Глава 13

Московский полис.

Белый город.

Центральный офис Имперского банка северо-западного региона.

— Я приношу свои глубочайшие извинения, Аслан Ибрагимович, но законы Российской Империи требуют предъявления документов, — тщательно подбирая слова, сообщил Альберт Иннокентьевич. — Даже если речь идёт об анонимном счёте.

Глава подразделения экономической безопасности обильно потел и не знал, куда деть руки. Имперский банк был крупнейшей финансовой структурой в стране. Но далеко не единственной. Однако, фактическая борьба за дополнительную прибыль в разных регионах часто игнорировала статус главного финансового института. И чтобы без проблем отчитаться перед главным офисом, многим филиалам приходилось сильно изворачиваться.

Одним из самых безопасных способов заработать были анонимные счета. Проценты по любым операциям с этими счетами были в разы выше, а суммы иногда поражали воображение даже опытных сотрудников банка. И сейчас один из очень крупных счетов подобного типа был под угрозой.

Сидевший в кабинете начальника экономической безопасности мужчина поднял взгляд от телефона. Тёмные волосы с густой проседью, нос с характерной горбинкой и чуть смуглая кожа выдавали в госте уроженца Кавказского полиса. Но такая внешность встречалась и среди жителей Российской империи. А вот характерные, чуть светящиеся татуировки на скулах, щеках и подбородке были уникальной особенностью сильнейших магов Кавказа. И клерк это знал.

— В чём тогда смысл анонимного счёта, Альберт Иннокентьевич? — на идеальном русском, поинтересовался посетитель. — Мы платим вам за анонимность. И вашему банку, и вам лично.

— Вы впервые у нас, Аслан Ибрагимович, поэтому не в курсе всех особенностей работы с банком, — бледно улыбнулся начальник безопасности. Такие откровенные слова гостя могли сильно сказаться на жизни и репутации банковского работника и стоило избежать возможных разногласий. — Анонимность со стороны банка обеспечивается для полной безопасности ваших средств перед имперской канцелярией и проверяющими органами летающего острова. Мои же услуги нужны для того, чтобы ваши данные не ушли дальше этого кабинета.

— Я знаю, за что мы платим тебе, Альберт, — произнёс душан, разом показав разницу в статусе между ними. — Я не понимаю, почему ты продолжаешь цепляться за условности, которые доставляют нам неудобство.

— Некоторые правила нельзя нарушать, — пытаясь сохранить лицо, улыбнулся Альберт Иннокентьевич. — Судьи Императора умеют задавать вопросы по поводу соблюдения регламентов.

— Среди слуг вашего государя есть адепты грани Разума? — поднял бровь посетитель и на лбу клерка обильно выступил пот. Маловероятно, что душан не знал о таких вещах, но открыто говорить о подобном не принято. Тем более, с теми, как когда-то выбил себе право жить по собственным законам.

— Вы же понимаете… — снова начал Альберт.

— Избавь меня от подробностей, Альберт Иннокентьевич, — лениво взмахнул рукой посетитель. Другой рукой он достал из внутреннего кармана идеально скроенного пиджака сложенный вдвое лист и протянул его хозяину кабинета. — Ваша справка о пересечении границы тебе устроит?

— Вполне, Аслан Ибрагимович! — несказанно обрадовался сотрудник банка. Он быстро развернул лист, мазнул по нему взглядом и тут же отдал обратно. Теперь его совесть в случае проверки была чиста и можно было переходить к делу, которое ему всегда нравилось и особенно хорошо оплачивалось. — Чем я могу вам помочь сегодня, уважаемый?

— Мне нужно триста тысяч рублей наличными, — невозмутимо ответил душан и, чуть опередив возможные оправдания и возражения сотрудника банка, добавил. — Сейчас. Я тороплюсь.

— Мне нужно проверить… — замедленно ответил Альберт, но увидел, как прищурился гость и закончил совсем не так, как планировал. — Какими купюрами вам смогут выдать требуемую сумму?

Спустя двадцать минут Аслан Ибрагимович покинул здание Имперского банка с кейсом наличных, а где-то в своём кабинете открыл бутылку конька глава экономической безопасности. Альберт был твёрдо уверен, что самое сложное за этот день он уже оставил позади. Осталось только позвонить нужным людям и больше ему уже никогда не придётся общаться с этими высокомерными горцами.

