Глава 8

— Ваше величество! — в кабинет без стука вошел Ордарион. Он остановился, закрыв за собой дверь, и перевел удивленный взгляд с короля на меня. — Уже рассказала?

— Нажаловалась, — подтвердила я, сложив руки на груди.

— Ордарион, может, ты мне объяснишь толком, что все-таки произошло? — потерев виски, спросил повелитель.

— На Леонику было совершено покушение, — отчитался кронпринц. — Служанка ничего не может вспомнить, так как ее опоили зельем забвения. У Леоники отдельный рацион питания, поэтому подсыпать ей яд было нетрудно. Это был превосходный состав, поэтому Орратуа даже на магическом уровне не почувствовала никакого фона.

— Ирдарион?

— Говорит, что непричастен. Его главный аргумент — то, что он сначала попытался бы убить меня.

— Он смог бы отравить еду?

— Не думаю, — отрицательно качнул головой кронпринц. Я находилась в ступоре оттого, что они подозревают ближайшего родственника. — Я зашел практически одновременно с ним, да и не стал бы он так себя подставлять. Зелье — это раздел магии, в котором он лучший, поэтому тень непременно упала бы в первую очередь на него. Он это понимает.

— Вы действительно можете подозревать Ирдара? Да он единственный, кто отнесся ко мне с радушием!

— Улыбка не значит доброта и чистые помыслы, — бросив на меня мимолетный взгляд, ответил кронпринц.

— Конечно, лучше постоянно отпускать шпильки, а потом спасать мне жизнь, — нахмурилась я и встретилась взором с Ордарионом. Сглотнув, я серьезно произнесла: — Спасибо. Не ожидала от тебя помощи.

— Кажется, я пообещал, что смогу защитить тебя от любой опасности. Ты настолько не веришь в мои силы?

— Не знаю, — ответила я, смутившись. — Обычно, когда благодарят, принято отвечать «пожалуйста». Мог бы ограничиться этим словом вместо того, чтобы кидать мне обвинения.

Наш разговор прервал его величество. Он вздохнул и поднялся со своего места.

— Я поговорю с королевой, пусть мне и не верится, что она способна на такое. Еду Леоники теперь необходимо проверять.

— Соответствующие распоряжения уже отданы. Если вы сомневаетесь в магической компетентности шиари Клошиэтты, могу нанять дополнительного человека, который будет пробовать еду.

— Не стоит. Магини будет достаточно. Проводи принцессу в ее покои.

— Как скажете, — чуть склонил голову Ордарион, и король, бросив еще один взгляд на меня, покинул кабинет.

Я прикрыла глаза. Нервный шок прошел, и сейчас мне хотелось немного поплакать. Распахнув веки, взглянула на кронпринца, который глядел на меня со смешанными чувствами, в которых проскальзывало сочувствие.

— Ты ведь не брат мне. Но мой отец король. Тогда чей сын ты?

Мне сложно было поверить, что я настолько извращенная натура и влюбилась в родного брата. Более того, мне снились о нем сны! Намного легче было вообразить, что мы не родственники.

— Ты выдаешь желаемое за действительное.

— Тогда откуда тебе известны мои желания?

— Ты — открытая книга.

— Так научи меня закрываться, — серьезно проговорила я и поднялась на ноги. — Инквизитор? Черный дракон? Почему ты такой ужасный? Покажи мне сторону, которую видят другие. Почему ты скрываешь ее от меня?

— Ты никогда ее не узнаешь, — искренне ответил он. — Идем, принцесса, тебе следует отдохнуть и выпить успокоительное. Клошиэтта ждет тебя за дверью. Тебе необходимо выспаться.

— Когда мы пойдем в храм?

— Завтра, — ответил Ордарион, взял меня за руку и повел к выходу.

Я вырвала свою ладонь из его хватки, чему он удивился.

— Хватит! Я устала быть ведомой, теперь все будет по моим правилам! Я ведь принцесса, участь серой тени меня не прельщает, значит, буду той, кем меня хотят видеть.

