Глава 20

Лиатта Иллие, Эмерит

Обретение пары — процесс тонкий и непредсказуемый. Кто-то чувствует свою половину с первого взгляда, а кто-то узнает друг друга после сильного эмоционального потрясения. Второй случай говорит о слабой связи между половинками, но любую связь можно закрепить и усилить. Но ведь слабую связь можно перепутать с простой страстью, поэтому при встрече со своей парой и возникают сомнения.

Сильные, снедающие изнутри, выворачивающие душу наизнанку! И о них я знаю не понаслышке. О, как же мне хотелось обрести хоть какую-то определенность! Но, увы, предмет моих дум и страданий лишь усмехался и избегал серьезных разговоров, хотя сам был одержим той же безумной страстью.

Лишь одно утро. Одно утро перевернуло мою жизнь с ног на голову и заставило по-другому посмотреть на феникса, с которым была знакома почти пять лет. Его высочество Ирдарион Ярруа — моя головная боль и сильнейшее из увлечений!

Я боялась просыпаться, хотя уже чувствовала приближение утра. Солнце вот-вот должно было выглянуть из-за горизонта и подарить мне новый день, полный сомнений и страхов. Я не шевелилась, боясь разбудить Ирдара. Моя голова покоилась на его плече, а рука — на груди. Я затаила дыхание, наслаждаясь, возможно, последними секундами, проведенными в его объятиях. Все знают, что в постели принца редко кто бывает дважды.

А мне бы так хотелось еще раз повторить сегодняшнюю ночь! Сказать, что это было волшебно, — ничего не сказать. Иногда мне казалось, что я умерла и вознеслась к небесам, настолько сильными и яркими были ощущения. Но мерно поднимающаяся грудь под моей ладонью напоминает мне, что все случившееся было здесь и со мной. Единственное, о чем можно пожалеть, это об отсутствии поцелуев.

Ирдарион не спал. Не знаю, откуда была такая уверенность, но пошевелиться боялись мы оба. Или это все моя фантазия?

Его рука двинулась вверх по моему бедру, сминая белье. Я затаила дыхание, но прикосновение его ладони к моей груди вызвало стон наслаждения. Я открыла глаза и встретилась с притягательным взглядом уверенного в себе мужчины.

— С началом нового дня, — тихо прошептал Ирдар, проведя ладонью вдоль моего тела.

После чего принц, ни капли не стесняясь своей наготы, встал с кровати и подал мне руку. Во мне было больше природного стеснения, поэтому я обмоталась простыней. Ирдарион усмехнулся, но не прокомментировал мои действия. Мы вместе подошли к окну и встретили наш первый совместный рассвет.

Когда боль в теле начала утихать, его высочество встал позади меня, обняв за плечи. Я откинулась ему на грудь, боясь вздохнуть — казалось, что я могу задохнуться от его пьянящего аромата. В своих мыслях я не заметила, как принц стянул с меня простыню и теперь по-хозяйски исследовал мое тело, попутно покрывая поцелуями шею и плечи.

— Ирдар, — протянула я, откидывая голову назад и позволяя делать с моим телом все, что вздумается принцу.

— А ты не такая неприступная, какой казалась поначалу. Другие были сразу более сговорчивыми, — неожиданно изрек Ирдарион.

Это прозвучало пощечиной. Звонкой и болезненной. Не знаю, что вчера заставило меня прыгнуть в постель к младшему принцу, может, алкоголь, а может — собственное сердце, но я не жалела о прошедшей ночи. И все же его слова резанули слух. Именно поэтому я нашла в себе силы так же больно уколоть и Ирдариона:

— Думаю, вы откроете для себя доступность еще нескольких фрейлин, которые потеряли надежду на взаимность Инквизитора, ведь сегодня ваш брат женится по любви.

Обернувшись к мужчине, чтобы проверить реакцию, я столкнулась с яростным пламенем его взгляда. Красивое лицо исказила гримаса злости, руки сжались на моей талии.

— Ты сейчас сравнила меня с братом? — тихо, но угрожающе сказал он.

— Думаешь, только тебе позволено сравнивать меня с другими? — приподняв подбородок, с вызовом спросила я.

На лице Ирдара заходили желваки. Я не на шутку испугалась. Из-за близости его тела совершенно забыла о его высоком положении. Он может отдать лишь один короткий приказ, и уже на рассвете меня обезглавят.

— Пошла вон отсюда!

