Глава 24. Череда неприятностей.

— Я, кажется, начинаю догадываться, кто это может быть, − сказал Амен через месяц после того, как мы поняли, что ему подливают любовное зелье. – Есть одна особа, во дворце она появляется редко и в основном со своим отцом. Но он на хорошем счету у Императора и у меня. Отец мне когда-то предлагал обратить на нее внимание, в плане женитьбы. Ты тогда была еще маленькой.

— И чем эта особа занимается сейчас?

— Работает со своим батюшкой, он поощряет это, так она не сидит дома за рукоделием. В общем, она выполняет роль личного помощника при нем. И в будущем может сделать карьеру.

— А кто ее отец?

— Казначей.

— Хм, а кроме нее разве женщины во дворце не появляются?

— Бывают, но другие к матушке приходят.

— Да… так мы долго вычислять будем. Потому что не факт, что та девушка замешана. Кстати, как ее зовут?

— Лали или Лади, не помню.

— А как ты к ней обращаешься?

— Никак, − сказал муж, – я с ее отцом общаюсь, а не с ней.

— Ладно, давай лучше еще понаблюдаем, может, это и не она вовсе.

Больше любовного зелья Арман не получал, а девушку, которую он подозревал, тоже отмел как неверный вариант.

— Она на меня даже не смотрит. Думаю, это не она.

— Может та, кто пыталась тебя приворожить, поняла, что это гиблая идея, и оставила эти попытки.

— Надеюсь.

Но мы с Аменом ошибались, девушка, кем бы она ни была, просто решила сменить тактику. Это я поняла через несколько недель. А все началась с того, что у Жени вдруг поломалась его Ласточка. Хорошо, что он это заметил, и мы на ней не полетели, в академию я отправилась в карете. Повезло, что решила приехать заранее, успела впритык к занятию. И планы просто пришлось подкорректировать.

Следующие неприятности, что едва не стоили мне жизни, случились со мной уже по пути из академии. Ось в карете сломалась, карета только чудом не перевернулась. Я отделалась несколькими синяками. И впредь зареклась ездить в этом катафалке. До дворца добиралась верхом, на одном из коней, которые были в упряжке кареты. Амен, узнав о случившемся, нахмурился. Видела как он переживает, но пытается не демонстрировать свои эмоции на публику.

— Жаль, тебе не удалось изобрести артефакт мгновенного перемещения.

— Мне тоже жаль. Но теперь я буду ездить верхом на Вихре в сопровождении Марка. Что-то мне не нравятся эти два случая подряд. То у Жени неожиданно Ласточка вышла из строя, и это хорошо, что он перед полетом привык проверять все системы и обнаружил поломку. Говорит, что кто-то молотком один из неосновных кристаллов разломал. Если бы мы взлетели, то потом где-то могли упасть, отнюдь не мягко. А ось в карете была словно подпилена. Такое ощущение, что кто-то решил тебя вдовцом сделать.

Амен задумался и прижал меня посильней к себе.

— У тебя на выходных нет дел в академии?

— Нет.

— Хорошо, а то я параноиком стану и не захочу тебя отпускать вообще куда-либо.

— Дорогой, я могу о себе позаботиться. Просто в карету я теперь точно не полезу. До академии на Вихре от силы полчаса езды, это если не гнать. А если пришпорить Вихря, то всего пять, но есть риск кого-то задеть.

Следующие пару недель опять прошли спокойно, у меня не было несчастных случаев, а Амен не обнаруживал зелья у себя в еде. Я мысленно только усмехалась и не расслаблялась. Было четкое ощущение: кто-то хочет, чтобы я просто расслабилась и решила, что это были просто несчастные случаи.

Но, видимо, терпения у кого-то просто не хватило или ума. И следующим событием было нападение на территории академии. Я в очередной раз после занятий прогуливалась по полю для физической подготовки и собирала нужные мне травы. Преподаватели по физической подготовке уже закончили гонять студентов и шли к зданию академии. Ощущала на себе их заинтересованные взгляды.

— Осторожно! – крикнул Лери.

