Глава 56

56Путь до Сарендала занимает у него пять дней. У меня от этих Альмерийских принцев скоро начнет дергаться глаз. Особенно учитывая, какие слухи ходят вокруг Александра, старшего брата Адриана... Жесткий, бескомпромиссный, беспощадный к врагам.Пока Альмерией правит его отец. Но когда наши родители отойдут от дел, нам придется взаимодействовать напрямую. Именно поэтому я тоже участвую во встрече. Не хочу произвести впечатление кисейной барышни, которую легко можно вывести из равновесия.У Александра довольно короткие светлые волосы, которые он небрежно зачесывает назад пятерней. Острый взгляд голубых глаз, хищное выражение лица — он выходит из кареты и пространство будто стягивается к нему. Он выше Адриана и более развит физически. А еще у него улыбка, которая наверняка разбила немало сердец.Меня она ничуть не трогает.Стою напряженная, точно струна, наблюдая за приближением кронпринца. Не могу перестать сравнивать его с Адрианом. Да они прямо... как воробей и сокол.Мы приветствуем друг друга, после чего Александру предлагают отдохнуть с дороги.— Не люблю откладывать дела, — говорит он непреклонным тоном.Направляемся в кабинет для переговоров и остаемся вчетвером: Александр, король, я... а еще генерал Сарс. С ним отдельная история. Оказывается, король официально так и не расторг помолвку. Узнала об этом буквально на днях.— Не успел, — отчеканил он, отводя взгляд. Дэлмар честно признался, что “не успел” Величество по его просьбе.Я злюсь. Снова чувствую себя пешкой в чужой игре. Но благодаря этому претензии Сарендала звучат еще весомее.Александр начинает с извинений — в нем нет ни капли этой вычурности и обтекаемости, присущей речи Адриана. Кронпринц говорит прямо, называет вещи своими именами, и хлесткие слова повисают в воздухе, делая обстановку только напряженнее. Затем начинает торг за право судить Адриана. Александр предлагает щедрую компенсацию, но твердо намерен увести брата с собой.Переговоры длятся уже два часа и явно заходят в тупик.— Могу я поговорить с Его Высочеством Александром наедине? — внезапно интересуется Дэлмар.— Думаю, нам всем бы не мешало сделать перерыв, — объявляет король. Голос у него уставший — последние дни всем нам дались нелегко. — Я распоряжусь, чтобы принесли закуски.Мы перемещаемся в просторную гостиную, и я напряженно наблюдаю, как Дэлмар и Александр уходят в сторону. Что-то обсуждают с непроницаемыми лицами.Почему-то кажется, что они очень похожи. Та же энергетика, тот же оценивающий взгляд.И общий язык находят быстрее. Минут за десять.— Мой брат будет отлучен от рода и от двора. Отправится работать на рудники, прибыль от которых разделена между нашими королевствами согласно последнему договору. Процент Сарендала будет повышен до шестидесяти пяти. Члены делегации, обвиненные бездоказательно, будут немедленно освобождены, —произносит Александр.Рудник находится на границе двух государств и долгое время был предметом споров. Некоторое время назад мы наконец-то договорились делить прибыль пополам.— Семидесяти, — бросает король.— Шестидесяти пяти, — безапелляционно произносит Александр. — И Альмерия готова списать половину суверенного долга.— Идет, — тут же произносит король.Кронпринц сухо улыбается, и напряжение потихоньку ослабевает. Я знаю, что Сарендал занимал золото у Альмерии для ведения войны. Сумма не очень большая, но проценты конские.Александру предлагают остаться на ночь, но он отказывается. Ссылается на дела и говорит, что с удовольствием посетит Сарендал в более спокойное время.Мы спускаемся в темницы, где я вижу Адриана впервые с той ночи. Он все еще в той же самой одежде, на которой видны следы крови. На лице — незажившие ссадины.Отголоски пережитого ужаса всплывают внутри. Ладони становятся влажными. Но я держу спину прямо. Не позволяю эмоциям взять верх.Младший принц пытается извиниться, но я резко его прерываю:— Никогда и ни при каких обстоятельствах я не приму ваши извинения. Если бы вас судили по законам Сарендала, вы были бы уже мертвы. Благодарите своего брата.Я с трудом дожидаюсь, когда альмерийцы уедут и только затем напряжение потихоньку начинает ослабевать. Мы с королем и Дэлмаром снова возвращаемся в гостиную, и я буквально падаю в кресло.Бесконечный день. Как хорошо, что он почти закончился!— Впечатляюще, генерал Сарс! Что вы такое ему сказали? — король не может сдержать восхищения.— Кое-что на драконьем, — голос Дэлмара остается ровным.— Разве есть отдельный драконий язык?— Нет.— Вот как, — Его Величество пребывает в смятении. Переводит взгляд на часы. —Боюсь, что вынужден вас покинуть. Аллисандра, дорогая, ты держалась достойно.Я выдавливаю улыбку. Король уходит, оставляя нас одних. Повисшая пауза кажется какой-то неловкой. Слишком много невысказанного между нами.— Так что вы все-таки пообещали ему? — первая нарушаю тишину.— Я сказал, что на тебе моя метка. И я спалю его Альмерию дотла, если Адриан выйдет сухим из воды после всего того, что сделал.— А, - у меня рот невольно приоткрывается.Это и есть драконья дипломатия? Ну... по крайне мере, эффективно.Снова повисает тишина. Дэлмар смотрит в окно, и я с трудом отвожу взгляд от его высокой фигуры. Перевожу его на свои руки.Что ж... кажется, пора возвращаться в свою комнату. После всего случившегося пришлось ее сменить — переехала в бывшие покои Мариссы.Уже начинаю подниматься.— Мне жаль, что я вел себя с тобой недостойно, Аллисандра, — произносит Дэлмар.Вскидываю голову и замечаю, что все это время он следил за моим отражением в окне. Мое сердце невольно ускоряется.— Мне тоже, — отвечаю, выпрямляясь до конца.— И я не имел права просить сохранить помолвку за твоей спиной, — он поворачивается ко мне лицом, на котором не проскальзывает ни единой эмоции. —С завтрашнего дня она будет разорвана. Окончательно.