Глава 55. Согласны ли вы?

Полтора месяца спустя

— Затяни корсет потуже, — прошу Полину.

— Ты не сможешь дышать.

— Смогу. Затяни.

Подруга послушно выполняет просьбу, но все же затягивает не так сильно, как я хотела бы. Ладно. А то ведь и вправду не смогу дышать.

— Ты очень красивая, — грустно улыбается, оглядывая меня с головы до ног.

— Спасибо.

Со страхом поворачиваюсь к зеркалу и вижу действительно красивую невесту в роскошном белом платье. Ткань подвенечного наряда расшита пайетками и настоящим жемчугом. Шлейф не длинный, но красиво тянется сзади. Волосы закручены кудрями и собраны в прическу. В нее вставлен золотой гребешок с сапфирами, из которого идет фата. На лице не осталось ни синяков, ни ссадин. Аккуратный макияж подчеркивает глаза и скулы.

Моя свадьба сегодня. Задержалась на три недели, потому что Марат не успел поправиться к первоначальной дате. К слову, не так уж и сильно его избил Витя, как показалось сначала. Всего-то два ребра ему сломал и нос. Мой жених месяц полежал в больнице под пристальным наблюдением лучших врачей, и теперь по нему даже и не скажешь, что он был похож на отбивную. Только горбинка на носу выдаёт, что он был сломан.

— Все будет хорошо, — Полина сжимает мою ладонь.

Видно, что хочет как-то меня поддержать, но не находит правильных слов. Да и что тут сказать? Я лишь желаю, чтобы сегодняшний день поскорее закончился и наступил завтрашний — когда Марат заберет заявление и уголовное дело против Вити будет прекращено.

Я благодарна Полине, что несмотря на близкую дружбу Стаса и Вити, она согласилась быть моей подружкой невесты на свадьбе. Хотя знаю, что Стас был против. Он и сам не отказался бы набить Марату морду из-за того, что произошло со Смоловым. Полина, кстати, отказалась от работы во Франции и осталась в Москве со Стасом. Сейчас переезжает к нему. На следующее лето у них запланирована свадьба.

— Ну что? — в комнату бесцеремонно врывается отец.

— Я готова, — бесцветно отвечаю.

Окидывает меня холодным придирчивым взглядом. Изучающе проходится с головы до ног. Удовлетворившись, кивает. Полина тактично ретируется, оставляя меня наедине с моим детским кошмаром.

— Без фокусов, Дарья, ты поняла меня? — цедит с металлом в голосе.

— Да.

Мертвой хваткой вцепляется в мое предплечье и буквально волочит меня на выход из спальни. Как будто я сама добровольно откажусь идти. На выходе из дома Эмма Фридриховна подает мне полушубок из лебединого пуха. Середина октября — уже холодно. Встречаемся с немкой взглядами, и обе сразу отворачиваемся.

— Удачи, — тихо говорит.

— Спасибо.

На выходе из дома меня встречают пронизывающий ветер и хмурое небо. Должно быть, сегодня пойдет дождь. В душе у меня точно такое же настроение, как и погода. Мои друзья — одноклассники и однокурсники — смеясь, распивают во дворе шампанское. При виде меня взрываются свистом и аплодисментами, кричат комплименты. Самое время натянуть на лицо маску счастливой невесты.

По дороге в загс наш лимузин собирает все пробки. Отец заметно нервничает. Боится, что свадьба не состоится. Я тоже боюсь, что мы опоздаем в загс, и Витю не выпустят. Друзья не устают поднимать по дороге тосты, чем сильно меня нервируют. Уже лицо сводит от натянутой улыбки. Только Полина понимает меня и в знак поддержки крепко сжимает мою ладонь.

— Расслабься, — шепчет на ухо. — Ты слишком напряжена.

Я пять лет ждала этот день, а когда он настал, чувствую себя внутри мертвой. Пожалуй, сегодня не моя свадьба. Сегодня мои похороны. Они затянулись на полтора месяца, ведь умерла я в тот день, когда рассталась с Витей в сизо.

Я не контактировала с ним с тех пор. Полтора месяца жила под строгим наблюдением отца, Эммы Фридриховны и охраны. Мне разрешалось выезжать исключительно к Керимовым и по свадебным делам. Только с Полиной разрешили один раз поговорить, когда я уточняла у нее, будет ли она моей подружкой невесты.

Римма Айдаровна со мной холодна. Мы не обсуждали произошедшее с Маратом, так что не знаю, что ей известно. Сказал ли жених семье правду? Если честно, не думаю. Тогда Римма Айдаровна выступила бы против нашего брака. Скорее всего будущая свекровь что-то подозревает, поэтому и улыбается мне сквозь зубы. Но я рада тому, что мать Марата ко мне охладела. Исчезло ее навязчивое внимание. Надеюсь, и после свадьбы его не будет.

