Глава 13

Сотников вернулся в квартиру, которую снимал для себя и Ули. Сейчас, когда его жизнь сделала тот кульбит, которого он никак не ожидал, это место, что раньше было пропитано надеждой, любовью и мечтами о том, что все планы сбудутся, казалось какой-то злой насмешкой.

Над ним, над его чаяниями, над всем, чем жил до сего момента Юра. Пока он даже мысленно не представлял, куда стоит направиться. Остаться здесь, где все напоминает об Ульяне и о том, как он лоханулся? Договориться с Ирой, что он отдаст ей их квартиру, а она откажется от притязаний на фирму, после чего Сотников будет вынужден заново выстраивать свою жизнь в любом случае?

Юра не представлял себе, что со всем этим делать. Знал лишь, что он в такой растерянности, от которой голова идет кругом…

Когда раздался звонок в дверь, Сотников на мгновение допустил совершенно идиотскую мысль о том, что это может быть Ира. А вдруг жена вызнала, где они с Улей жили, и пришла, чтобы сказать простую вещь: она подумала-подумала и решила, что не хочет рушить их отношения?

Нет, это совершенно невозможно. Он ведь достаточно хорошо знает Ирину, чтобы хотя бы мысль допускать о том, что подобное реально…

– Юрочка… Юра! – воскликнула Ульяна тотчас, как он открыл дверь.

Именно она и обнаружилась по ту сторону квартиры, которую освободила не далее как пару дней назад. Уходила тогда Уля спокойно, без истерик и чего-то подобного. И Сотников был уверен в том, что она отправляется в счастливое будущее, которое ждет эту малоразборчивую девицу рядом с Тимуром.

– Ты все же сползла с отчима? – приподняв бровь, спросил Юра, который ума не мог приложить: для чего же Ульяна здесь?

У него, конечно, имелось предположение. Муж Юны, возможно, решил для начала удостовериться, чьего ребенка она носит, а уже потом думать, принимать ли ее или нет. Но прибытие Ульяны говорило о том, что она реально не знает, от кого залетела…

– Юрочка, я ума не приложу, как так вышло, – пролепетала Уля, заламывая руки.

От той девицы, которая готова была впиться в имущество Сотникова руками и ногами, чтобы оно не досталось Ире, и следа не осталось.

– Что именно вышло? Не знаешь, как ты оказалась скачущей на собственном отчиме, ты это хочешь сказать? – издевательски поинтересовался он.

Ульяна переступила с ноги на ногу, закусила нижнюю губу. Она была по-настоящему растеряна, и Юра очень не хотел думать, будто причиной тому непонимание, от кого она беременна. Пусть отцом ее ребенка окажется Тимур. Или кто угодно, хотя Святой Дух… Лишь бы только она больше не имела к нему, Юре, никакого отношения.

– Я знаю, как это вышло… – заявила она после паузы дрогнувшим голосом. – Но знаю и другое. Такое больше не повторится, Юрочка. Я очень тебя прошу, прими меня обратно, ведь я реально могу носить твоего ребенка!

Пожалуй, именно в этот момент Сотников окончательно понял, в какие тартарары улетела его чудесная, полная любви, принятия и доверия жизнь. Та самая, которой он жил с Ирой, где у них были общие планы, совместные поездки, сюрпризы друг другу и понимание, что рядом тот человек, на которого хочется молиться…

А он все променял на вот это… На эти серии Санта-Барбары, где была скачущая с пестика на пестик малолетка, которая и сама не знала, от кого залетела.

– Я собираюсь отдать фирму Ире. Она заслужила, – проговорил он, когда эта мысль внезапно пришла ему в голову.

Конечно, реальности данные слова не соответствовали, но Сотников сам себя похвалил за то, что их произнес. Потому что выражение, которое появилось на лице Ули, сказало само за себя: она в шоке. И совершенно не согласна с тем, как повернулось дело.

Да она ведь сама же и настаивала на том, чтобы адвокаты подложили соломки во всем, что касалось данного вопроса. И до сих пор была уверена в том, что ей удастся уговорить Сотникова быть с нею. Иначе бы не огорчилась так перспективе лишиться фирмы.

– Но… зачем? Это же твое дело! Будет достаточно, если ты оставишь Ире квартиру.

Облизнув губы, Ульяна очень быстро стала давать те расклады, которые ей казались выгодными. На этом Юра акцентировал особенное внимание, теперь осознавая, с кем именно изменил Ире. И ради кого готов был порвать на кусочки собственную жену.

– Это уже мне решать, – пожал он плечами. – А тебе вообще беспокоиться не о чем. Если окажется, что ребенка ты носишь от меня, все, что тебе перепадет, – алименты. И то по минимальной ставке, уж я для этого сделаю все возможное. Так что это и был мой ответ на вопрос, с которым ты сюда явилась.

Он сложил руки на груди и посмотрел на Ульяну, вложив в свой взгляд всю уверенность в том, теперь говорит и делает абсолютно правильно. Хоть и запоздало…

– Юра… я не буду больше ни с кем встречаться… Я Тиму уже сказала, что наши с ним отношения были ошибкой… – пролепетала Ульяна.

Как ей удавалось так быстро переключаться из режима хищной девицы в образ невинной овечки, он не понимал. Ей бы в актрисы, что ли, податься. Толку будет и то больше.

– Я все сказал. Фирму отдам Ире. Квартиру – тоже. Останусь строить свою жизнь с нуля. И отсюда, кстати, тоже съеду. К родителям, – отчеканил Сотников. – Так что иди-ка прочь, девочка. И просись к Тимуру. Раз мать потеряла, когда на ее мужа полезла, попытайся хоть Тима облапошить, мой тебе совет.

Он легонько, чтобы не навредить, выставил Ульяну вон из квартиры и закрыл дверь прямо перед ее носом. Растерянным настолько, что было ясно: она даже не успела осознать, что именно он ей сказал.

Что ж… пусть проваливает и пока не появляется рядом. А по поводу ее беременности вопрос закроется после родов. Если, конечно, к тому времени она не окрутит Тимура или еще кого-то и не забудет о Сотникове в принципе.

Что Юре будет только за счастье…