Глава 42

На улице сегодня было градусов под тридцать. И на раскаленной летним солнцем улице без малейшего кусочка тенька, жара ощущалась особенно сильно. Поэтому моему счастью не было предела, когда я наконец переступила порог салона красоты "Элегия". Холодный воздух кондиционера — это самое прекрасное, что было со мной за последние полчаса. Именно столько времени мне понадобилось на дорогу, да ещё и в пятничную пробку попала. А в наших автобусах единственный источник прохлады — это сквозняк из форточки. Но откуда этому ветру взяться, если транспорт движется медленнее столетней черепахи?

За стойкой администратора сидела хозяйка данного салона Вера. Высокая полная женщина средних лет всегда встречала меня с улыбкой. Очень простой и мегапозитивный человек. Однако Настя недавно призналась, что хозяйка такая не со всеми. И персоналу порой достаётся по первое число. Я считаю, что такое в порядке вещей и по другому бизнес вести невозможно. Даже директор школы никогда одними пряниками нас не балует, бывает и кнут.

— Давненько тебя не видела, — после взаимных приветствий произносит Вера.

— Три недели назад делала, — продемонстрировала ей свои маникюр. — Не так уж и давно.

— А ресницы почему делать перестала?

— Дорого берёте! — шутливо возмутилась я.

А вообще дело даже не в цене. После одной брошенной Димой фразы, перестала делать наращивание. Перешла на ламинирование, да и обзавелась неплохой тушью для ресниц. Хотя по сей день пытаюсь себя убедить, что мне на его мнение начихать.

— А что поделать? Все растет в цене, — разводит руками женщина, мол сочувствует, но сделать ничего не может.

— Ага, кроме зарплаты.

— Жениха нашла уже? — это её любимый вопрос, без него ни один мой визит не обходиться.

— Аж пятерых, не знаю какого выбрать, — с плохо скрываемым сарказмом ответила ей. Как бы мне не был приятен данный человек, к числу приближенных Вера не относится, а значит действительно личное я, пожалуй, оставлю при себе.

— Что тут думать? Который побогаче, того и бери. Ладно, разговоры разговаривать с тобой интересно, но пора и девочек за работу посадить. Ты к кому? Шульгина на больничном.

И тут я зависла не надолго. Даже ума не хватило поинтересоваться у Насти, как зовут девушку, которая её замещает.

— Блин… А в журнале нет меня? На пять часов.

— На пять у нас к новенькой запись. Пока Надя на испытательном, но может и оставлю. Посмотрим по работам. Иди, у неё нет никого. Скажешь потом, как она тебе.

Надя, значит. Пообещав Вере, что непременно выскажу ей своё мнение, отправилась в зал, где всегда сидела Настя. Там находятся четыре стола, оборудованные всем необходимым. Два из них заняты другими клиентками, один вовсе пустует. Но то что вижу за четвёртым, вернее кого, меня вводит в полнейший ступор.

Брови реагируют первыми — они поднимаются и приобретают характерный удивленный изгиб. А челюсть отвисла до такой степени, что еще чуть-чуть и она пола коснётся.

Надя так же свои глаза в мою сторону вытаращила. Наверное мне бы её шокированный вид забавным показался, только я сейчас её мимику отзеркалила полностью.

Первая мысль — развернуться и уйди. Но выглядело бы это странно, да и совершенно не по-взрослому.

Шаги к ней навстречу дались с большим трудом, ноги почти от пола не отрывались. Как каблуком ни за что не зацепилась, да в ногах не запуталась — остаётся только гадать. Потому что под ноги я не смотрела совсем.

Поставив сумочку на стол, тут же заняла свободное место напротив Громовой. Выглядела она, кстати, совсем не дурно. Гораздо лучше, чем в школьные годы. И на десяток килограмм худее. Блондинкой Надя больше не являлась, волосы её приобрели медовый оттенок, что в контрасте с голубыми глазами смотрелось очень даже не плохо. Научилась пользоваться косметикой, получше меня и всех кого я знаю. Наверно и тут без курсов не обошлось.

— Если ты хочешь, я могу уйти, — медленно и тихо произношу я. Выбор за ней, в конце концов она здесь не рабстве.