Пришлось резко отбросить травы и выставить вокруг себя щит, как от физического, так и от магического воздействия. Обернулась, за пару секунд сменила платье и мантию на брючный костюм. Так же быстро сняла с руки браслеты, превратила в парные шесты, соединила их в один длинный шест. Даже успела снять артефакт с уха и убрать его в кармашек брюк. Пока я все это проделывала, мужчина, явно наемник, во всем черном с закрытым лицом, пытался пробить мой щит.

Закончив подготовку, которая заняла считанные секунды, сама убрала щит и напала на него. Через несколько секунд услышала предупреждение от коллег о еще одном нападающем у меня за спиной. Сделав обманный маневр, ушла в сторону, теперь оба нападающих были передо мной. Оба собранные и настроенные на убийство. Удивились, что я смогла оказать отпор, при этом все равно не собирались сдаваться и продолжали нападать, хотели завершить начатое.

А я понимала: если хочу выудить из них что-то большее, чем удивление, то должна их обезоружить и уложить на лопатки. Короче, победить. Тогда смогу посмотреть, кто их нанял и кто та стерва, что хочет заполучить моего мужа. Выставила еще один щит вокруг себя, и пока его пробивали, достала из маленькой поясной сумочки, она же пространственный карман, одно зелье. Потом сняла щит и продолжила бой. Мои противники ничего не заподозрили. Подкинув во время сражения пузырек, разбила его магией, а на себя наложила воздушный фильтр. Вот мои противники и вдохнули зелье, мгновенно упали на землю без сознания.

Ко мне как раз подбежали магистры по физической подготовке. Я быстро убрала остатки зелья из воздуха и кинула связывающее заклинание на нападавших.

— А я говорил, что ей лучше боевую магию преподавать, жаль, ректор не верит, − сказал Лери.

— Может, я не хочу боевую магию преподавать, − ответила спокойно коллеге. – А зелья − это моя любимая тема. Поможете дотащить, куда-нибудь? Мне их еще надо допросить.

— Менталиста нужно вызвать, − сказал магистр Данал.

— Я менталист, − сказала коллеге, – а вот следователь не помешает.

Напавших на меня притащили в пустую аудиторию. До прихода ректора я привела их в сознание и просмотрела воспоминания. Но, к сожалению, личности нанимателя они не знали, только догадывались, что это женщина.

— Умом их наниматель особо не блещет. Это же надо было напасть на меня в академии. Любопытно, как они только сюда попали, вроде как посторонний войти сюда не может, − высказала мысли вслух.

— Мне это тоже интересно, − сказал у меня за спиной ректор. – Что удалось узнать?

— По сути, ничего полезного. Они не видели нанимателя. Только догадываются, что это женщина. Проще было бы напасть на меня за пределами академии по дороге к дворцу.

— Наденька, вы забыли, на чем вы перемещаетесь? – спросил ректор с улыбкой. – Евгений − хороший изобретатель и обвешал свое детище не слабыми щитами. Внутри Ласточки вы в полной безопасности. Даже когда вы верхом добирались, вы были в безопасности. Одно − это скорость, с которой бегает ваш конь. А другое − вы и сами не слабый маг, так еще и под присмотром охраны. А вот как они пробрались сюда? Оставьте их мне, – сказал ректор хищно.

— Ладно, − спокойно согласилась и вышла из аудитории.

Во дворец добралась без приключений. Но артефакт на ухо теперь не надевала. Уж лучше я буду слышать мысли окружающих, но буду предупреждена об их намерениях. И, о чудо, я услышала кое-что весьма любопытное, чьи-то гневные мыслишки.

«Живая»,− было сказано мысленно и с такой ненавистью, что я даже обернулась и посмотрела по сторонам. В коридоре дворца стояла группа девушек, фрейлины королевы. Хм, эти тут уже не один год и все незамужние. Регулярно строят глазки братьям Амена. Но, насколько я знаю, безрезультатно. О них мы даже не думали и не подозревали. А змея, наверное, одна из них.

«И чего она на нас смотрит?»− мысленный вопрос одной из девушек.