— Торговец прислал координаты встречи? — сев в роскошный внедорожник с наглухо тонированными стёклами, спросил душан. В машине сидели четверо его собратьев-барсов, а в остальных ехали лучшие воины внешнего кольца Кавказского мегаполиса.

— Он переехал, Аслан, — на тайном наречии магов Кавказского полиса, ответил сидевший впереди барс. Гараз был самым молодым и самым горячим среди душанов. — Сказал, что подготовил новое место для обмена. На границе нового баронства.

— Поехали, совет старейшин просил нас вернуться как можно быстрее, — ответил Аслан. — Мой дед сказал, что Сердце Гор плачет.

— Надвигается большая беда, — кивнул водитель. — Так было перед появление летающей армады у нашего купола.

— Или большие перемены, Ислам, — возразил Аслан. — В любом случае, нам потребуется много новых магов и воинов. А ресурсов для поддержания Сердца Гор почти не осталось. Если оно исчерпает себя, то в ход пойдут жизни наших братьев. А это значит, что многие поселения останутся без защиты.

— Мы знаем последствия, брат, — произнёс молчавший до этого сосед Аслана. — И сделаем всё необходимое, чтобы они не наступили. Но некоторые вещи доступны только избранным, а многие знания давно утрачены.

— Всё что мы можем — найти максимум подходящих материалов, — согласился лидер душанов. — Если Меняла не соврал, то эта поездка может оказаться очень выгодной для всего нашего народа.

— Я не верю, что этот бродяга где-то раздобыл сорок килограммов кристаллического льда, — поделился своим мнением водитель. — Слишком жирный кусок. Если о нём узнал кто-то из великих родов, то парень не жилец.

— Это не наши проблемы, — ответил Аслан. — Мы до этого с ним пару раз работали и он уже доказал, что умеет держать язык за зубами. Если не соврал в этот раз, то можно предложить ему стать нашим представителем рядом с Московским полисом.

Колонна джипов покинула Белый город и направилась к северо-западным воротам. Их никто не останавливал. Представители дружин великих родов просто делали вид, что ничего необычного в тонированных машинах нет.

— Это и есть новое баронство? — впервые с момента выезда из полиса нарушив тишину, спросил Гараз. — Печальное зрелище.

— Твой язык опережает твой разум, Гараз, — покачал головой глава делегации. — Смотреть нужно не на землю, а на то, что её защищает.

— Тоже заметил, — с интересом покосился на лидера Ислам. — Прямо полыхает!

— Сильный камень, — одобрительно произнёс четвёртый член экипажа. Татуировки на его лице начали слегка светиться, показывая работу с кристаллической связью. — Очень сильный! Такой не признает слабого хозяина.

— Мы с этого вряд ли что-то получим, — произнёс Аслан. — Вокруг этого баронства слишком много шакалов. Каким бы сильным не был хозяин этого сердца, ему не выстоять. Знать полиса сожрёт его с потрохами.

— Вижу грузовик торговца, — сообщил Ислам и чуть скорректировал движение машины. Следом свернули остальные джипы колонны. А когда головная машина остановилась, сопровождение начало выгружаться, чтобы обеспечить внешнее кольцо охраны барсов.

— Здравствуйте, уважаемые! — когда маги вышли из автомобиля, первым поздоровался торговец. Меняла подозрительно смотрел на возможных партнёров, но старался выглядеть радушным и дружелюбным. — Как добрались? Всё ли в порядке?

— Благодарю, Фёдор, — ответил Аслан. Законы гостеприимства требовали ответить на слова хозяина дома. Даже если никакого дома рядом не было. — Добрались хорошо и, я надеюсь, не зря.

В этот момент взгляд Аслана упал на каменный блок, который стоял чуть в стороне. Барс удивлённо замер, будто не мог поверить собственным глазам. Остальные немедленно заметили состояние лидера. Федор тоже заметил перемену.

— Это подарок барона Орлова, — улыбнулся Меняла. — Без этой штуки не получится провести сделку. Сегодня оплата за мой счёт, уважаемые.