Каждое его слово резало ножом по моему сердцу. Но все же я подняла выше голову, приподняла простыню, обмотавшись ею, и принялась искать свои вещи, разбросанные накануне вечером. Он равнодушным взглядом наблюдал за мной, лишь сжатые кулаки выдавали его эмоции.

Унизительно. Все это было ужасно унизительно, но я проглотила обиду и, одевшись в ванной комнате, стремительно покинула покои его высочества. Выходя пообещала себе, что больше никогда даже не посмотрю в сторону Ирдариона Ярруа.

Как же я ошибалась!

Оказывается, мы не в силах совладать со своими эмоциями, особенно когда дело касается отношений между мужчиной и женщиной. Предположительно серьезным мужчиной и здравомыслящей женщиной, на деле же — не уверенными в своих чувствах и мстительными фениксами.

Прием в честь коронации Ордариона и Леоники Ярруа шел своим неспешным чередом. Дамы обсуждали платья, мужчины — политику. Удивительно, что один только взгляд может зажечь скучную атмосферу. Стоило Ирдариону посмотреть в мою сторону, как у меня на губах сама собой расплылась улыбка, и я бодрее заговорила с гостями и увлеченно слушала едва запомнившуюся мне историю.

Ирдар был везде. Казалось, он специально попадается мне на глаза, но разве не он выставил меня сегодня утром из своих покоев? Хотя сам же начал.

К концу приема мне уже было не важно, кто и что начал, мне хотелось помириться с Ирдарионом, обнять его и прижаться к мужской груди, слушая мерное биение сердца. Я готова была уже унизиться, и гордость сдавала последние рубежи обороны, когда Ирдар пригласил на танец одну из фрейлин.

Кватро. Замечательно!

Я приняла приглашение первого же кавалера, встала рядом с Ирдаром и его партнершей. Мы прожигали друг друга ненавидящими взглядами, но молчали и партнеров не меняли. Первые аккорды — и началось противостояние. Наши руки на мгновение соприкоснулись, чтобы тут же расстаться. Мы сделали шаг в направлении друг друга — чтобы в следующую секунду нас разлучили. Я старалась не смотреть на него, но взгляд все время возвращался к принцу.

— Почему ты сказала это, явно желая меня оскорбить? — прошипел Ирдарион, когда мы танцевали нашу совместную партию.

— Почему ты назвал меня одной из многих, да еще и доступной?

— Я не это имел в виду, — раздраженно ответил он.

— Изволь объясниться, — нахмурилась я, но не услышала ответа, так как вновь началась та часть танца, где я танцевала со своим партнером.

И вот, когда мы с Ирдаром вновь встретились, он прошептал:

— Я лишь хотел сказать, что наконец получил то, что давно желал.

— Видимо, этим вы и удовлетворились, раз позволили себе высказаться в подобном тоне? — едко спросила я, и принц стиснул от злости зубы.

Слушать я его не стала, да и танец подходил к концу. Предательские слезы подступали к глазам, поэтому я поспешила покинуть прием, предварительно попрощавшись с королем и королевой. Леоника смотрела на меня со смесью жалости и заботы, порываясь что-то рассказать мне, но не решаясь. Я не стала мучить ее сомнениями и направилась в свои покои.

— Как же ты меня бесишь, как же бесишь, — бурчала я себе под нос, меряя свою спальню шагами и то и дело заламывая руки.

Казалось, что моя прошлая влюбленность в Ордариона лишь выдумка, будто и не было никого до Ирдара. Его тело, его глаза, его улыбка — совершенство. Я вспоминаю каждую черту лица младшего принца, каждый жест, и весь мир начинает меркнуть по сравнению с этими воспоминаниями.

— Да что же ты со мной делаешь!

Я топнула ногой и упала на кровать, уставившись в потолок. Может ли быть так, что Ирдар — моя пара? Как же невыносимо хочется в это верить!

И если так, то к проклятым богам все сомнения! Я подскочила и ринулась к выходу. Курс был определен заранее, поэтому в покои его высочества я ворвалась стремительно, но так и застыла на пороге. Он стоял уже без рубашки, и к нему прижималась неизвестная мне девица. Одна из тех, кто был на приеме.

Возможно, другая бы девушка на моем месте развернулась и выбежала, ожидая, когда ее догонит возлюбленный. Но эта история не про меня. Теперь я понимала поведение Леоники в облике дракона, когда она кинулась на меня из-за его величества.