«Как только выжила?..»− услышала еще одну “реплику”, хотя было «сказано» очень тихо.

Пошла в нашу с Аменом комнату. Хотелось переодеться и отдохнуть. Правда, решила, что лучше сначала найду своих детей, и узнаю, как у них день прошел. Теперь, работая в академии, стала скучать по ним. Детство оно же такое быстротечное, дети быстро вырастают и отдаляются от родителей. Сменив платье, пошла к детям. Мальчики занимались с преподавателями. Дочка играла с младшим сыном Лиды, Ареном, он был на полгода младше моей малышки.

Дети, увидев меня, улыбнулись. Подошла к сыновьям, погладила каждого по голове и поцеловала в макушку.

— Занимайтесь, я подожду, пока вы закончите.

Пошла к дочке и подруге. Дочка сразу потянулась ко мне, и стоило сесть в кресло, как она забралась ко мне на колени. Я обняла свое сокровище, поцеловала в щечку.

— Как ты?

— Хорошо, − картаво ответила малышка, – скучала за тобой.

— Я тоже за вами скучала.

То ли к счастью, то ли к сожалению от фрейлин больше ничего не «слышала», и они старались не оставаться со мной наедине. А вот ректор захотел, чтобы я провела спарринг с его преподавателями по боевым искусствам. И сам хотел посмотреть, и студентам показать. Амен настоял, чтобы тогда и Марк тоже показывал свое мастерство.

— И зачем это нужно? – спросила я у ректора, находясь в тренировочном зале.

— Я все не верил Лери, что вы хороший боец, списывал на его фантазию и его увлеченность вами. Но раз вы хороший боец, сможете показать женской половине студентов, что женщина может быть одновременно изящной, красивой, умной. И при этом быть сильной и уметь постоять за себя.

— Иначе не выжить, − сказала я задумчиво.

При первом пробном спарринге присутствовали только выпускники с боевого факультета, среди них девушек не было. Еще с нами напросились пойти в академию мои дети и дети Марка. Амен сразу заявил, что он присутствует обязательно. А Лида уже шла, чтобы присмотреть за младшими детьми и, если что, не дать влезть в самый ненужный момент.

На свои занятия я всегда надевала платье и укороченную мантию. Сегодня была в брючной костюме, который обычно использовала для верховой езды. Он мало того, что был очень удобным, но еще хорошо подчеркивал все достоинства фигуры. И, судя по взглядам Амена, он его заводит. Посмотрела на студентов и своих коллег, они старались откровенно не рассматривать мою фигуру.

Сняла свои любимые браслеты и превратила их в длинный шест. Со стороны студентов послышались шепотки восхищения этим артефактом. Да, я его тоже люблю. Преподавателей по боевой магии, боевым искусствам и физической подготовки всего было шестеро.

Для начала мне предложили провести спарринг с Андерсеном, к моему счастью ректор назвал его имя, Олрен. Мужчина улыбнулся мне только уголками губ. По нему видела, что он нервничает.

— Не нервничайте, − сказала ему тихо.

— Не в моем воспитании нападать на женщину.

— Не бойтесь, я вас сильно не обижу, − подколола, чтобы раззадорить его.

Пришлось нападать первой, потому что коллега был нерешителен. А вот после моей атаки пришел в себя и через несколько отбитых выпадов вообще забыл, что напротив него женщина.

— Какие удары, какая техника! – восхищался ректор. – Наденька может смело преподавать еще и боевые искусства.

— Только ей это неинтересно. Спарринги она любит. Но поговорить − это про зелья, травки и как их хранить, готовить. Об этом она может часами рассказывать. Лида, кажется, уже все ее книги наизусть знает, как и большую часть прочитанных моей супругой книг. Потому как она их читала Надежде еще с младенчества, а некоторые по несколько раз. Марк, может, ты составишь Надежде компанию? Вы когда вдвоем в паре работаете против другой пары − просто загляденье.