— Решай сама, — выгнув бровь ответила моя бывшая одноклассница.

Назвать дружелюбным её тон, а уж тем более взгляд — язык не повернётся. Но то, что меня ещё не оттаскали по салону за волосы и не попытались выцарапать глаза, уже хорошо. Хотя, она ещё и в школьные годы не отличалась бойким темпераментом. Вся смелость и отвага, видимо, досталась её родственничку.

Раз право голоса доверили мне, то я и решаю. Ну в конце концов не моего же гинеколога она замещает. Так что от меня не убудет, парочку часов в её компании я переживу. Тем более, это нужно нам обоим.

Молча лезу в сумочку за телефоном, чтобы показать картинку с выбранным маникюром. Ещё секунд десять уходят на поиски этого скриншота.

— Так сможешь? — спрашиваю, разворачивая мобильный к ней. Ничего сложного, насколько я могу судить. Обычное покрытие гелем, без всяких страз и рисунков. Нежно-розовый цвет, а на безымянном он становится перламутровым или жемчужным, благодаря втирке.

Надя кивает, даже немного расслабляется. Насколько могу судить по внешнему виду, масштаб работы её вполне устроил.

О своём решении остаться, я пожалела уже через десять минут. Конкретно к её действиям у меня претензий не было, хоть и делала Надя все слишком медленно. Но и сужу я предвзято и по работе своего предыдущего мастера, с большим опытом и давно "набитой" рукой.

Всё дело в моих внутренних ощущениях. Неуютно и неудобно — это очень мягкие слова, которыми я могу охарактеризовать свое состояние. Ужасно жарко, душно, несмотря на то, что кондиционер работал без нареканий.

А ещё не знала куда глаза деть. Уже все рекламные плакаты пересмотрела, да скупому интерьеру столько внимания уделила, как никогда ранее. С Настей мы обычно трещали без умолку обо всем подряд. И время шло незаметно. А Надя только скупые вопросы задавала про длину, да форму. Разумеется, другого я не ожидала.

— Может, на среднем и мизинце попробуем другой цвет? Например, матовый белый.

— Давай, — ответила Наде после небольшой паузы, так как растерялась не только от того, что она со мной вновь заговорила, но и от инициативы, которую девушка проявила.

Все эти годы я представляла, что стоит мне только встретить Громову где-нибудь на улице или же торговом центре, подойду к ней и попробую извиниться. Искренне. Подберу такие слова, чтобы поверила, а, может, даже простила. Но вижу что всё далеко не так просто. Костина спустя пять лет моё положение только усугубила. Уже и шестой год пошёл. Если за прошедшее время, обида Нади и притупилась, то теперь все с новой силой вспыхнуло. И время в этом случае мне на руку не сыграло. А если судить по словам Димы, я для неё монстр во плоти.

Дима! А вдруг Надя ему о нашей встрече расскажет. Пожалуется в очередной раз. И он вряд ли после моих, пусть и мнимых, угроз не поверит в простое стечение обстоятельств, в обыкновенное совпадение. Представлять даже не хочу, что этот придурок со мной тогда сделает.

Надо как-то мысли свои в порядок привести. На что-то иное отвлечься, а то в голове каша какая-то. Ни одной ясной идеи на ум не приходит. Как лучше модель своего поведения выстроить.

Всё-таки сдалась и взяла в руки телефон. До этого я переживала о том, что Надя подумает, будто я тут же бросилась писать кому-нибудь что-то вроде: " угадай, кого я встретила." Но "пялиться в потолок" сил больше нет. Видео в инстаграм полно, можно не только на пару часов зависнуть, а целый день как зомби просидеть, на экран уставившись.

Звонок Андрея оборвал мои "грандиозные" планы. Только проговорили мы не долго. Он изъявил желание забрать меня после, я согласилась.

— Твой парень? — сухо поинтересовалась Надя, не отвлекаясь от работы.

— Да.

— Денис?

— Нет. С ним давно расстались.

После моего очередного краткого ответа в её глазах мелькнуло что-то похожие на злорадство. Оно и не удивительно, что Надя нашему разрыву радуется. После всего произошедшего, счастья нам она желать и не должна, тем более обоюдного.