— Я бы попросил тебя быть собой, но это не поможет, — усмехнулся принц и открыл мне дверь. — Удачи в обретении себя. Встретимся завтра с утра.

— Буду ждать, — кивнула я. И тут же попала в руки своей телохранительницы. Та с беспокойством глядела на меня. — Вы не сказали мне всей правды.

— А вы и не требовали ее, — пожала плечами женщина, слегка улыбнувшись. — Идемте, принцесса. Вам нужно успокоиться.

С этим я была согласна, поэтому отправилась в свои покои. Там я приняла из рук шиари стакан с мягким мятным напитком и осушила его до дна. Раздевшись при помощи горничной, легла в постель. Морфей охотно распахнул свои объятия. Хоть один бог мне благоволит.

С утра меня в гостиной ждал Ордарион с перекинутыми через руку черными плащами. Один из них кронпринц передал мне и попросил надеть. Я накинула на себя плащ и застегнула аграф у горла.

— Ты что-нибудь выяснил о вчерашнем происшествии? — спросила я.

— Это был не яд, а лишь его подобие. Ты бы заснула на несколько часов, только ни пульса, ни дыхания бы не было. Хотели припугнуть, причем не только тебя.

Ответ мне не понравился. Кому бы это было нужно?

Ордарион тоже накинул на себя плащ, после чего взял меня за руку и повел к выходу. Ни один стражник в коридорах дворца не препятствовал нашему движению. Мы все продолжали спускаться вниз по лестницам к подножию дворца-горы.

— Это здание огромно! — ахнула я, когда мы все же оказались во дворе.

Здесь не было деревьев, но росла низкая трава и цветы. Отсюда вели дороги во все стороны, и можно было видеть другие дома-горы, не менее величественные.

— И ты еще не видела, насколько глубоко оно уходит под землю, — усмехнулся Ордарион и сделал неожиданный пасс рукой.

В этот момент мы увидели в небе огромного пегаса, больше земной лошади. И это белое великолепие, размахивая крыльями, спускалось на дорогу перед нами. Согнув передние ноги в коленях, чудо-зверь ожидал наших действий. Заметив седло на нем, осмелилась спросить:

— Мы полетим на нем?

— Ты думала, что на мне? — усмехнулся Ордарион, и я смутилась.

— Вообще ничего такого не думала. Но мне страшно. Никогда даже не ездила на лошадях, а тут сразу полет.

— Не переживай, я буду с тобой, — серьезно ответил кронпринц и, положив руки мне на талию, помог взобраться в седло.

Сам же он сел позади меня и взял поводья в руки. Здесь даже пристегнуться было не за что. Откинувшись на грудь Ордариону, закрыла глаза.

— Если ты меня уронишь, не прощу тебе этого даже на том свете.

— Не бойся, трусишка. — В голосе «братишки» явно слышалось веселье.

Мы взмыли в небо под мой крик. Я постаралась взять нервы под контроль и замолчать, что все-таки мне удалось. Когда мы поднялись выше, рука Ордариона крепче ухватила меня за талию, и я даже смогла открыть глаза и посмотреть вниз, где раскинулись широкие густонаселенные долины меж горных хребтов и зеркальная гладь озер. Моей смелости надолго не хватило, поэтому я вновь закрыла глаза и принялась ожидать окончания полета.

— Накинь капюшон, мы приземляемся!

Я послушалась кронпринца, и не прошло и минуты, как мы опустились на площадку перед храмом. Из-под капюшона смогла разглядеть пикирующих драконов, которых при приземлении окутывала темная дымка, а из нее выходили уже фениксы.

— Не привлекай их внимания своим любопытством, — шепнул Ордарион и повел меня к одному из многочисленных входов.

Храм был сложен из камня и размерами не уступал дворцу главы клана Золотых песков. Из-за множества дверных проемов он чем-то напоминал головку сыра. Мы подошли к свободному входу, и кронпринц внезапно остановился. Я бросила на него вопросительный взгляд.

