Глава 22.

Первое, что увидела Альба, когда открыла глаза, был невысокий белый потолок. Совершенно незнакомое помещение пугало ее. Где она, кто она? Память отказывалась отзываться. Она скосила глаза и увидела на каким-то сиденье похожем на стул, молодого красивого мужчину, который спал, положив голову на скрещенные на коленях руках. Он услышал, как она начала шевелиться, резко поднял голову, сполз со своего сиденья и упал рядом с ней на коленях, взял ее за руку.

- Альбинка моя, ты… ты жива, - выдохнул он и прижался губами к ее руке, зажмурился, но Альба успела увидеть, как в его глазах блеснули слезы.

Она всматривалась в лицо мужчины и не могла вспомнить, кто это такой.

- Кто Вы? - прошептала она, стараясь отобрать у него свою руку.

- Григорий. Ты не помнишь меня? - между его бровями пролегла складка. - Любимая, ты помнишь, как здесь оказалась? Что с нами произошло?

- С нами? - она вновь обратилась к своей памяти, но та молчала, словно белый лист. - Скажите, кто я и почему здесь?

- Ты моя любимая девочка Альбина. Ты упала с лестницы, ударилась головой. Но уже все позади, врачи говорят, что все страшное уже позади.

- Врачи? - слово было для нее не знакомым.

- Да, самые лучше врачи. Тебе сделали операцию, сказали, что теперь все будет хорошо.

- Альбина, - она тихо произнесла имя, названное мужчиной, словно пробуя его на вкус. У нее создалось впечатление, словно это имя было знакомым, но каким-то чужим. И она еще раз тихо произнесла: - Альбина.

В это время в странную комнату, где они находились, вошел какой-то человек в странном костюме светло-зеленого цвета, присел на стул, который ему уступил мужчина, назвавшийся Григорием.

- Добрый день. Как Вы себя чувствуете? - спросил он и стал светить ей в глаза какой-то палочкой, потом прикладывал к груди какой-то холодный кругляш, который висел у него на груди, который почему-то она назвала «лекарский артефакт».

- Не знаю, - ответила Альба. - Я ничего не помню.

- Та-а-а-ак, - проговорил мужчина и продолжил осматривать ее, а также какие-то пищащие рядом с ней предметы, от которых к ней тянулись какие-то… она не находила слов для названия этого. - Общее состояние уже хорошее, можно сказать, что вы заново родились. А память должна вернуться, не переживайте. После таких травм это иногда бывает. Думаю, что Ваш муж поможет все вспомнить.

- Муж? - она снова прислушалась к своим ощущениям, но это слово не нашло отклика в ее душе.

- Ну да, Григорий Олегович. Он все время находился с Вами и обещал быть рядом, пока вы здесь. Могу сказать, что Вам придется побыть у нас пару недель, потом посмотрим.

Потом мужчина поднялся и вышел, а Григорий снова занял стул возле ее постели.

- Прошу, скажи, где я?

- В больнице. Я привез тебя сюда, когда ты упала с лестницы. Альбина, я думал, что умру, когда ты лежала там на полу и не дышала. Знаешь, я должен многое тебе сказать, попросить у тебя прощения, покаяться перед тобой. Если разрешишь, я всегда буду рядом с тобой и никогда больше не обижу тебя. Я слишком поздно понял, что ты не такая как все, что с тобой нельзя как с другими. Ты единственная, ты моя любовь, моя жизнь, мое сердце. Я сразу должен был тебе это сказать и просить у тебя прощения, но я был молод и очень глуп. А потом было уже поздно.

- Подождите, - она остановила поток слов мужчины, с трудом понимая, что он говорит. - Я совершенно ничего не помню, поэтому ничего не понимаю, о чем Вы говорите.

- Хорошо, - он взял ее руку в свои ладони и прижался к ней своим лбом. - Я буду ждать, любовь моя. Просто поверь, что все будет по-другому. Я никогда не обижу тебя. Я люблю тебя.

- Григорий, можно попросить рассказать мне кто я? - попросила она, вновь разглядывая его лицо, заглядывая в глаза, в которых она видела грусть, отчаяние, боль и безграничную любовь.

- Да-да, я все расскажу. Все как есть, пусть это будет моим покаянием. А ты уже потом решишь, дашь ли мне последний шанс стать тем, кто будет хранить тебя и любить.