— А что так?

Я уже было подумала, что её любопытно на сегодня удовлетворенно, но, видимо не совсем. Сделала вид, будто последнего вопроса не слышала, а повторять Надя не стала.

— Может, как-нибудь встретимся в другой обстановке и обсудим… — робко начала я, но в середине застопорилось окончательно.

— Говори сейчас, что хотела, — отозвалась с безразличием.

— Я думаю, ты ещё не совсем готова меня слушать.

— Или ты не готова говорить?

И это тоже, но оповещать об этом Громову не стала. Прочистив горло, начала:

— Чтобы ты там обо мне не думала, я ничего подобного не планировала. И тем более никого не настраивала против тебя, не подговаривала поступать так.

— Очень удобная позиция — спирать на других, — перебила мой монолог. — В лампу!

Сделала, как она приказала. И засунув палец в сушку для ногтей, продолжила разговор.

— Ты ведь с себя ответственность снимаешь! Тебя ехать никто не заставлял и пить тоже.

Промолчала, только взгляд строгий в мою сторону исподлобья бросила. Конечно, свои ошибки признавать никто не хочет.

— Если не я, то кто-нибудь другой бы все равно выложил это видео.

— Раз вину свою не чувствуешь, зачем сейчас передо мной распинаешься?

— Я не утверждаю, что вины за мной нет. С-с-с-с. — со свистом втянула в себя воздух и дёрнулась, почувствовав жжение в области ногтевой пластины.

— Переверни руку, — посоветовала Громова.

Будто без не знаю, что делать. Не в первый раз наращивание делаю, даже не в десятый.

— Виновата, но не я одна, — повторила сказанное ранее, а затем продолжила. — Только к истории с твоим парнем я ни малейшего отношения не имею.

— Кто тогда? — ухмыльнулась моя собеседница.

— Наташа Костина. Она с парнем твоим в одном офисе работает. Ну или работала. Он ей вроде как понравился…

Ну а что? Наташа мне не подружка и покрывать её не обязана. А Надя имела право узнать, кто в действительность ей личную жизнь испортил.

Она ничего не сказала, только губы поджала, да лоб наморщила. Поверила, кажется.

Разговор продолжать не стали. Дальше сидели в тишине или же обращалась она ко мне только по необходимости. Понимаю её нежелание разговаривать со мной. Наверняка, ей сейчас нужно переварить всю информацию.

Я же мысленно вернулась к Андрею, вернее к моим чувствам к нему. В последнее время очень много думала о наших отношениях. Андрей мне нравился, но… Даже не знаю, как объяснить. Вот смотрю я на него, а внутри пусто. Денис и Дима — два мудаки, что извратили моё сознание и тягу к нормальным мужчинам. Они оба сильные, властные и подавляющие. И теперь рядом с мягким и добрым Андреем мне не хватает этой мужской твёрдости. Установка не сравнивать его с Димой давно дала сбой. В Андрее нет никакой изюминки, но это лично для меня, наверняка куча девушек о таком только мечтают. Анька часто называет меня — праведной занудой, так вот Андрей — моя мужская версия. И вдвоём мы просто потухнем. Он очень симпатичный парень, но даже его смазливые черты мне кажутся скучными и не интересными. Нет в нем никакой загадочности, никакого хитрого прищура глаз или особенного выражения в них же. Его улыбка никогда не перерождается в сексуальную и хищную ухмылку. А самое главное, поцелуи не заставляют сердце биться чаще. От прикосновений тело не покрывается мурашками. Я понимаю, что очень эгоистично поступаю. Занимаю его личное время, даю ложную надежду. Только одной снова быть не хотеться. И надежда во мне ещё не умерла, что мозги на место встанут и на парня другими глазами посмотрю. И совсем недавно сравнение же было в его пользу. Что со мной происходит, ума не приложу.

— Другую руку, — скомандовала Громова, перебив мои мысли.

Взглянув на уже готовые ноготочки, не смогла сдержать улыбки. Результат мне нравился, очень даже. Кажется, у Веры скоро пополнится постоянный штат работников и на одного хорошего мастера станет больше.