Ирдар смотрел на меня неотрывно, явно ожидая каких-либо действий. Девица застыла и обернулась ко мне, вопросительно приподняв бровь. Принц предусмотрительно сделал шаг назад. Не думает же он, что сможет выйти сухим из воды?

Мой взгляд упал за оружие, висящее над камином. Я подошла ближе, сняла кинжал, повертела оружие в руке и обернулась к потенциальным жертвам. Гостья стояла все с таким же удивленным видом, явно не ожидая от меня необдуманных действий.

— Лиатта, а что ты собираешься делать? — полюбопытствовала жертва фрейлинского произвола.

— Скоро узнаешь, дорогой, — елейным голосом ответила я и подошла к девушке.

Медленно наклонившись, я подхватила руками ткань ее юбки, после чего уверенными и точными движениями начала ее резать.

— Что вы делаете! — завизжала девица, но вырваться ей не удалось. Когда же я ее отпустила, юбка упала к ногам, которые прикрывала лишь тонкая ткань камизы. — Вы сумасшедшая?

— Вон отсюда! И забудь дорогу! — прокричала я, и девушку как ветром сдуло. Я повернулась к принцу. Он сглотнул.

— Может, договоримся?

— Обязательно.

— Ты же не собираешься резать мои штаны?

— О, к чему доставлять ширу Элиасаниэлю лишние хлопоты? Можно просто удалить причинное место, — зловеще произнесла я.

Ирдар перепрыгнул через диван и отгородился им от меня.

— Одумайся! А как же дети! Ты совсем не хочешь иметь детей?

— А у нас будут дети? Кто-то еще утром выгнал меня из своих покоев!

— Я согласен на смену апартаментов!

— К чему такие жертвы? Можно одним движением кинжала решить все наши проблемы!

Я обогнула диван и бросилась к Ирдару. Естественно, отрезать я ему ничего не собиралась, и он это прекрасно понимал. Легко перехватив мою руку, принц отбросил кинжал, после чего подхватил меня под мышки и поставил у стены, придавив тяжестью своего тела. Я попыталась вырваться, но принц тут же завел мои руки над головой и наклонился ниже, впившись мне в губы жгучим поцелуем. Он наказывал. Так сладко, что у меня даже мысли не возникло стать прилежной и покладистой. Наоборот, я захотела быть рьяной нарушительницей правил.

И я буквально почувствовала, как меня пронизывают нити чего-то неведомого и прекрасного. В сердце поселилась эйфория, подарив чувство первого полета. Я поняла, что это означает. Ирдарион — моя истинная пара. Мужчина же отстранился, тяжело дыша и заглядывая мне в глаза.

— Ты невыносима, Лиатта! И я непременно солгу, если скажу, что не влюбился в тебя с первого дня нашей встречи.

Я затаила дыхание, с удивлением смотря на его высочество. О чем он говорит? Неужели…

— Ты сразу почувствовал во мне пару? — удивленно спросила я. — И молчал?!

— А что мне оставалось делать? — раздраженно бросил мужчина, прижимаясь ко мне все сильнее. Я ощутила силу его желания. — Ты смотрела лишь на моего брата!

И я почувствовала себя такой виноватой. Как я могла? Мой Ирдарион — лучший, он самый веселый, самый порывистый и эмоциональный. Я люблю его таким, какой он есть.

— Прости…

— Замолчи! Не смей просить у меня прощения! Лучше скажи, что ты чувствуешь.

— Может, лучше показать? — игриво спросила я и высвободила руки из ослабевшей хватки.

Обвив шею возлюбленного руками, я притянула его к себе и стала с жаром целовать мужские губы. Ирдар несколько секунд стоял неподвижно, после чего начал отвечать мне с удвоенной энергией.

— Я люблю тебя, — прошептала в перерывах между сумасшедшими поцелуями, — и да, в твоих покоях больше не будет ни одной девицы, кроме меня!

Он рассмеялся.

— Я специально позвал ее, — прошептал он, — чтобы тебя позлить. Ты же знаешь, что я физически не смогу переспать с другой девушкой. Так что нет причин для ревности.

— Как нет? Но без нее ведь так скучно, — усмехнулась я, привлекая к себе своего невыносимого принца.

Диалитон Ярруа, Эмерит, клан Золотых песков, сто восемьдесят лет спустя после основных событий

— Прекрати мерить комнату шагами! Уже в глазах от тебя мельтешит!

