наряды. Доставка у нас работает прекрасно.

От такого щедрого предложения Вероника тем более не могла отказаться, но у нее были свои мысли о будущем.

– Пульс, а у вас есть институт брака? – осторожно спросила девушка.

Умыс кивнул. Вероника потерла ладошки и строго сказала:

– Я обещаю в будущем сдерживаться и не ругаться с каждым встречным. И на тебя я не буду ругаться, ну только если ты будешь неправ… и то чуть-чуть! Но я не согласна стать твоей девушкой…

Тут сердце умыса остановилось.

– Только женой! – заявила решительно Вероника.

Пульс радостно и недоверчиво обхватил ее руку.

– Но у меня тоже есть одно условие, – тут же добавила Вероника.

Пульс насторожился, но руки любимой из своей не выпустил.

– Я хочу отомстить своему бывшему. Он продал меня пиратам. Так с девушками поступать нельзя. Он заслужил страшной кары!

– Вероника, – тут же пылко откликнулся умыс, – я и сам хотел предложить тебе отплатить этому гаду! У тебя уже есть план?

– Давай продадим его пиратам! – тут же предложила девушка.

– Но мы же с ребятами всех пиратов того… бабахнули, – с неохотой ответил Пульс.

– Это вы поторопились… – вздохнула Вероника.

– Но если бы мы этого не сделали, тебя бы продали какому-нибудь извращенцу, – привел аргумент в свою пользу умыс.

– И то верно… А может, есть у вас планета, где все еще распространено рабство? – с надеждой спросила Вероника.

– Нет, – ответил Пульс, но тут вспомнил про меня и мою родину, – Хотя есть! Айоль. Эта отсталая планета с низким уровнем технологий, вернее их там вообще нет. Они все еще используют рабский труд.

– Отлично! Там и продадим моего бывшего, – хлопнула в ладоши девушка.

Пульс улыбнулся. Вероника смотрела на него, как будто чего-то ждала. Он отвечал ей недоуменным взглядом.

– Милый, ты так и будешь пялиться на меня, как на музейный экспонат? – не выдержав, спросила Вероника и грозно нахмурилась.

Пульс растерялся и уточнил:

– Хочешь, чтобы я тебя поцеловал?

Вероника закатила глаза и резко сказала:

– Нет… – но тут же смягчилась, ее взгляд мазнул по четко очерченным губам ее жениха, и она закончила нежным голосочком, – То есть да, хочу, но сначала надень мне колечко на пальчик. Или ты мне его просто показал, а отдавать не собираешься?

Пульс тут же осознал свою глупость. Кольцо надел, но прежде чем поцеловать невесту, предупредил:

– Помни, ты обещала, что будешь себя сдерживать и не будешь на меня зря ругаться! Если нарушишь обещание, накажу!

– Как? – любуясь блеском бриллианта, уточнила Вероника.

– Отшлепаю…

***

Стрекоза и Куст

Дальше историю мы с Карасем слушать не желали, но некоторым не было до этого никакого дела.

– Я, честное слово, не собирался так сразу переходить к исполнению супружеского долга, – совершенно не смущаясь, рассказывал нам словоблудный умыс, – Но она оказалась такой горячей!

– А чего время терять, – пожимала плечами Вероника, – Мы все равно на следующий день уже зарегистрировали брак.

Вот так в банде Карася появилась еще одна супружеская пара. Мы с Ксаром, естественно, были первыми. Сразу после переговоров мы отправились на Наполь, и там наш папа благословил нас, сделав соответствующие записи в федеральной базе.

– Холостым у нас остался только Куст, – усмехнулся Ксар.

– Но долго это не продлится. Через три дня у него свадьба. Так что давайте поторопимся! Земля ждет, – усмехнулся Пульс, подхватил Веронику на руки и утащил в каюту.

Во время полета до Земли мы четверо почти не виделись, слишком много дел накопилось в каютах…

Земная свадьба оказалась шумным праздником, где все пили, ели, громко кричали, заставляя молодоженов целоваться. Я впервые попробовала там печеночный торт и соленые огурцы. Благодаря первому блюду я заподозрила, что беременна, а благодаря второму мне полегчало.

До конца свадьбы мы не досидели. Ксар умыкнул меня на Акуру и заставил пройти полное медицинское обследование, которое показало, что у нас будет двойня. То, с каким фанатичным восторгом посмотрел на меня най, дало мне понять, что в ближайшие девять месяцев меня ждет тюремно-постельный режим. О небеса Айоля и могучий козерог, дайте мне сил!

*********

Вот и подошла к концу эта безумная фантастическая история! Надеюсь, вам понравилось космическое путешествие и компания.