Он уже собрался начать рассказывать, как у него что-то зазвонило в кармане. Мужчина достал какой-то незнакомый Альбе предмет, приложил его к уху. Почему-то проскользнула мысль «артефакт связи», но почему пришла такая мысль, она не могла понять.

- Да, Владимир, - ответил Григорий, поднимаясь со стула и отходя к окну, за которым светило яркое летнее солнце. - Я уже сказал, что между мной и Клавдией больше ничего нет, наша помолвка расторгнута. Я никогда не женюсь на твоей дочери. У меня есть другая любимая девушка, которую я люблю очень давно… Не надо мне угрожать, я давно тебя не боюсь… Да плевать мне на тебя и твои связи… Я все сказал… Да, я готов к войне с тобой.

Он закончил разговор, постоял какое-то время лицом к окну, потом повернулся к Альбе.

- Извини.

- Ты должен был жениться на другой? - спросила Альба. Какие-то смутные воспоминания начали просыпаться у нее в голове, словно запорхали мотыльки.

- Да, но меня просто вынудили к этому шагу. Я слишком многим обязан этому человеку. Я все тебе расскажу.

- И ты отказался ради меня? - Альба вдруг поняла, что этот мужчина нравится ей.

Сейчас он вдруг напомнил ей сильного раненого зверя, который мучится от своей боли, но старается никому не показывать ее. Так захотелось погладить пальцами его лицо, что она невольно подняла руку, но одумалась и опустила ее на постель.

- Да, ради тебя я готов на все, - ответил он и снова сел на стул рядом с ней, взял ее ладонь в свою руку и приложил к своей щеке. - Если бы ты знала, как я люблю тебя и как я ненавижу себя за то, что наговорил тебе.

- Расскажешь? - спросила Альба, которая уже не торопилась забирать свою руку от ее лица.

Ей казалось это правильным, словно они слились в единое целое таким вот невинным, но очень теплым прикосновением, проникали друг в друга. Она видела, как светлеет его лицо, изменяются его глаза, когда он смотрит на нее, словно ласкает ее, старается впитать ее образ.

- Обязательно все расскажу, - он словно выдыхал свою внутреннюю боль. - Но после этого ты снова будешь ненавидеть меня? Если бы я мог изменить все то, что было, я бы отдал все, что у меня есть. Я умоляю тебя, дать мне последний шанс быть счастливым рядом с тобой.

Он опустил голову, собираясь с мыслями, но в это время в комнату заглянул другой здоровый мужчина, одетый в какой-то черный костюм.

- Шеф, включи телек, там новости на первом.

Григорий протянул руку с каким-то продолговатым предметом в стону темной картины, которая висела на стене перед девушкой, больше похожей на черное зеркало, и вдруг она «ожила», Альба увидела движущиеся картинки. Какой-то молодой человек говорил срывающимся от возбуждения голосом, стоя на мосту через реку. За его спиной были видны какие-то неизвестные Альбе странные металлические телеги, смешные дома, странно одетые люди.

- Мы находится на месте происшествия, - голосил парень. - Как нам стало известно из проверенных источников, всего пятнадцать минут назад здесь произошла трагедия — машина с известным в свое время криминальным авторитетом по прозвищу «Сундук» пробила ограду моста и упала в реку. По некоторым сведениям, с ним в машине находилась его дочь Клавдия, известная модель и невеста всем известного чемпиона Румянцева Григория. Еще вчера их видел на приеме у мэра, через три недели у них должна быть свадьба, но трагедия перечеркнула это радостное событие…

Григорий изменился в лице.

- Альбина, мне надо отъехать. Я скоро вернусь, прошу, доверься мне, все будет хорошо.

Он положил ей продолговатый прибор с набором кнопок на груди, поцеловал ее в щеку и вышел следом за здоровяком.

«Святые отцы, где я?» Альба закрыла глаза, вспоминая слова этого парня из «живой картины» - машина слетела в реку. И тут на нее нахлынули воспоминания. Она лежала, не в силах поверить в происходящее. Она Альба Бланка Хоакин эр*Дюран оказалась в совершенно незнакомом ей месте и даже незнакомом мире. Таких комнат, повозок, «картин» она в своем мире никогда не видела. И в своем мире ее убил будущий муж дон Диего. Ей стало так страшно, что она даже заплакала. Хотелось закричать, но она закусила губу, чтобы ее не услышали. В том мире она осталась одна, родители погибли, слетели в обрыв на карете. Ее дядя — император Истании, умирает. Там у нее остались только верная Агата и незаменимый Себастьян. А здесь она в своем теле или в чужом? И почему ее называют Альбиной, может это зовут ту, в чьем теле она сейчас? Как бы все это узнать? И что было у Альбины с Григорием, за что он просит у нее прощения? Было только вопросов, что у нее заболела голова.

