Глава двадцать третья. О тех, кто предает и кто остается

Из учебника “Основы межрасовой эмпатии” под редакцией профессора А. Гроула:

Фамильные тайны имеют свойство всплывать в самый неожиданный момент. Но не спешите с выводами, особенно если речь идет о драконьих родах. У них все очень сложно.

Те самые круассаны с миндальным кремом, о которых говорила Айрин, принесли очень быстро. Я отщипнула кусочек попробовать, но в голове все еще крутились слова о доверии и о том, что я могу остановиться, если захочу.

— Тесса, — Айрин отставила чашку. — Я хочу кое о чем тебя спросить.

Я кивнула, ожидая продолжения.

— Ты знаешь, что такое истинная пара у драконов?

— Я… Я слышала и немного читала. Что это как любовь, но не совсем, — неловко поправила очки.

— Это своеобразная магическая связь, правда похожая на любовь. Но это… Что-то выше, глубже, сложнее. Дракон всегда чувствует свою истинную и, даже если сопротивляется, не может устоять. Связь эта для него священна.

— Вы истинная для мужа?..

— Да, мой муж — Келлан Нокс, младший брат отца Касселя. Наш брак был по расчету, но повезло, что в итоге я оказалась истинной.

— А вы? — я помедлила. — Вы тоже… чувствуете подобное?

— У людей такого нет, дорогая, я просто люблю Келлана. Но если ты с драконом, ты должна знать о таких особенностях.

Я смотрела на нее и думала о Касселе. Должна, потому что он может встретить истинную? И что тогда? А если он уже встретил, и это не я? Может быть… это Летиция?

— Он вам сам рассказал?

— Да, и сразу пришел с кольцом, — Айрин отпила кофе. — Встал на одно колено и сказал: Айрин Вэлл, выходи за мен… Тесса? Все хорошо, тебе плохо?

У меня внутри все оборвалось.

Вэлл. Рейнхард Вэлл. Тот самый дракон, о котором писала Лиара.

— Я… Я кое-что нашла в Академии, старый дневник, — подалась вперед, зашептала, хотя кому было какое дело.

Я вкратце пересказала леди Айрин записи от имени Лиары, которую любил Рейнхард, про то, как он обещал ей отказаться от титула, и про то, как в итоге бросил, испугавшись угроз отца. Получается, двоюродного дедушки Касселя?..

Айрин слушала молча, потом медленно, очень медленно выдохнула и откинулась на спинку стула.

— Значит, всё было правдой, — произнесла она глухо.

— Вы знали?

— Не то чтобы, — леди взмахнула ладонью. — Знала, что была какая-то девушка, но Рейнхард никогда не рассказывал подробностей. Сначала он приехал в студенчестве и сообщил, что влюбился и собирается жениться… Они повздорили. И в самом деле шел разговор о том, чтобы лишить его наследства и отречься, но Рейнхард согласился на брак, все замяли. А через несколько лет… — она скривилась. — Когда наш отец умер, он промотал свою часть наследства в пух и прах. Игры, скачки, неудачные вложения. В итоге мы, Вэллы, больше не поддерживали с ним связь.

Она посмотрела куда-то в сторону, на парк за балюстрадой, и я увидела в ее взгляде что-то очень похожее на презрение.

— Понятия не имею, жив ли вообще… Впрочем, поделом, раз бросил девушку, которую якобы любил, ради наследства, а затем все спустил в выгребную яму. Ни денег, ни любви, ни семьи.

Я молчала, пытаясь сглотнуть ком в горле. Вот, значит, как. Он выбрал деньги, потерял все, а Лиара осталась одна в том хранилище и перестала ждать любви.

Моя судьба — быть на ее месте?

— Тесса, — Айрин повернулась ко мне и взяла за ладонь, тепло обняв пальцами. — Я понимаю, о чем ты думаешь. То, что сделал мой брат — это ужасно, но Кассель — не он. Мой племянник — не Рейнхард. Он легкомысленный, порой эгоистичный, но если он влюбился, то будет любить до конца.

— Вы не знаете, как все сложится, — прошептала я.

— Милая, — леди убрала прядь моих волос за ухо. — Рейнхард прятал свою девушку, врал ей и в итоге сбежал. А Кассель притащил тебя в мой дом, познакомил, и думаешь, родители его не узнают рано или поздно?

Я кивнула, не в силах говорить. Холодный, липкий страх все равно сидел внутри.

— Просто боюсь, — призналась едва слышно. — Что история повторится.

— Не повторится. А если мой племянник посмеет повести себя как Рейнхард, я лично надеру ему уши.

Я невольно улыбнулась. Никто не знал будущего, а я даже не знала толком, что между нами с Касселем, и нет, не желала ему, если расстанемся, промотать наследства и все такое. Совсем нет… Если вдруг. Если вдруг, то пусть все-таки будет счастлив.

— Все, дорогая, выше нос и доедай круассан. А после завтрака мы идем по магазинам. Девочкам нужны платья, туфельки и все такое. Я хочу сделать тебе подарок.

— Что? Нет-нет-нет, леди Айрин, я не могу…

— Можешь, — отрезала она, отметая мои возражения. — Ты в моем доме, моя гостья, и я не позволю тебе ходить в одной блузе всю неделю. К тому же я знаю отличный магазинчик на соседней улице. Там такие ткани, что Кассель дар речи потеряет.

— Но…

— Никаких “но”. Допивай чай и идем.

Я открыла рот, закрыла и поняла, что спорить с леди Айрин Нокс — это даже хуже, чем спорить с ураганом. Итог будет примерно один.