Глава 23

Иван

Уходил из дома, а в груди словно дыру выжгли. Печенкой чувствовал, что нельзя. Но, мать вашу, надо. Я не мог в тот момент все бросить и остаться с Региной. Нужно было разобраться, подчистить все хвосты и разгрести проблемы, которые разрастались как снежный ком.

Нашел в почтовом ящике ключи от своей машины, а саму тачку на стоянке. Мысленно поблагодарил Саню за помощь и поехал в отделение.

Всю дорогу не мог отделаться от хреновых предчувствий. Гнал тачку, нарушая все правила, чтобы быстрее закончить дела и вернуться домой. К ней.

Припарковался у ворот, заглушил мотор и быстрым шагом пошел к своему кабинету. Открыл дверь, быстро снял пальто и потопал к Дэну. Друг сидел за столом, задумчиво барабаня пальцами по столешнице. При моем появлении поднял голову и зло прорычал:

– Нас наеб… Обманули. И самое хреновое знаешь в чем? Что и я поверил тогда!

– Подробности будут или ты эмоциями делишься? – спокойно уточнил я.

– Не делала твоя Регина аборт! Я медсестру нашел, вытряс из нее все.

– Я это еще вчера выяснил, – пожал я плечами и удобно устроился на стуле.

– Знаешь, в чем херня, Капа? – душевно спросил Дэн, – в том, что если бы я тебя не увел…

– То мы оба сейчас здесь не сидели, – закончил я. – Расслабься.

– Медсестра сказала, что у нее выкидыш был, когда Регину машина сбила.

Сука-а-а-а… Как будто по свежей ране наждачкой провели.

– Знаю. Все подстроено было. И сообщения эти, и авария, – признался я. – Ее специально сбили, только пока не могу понять, зачем. Она ко мне бежала, а мы с тобой тогда в камере сидели…

Я сжал ладони в кулаки и громко втянул воздух.

– Разберемся, – кровожадно пообещал Дэн. – Что нарыл на Андрейку с Владиком?

– Как хорошо ты меня знаешь, – хищно улыбнулся я. – Кое-что интересное…

– Подожди, я пацанов позову, – остановил меня Дэн.

Поднялся, вышел из кабинета, а вернулся уже не один. Все уселись за столом и уставились на меня.

– Начну с девчонки, которую ищет Павлик, – заговорил я. – Хмельницкая Вера Николаевна, двадцать лет, студентка экономического факультета, выпускница нашего детского дома. Из интересного – все! На кой хрен она Павлику понадобилась – непонятно. Обычная девчонка, не привлекалась, никакими явными талантами, кроме внешних, не обладает. Я программку одну запустил на ее поиск по камерам, нужно время.

– Отдадим ее Павлику? Веру эту, – уточнил Саня, нахмурив брови.

– Нет, – отрезал Дэн. – Теперь давай про Регину. Что планируешь делать?

– Чинить, – вздохнул я, откидываясь на спинку стула. – Ее и себя. И разбираться по ходу. Что сказала медсестра из больницы? Она видела, кто договаривался с врачом?

– Нет. Ей приказали – она сделала. А тот врач, который Регину принимал, сейчас за границей работает, в элитном госпитале, не достанем.

– Хреново, – протянул я.

– Да уж. Так, Капа, – повернулся ко мне командир, – давай домой, и без надобности тут не появляйся. Оформим тебе отпуск. Как найдешь эту Веру – кидай нам все, мы сами разберемся. Что с Андрейкой?

– А вот с ним интересно, – кивнул я. – Я проследил его звонки. Он парень умный – шифруется, но один звоночек проскочил на его мобилу. И звонил ему некий господин Горский, состоятельный и солидный бизнесмен. Имеет судимость. Пятнадцать лет назад сидел за вооруженное ограбление в составе ОПГ, в тюрьме познакомился с нужными людьми. Вышел, поднялся, легализовал свой бизнес и живет припеваючи. Вопрос: что этим двоим обсуждать аж целых пять минут, которые и длилась беседа по телефону. Я еще камеры у офиса Горского глянул – Андрейка к нему трижды приезжал только за последний месяц. В последний раз не один…

– С Владиком? – включился Клим.

– Да, – кивнул я. – Пока это всё.

– Молчун, Саня, тихо и незаметно присмотрите за Андрейкой, – снова распорядился Дэн.

Парни сосредоточенно кивнули.

– Клим, надо выяснить все об этом Горском. И узнать бы, не связан ли Горский с Павликом.

– Думаешь, он заказчик? – задумчиво потирая подбородок, поинтересовался я.

– Лучше перебдеть. Все, мальчики, расходимся.

– Сидим, – нарушил молчание Макс.

– И чего ждем? – заинтересовался Саня.

– Никого. Дорофеев звонил – Владик копает под нас всех. Старые косяки ищет.

Жека, или полковник Дорофеев, служил в ФСБ и был родным дядей жены Макса – Леси. Его словам можно было верить.

– Становится всё интереснее, хотя я не удивлен, – оптимистично заявил Саня. – Ниче, прорвемся, первый раз, что ли?..

Все молча кивнули, соглашаясь, что да, не в первый. Да и старые косяки мы основательно подтерли еще пару лет назад.

