21. Варя

В четверг после занятий Валентин за мной не подъехал. Я постояла на крыльце краснознамённой элитной гимназии, повыбивала дробь каблучками. Добираться к Драконовым своим ходом у меня желания не появилось, а раз обо мне забыли или проигнорировали, значит нужно заняться другими делами.

Лучше бы я, конечно, в журналах порядок навела и пачку тетрадей проверила – конец четверти на носу, каникулы в затылок дышат, но нет худа без добра. Тетради я и дома проверю, в журналах завтра поковыряюсь, а пока лучшие друзья женщин – нет, не бриллианты, это пусть всякие Александры Николаевны мёрзнут в их холодных переливах – а магазины, где много-много вкусной еды. Мне так похозяйничать захотелось в кои-веки, что я прямиком отправилась в супермаркет.

Между полками с кетчупом и майонезом меня достал телефонный звонок.

– Варвара Андреевна, а вы где, спрашивается? – ворвался в ухо грозный голос папы Драконова. Тут же захотелось встать по стойке «смирно» и честь отдать. Банка с замечательным соусом чуть не погибла на кафельном полу.

– В магазине, – пролепетала я, не подумав даже соврать. – С-соус выбираю.

– Мне только что сын звонил. Вы не пришли на занятие. В чём дело? Я терпеть не могу разгильдяйства и непунктуальности.

Раздражён. Жутко раздражён и будь рядом – огнём бы плевался.

– Вы простите, – ставлю я банку на полку и присматриваюсь к другой, – Но ваш водитель не приехал, поэтому я посчитала, что, может, занятие отменяется или какие-то непредвиденные обстоятельства появились. Планы поменялись на сегодня.

– Варвара Андреевна, а где вы сейчас находитесь? Конкретнее, пожалуйста. Адрес или какие-то приметные ориентиры, – перебивает он меня на полуслове и добавляет: – И запомните впредь: занятие не отменяются никогда. Единственная причина – болезнь ваша или ребёнка. В остальных случаях вы занимаетесь русским языком, даже если камни с неба. С Валентином я поговорю. Больше такое не повторится, поверьте. А сейчас, будьте добры, ориентиры.

Кажется, плакала моя домашняя пицца, но на всякий случай я быстро нагружаю тележку и бегу к кассе расплачиваться. Пока я копаюсь, огнедышащий дракон снова звонит мне и бьёт копытом. Или что там у драконов. Лапой скребёт когтистой – во. Вылетаю, гружённая пакетами, а он уже стоит, прекрасный. Ветер волосы его треплет. Я аж засмотрелась. И не только я: окрестные барышни тоже шеи посворачивали. Ещё бы: шикарный экземпляр на крутой тачке. И Варя такая с пакетами в руках – к нему.

Он скептически смотрит на часы, что-то прикидывает, а затем забирает мою поклажу, пристраивает её в багажнике и с любопытством засовывает свой породистый нос внутрь.

– Всегда было интересно, чем питаются учительницы? – вот кто меня за язык тянет-то? Но сарказм так и рвётся наружу.

Может, потому что я испугалась. Слишком уж интимно всё, что сейчас происходит. На какое-то мгновение в мою несчастную голову приходит сравнение, что мы семейная пара. Папа Драконов – мой муж. Встречает меня с покупками. Помогает с пакетами, интересуется, что такого эдакого я купила, и пытается угадать, что его ждёт на ужин.

– Вы умеете готовить, Варвара Андреевна? – честно: я вообще не ожидала подобного вопроса. Стою на холодном ветру и мёрзну, пытаясь понять: он издевается или всерьёз?

– Как и любая нормальная женщина, – обтекаемо, чтоб ничего лишнего не брякнуть.

Папа Драконов скептически хмыкает и ничего больше не спрашивает. Открывает передо мной дверцу, и я наконец-то ныряю в тепло.

– И что вы собирались готовить, если не секрет? – продолжает он странный разговор, трогаясь с места.