Я бросил недовольный взгляд на своего кузена, закатил глаза и сел на диван, закинув ногу на ногу. Не выдержал и вновь поднялся, подойдя к окну. Эта привычка у меня от отца. Безмятежный пейзаж всегда успокаивал. Вдали показались темные точки, которые с приближением приобрели формы драконов.

— Летят! — облегченно выдохнул я, а Киллион усмехнулся.

— Неужели? А могло ли быть иначе? Все твои сомнения беспочвенны!

— Ты никогда меня не поймешь, — отмахнулся я, неотрывно глядя на горизонт.

Конечно, он никогда меня не поймет. Он не держал свою пару на руках в младенчестве. Я же из-за божественной крови имею истинную половинку, которая является частью меня, а не только моего дракона. И когда мой однокурсник в академии магии пригласил меня к себе домой на именины его годовалой сестры, я и предположить не мог, что юная графиня является моей парой. С тех пор прошло двадцать лет, и вот я ее скоро увижу!

— И это она еще не знает, какое беспокойное счастье ей досталось, — продолжал потешаться кузен. Я его не останавливал. Просто слегка махнул рукой, и брат вместе с креслом улетел к дальней стене. Оклемался он быстро, подскочив на ноги и сжав кулаки. — Эй! Так нечестно!

Я злорадно усмехнулся. Нечего издеваться над моей единственной слабостью!

— Идем. Родители наверняка уже в тронном зале.

Так и было. Отец с матерью сидели на тронах. Среди придворных я увидел свою четырехлетнюю сестренку в окружении нянек и подмигнул ей. Кирстин радостно улыбнулась и помахала мне рукой. Я подошел к родителям и склонился перед ними в почтительном поклоне. Как внешне, так и по характеру я был похож на отца, отличали нас разве что мои золотые глаза. Чувство юмора, иногда не знающее рамок, я унаследовал от дяди. Его высочество Ирдарион с женой сидели на тронах поменьше королевских. К ним подошел Киллион и встал позади, я же облокотился о трон отца.

— Выпрямись, — прошептала мама.

— Если я буду стоять по стойке «смирно», вряд ли это впечатлит мою будущую невесту.

— Сначала завоюй ее сердце, герой ты мой, — с усмешкой ответила королева.

— Ты сомневаешься во мне? — с немалой долей удивления спросил я.

— Тихо, — шикнул отец, когда двери в тронный зал открылись.

Вошло двенадцать человек, включая мою невесту. Она уже знала, что это помолвка, но прежде мое отношение к ней в силу малого возраста пугало ее. Граф и графиня настояли, чтобы нас обвенчали только после достижения Иллиин двадцати одного года. Я затаил дыхание, пока хрупкая блондинка с вьющимися тяжелыми волосами шла по залу, опустив глаза в пол.

— Ты еще здесь? Или где-то далеко-далеко? — с усмешкой прошептал Киллион, стрельнув в меня насмешливым взглядом.

— Ты просто завидуешь. Смотри, как она красива!

Кузен устремил свой взор вслед моему, но, видимо, картина его не впечатлила, так как он буркнул что-то нелицеприятное насчет любви. Иллиин с родителями остановилась за пять метров до тронов и подняла на меня взгляд прозрачно-кристальных глаз. Я не мог вдохнуть, казалось, моя половинка тоже. Ее щеки окрасил милый румянец, и она слегка улыбнулась. Я улыбнулся в ответ, с трудом сдерживаясь, чтобы прямо сейчас не подбежать к ней и не поцеловать свою пару.

Наши родители начали светский разговор, соблюдая нормы этикета. Брат стрелял в меня насмешливыми взглядами, я же не отрывал взора от своей невесты. Она тоже с явным удовольствием изучала меня, словно привыкая к мысли, что отныне мы вместе навеки.

Кирстин подняла большие пальцы вверх, выказывая свое восхищение. Наконец светские условности закончились, и я смог подойти к своей невесте, предварительно поздоровавшись с ее родителями. Иллиин подала мне руку для поцелуя, и я приник к белоснежной коже губами.

— Вы невероятно красивы.

— Вы лишаете меня выбора, — смущенно пробормотала она, смотря на меня с нежностью и восхищением в глазах.

— А если бы у вас был выбор, вы бы выбрали не меня? — с полуулыбкой на устах спросил я, так и не выпустив руку девушки из своих ладоней.

Иллиин вновь улыбнулась и смущенно потупила взор, после чего взглянула на меня с решительностью:

— Никогда! В любой жизни я бы выбрала только вас.

Знаю. Ведь я поступил бы точно так же.