Марк только кивнул, взял местный шест и пошел к центру зала, где я вела поединок к Олреоном. К Марку вышел Шон Карн, мужчина преподавал на старших курсах боевую подготовку, разные виды оружия. Когда присоединились мужчины, мы с Марком не сговариваясь начали действовать синхронно.

— Он ее обучал! – воскликнул ректор.

— Частично. Мне нравится, когда они в паре спарринг проводят против другой пары.

Начинаем мы синхронно, чем немного дезориентируем противников, потом каждый использует свои приемы. А через время можем вообще поменяться противниками, помогая друг другу.

— Хорошая работа в паре, − прокомментировал Лери студентам, – запоминайте, как нужно усиливать друг друга. А не так, как вы − только мешаетесь, если работаете парами.

И если старшие дети смотрели спарринги с любопытством, даже моя дочь смогла почти все время высидеть. Потом просто ушла к папе на ручки. То вот младшенький Марка, Арен, быстро устал и стал капризничать. Ему было все равно, что мама ему говорит, что папа занят и к нему нельзя. Малец начал истерить и орать во все горло. А потом мы все дружно ощутили от ребенка спонтанный выброс магии.

— Лида! – испуганно воскликнул Марк.

Я быстрей него отреагировала − и бросила на подругу щит. У нее хватило ума успеть отойти от ребенка. Щит ее накрыл буквально за долю секунды до выброса сырой силы от ребенка. Из-за возраста Арен не мог контролировать куда напрявлять высвободившеюся магию. Марк, кажется, чуть не поседел в один момент. Лиду откинуло через пол зала. Благо остальные преподаватели сориентировались и не дали ей упасть. Спарринг был прекращен, как только ощутили выброс силы.

Марк сразу побежал к Арену, который стоял молча и испуганно смотрел на мать. Он подхватил ребенка на руки, быстро осмотрел, что тот в порядке, и поспешил уже с ним к жене. Лида молча обняла сына и поцеловала того в щечки. Стала тихо ему говорить, что любит его. Ректор тихо и очень нецензурно высказался по поводу увиденного.

— Вам бы артефактами с щитом обвешаться.

— Толку от них, − сказала подходя. – Они бы не выдержали выброс сырой силы такого размаха. Есть в кого, − улыбнулась. − А кто-то мне претензии высказывал, что я в детстве колдовала, − сказала Марку с улыбкой.

— Вы в детстве лучше контролировали силу и просто осознанно шкодили. Он еще слишком мал для проявления магии, и это чертовски рано.

— Ну рано, у Радика тоже сила рано открылась, и ничего, дворец выстоял. Академия пока тоже.

Ректор поморщился.

— Ну выстояла же. Даже вся компания моих братишек и сестричек вместе взятые ее не развалили. Даже толком не разломали.

— И слава Богам! − отозвался ректор. − Запечатывать способности не стоит. Это плохо сказывается в дальнейшем на развитии дара. Просто нужно следить за эмоциями ребенка.

— Или кому-то просто постоянно быть рядом, − сказал Амен. – Марк, ты же сможешь сдержать его.

— Да.

На этом показательный спарринг решили завершить, договорившись, что следующий спарринг, для других студентов с боевого факультета, состоится примерно через неделю.

А вот мой средний сынок на следующее утро заявил, что поедет со мной в академию. Когда попыталась возразить, он закатил истерику. Амен стоял удивленный таким поведением.

— Я же вернусь через полдня, − сказала ребенку.

— Я хочу пойти с тобой! Мама, пожалуйста, возьми с собой!

И это все со слезами, соплями и цеплянием за мои ноги.

— Наденька, может возьмешь его с собой? – осторожно спросил муж.

— Лео, я ведь не бросаю тебя, просто ты в это время тоже будешь заниматься с преподавателями. А я со взрослыми детками.

— Мама!.. – и снова рев.

Не выдержал, зашел старший сын. Посмотрев на младшего брата, попросил:

— Мам, возьми его с собой, пусть он поймет, что там скучно и успокоится.

— Такого зареванного точно не возьму, − сказала спокойно, – таким внешним видом только студентов пугать.