– Пиццу, – теряюсь в догадках, зачем ему это нужно. Или это просто попытка вести вежливый разговор ни о чём? Нейтральная тема? Снизить градус мандража? Ибо меня трясёт от их неожиданных вывертов. То машина не приехала, то папа Драконов сам примчался, обломав мне настоящий кайф. Я только во вкус начала входить.

– У вас там продуктов – на роту солдат.

– А я много пиццы собиралась делать, – начинаю злиться от этой непонятной беседы. – Хотела подругу с детьми и мужем пригласить.

– Скажите, Варвара Андреевна, вас не пугает большое количество мужчин?

После этого вопроса я вообще потерялась. Он на что намекает?.. И вообще ведёт себя странно. Видимо, лицо у меня такое было, что Драконов позволил себе улыбнуться.

– Раз уж с репетиторством сегодня не срослось, у меня к вам есть другое деловое предложение.

Я держала паузу, как величайшая актриса. Ничего больше не оставалось: либо молчать, как пень, и делать вид, что это многозначительное действо, либо задавать абсолютно дурацкие вопросы.

– Я тут подумал… – великий манипулятор почесал в задумчивости бровь. – Вы же всё равно собирались возиться с пиццей?

Я кивнула, не понимая, к чему он ведёт.

– А у меня сегодня мальчишник в некотором роде. И повар заболел.

– А ваша жена, простите? – я всё ещё никак не могла понять его намёков и хода мыслей. Он что, хочет меня жрать заставить готовить на какую-то роту мужиков?! Нашёл кухарку!

– Ну, во-первых, вы сами сказали: умеет готовить каждая нормальная женщина, – он голосом придавил на слове «нормальная», давая понять, что Александра Николаевна в это число не входит. – А во-вторых, она уехала на несколько дней.

– А в ресторане еду заказать не вариант? – я продолжаю тупить, не понимая, в чём, собственно, проблема? С его деньгами и развитой сферой обслуживания запросто можно и первое-второе-третье на дом заказать, и пиво с какавой, и ту же пиццу дурацкую – в зубах принесут, расшаркаются и в пояс покланяются.

– Домашнего, знаете ли, хочется, – туманно и как-то неубедительно. – Сделанного женскими руками. Обычного, без всяких изысков ненужных.

И тут меня накрыло. Мой дед был таким же. Домашним божком. Терпеть не мог чужой еды. Ел только то, что бабушка готовила. И вот эта фраза – «женскими ручками» – дух из меня выбила. Дед точно так же говорил. Он вообще в гостях почти не ел. Всё ему не такое было. Приходил с разных именин да фуршетов – и сразу же лез в холодильник, где его ждали домашний борщ, котлеты, макароны или каша. Простое и домашнее. Без изысков, как только что папа Драконов сказал.

– В общем, я предлагаю вам, Варвара Андреевна, приготовить ту же пиццу, но у нас дома. Соглашайтесь.

– Ну, да. Вы хорошо заплатите. Я помню, – вышло как-то растерянно и жалко.

Рядом с Драконовым сидел призрак моего деда Григория, и я точно знала, что уговаривать меня больше не нужно. Ну, хочет этот избалованный богач домашней еды, ну, ладно. Он же прав: я всё равно собиралась возиться с тестом, печь, гостей приглашать. Ну, раз умыкнули меня, можно и в другом месте тем же самым заняться.

– Вот и отлично. У вас замечательная память, Варвара Андреевна. Рад, что вы приняли моё деловое предложение.

Я ничего ещё не приняла, но, кажется, этот тип не привык слышать слово «нет». Бред какой-то. Толстый и махровый бред. Может, его сын вчера наградил меня какой-то экзотической заразой через поцелуй? И сейчас мне всё это привиделось и прислышалось?..

Папа Драконов галантно открывает передо мной дверцу машины. Подаёт руку, помогая выбраться из салона. Сам достаёт мои пакеты. И я вижу, с каким наслаждением он взвешивает в руке их тяжесть. У него такое лицо, словно он скачки выиграл. Или выгодный контракт. Или от чего там ещё сияют от счастья богатенькие Буратино?..