– Ой, Ванечка, забыл, – хлопнул себя по лбу Саня и полез в карман, – хакни телефончик, а?.. Странный он какой-то.

Он протянул мне старый и потертый мобильный телефон с треснувшим экраном. Я взял его в руки, и дыхание сперло.

– Где ты его взял? – холодея, спросил у друга.

– У Лизы. Клим ее проверил, когда на работу брал, а когда Регина появилась, решили еще раз к подружке ее заглянуть. Странно просто, старая мобила в кармане, батарея заряженная. Вот я и свистнул. Если там чисто – верну, могу прямо сегодня.

– Это старый телефон Регины, – не узнавая свой голос, сообщил я, сжимая мобильный в руке.

– Упс, не знал, – напрягся Саня, вглядываясь в мое лицо.

Я до боли сжал челюсти и спрятал телефон в карман.

– Я уехал, – сообщил всем и медленно пошел к выходу.

Карман жгло. Душу тоже. Я знал, что я там найду. Регина говорила, что звонила мне, что отправила голосовое сообщение. Имел ли я право взламывать ее телефон, если там находилась информация, предназначенная мне?..

Остановился у дверей своего кабинета, опираясь руками о косяк. Я не был уверен, что меня не размажет окончательно от того, что я там найду. У меня и так крышу срывало, а душа в ошметках.

Решительно убрал руку с косяка, зашел в кабинет, накинул пальто и поторопился к выходу. Потом. Когда-нибудь я смогу прослушать ее сообщение и не сойти с ума, а пока я нужен был дома. Ей.

Вышел на улицу, быстро добежал до машины и поехал туда, куда меня тянуло с той самой минуты, когда я закрыл за собой дверь. Домой. Только теперь я понял истинный смысл слова «дом». Это не четыре стены, мебель и холодильник. Это то место, где живет твоя душа, где тебя ждут и куда ты хочешь возвращаться.

Сел за руль, завел мотор и развернулся, взяв курс к себе. По дороге заехал в магазин. Чуть не довел продавца овощного до сердечного приступа, выбирая мандарины. Крохотные, такие, чтобы шкурка сама отваливалась уже. Ее любимые. Раньше Регина могла их килограммами есть.

Припарковался у своего дома, и сердце снова забухало в груди. В ушах шумело, пока поднимался на лифте. Достал ключи, игнорируя дикую жажду. Нет, я не хотел пить. Я хотел ее. И до дрожи боялся, что зайду домой, а ее там нет.

Переступил порог, запер дверь и завис. Регина стояла у стены. Бледная, брови нахмурены, а руки скрещены на груди. Протолкнул ком в горле, потому что она все еще была в моей футболке, которая натянулась на груди. Ее соски призывно торчали, а я машинально облизал губы, мечтая втянуть и облизать каждую горошину.

Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а потом она по-детски улыбнулась, напоминая мне ту девятнадцатилетнюю девчонку, подпрыгнула на месте и с разбегу запрыгнула мне на руки, обвивая руками и ногами.

Я выронил пакет с мандаринами, крепко прижимая ее к себе. Вдохнул запах ее кожи и, кажется, снова заулыбался, как последний кретин.

Регина провела носом по моей щеке и очень тихо попросила:

– Поговори со мной.

Нехотя поставил ее на ноги, снял обувь и полез в карман. Достал свой мобильный и повернул экраном к ней:

– Смотри сюда.

Нажал кнопку «Отключить», и мы оба наблюдали, как гаснет экран.

– Я твой. Хочешь – будем говорить. Столько, сколько тебе нужно.

Регина опустила ресницы, кивнула и потянулась ко мне. Схватилась за края пальто, стягивая его с меня. Повесила его на вешалку и наконец обратила внимание на огромный пакет.

– Мандарины?

Ее глаза сверкнули, а Регина сглотнула.

Я только хмыкнул, поднял пакет, взял ее за руку и повел на кухню, на ходу снимая пиджак. Поставил пакет на кухонную тумбу и закатил рукава рубашки, чтобы не мешали.

Регина подошла ко мне, взяла за руку и повела к тумбе. Встала, заставив меня обнять ее за талию со спины, и достала мандарин. Ловко его почистила и повернулась ко мне через плечо, протягивая одну дольку.

Приоткрыл рот, предлагая Регине меня покормить. Руки-то заняты…

Она лукаво стрельнула глазками и вложила дольку мне в рот. Не отказал себе в удовольствии коснуться губами ее пальчиков. Регина вздрогнула, ее зрачки расширились, а она отложила очищенный мандарин в сторону и нервно потянулась за другим.

– О чем ты хотела поговорить? – шепнул ей на ушко.

– Я… – она запнулась, снова откладывая очищенный мандарин, и потянулась за следующим.

И что это, мать вашу, такое?

– Я тебя люблю, – наконец выдохнула она то, что я каких-то пару недель назад даже и не мечтал услышать от нее.

– И я тебя люблю, – согласился я, – только ты не поэтому издеваешься над фруктами, так?

Регина отложила очередной мандарин и развернулась ко мне, оказавшись в кольце моих рук. Схватилась за пуговицу на рубашке и нервно ее покрутила.

– Пойдем в комнату, нам многое нужно обсудить, – наконец выдавила она.

Да, разговоров нам хватит на целую жизнь…