С этими словами торговец взял крупный кусок камня и спокойно положил его на чёрный блок. Со своей стороны он сделал то же самое и тут произошло настоящее чудо. Купол над соединёнными блоками пошёл рябью и сменил форму.

— Ислам… — не отрывая взгляда от удивительного артефакта, произнёс глава делегации. — Займи этого замечательного человека достойной беседой.

— Я думал, что мы обсудим условия сделки, — явно заволновавшись после реакции душанов, воскликнул Фёдор. — Не надо ничего трогать! Барон будет недоволен!

— Не волнуйся так, дорогой, — миролюбиво произнёс Ислам, но при этом недвусмысленно начал оттеснять торговца от своего лидера. — Ты хотел поговорить о сделке? Так давай поговорим! Мне ты сказал, что можешь достать пятьдесят килограммов кристаллического льда. Это так?

— Никакой сделки не будет, если он не прекратит, — неожиданно упёрся Меняла. — Барон этого не одобрит.

— Смотри, — усмехнулся Гараз, а Ислам ненадолго задумался. Фёдора он знал достаточно давно и был уверен, что с выгодными клиентами тот спорить не станет без очень веского повода. — Похоже, этот барон серьёзно его прижал.

— Молчи, Гараз, — проворчал Ислам. — Просто молчи. Так будет лучше для всех. И особенно для тебя.

Аслан тем временем уже вовсю изучал артефакт. Магические символы на лице душана полыхали энергией, но камень на воздействия вообще не реагировал. Более того, когда лидер делегации попытался усилить давление, он тут же ощутил угрозу от защитного купола. Кто бы не создал этот шедевр, он предусмотрел даже самые странные варианты развития событий. Однако, чтобы убедиться в собственных предположения, нужно было провести ещё одну важную проверку.

— Предупреди наших, что может быть шумно, — опускаясь рядом с артефактом на одно колено и доставая из внутреннего кармана пиджака покрытую рунами пластину, приказал Аслан.

— Что значит «шумно»? — резко спросил Меняла и все услышали, как его голос изменился. Это была не угроза, но ясное сообщение о том, что торговец должен услышать нормальный ответ или он начнёт действовать.

— Ты сейчас увидишь, — сосредоточенно глядя на струящуюся над блоком кристаллическую связь, ответил Аслан.

Пластина негатора легла на чёрную поверхность артефакта. Уникальный сплав, покрытый рунами тайного языка, мог разрушить любую, даже самую сильную магию. Ненадолго, но это уже было тем преимуществом, которое часто решало исход тяжёлых боёв. И негатор начал действовать.

Малый купол, накрывший место торговли, начал рябить и должен был вот-вот погаснуть. Как и всегда в подобных случаях. Глаза барса затянула чистая кристаллическая связь, которая меняла его восприятие, позволяя видеть все источники магии вокруг. Душан хотел понять. Он хотел увидеть подтверждение своих слов, но увидел нечто совершенно другое.

В истинном зрении грубая каменная глыба выглядела настоящим произведением искусства. Она была продолжением магического барьера в физическом мире и сам факт такого использования энергии защитного кристалла вызывал шок. Но ещё большее удивление у предводителя душанов вызвал тот факт, что сотни кристаллических нитей тянулись от камня не к барьеру, а к шагающему к ним по полю средоточию кристаллической связи.

— Ислам, Гараз… — на тайном наречии барсов рыкнул лидер. Внутри у него родился непонятный и противоестественный страх. За сорок пять лет бесконечных сражений Аслан не испытывал такого мощного чувства. — Стройте защиту.

— Я бы вам даже дышать слишком громко не рекомендовал, — внезапно произнёс Меняла и на этот раз в его голосе слышалось невероятное облегчение. — Здравствуйте, господин барон. Рад вас видеть.

— Кто эти люди, Фёдор? — услышали душаны полный ледяного спокойствия голос. Его обладатель вообще не обращал внимания на четвёрку чужаков, будто они были для него пустым местом. Аслан был готов поставить незнакомца на место, но вдруг понял, что не может даже пошевелиться. Будто сама кристаллическая связь в его теле превратилась в вековой лёд с высочайших вершин. — И почему они смеют так себя вести на моей земле?