Лимузин тормозит у загса. И хоть я пять лет морально готовилась к этому дню, а по позвоночнику ползет липкий страх.

«Может, сбежать?», посещает неожиданная мысль.

Оглядываюсь. Семейство Керимовых со своей многочисленной восточной родней уже здесь. Сотни бизнес-партнеров отца тоже. Некуда бежать. Да и побег будет означать реальный срок для Вити. Я никогда так с ним не поступлю. Лучшее, что я могу сделать для Смолова, — это освободить его и вернуть прежнюю беззаботную жизнь ничем необремененного автогонщика.

На деревянных ногах вхожу в дворец бракосочетаний. Отец сразу устремляется к Керимову-старшему. Он в кое-то веки в кругу своей семьи. Встречаюсь глазами с Маратом. Жених в чёрном смокинге и белоснежной рубашке, воротник которой украшает чёрная бабочка.

Марат приподнимает правый уголок губ. Наверное, хочет улыбнуться, а получается хищный оскал. Лицо, как новенькое. Ни единого синяка.

— Потрясно выглядишь, моя дорогая невеста, — Марат первый ко мне подходит.

— И ты тоже хорошо выглядишь, мой любимый жених, — снова нацепляю на лицо улыбку.

— Как долго мы шли к этому дню!

— Пять лет, верно?

— Да, около того.

— Это ведь прекрасно, что наши отношения оказались сильнее расстояния. И я рада, что ты нашел в своем плотном графике время для того, чтобы посетить нашу свадьбу.

Интересно, он слышит в моем голосе сарказм? Наверняка.

— О да, любимая, — склоняется к моему уху и опаляет его жарким дыханием: — Я намерен использовать каждую секунду рядом с тобой, моя дорогая невеста.

От того, каким зловещим шепотом Марат произносит последние слова, кровь в жилах леденеет.

«У меня на тебя большие планы, Даша», вспоминаю, как Марат сказал в больнице после избиения. Я голову сломала, думая, что Керимов имел в виду. Интуиция подсказывает: ничего хорошего.

От страха ноги слабеют. Видимо, Марат замечает, что я неуверенно держусь на каблуках, поэтому быстро берет меня под руку.

— Что с тобой, милая?

— Волнуюсь.

— Ну что ты, мы так долго шли к этому дню.

— Даша, ты прелестно выглядишь! — словно из-под земли, рядом с нами вырастает одна из сестёр Марата.

Я обмениваюсь с ней любезностями, чувствуя, как горит кожа на руке в том месте, где продолжает держать Марат. Мне неприятны его прикосновения, мне неприятно его общество. Кожу содрать захочется — лишь бы не чувствовать Керимова.

«Привыкай, так теперь будет всю жизнь», шепчет внутренний голос.

— Приготовьтесь, ваша очередь, — оповещает нас сотрудник загса.

Помещение начинает плыть перед глазами.

— Милая, что же ты у меня такая неуклюжая? — елейным голосом интересуется Марат, когда на пути к дверям в зал я чуть не спотыкаюсь.

Ничего не вижу. Мурашки перед глазами пляшут, спина покрывается холодным потом. Чувствую, что он и на лбу выступает.

В уши врезается марш Мендельсона. До чего бесячая музыка. Она будет сниться мн ев кошмарах.

— Пошли, — приказывает Керимов.

По-прежнему ничего не видя перед собой, просто семеню прямо. Останавливаюсь, когда по движению сбоку понимаю, что остановился Марат.

— Дорогие жених и невеста! — начинает бодрый женский голос. Догадываюсь, что это регистратор в загсе. Не вижу ее, только слышу. Перед глазами одно сплошное серое пятно с пляшущими букашками. — В жизни каждого человека случаются памятные события, оставляющие теплые впечатления…

Она что-то еще говорит. Весело, задорно, как будто сегодня праздник. Но у меня не праздник, у меня траур.

— Согласны ли вы, Марат, взять в законные жены Дарью?

Она задаёт вопрос Керимову, но он пулей летит в меня. Едва удаётся держать открытыми свинцовые веки.

— Да, согласен, — еще одним выстрелом попадает в меня его ответ.

— Согласны ли вы, Дарья, взять в законные мужья Марата?

Новый выстрел. Ровно в грудь. Из раны на красивое белое платье ручьём льётся багровая кровь. В ушах звенит, перед глазами окончательно темнеет.

Я должна что-то ответить, но язык будто прирос к нёбу. Мое молчание затягивается. В бок прилетает ощутимый толчок от Марата. Дергаюсь. Это помогает прийти в себя, комната восстанавливает свои очертания.

— Согласна, — срывается с онемевших губ.

Ну вот и все. Я вышла замуж за Марата Керимова.