Мелкий сразу затих.

— А если я не буду плакать?

— Даша, − позвала нянечку, – помоги ему умыться и привести себя в порядок. У вас двадцать минут на все утренние процедуры. Если хочешь поехать в академию не голодным, то стоит поторопиться.

Ребенок убежал с нянечкой. Ко мне подошла дочка, молча обняла за ноги. Подхватила ее на руки.

— Побудешь с Лидой и Ареном в замке?

— Да.

— Самир, а ты будешь в замке с учителями?

— Буду, − вздохнув грустно сказал ребенок, – но я тоже хочу поехать с тобой.

— Поедете в следующий раз, когда у меня будет спарринг. Мне будет нужна ваша моральная поддержка.

— Мама, ты сильней их! – заявил сын.

— Угу, но я все равно волнуюсь.

Ребенок обнял меня за ноги. Амен обнял со спины. К нам с разгону в объятья влетел раздетый Леон.

— И меня обнять!

Я рассмеялась. Отпустила дочку на пол и присела обняла Леона.

— Иди одевайся, и пойдем к дедушке с бабушкой и дядьям завтракать. Поспеши, а то еще чуть-чуть и мы опоздаем. По дороге обсудим твое поведение на занятиях в академии. Мне нужно чтобы ты меня слушался. Понял?

— Да, мам!

Ребенок убежал переодеваться, а я тихо сказала:

— Чувствую, занятия будут «веселые».

— Ну, к счастью, дети у тебя там взрослые.

— Да, взрослые, − поморщилась, – а ведут себя иногда как маленькие.

В академию успели вовремя. Ребенка усадила за свой стол, ближе к краю. Строго сказала, чтобы вел себя тихо и не мешал мне. Студенты удивленно посматривали на Леона и улыбались ему. Ребенок улыбался в ответ. А когда у ребят была практическая часть, сын ходил между столами и смотрел, что они делают.

— Леон, ничего не трогай, − попросила его в очередной раз.

Ребенок быстро убрал руки и состроил виноватую мордашку.

— Танира, шлепни его по рукам, − попросила студентку.

Девушка шлепать не решилась, но маленькие загребущие ручонки отцепила от своего стола и забрала травы, которые у нее уже успели стащить.

— Лео, − еще одна выходка, сразу вызову отца, и улетишь домой к нянькам.

Мелкий опять состроил виноватую мордашку, и остаток занятия вел себя прилично. Руки не тянул, только любопытный нос совал и задавал вопросы. А я улыбалась и слушала ответы студентов, задавала дополнительные уточняющие вопросы. Когда третья группа ушла, ребенок подбежал, обнял меня за ноги и сказал:

— Видишь, насколько я полезен.

— Ты не устал? − спросила ласково и погладила по мягким волосам.

— Нет! – заявил ребенок и убежал на стул за моим столом.

Уроки у меня были и после обеденного перерыва. Так что в столовую мы шли вдвоем. Ребенок с удовольствие съел все, что ему принесли. Я смотрела на это с восторгом.

— Дома бы кто так ел, − прокомментировала коллегам. – Может, пойдешь к дяде Лери? У него весело.

Лери подавился. Леон посмотрел на него внимательно и мотнул головой.

— С тобой интересней.

— Может, к магистру Даналу, у него есть животные в кабинете?

— Упаси всевышний, − пробурчал коллега, – я хочу, чтобы мои ядовитые животные выжили.

— Мама, я буду с тобой! – безапелляционно заявил сын.

— Ладно. Только сейчас будет зачет у четвертого курса и тебе будет нельзя подходить к ним. Это опасно. Снова что-то взорвут, − сказала со вздохом. – В самом элементарном ошибаются.

На удивление сын почти все занятие просидел спокойно. Я выдала ему несколько листов бумаги и карандаши. И он, о чудо, просто сидел, рисовал. Студенты тоже на удивление хорошо справились с заданием, все выполнили.

— Вы меня сегодня радуете, − сказала ребятам, – даже ничего не взорвалось.

Покосилась на сына. Он все еще сидел за столом.