Альба прислушалась к своей памяти. Да, она вспомнила все, что было с ней там, в Истании. Но вот воспоминания девушки ей никак не открывались. Только ощущение какой-то внутренней боли и тоски по этому Григорию. Как было у нее с Диего, которого она любила всем сердцем. Наверное, и эта Альбина тоже любила своего Григория?

«Живая картина» продолжала показывать какие-то картинки. Она стала смотреть, стараясь понять, где она оказалась. Все было для нее незнакомо. И к своему удивлению она поняла, что здесь нет магии, совершенно никакой.

К Альбе зашла девушка, одетая в такой же светло-зеленый костюм, как тот мужчина, назвавшийся доктором. Девушка назвалась медсестрой, сделала какие-то уколы. Альба решилась и попросила у нее принести зеркало. Через пару минут девушка вернулась и принесла круглое зеркало в непонятном окладе из какого-то незнакомого Альбе материала.

- Не переживайте, Вы выглядите очень хорошо, - улыбнулась ей медсестра. - Синяки под глазами пройдут. Просто у Вас сильное сотрясение.

Альба всматривалась в свое новое лицо. Девушка явно была старше ее по возрасту, но очень красивая, смуглая, темноглазая и темноволосая. Альба могла бы назвать ее своей старшей сестрой, какое-то сходство между ними было. Она вернула зеркало, решив, что все, что надо, она узнает у Григория. Она решила ничего ему не говорить о том, что сейчас в теле его любимой Альбины другая душа.

Он появился к вечеру, когда за окном уже начало темнеть. Он был уставшим, темные круги пролегли под глазами. Но он улыбнулся ей, снова взял ее ладонь в руку и приложил к своей щеке, закрыв глаза.

- Я так соскучился по тебе, если бы ты только знала.

***

Важный разговор между Альбой и Григорием произошел на следующий день. Она все правильно поняла, Григорий и Альбина любили друг друга, но он поступил с ней подло, обидел. Потом Альбина просто скрылась от Григория, а он продолжал ее любить, но не искал, боясь натворить еще большей беды.

- Знаешь, любимая, когда я увидел, как ты падаешь, подумал, что умру вместе с тобой. Я не знаю, как бы я жил без тебя. Алечка, любимая, прошу, дай мне последний шанс доказать, что ты единственная, которая нужна мне в этом мире.

От него же она узнала, что родители Альбины погибли и она осталась сиротой. Он также рассказал ей все, что случилось с Альбиной за последние десять лет. Она смотрела и видела, что он ничего не выдумывает, а просто рассказывает ей все, что происходило с ними. Ему больно, мучительно стыдно, но все равно он ничего не стал скрывать. И Альба решила, что хочет дать им шанс быть счастливыми.

К ней приходили в больницу какие-то люди, которые были знакомыми Альбины, но она сразу признавалась, что ничего и никого не помнит. Все просто шутили, желали ей скорейшего выздоровления и уходили, а Григорий все время был рядом. Из больницы он увез Альбу в свой дом, где ее встретили, как самую дорогую и желанную гостью. Альба уже приняла, что это совершенно другой мир, более развитый, учила названия предметов, смотрела телевизор (как называли «живую картину»), училась пользоваться предметами, ранее ей незнакомыми. Ей все было в новинку и интересно. Иногда она задавала вопросы, над которыми кто-то смеялся, только Григорий всегда был рядом и терпеливо разъяснял ей и показывал как и что устроено, как работает, был заботлив и внимателен.

Мужчина окружил ее такой заботой, что она поняла, что никто другой ей не нужен. Она попросит прощения у Альбины за то, что согласилась стать женой Григория. Свадьбу они сыграли шикарную, она была в самом красивом платье. Рядом с ней был самый красивый и любимый мужчина. Альба была совершенно счастлива и не мгновение не пожалела, что попала в этот мир, встретилась со своим Григорием, который стал для нее смыслом жизни.