Глава 16

Заботясь о здоровье мужа и ухаживая за ним я перестала уделять внимание себе, мне было просто некогда, я даже не думала купить себе что-то новое из одежды, снова начать ходить в тренажерный зал, баловать себя приятными мелочами. И в итоге оказалась у разбитого корыта. Сидела на диване и не могла пошевелиться. Не было ни сил, ни желания. Тихо плакала и понимала, что сама разрушила свою жизнь, не хотела замечать очевидных вещей, полностью посвятила себя мужу. А ведь Олег мне говорил и не раз… Страшно ощущать себя не просто обманутой женой, а еще и униженной дурой. Время шло, а я не знала, чем занять себя. Теперь все неважно, никому ничего не нужно. Можно не убирать квартиру, можно не готовить и не мыть посуду. Пусть все делает сам. Или его любовница. Вдруг поняла, что Матвей отныне перестанет скрывать свою связь с Наташей. Вдруг он приведет ее в наш дом? И я ничего не смогу с этим сделать. Нет, я не заслужила я подобного отношения. Должна у него остаться хорь крупица порядочности? Развод. Это не просто ужасно. Это отнимает много времени и сил, бьет по нервам, превращает женщину в расчетливую стерву. Мне придется биться за каждую копейку. Я не могу и не хочу оставаться с долгами, которые набрала ради Матвея. Мне будет на кого потратить деньги. Я положила руку на живот. Я сделаю все, чтобы мой ребенок вырос счастливым, я смогу вырастить его одна. Он не виноват, что его отец так подло изменил мне. Не мне, теперь уже и нам… Муж изменил и мне, и крошечному человечку, поселившемуся у меня под сердцем. Матвей никогда не узнает, что я родила от него. Это никому не нужно и бессмысленно. Он сейчас будет полностью поглощен Наташей и ее беременностью. Я перестала существовать для него. Завтра же подам на развод. Как долго он будет тянуться? Как долго будет продаваться квартира? Снова на меня свалились проблемы, которые я не ждала. Беда всегда приходит неожиданно, безжалостно рушит планы. И снова я провела бессонную беспокойную ночь. Какие только мысли не лезли в голову, какие только мрачные картины не вставали перед глазами. Радикальные перемены редко радуют. Моя жизнь рухнула, надо выбираться из-под обломков и начинать все с начала. Матвей не появился и утром. Я пошла на работу с тяжелой головой, измученная и бесконечно уставшая от бесполезных мыслей. Он позвонил днем: – Я забрал свои вещи, – холодно известил меня. – Я поняла, – так же безразлично ответила ему. – Прекрасно, – в голове Матвея я услышала раздражение. Он сбросил вызов. Интересно, какого ответа он ожидал? Или думал, я буду рыдать в голос? Хватит, наплакалась. Надо собирать волю в кулак. Иначе я пропаду. – Что-то случилось? – поинтересовалась сотрудница Лида, очень любопытная дама за сорок. – Дома проблемы? – Нет, все нормально, – зачем она пристает со своими вопросами, если заметно, что у меня проблемы? – Может, поговорить хочешь? – не отставала сердобольная Лида. Я подняла на нее удивленный взгляд: – Я же сказала – все нормально. – А по тебе не скажешь. Ничего не ответила Лидочке. Та обиженно поджала губы и уткнулась в работу. Почему люди из лучших побуждений лезут в душу? Зачем им надо все знать? Откуда такое нездоровое любопытство к чужим житейским проблемам? После работы домой идти не хотелось. Там пусто. Что мне там делать одной, в четырех стенах? Я бежала сломя голову домой, чтобы узнать, как так Матвей, как он провел день, как себя чувствует? Думала, ему нужна была моя поддержка. А он уже давно получал ее на стороне. Теперь мои страхи и заботы о нем не имели смысла. Его предательство оставило на душе неизгладимый шрам, сердце болело, а мозг не желал принимать действительность. Я никак не могла заставить себя поверить в произошедшее. Мне все казалось, что это страшный и непонятный сон, что сейчас я очнусь и… Что «и»? Я снова побегу по кругу в поисках денег на лечение дорогого Матвея? Я снова буду носить на лице «идиотские улыбочки», как выразился муж? Больше ему не нужна моя поддержка, мой оптимизм, который так тяжело давался мне. Не надо скрывать слезы, когда я волнуюсь за Матвея. Я за него больше не волнуюсь. Он в надежных руках. Непривычное спокойствие коснулось моей израненной души. Теперь у меня другие заботы – о себе и о ребенке. Еще не надо думать, что сказать при свекрови, чтобы она не возмутилась и не обиделась на пустом месте. Не надо стоять у плиты и готовить любимые блюда мужа. Не нужна индейка под французским соусом, не нужны горячие пирожки из духовки. Я баловала мужа, он обожал домашнюю еду. Ну а я вполне могу обойтись банальной яичницей и простым куриным супом. Я начинаю видеть позитивные вещи даже в такой чудовищной ситуации. Я схожу с ума или наоборот, возвращаюсь к полноценной жизни? Не слишком ли много я отдала Матвею? Любовь – это прекрасно, плохо только, что она слепа. Мои розовые очки разбились, поранив душу и сердце. Но излечив глаза. Пелена упала с глаз, я поняла, что винить надо только себя. Я не хотела видеть очевидных вещей. Я полностью посветила свою жизнь Матвею. Зачем? Почему? Потому что была наивной дурой с большой буквы. Пора взрослеть. Пора пересмотреть свои взгляды. И перестать быть ответственной до самопожертвования. Села в машину и поехала в ближайший торговый центр. Дух противоречия вдруг пробудился во мне. Для начала я выпью капучино. Не хочу больше пить черный, как любит Матвей. Я бы положила много сахара, но не уверена, что это полезно малышу. И еще я куплю себе золотой браслет. Тот, что так давно нравился мне. Плевать на долги, я хочу порадовать себя. Ювелирный отдел сверкал золотом и бриллиантами. Яркие звезды драгоценных камней слепили глаза. Браслет лежал в витрине, словно ожидая меня. Его цена охладила мой пыл. Ладно, обойдусь кофе. Села за столик у окна. На город обрушилась майская гроза. Сверкали молнии, гремел гром, потоки воды стекали по стеклу. Люди нелепо прыгали по лужам, торопясь укрыться от дождя. Зазвонил мобильник. Если Матвей, не отвечу. Я пью кофе и не хочу, чтобы он помешал мне. Неспешно пригубила напиток. Трубка продолжала вибрировать. Скосила глаза на экран. Олег. Ему-то что нужно? Принести свои соболезнования по поводу измены братца? Олег единственный, кто трезво смотрел на вещи. Он намекал мне на проблемы, а я не хотела услышать его. Конечно, он заметил искры, пробегавшие между Матвеем и Наташей. Посомневавшись, я ответила на вызов. – Ника, я хотел бы встретиться с тобой и обсудить возникшую ситуацию. Дипломатичен, как всегда. – А есть что обсуждать? – от волнения и злости у меня перехватило дыхание. – Когда дело касается материальных ценностей всегда есть что обсуждать, – в данной ситуации его практичный подход и здоровый цинизм может принести мне пользу. Квартиру надо продавать, и с долгами что-то решать. Ладно, пусть Олег выступает посредником. – Я в кафе, приезжай, – незачем ему являться ко мне домой. Теперь уже ко мне, не к нам. Тем более что я и сама не хочу туда идти.