Обошла, проверила у всех получившееся зелье и поставила всем зачетные отметки. Разрешила убирать на столах. Услышала дзвяк-дзвяк, резко повернулась на звук. Сын выронил несколько колб, которые он достал из шкафа.

— Леон, осторожно положи оставшиеся реактивы на место.

— Но мама, урок же уже закончился.

— Ребята, все в тот угол кабинета, − приказала тихо студентам, – эта бестолочь сейчас все взорвет, − и громко сыну сказала: – Лео, немедленно положи все на место!

— Нет! – ответил серьезно ребенок. – Я хочу посмотреть на большой бабах!

Кто-то из парней выругался и даже щиты поднял.

— Советую поднять самые сильные.

А сама поспешила к ребенку. Самое печальное − он знал, какие реактивы брать и смешивать, чтобы был хороший сильный взрыв. Но! Он не понимал, что пострадает в первую очередь сам. Я чудом успела его откинуть воздушной волной к студентам. Они его даже поймали, прежде чем прозвучал взрыв. На себя я не успела наложить нормальный щит и пострадала. К счастью, отделалась ушибами и рваной раной в боку.

— Это первый и последний раз я взяла тебя с собой в академию, − сказала строго сыну.

Он обиженно посмотрел на меня. Но уже не спорил, понимал поганец, что это заслуженное наказание. Ко мне подбежали студенты и помогли подняться. Одна из девушек сказала:

— Магистр, у вас кровь на боку.

— Знаю, − ответила со вздохом.

Села на стул и стала колдовать над собой − убирать осколки из раны и останавливать кровотечение.

— Тим, − позвала отличника, – приготовь кровоостанавливающее. Сали, приготовь укрепляющее. У вас пятнадцать минут. Остальные могут помогать по мере своих сил. Справитесь − получите зачет за семестр.

Дети бросились готовить.

— Тим ты меня убить хочешь? Ты сколько насыпал? Нужно пять частей, ты уже седьмую кладешь. Кто-то еще рискнет приготовить вместо него, не погубив на эмоциях зелье? Просто вам все равно рано или поздно придется побывать в стрессовой ситуации и при этом готовить зелье. Лучше не ошибаться. Тим, успокойся, завтра приготовишь после уроков. Наташа, молодец, правильно. Тим, иди пока потуши огонь. Песком.

Ко мне подошел Лео.

— Мам тебе больно?

— Да, − сказала спокойно.

— Прости меня, пожалуйста.

— Прошу, чуть позже.

Ребенок надул губы и тихо расплакался. А я закрыла глаза, стараясь совладать с болью.

— Надежда, − ко мне подошел целитель.

Рядом с ним увидела парочку студентов, кивком головы поблагодарила их. Хоть кто-то додумался сбегать за целителем. Целитель быстро проверил зелья, которые получились у студентов, и оба влил в меня.

— Из кого-то получится толк, − сказал он зардевшимся девушкам. – Кто в этот раз взрыв устроил?

— Да есть тут один любитель алхимических экспериментов и больших взрывов.

Леон ножкой пошоркал и виновато опустил голову в пол. Целитель наложил заклинание исцеления и порекомендовал мне отправиться домой.

— Я не могу, у меня еще один зачет у пятого курса. Ребята, буду вам очень благодарна, если вы быстро наведете порядок.

Студенты быстро стали убирать последствия взрыва. Леон пытался помогать, но больше мешал.

— Леон, сядь, пожалуйста, за стол, − сказала ему строго.

Ребенок виновато сел на свое место. Я помогла навести порядок и подготовила аудиторию к следующему зачету. Когда пришел пятый курс, от последствий взрыва остался только разбитый шкаф и насупленный ребенок.

— К сожалению, в полном объеме зачет провести сегодня не смогу. Случился небольшой взрыв, − Леон на этих словах чуть ли под стол не залез. – Потому ответите пока только письменно. Практику сдадите на следующей неделе, когда восстановлю запасы трав и реактивов. Расслабляться не советую, потому что завтра вы же будете помогать мне восстанавливать запас уничтоженных трав. Это тоже будет частью зачета.

