Пока пытаюсь понять, что это, Тимур раскрывает видео, и мы оба наблюдаем за каплей, очень медленно падающей на поверхность воды и отскакивающей от неё.

- Вау, прям, как мячик.

- Это называется высокоскоростная съёмка, - поясняет Тим.

- Почему высокосортная, а не замедленная? Снято же очень медленно.

- Сняты движения, которые не может уловить глаз, такая съёмка в миллионы раз быстрее, чем наше зрение, поэтому и называется высокоскоростной, - рассказывает он и снова ставит видео на повтор. -  Смотри, что происходит в луже во время дождя. Когда капли падают на поверхность, мы кое-чего не видим. Их удерживает поверхностное натяжение, и они отскакивают, уменьшаясь в размере.

- Как сотни мячиков, реально, - удивлённо выдыхаю, - или словно кто-то пакет с бисером на пол опрокинул. Так бусины скачут.

- Похоже.

- Чёрт, а я думала они бултых и сливаются с водой.

- Как видишь, не «бултых», - усмехается Тимур.

Я снова жму «воспроизвести» и наблюдаю за каплями.

- Классно. А что ещё можно снять так?

- Всё, что угодно, чтобы увидеть чудеса, которые обычно упускаем. Ты ведь знаешь, что наблюдение – один из научных методов.

С умным видом я киваю. Немного поражаясь направлению, в котором пошёл наш разговор. Наука и Тимур Логинов кажутся несовместимыми. На первый взгляд, конечно.

-  И, наверняка, в курсе, что многие изобретения были созданы на основе наблюдения за поведением животных, птиц, даже насекомых. Если поставить микро датчики на крылышки мухи или стрекозы можно визуализировать потоки воздуха, которые они производят. А потом создать летающее устройство, нано роботов, например, которые смогут проникнуть в недоступные ранее места.

- Звучит, как фантастика какая-то.

- То, что раньше казалось лишь сказкой и выдумкой превращается в реальность. Когда-то и полёт в космос был чем-то из разряда недостижимого. А люди даже на Луне успели потоптаться.

- Спорно, как говорят.

- Ай, ерунда всё это.

- Тогда почему туда больше не летают?

- А смысла нет. Вот на Марсе полно редкоземельных металлов, а Луна по составу такая же, как Земля. Бизнес в перспективу, Тома, и никакой теории заговора.

Слова из Тимура просто льются, и я слушаю, не перебивая, боясь прервать этот поток.

- Слышала, что в медицинских операциях будущего планируют задействовать нано механизмы? Такие крошечные, невидимые глазу устройства, может быть, смогут чинить ДНК или исправлять генные заболевания, чистить сосуды.

- Да, что-то такое видела в фильмах из категории «науч-поп».

- Ну, это наше будущее, фантазия, которая однажды станет реальностью. Весь наш мир – фантазия… наверное. И смотри, куда это нас привело?

Тим смеётся, а я наклоняюсь, чтобы поцеловать его с огромной нежностью. Он сейчас такой воодушевлённый, что я невольно проникаюсь настроением. И, конечно, понимаю, о чём он говорит. Как любая девушка, я в курсе про визуализации и прочую муть. Я тоже визуализировала себя в Лондоне класса так с восьмого точно, и вот я здесь. Сказка. Особенно учитывая весь путь, который я прошла, чтобы попасть сюда.

- А это что такое? – тычу пальцем в схему на столе. – Чертежи какие-то изучаешь? Зачем? Что здесь?

- Я сейчас сам занимаюсь высокоскоростной съёмкой. Мы делаем линзу для новой камеры.

Смотрю на него во все глаза.

- Мы делаем линзу? Ты же бизнес изучаешь, а не физику, или я что-то путаю? И кто такие эти «мы»?

- Бизнес – это выбор семьи, а вот здесь, - кивает он на экран ноутбука, - мой. Я занимаюсь тем, что лично мне интересно. Пока это не мешает отцу. Ты же помнишь про осознанный выбор, так? Мы с ним поговорили, и он сказал, что факультативом я могу добирать какие угодно дисциплины, если основной курс не будет страдать. В первый год обучения это всё начиналось как какой-то, блин, кружок по интересам, и вот, смотри, до чего мы докатились! – прикалывается Тим. – До спонсирования исследований вестминстерским научным университетом. У нас небольшая команда энтузиастов.

Что я могу на это ответить? Ничего. Слов нет. Потому что поражена до глубины души.

Обхватываю лицо Тимура ладонями, наклоняюсь и целую, вкладывая всё своё восхищение и потрясение в этот поцелуй.

Тим хороший. В этом простом слове «хороший» - весь он.