— Это те люди, о которых я говорил, Святослав Иванович, — явно не испытывая никаких трудностей, ответил Меняла. — Они приехали за льдом.

— Но решили, что могут устанавливать свои правила, — произнёс в ответ барон и в поле зрения Аслана появилась там самая фигура, будто сплетённая из струй кристаллической связи. Душан моргнул и наваждение пропало. Он увидел обычного парня, который смотрел на него льдисто-голубыми глазами. Аслан даже подумал, что ему просто привиделось всё, вот только пошевелиться он так и не смог. Даже дышать, как и сказал недавно Меняла, получалось с трудом. — Кто ты такой? Я разрешаю тебе говорить.

Горец с всхлипом втянул в себя воздух и недоверчиво посмотрел на молодого барона. Пару секунд он молчал, а потом, спёртым от напряжения голосом, произнёс:

— Меня зовут Аслан, господин барон.

* * *

— Ты главный? — коротко спросил я. Поля кристаллической связи надёжно фиксировали всю четвёрку гостей и это почти не требовало от меня усилий. Душаны так сильно были уверены в своих силах, что полностью раскрылись. Правда, эту брешь в чужой обороне мог использовать только мой кристалл. Я пока до такого уровня влияния на чужую кристаллическую связь не развился даже близко.

— Да, — через силу ответил Аслан. Седой горец смотрел на меня с удивлением и непониманием. Он не боялся, но был готов действовать. Вернее, считал, что сможет что-то сделать, если это потребуется.

— Вы нарушили правила торговли на моей земле, — изучающе глядя на гостя, сообщил я.

— Мы заплатим, — без колебаний ответил душан.

— Разумеется, — кивнул я. Этот вопрос даже обсуждать смысла не было. — Почему ты пытался взломать купол?

— Я не пытался, — чуть дёрнулся, будто попытался покачать головой, ответил Аслан. За пределами купола уже началась суета. Охрана чужаков начала готовиться к прорыву и у них были на это все шансы. Если бы здесь не было меня. Купол вокруг нас потемнел и стал будто в несколько раз толще. Душан это увидел и слегка побледнел. — Просто проверка, господин барон. Я хотел… Я хотел убедиться, что это настоящий артефакт искажения кристаллического барьера.

— Убедился? — приподнял бровь я и гость дёрнул подбородком, пытаясь кивнуть. Я прошёл к блоку торгового места и забрал с него пластину. Простейший негатор был выполнен из истинного металла и по качеству довольно неплохо сделан. — Это станет платой за твоё любопытство.

— Как скажете, господин барон, — даже не подумал спорить душан. Этот ответ добавил ему пару очков в моих глазах. Лидер такой серьёзной группы рунников явно был важной фигурой и мог запросто пойти на конфликт. И я ожидал именно такой реакции. Но вместо этого у нас получался вполне осмысленный диалог.

— Прикажи своим людям остановиться, Аслан, — произнёс я. Часть охранников уже находилась в опасной близости от купола. — Иначе они умрут.

— Они не станут слушать, Святослав Иванович, — ответил душан. — Их задача — обеспечить мою защиту. И они сделают это любым доступным им способом.

— Мне жаль, — невозмутимо ответил я и брови предводителя чужаков дёрнулись вверх. Уговаривать или давать нарушителям второй шанс я не собирался.

— Их может остановить один из моих братьев, — торопливо произнёс горец. — Я прикажу ему отвести людей. Гараз!

— Я услышал, брат, — не отрывая от меня горящий неподдельной яростью взгляд, ответил самый молодой из магов.

Аслан вопросительно посмотрел на меня, и я ослабил хватку полей кристаллической связи вокруг парламентёра. Тот дёрнулся, чуть не упав. Видимо, всё это время пытался вырваться. Парень быстро прошёл к границе купола, и я создал для него односторонний проход. Однако, Гараз не вышел сразу, а обернулся и посмотрел на своего лидера.

— Я вернусь и убью этого выскочку, посмевшего нас оскорбить, брат, — на грубом лающем языке произнёс парень и вдруг наткнулся на мой взгляд.

— Ты умрёшь, едва ступишь на этот путь, — на том же языке пообещал я и вся четвёрка потрясённо уставилась на меня.