— Ты не войдешь?

— Богиня не любит, когда я появляюсь внутри. — Он отрицательно качнул головой. — Последний раз, когда это было, нам пришлось отстраивать храм заново, так как в него попала молния.

— За что она так тебя? Неужели влюблена и ревнует? — едко спросила я.

Кронпринц ответил неожиданно серьезно:

— Все может быть, Леоника.

Мы встретились взглядами, и я вспомнила недавний разговор, когда он запрещал мне посещать храм в одиночку.

— Почему? — Едва вопрос слетел с губ, принц подтолкнул меня к входу.

Я обернулась к Ордариону и заметила, как он напряжен. Внезапно поняла: он не отпускал меня из дворца не потому, что боялся моего побега или того, что нажалуюсь богам, — он не выпускал меня из поля зрения, так как ждал опасности в любой момент. Как это было вчера за обедом. Почему? Почему он так делает?

Слишком неоднозначная личность. Не могу понять его мотивов и при этом отчаянно желаю, чтобы их вовсе не было. Сглотнув, уверенно направилась по темному коридору, подсвечиваемому факелами. Спустилась по лестнице и прошла к развилке, где выбрала первый попавшийся коридор. Каменная дверь за мной захлопнулась, но я не испугалась — двинулась дальше и оказалась в некоем подобии кельи, где стояли две статуи, держащиеся за руки. Мужчина и женщина. Блики от факелов падали на их лица, создавая пугающую картину. Насупившись, я опустилась на лежащую на полу молитвенную подушечку, положив ладони на колени.

— Не знаю, что принято говорить в таких случаях, — начала я, — даже молитвы не знаю. На Земле я не исповедовала никакой религии, да и мама не настаивала. Теперь даже понимаю почему. Выросла атеисткой, а тут все твердят о существовании богов. Начинаю верить их словам, что вы реальны.

Запнулась, переводя взгляд с одной статуи на другую. Ростом они были со среднестатистического человека. Неужели каждый вход ведет вот к такой келье со статуями? Богов фениксы почитают, ничего не скажешь.

— Чувствую себя глупо, что разговариваю сама с собой. Но должна вас попросить кое о чем. Даже умолять. Я переживаю за свою маму. Не знаю всей истории, из-за которой она убежала в другой мир, но уверена, что причина была весомой. И теперь по возвращении ее ждет суд богов. Сначала я думала, что это из-за побега, но теперь есть еще одна причина. Украденный артефакт. Не верю, что это сделала моя мама. Но если вы другого мнения и готовы наказать ее по возвращении, прошу вас, не пускайте ее в Эмерит. Я не надеюсь на ваше милосердие на суде богов, лишь прошу для нее счастья в другом мире, пусть даже ценой нашей с ней разлуки. Умоляю вас…

Подул ветер. Я взглянула на неровный огонь факела позади, и когда вновь обернулась, то встретилась с живыми глазами Богини. Больше не было статуи, передо мной стояла обычная женщина из крови и плоти. Затаив дыхание, я с опаской ожидала дальнейшего развития событий. Богиня, разъединив руки с каменным супругом, опустилась передо мной.

— А вот и орудие мести, — грустно усмехнулась она, взяв меня за подбородок. Попыталась освободиться, но ее хватка была железной.

— Я не собираюсь быть орудием в чьих-то руках.

— Ты уже им стала, — ответила Богиня и выпрямилась. — У меня не так много времени на разговоры с тобой. Твоя мать вернется, и суд ее оправдает, ведь артефакт она не уничтожала. К сожалению, мы слишком поздно об этом узнали.

— Король лгал? — нахмурившись, спросила я.

— Кто знает, — пожала плечами женщина, вновь взяв за руку своего мужа. — Это людские игры, и ложь в ваших словах естественна. Только тебе решать, где слышать правду, а где принимать ее за ложь.