Добрый, нежный, заботливый, ещё и умный. Нет, потрясающе эрудированный. Наверняка, ему пришлось спуститься до моего обывательского уровня и объяснить то, чем он занимается так, чтобы я поняла.

Как он может быть таким разным? Ещё недавно считала его ужасным гулякой и бабником, а теперь мы вместе и он… совсем не такой, как я о нём раньше думала.

Не такой… Он отличается. От всех, с кем я когда-либо сталкивалась в этой жизни.

- Кстати, про осознанный выбор, - я мнусь.

- М-м-м? – подталкивает он, целуя коротко в щёку.

Берусь за мышку, открываю браузер, быстро набиваю адрес, пока не передумала, и объясняю.

- В прошлом году записала курс английского. Я продаю его в сети. Сейчас совершенствую своё британское произношения. Очень надеюсь, к зиме что-нибудь по фонетике изобрету. Ещё иногда частные уроки даю по видео связи.

Тим листает страницу сайта, внимательно смотрит на экран, потом переводит взгляд на меня. В нём нет какого-то масштабного удивления.

Может, хорошо, что я решила начать с малого? А про работу в баре потом скажу, чтобы сразу не шокировать. Я будто галочки мысленно ставлю: про грант упомянула, так, теперь про заработок на уроках, следующее по списку?

- И что у тебя в голове, Тома? Что планируешь? Свою он-лайн школу английского?

Бизнесмен хренов. Сразу обрисовал перспективы. Замахнулся на что-то глобальное. До он-лайн школы мне как пешком до Магадана. Но пусть будет так, как он предположил.

- Ну, далеко не заглядывала, но почему бы и нет? Я учу его всю жизнь, бегло разговариваю, знаю от и до. И пока такие шибко умные люди как ты, - подкалываю я, поддевая Тима плечом, - не изобрели микро-чипы, способные трансформировать незнакомую речь в родной язык, это будет востребовано.

Тим качает головой, тихо посмеиваясь. В его глазах смешинки, и от сердца слегка отлегает.

- И сколько за частные уроки берёшь? Может, преподашь парочку? – поигрывает бровями он. - Могу я вас нанять, мисс?

- Дорого беру. А у тебя, как мне кажется, с произношением всё в полном порядке. Почище моего будет.

Мы снова целуемся, на этот раз чуть дольше, что даже дыхания не хватает. Когда Тимур отстраняется и одобрительно усмехается, я улыбаюсь ему в ответ. Мне определённо легче, но следующие его слова вынуждают меня двигаться в объяснениях намного дальше, чем я собиралась.

- Прекрасно, что ты решила не зависеть от родителей. Я уважаю такую позицию, Тома.

- Там и зависеть не от кого, Тим.

- То есть?

- Я же сказала, что учусь по гранту в колледже. И… моя мама… она… из простых эм… граждан. Она при всём желании не смогла бы отправить меня в Англию учиться. Понимаешь? У моей семьи нет больших денег.

У моей семьи вообще нет денег. Но об этом как-то язык не поворачивается заявить. Пусть пока это прозвучит так. Да и семья у меня неполная, как и не семья вовсе.

Тим трогает меня за подбородок, прося взглянуть на него. В его глазах я не вижу ни отторжения, ни неприятия. Смотрит спокойно, ровно и открыто. Серьёзно даже.

- Тома, тебе деньги нужны? Потому что если это так, только скажи…

- Нет, - перебиваю я чуть раздражённо, потом роняю голову, утыкаясь лицом в ладонь. – Прости, - решаю извиниться, ведь, наверняка, моё «нет» излишне резко прозвучало. – Мне не нужны деньги. У меня их… достаточно. Пожалуйста, закроем тему.

- Ладно, закроем.

Я снова увлекаю Тимура в поцелуй, но это, скорее, для того, чтобы не видеть сомнений на его лице. Наверняка, он всё ещё помнит пачку банкнот в моём рюкзаке, и, наверняка, это вызывает у него определённые вопросы.

Достаточно откровений на сегодня. Всё остальное позже.

* * *

Мы в каком-то супер-элегантном баре в центре Лондона. Я тут ни разу не была, но по улыбке хостес, которой та одаривает Тимура, понимаю, что тот частенько сюда захаживает. Становится немного неловко от собственного вида. На мне простые светлые джинсы и белая рубашка, не по стилю как бы. Хотя и Тим одет вполне по-городскому, но его прикид раз в десять дороже моего. Мы уже четыре месяца вместе, а мне до сих пор не по себе от некоторых контрастов между нами.