В аудитории зазвучали довольные шепотки. А потом один из парней решил уточнить:

— Кого нам благодарить за сорванный зачет? − и, судя по тому, как он хрустнул кулаками, хотел виновника, побить.

— Александр, вы так сильно расстроены? – удивилась я.

— Мы − нет, но взрыв был сильней, чем вы говорите, у вас глубокое ранение, обработанное целителем. Вам нельзя проводить сейчас урок, и вы должны восстанавливаться под присмотром целителя.

Сын окончательно спрятался под стол.

— Любитель взрывов, вылезай, − позвала, заглянув под стол. – Зовут Леон, любит все взрывать. Безумно любит взрывать, поэтому забывает все меры безопасности, которые знает наизусть.

— Я больше не буду, − сказал ребенок, – честно, это в последний раз.

— Надеюсь, в последний раз забыл про меры безопасности. Потому что от тебя бы, дорогой, остались только разорванные кусочки, − закончила тирраду достаточно жестко. И обратилась к студентам: − Отпустить вас все же не могу. Вот три вопроса, жду развернутых ответов. Это половина вашей оценки за зачет. И дополнительная возможность подготовиться к практике, потому что потом вы это же зелье будете готовить.

Александр с прищуром посмотрел на насупленного Леона и улыбнулся. Сын сделал один неуверенный шаг в мою сторону. Достала ему книгу и открыла раздел по технике безопасности.

— Читай молча. По дороге домой расскажешь.

— Я это уже знаю.

— Плохо знаешь, читай и води пальцем по тому месту, где читаешь.

В конце занятия двери резко открылись, и зашел Амен. Студенты очень удивились, встали поприветствовать его. Муж проигнорировал их и быстро подошел ко мне.

— Как ты? Кто это устроил? – по испуганному виду сына понял: – Ясно.

В кабинет осторожно заглянули две любопытные мордашки дочки и старшего сына.

— Зачем ты их привез? – шепотом спросила у мужа.

— Мне некогда было ругаться с ними, они просто переживают. Они слышали, что был взрыв, и что ты пострадала.

— Все в порядке, просто сорвал мне планы на нормальный зачет для пятого курса. Теперь вместо одного часа они будут его проходить еще минимум часа три. Будут помогать мне собирать травы и восстанавливать сгоревшие от взрыва запасы. Не доверю же я это ответственное дело первому курсу. Одного раза хватило, чуть не потравились.

— Зубы мне не заговаривай. Вот шкаф не должен был взорваться, на нем должны были быть антивандальные щиты, его никто не должен уметь открыть, кроме преподавателя.

— Да?! Как-то до этого никто и не пытался. И щиты на нем были, и защита. Правда, до того, как Леон приложил к нему свои ловкие пальчики. Сын слишком ловко вскрывает щиты и защиты, даже не задумываясь. Во дворце он это не раз проделывал с моим шкафом ингредиентов. Пока я не спрятала все опасное в обычный сейф с обычным ключом.

— Значит, тут будет так же.

— Шкаф удобней, − сказала я со вздохом. – И это проще для учебного процесса. Просто больше не возьму кое-кого с собой, даже если снова закатит истерику.

Прозвучал звонок с урока. Дети подошли, сдали свои работы и тихо вышли из аудитории.

— Ты на Ласточке?

— Да. Натан тоже со мной приехал.

— Хорошо, пошли. Леон, с тебя пересказ прочитанного. В следующий раз меня может не быть рядом, и спасать тебя будет некому.

Амен побелел еще сильней. Самир взял Леона и Дарину за руки и вывел в коридор. Мужу я быстро пересказала, как произошел взрыв.

— Выпороть бы его.

— Леона уже запугали. Ребнеку бы понять, что следующий раз его забывчивость мер безопасности может быть банально последним в его жизни. Сына уже и так съедает чувство вины.

— Поделом ему.

— Амен, ему всего четыре года, – напомнила мужу и спросила с примирительной улыбкой: – Мы же все равно, его любим?