Я хотела что-то спросить, но статуя уже стала каменной. Факелы в тот же миг потухли. Руки немного дрожали от пережитого напряжения. Боги существуют! С ума сойти! Они ближе, чем кажется! Сглотнув, поднялась на ноги, на ощупь дошла до двери и навалилась на нее. Дверь отъехала, и я смогла пройти в освещенный коридор. Бросив прощальный взгляд на едва видимые в полумраке кельи статуи, кинулась бежать к выходу.

«Они существуют. Они существуют! Мама будет жить! Ей ничто не угрожает!» — бились в голове беспорядочные мысли.

Солнечный свет ослепил глаза, поэтому я не сразу сориентировалась. Когда зрение пришло в норму, разглядела Ордариона, с беспокойством смотрящего на меня. Он приподнял бровь, как бы спрашивая, в порядке ли я. Пегаса рядом не было.

— Не стоит переживать. Теперь я точно уверена, что боги существуют, — ответила я и огляделась по сторонам. — Куда теперь?

Дарий комментировать мои слова не стал.

— Немного прогуляемся по торговой площади. Отсюда недалеко, зато ты соприкоснешься с нашим миром.

Кивнув, натянула капюшон пониже и направилась вслед за кронпринцем. Мы шли по оживленной дороге между каменными домами, ориентируясь на шум, предположительно доносившийся с площади. По дороге я успела рассмотреть каждого дракона, пролетающего над нами. Среди них были фиолетовые, словно ирисы, оранжевые, как листья осенью, белые как снег… и еще много разных оттенков, поражавших своей красотой. Глаза у всех светились, подобно драгоценным камням, а крылья развевались, точно паруса. Я с огромным интересом наблюдала за каждым ящером, пролетавшим мимо, и каждый казался мне невыразимо прекрасным.

Мы пришли на площадь — оживленную, заполненную палатками с различными товарами. Здесь можно было встретить людей с продовольствием, гномов с украшениями, темных эльфов с оружием, даже кентавр один проскакал мимо. Я проводила его заинтересованным взглядом. В голове у меня возник не совсем приличный вопрос:

— Скажи, а в этом мире бывают смешанные браки?

— Бывают, — усмехнулся Ордарион, проследив за моим взглядом. — И не смотри так. Извращенцев везде хватает.

— То есть себя ты к ним не относишь? — спросила я, приподняв бровь. Между нами определенно была связь, вот только кто из нас был настоящий ребенок своих родителей? Надеюсь, мама даст ответ, когда вернется.

Кронпринц проигнорировал мой вопрос. Он купил какой-то неизвестный мне оранжевый фрукт, напоминающий яблоко, и кинул его мне со словами:

— Пробуй!

— Спасибо.

Протерев «яблоко» о юбку, я поднесла его к губам… но неожиданно наткнулась на руку Ордариона. С недоумением воззрилась на него, ожидая объяснения. Взгляд принца был строгий, поэтому я догадалась, что меня ждет очередная проповедь.

— Не забывай, где ты находишься! Не бери у незнакомцев то, что они предлагают. Имей свои мозги и свою точку зрения. Я сказал «пробуй», а ты прими яблоко и убери его, поблагодарив и сказав, что обязательно съешь его за трапезой. Не торопись отправляться на тот свет из-за собственной наивности.

— Наивность — это так плохо? — тихо спросила я.

Мне было больно сознавать, что каждый окружающий меня феникс представляет для меня угрозу. Я вновь хотела оказаться в мире, где мне не угрожает смерть от яда. Принц приподнял мой подбородок и почти нежно улыбнулся.

— Наивность — это прекрасно. Я давно ее не встречал во дворце, тем приятней наблюдать ее у тебя. Только не показывай ее никому, кроме меня. Я смогу защитить, но другие лишь воспользуются твоей слабостью. Ты меня поняла, принцесса?

Глаза в глаза. Между нами практически ощутимо пробегают электрические разряды. Я обиженно отстранилась.