Идём по отполированным деревянным полам, на стенах тут всё золотых и белых оттенков, броский шик и деньги напоказ. В такие места любят ходить и делать фотографии, чтобы потом выставлять свою богатую и успешную жизнь в социальных сетях.

Кресло, которое Тим отодвигает для меня, глубокое и мягкое, наверняка, дизайнерское, и тоже очень… очень дорогое. В этом я уверена.

На ценники в меню лучше даже не смотреть. Но я обычно как делаю – игнорирую их. Либо заказываю стандартный набор, не глядя.

Музыка тут модная и тоже, вероятно, эксклюзивная. У Тима есть приятель, который пишет саунды для торговых центров и различных заведений. Достаточно интересное и прибыльное дело, если послушать.

Переехав в Лондон, я попала в другой мир, а когда начала встречаться с Логиновым, мой новый мир пережил очередной переворот с ног на голову. Тим тут везде свой. Он много, где бывал, много, кого знает, и город изучил, как свои пять пальцев.

Телефон оживает: приходит сообщение от Сони. Пишет, что через пару недель они с Крисом прилетят в Лондон, и я невольно тяну «м-м-м» от радости, что снова увижу подругу.

- Что такое? – Тим отводит взгляд от меню.

- Соня скоро возвращается.

- Со своим?

- Со своим.

- Быстрые они. Хочешь увидеться?

- Что значит хочу? Встреча  в обязательной программе, - подмигиваю я. – Мы вообще на пикник договаривались.

- Уже и договаривались? А когда пикник? Ты как-то забыла меня об этом предупредить.

- М-м-м, если есть планы, придётся тебе их поменять. Да и не ты один не в курсе, - невинно хлопаю ресницами. - Крис, наверное, тоже. Мы как-то между собой только обсудили.

- Прекрасно, - Тим снова утыкается в меню и по напускному ворчливо бормочет, - как всегда девчонки порешали без нас.

Я хихикаю, взгляд едет в сторону. И всё. Я будто ныряю на глубину. То ли в голубую дыру, то ли в изломы рифов. И погибаю там, теряя кислород. Короткий смешок застревает в горле, когда вижу фигуру в белоснежном поло, мелькнувшую за колонной в дальнем углу зала. Светлые волосы, извечный загар, дорогая обувь, на которой буквально помешан – всё при нём.

Расстояние между нами приличное, и мне не понять, то ли привиделось, то ли реально это он.

Ладонь невольно взлетает к шее, а сердце ухает, бьётся, как дурное, о рёбра, будто хочет проскочить между ними.

Нет, нет… быть этого не может…

Руки падают вниз, и пальцы вжимаются в подлокотники кресла, ногти царапают обивку, я невольно подаюсь вперед. Если мне не показалось, то он сейчас выйдет из-за колонны.

Но никто не появляется.

Может, его нет? И это лишь моё больное воображение?

А может, там, за опорой столик, куда он сел?

- Пожалуйста, давай уйдём, - прошу я и очень стараюсь не смотреть в ту сторону, гляжу только на Тима, поднимающего удивлённый взгляд на меня.

- Тебе здесь не нравится?

- Нет-нет, всё отлично. Мне просто надо на воздух. Что-то голова кружится.

- Тома, - он тянется, чтобы взять за руку, но видя, что я словно безвольная кукла, вскакивает со стула.

У меня действительно какая-то атрофия мышц. Позвоночник будто не держит и нервные окончания не работают, импульсы просто не доходят до конечностей. Голова болтается на шее, и я в итоге накрываю лоб ладонью и зажмуриваюсь, чтобы вернуть себе чувство реальности.

- Тома, пойдём.

Ощущаю, как Тимур подхватывает меня, обнимая за плечи. Это немного заземляет. Прислоняюсь боком к его крепкому телу и позволяю вывести себя из здания. Перед глазами темно, я буквально ступаю наощупь.

На улице очень хочется обернуться, удостовериться, что мне показалось.

Но с другой стороны я боюсь, что он… тот самый… увидел меня и пошёл за нами. Вдруг обернусь, а он там. А далее, вполне вероятно, меня накроют большие… нет, огромные проблемы.

Конкретно потряхивает и просто до чесотки хочется оглянуться.

Я всё-таки не выдерживаю, оборачиваюсь, но у входа пусто. Никого. Лишь большие стеклянные двери разъезжаются, впуская в холл новых гостей.

- Тома, всё в порядке? – горячий шёпот Тима проникает в мой мозг, его губы прижимаются к самому уху, а сильные руки не дают упасть.

Цепляюсь за него, как за якорь, как за последнюю надежду.

- Да, мне лучше… определённо лучше.