— Да, поняла, — кивнула я. — Ведь моя наивность, судя по твоим словам, единственное оружие против тебя.

С этими словами вложила «яблоко» в его ладонь и пошла дальше по площади, разглядывая различные товары. Я не сомневалась, что Ордарион последует за мной, поэтому не опасалась случайных прохожих. Заинтересовавшись украшениями, подошла к одному торговцу. Со мной тут же поравнялся кронпринц, заглянув мне через плечо. Я взяла в руки два золотых филигранных браслета, соединенных тонкой цепочкой. Браслет поменьше был свободным, с небольшим замком и ключиком, а второй — каркасный, туго охватывающий предплечье.

— Это называется «сердечная неволя», двойной браслет-эсклаваж, — пояснил мне Ордарион. — Брачный браслет.

— Хотите посмотреть? — тут же подошел к нам гном-продавец.

Бросив на него недовольный взгляд, положила украшение на прилавок и развернулась к принцу.

— Неужели такую тяжесть женщины носят постоянно?

— Не только женщины. Есть такой же мужской, только более грубой работы. Цепь можно снимать на ночь, тем самым убирая второй браслет у локтя, а вот на запястье уже не снимешь. Его принято закрывать на ключ, а ключ выбрасывать в море.

— А если располнеешь?

— Взломать, — улыбнулся принц, пробежавшись взглядом по моей фигуре, — но тебе это не грозит. У тебя будет ехидный муж, с которым придется испытывать постоянное нервное напряжение. Такими темпами не поправишься.

— С чего ты взял, что мои вкусы именно такие? Может, мне нравятся спокойные и уравновешенные люди?

— Твое мнение совершенно не будет учитываться, — задумчиво произнес Ордарион и взял меня за руку. — Возвращаемся.

Он повел меня к просторной площадке, где нас уже ждал пегас. У меня возникла мысль, что он разумный, но спрашивать об этом не стала. Во время полета первый раз почувствовала свою свободу, мне захотелось окунуться в этот мир с головой, узнать не только его отрицательную сторону, но и положительную. Теперь я уверена, что боги оправдают мою маму, значит, нам предстоит скорая встреча. Все наладится. Непременно.

Расстались мы с его высочеством без долгих прощаний. В покоях меня ждали коробки с несколькими платьями, компаньонка и Лори. Горничная помогла облачиться в новый наряд, после чего я вышла в гостиную. На столе уже стоял поздний завтрак, включающий в себя яичницу и круассан, а также лежал неизвестный мне цветок с запиской. Взяв бумагу в руки, я прочитала:

«Не думай, что мне не нравится твоя фигура.

Приятного аппетита, принцесса».

На лице против воли расплылась улыбка. И все же не брат он мне! Не могла судьба так надо мной подшутить! Я скомкала бумагу и выбросила в урну в углу комнаты. Клошиэтта проследила за моими действиями с явным интересом, когда же я взяла в руки цветок, она спросила:

— Младший принц?

Я промолчала. Меня не поймут, посчитают сумасшедшей извращенкой. Никто же не знает, что он мне не родственник. Он им просто не может быть!

После завтрака я отправилась на урок словесности. Шиари Миланика оказалась строгим преподавателем, но с ней у меня не возникло проблем. Я с удовольствием приняла книги, которые она дала мне для внеклассного чтения. После ее урока шиара Корнелиуса ждала спокойно, приготовившись к самому худшему. Привыкнуть можно ко всему, в том числе и к его сарказму. Вскоре я даже взяла на себя смелость отвечать ему с не меньшим ядом, что не произвело, впрочем, никакого эффекта. Подумав, я все же вернулась к стратегии молчания.

Именно в таком режиме ожидания мамы прошла ближайшая неделя. Я надеялась на ее скорое возвращение, но новостей из клана Северных ветров так и не поступало. Ордарион вообще не был уверен, что она вернется, из-за чего я с ним поругалась и больше не разговаривала. А мое сердце продолжало изнывать от тоски.