Глава 11

Макаров смотрел на меня пронзительно, прямо, так, что от его взгляда по коже в разные стороны разлетались мурашки. – Оль, вы все из-за недоразумения с драгоценностями переживаете? – сочувственно взглянул на меня он. – Да не переживайте так, перемелется все. – Его губы тронула улыбка. – Давайте лучше потанцуем? Я отрицательно покачала головой. – Простите, я не танцую. – А вы через «не танцую», не пробовали? Иногда помогает. Его крепкая рука уверенно легла на мое запястье, и это дерзкое прикосновение обожгло кожу. Я резко отдернула руку. – Не старайтесь, у вас ничего не выйдет. Пожав плечами, он устроился напротив меня, чем смутил еще сильнее. – Олег Юрьевич. а вы бы не могли сделать вид, что меня здесь нет, и заняться какой-нибудь из подруг Маргариты? – сконфуженно поинтересовалась я. – Я продолжу глушить свой любимый напиток в одиночестве. Он оценивающе взглянул на мой почти пустой бокал и отрицательно покачал головой. – Нет, Оль, не мог бы. Я и компанию притащил сюда из бара исключительно из-за того, что вы здесь. – Зачем?! – изумившись проницательности Маргариты, обвинившей Макарова в отсутствии стриптизеров, вскрикнула я. – Не знаю. Но там, в доме вашего мужа, мне показалось, что вы в опасности. Когда дверь за мной захлопнулась и я оказался снаружи, а вы остались внутри со своим мужем, мне стало не по себе. – Он мне не муж! – горько воскликнула я и схватилась за бокал как за спасение. – Впрочем, хватит уже об этом! Где мой мартини? – Оль, мама бутылку мартини на кухню унесла, – обернулась на мой резкий выкрик Маргарита. – Отлично, пойду на кухню, заодно и лед добуду. Я уверенно поднялась со своего места и направилась на кухню. Я была готова бежать, куда угодно, лишь бы спрятаться от проницательного взгляда серых глаз Макарова. Почему-то рядом с ним меня обжигал стыд. Подумать только: следователя по особо важным делам вынудили приехать в наш с Андреем дом, чтобы искать украденные мной драгоценности! На кухне было потише. Остались за дверью музыка, веселый хохот и перезвон бокалов. Я зло распахнула дверцу холодильника и выдернула из бокового отдела бутылку мартини. Поискала в морозилке лед, но его там не нашла. Что ж, будет у меня крепкий мартини без льда. Сегодня можно. Сегодня я наконец узнала, какая я на самом деле дура. Дура, содержанка, а еще воровка, которая украла драгоценности у мамы Андрея Соколовского! Резко развернувшись, я уперлась в крепкую мужскую грудь. Вспыхнув, с досадой осознала, что это Макаров. Что он никуда не делся. Не остался в гостиной с остальными смотреть на танцы все сильнее оголяющегося Прохорова, а неслышно прокрался за мной следом, да еще и дверь на кухню прикрыл! Я подняла на него полный досады взгляд. Макаров смотрел на меня, как и тогда, в холле у Андрея Соколовского, прямо, пронзительно, в упор, и от этого у меня почему-то кружилась голова. Он ничего не говорил, но мягко забрал у меня из рук бутылку и достал из буфета чистые бокалы. Затем разлил мартини и ловко извлек из морозилки неизвестно откуда появившийся лед. Обхватив плечи руками, я следила за его действиями. – Вы считаете меня воровкой, да? – поинтересовалась язвительно. – А я не брала тех драгоценностей! Я бы никогда чужого не взяла… Макаров не ответил. Просто протянул мне бокал с мартини, смешанный в идеальных пропорциях со льдом. – Может, лучше на «ты»? – спросил мягко, и уголок его губ дернулся в улыбке. Я покачала головой. – Не уверена… И отпила глоток мартини. – Оль, а вы его любите? – громыхнул вопрос, и у меня замерло сердце. – Кого? – переспросила, чуть не поперхнувшись. – Андрея? Отставив бокал в сторону, я снова обхватила плечи руками. Мне стало отчаянно холодно от такого откровенного вопроса. – Завтра я от него уйду, – смело взглянув на Макарова, сообщила уверенно. – Уйду навсегда. Только дождусь, когда он уедет в свою администрацию… Потирая гладко выбритый подбородок, он пристально смотрел на меня, будто хотел запомнить каждую черточку моего лица. – Оль, я свою визитку оставлю. Ты… позвони, если помощь понадобится, хорошо? Андрей Соколовский очень скользкий и мстительный человек. Такие, как он, не отпустят вас просто так. Я молча взяла у него из рук визитку. Наши пальцы соприкоснулись, и меня снова обожгло. Дыхание перехватило – от внимательного взгляда его серых глаз, от заботливого предложения помощи. – Спасибо, – произнесла тихо. Вдруг осознала: мы так близко друг к другу, что я слышу его дыхание. И все померкло, пропало. Был только он, его серые глаза и исходящее от него странное тепло, окутывавшее меня подобно мягкому пушистому пледу. Трель дверного звонка заставила нас вернуться в реальность. – Пойду, положу визитку в сумочку. – Неловко замешкавшись, я выскользнула из кухни. Слишком близко он внезапно оказался, слишком опасно близко. Мама пошла открывать дверь. – Оль, к тебе! – нарочно громко произнесла она, прежде чем отпереть замок. Мое сердце перестало биться, а потом полетело куда-то вниз. Андрей решил зайти в дом моих родителей?! В дверях гостиной застыли Маргарита и натягивающий на себя обратно форму Прохоров. Даже громкая песня стихла внезапно, будто ее выключили. Щелкнул замок. На пороге показался Андрей Соколовский в шикарном костюме и с тремя дорогими букетами цветов в руках. Нервно сглотнув, я захлопнула сумочку, в которой прятала визитку Макарова. Подняла глаза. Макаров стоял в дверях кухни, скрестив руки на груди. Они оказались друг против друга – роскошный, пахнущий дорогим парфюмом и поигрывающий золотыми часами на запястье Соколовский и слегка небрежный Макаров в форме. Смотрели друг на друга неотрывно, с таким вызовом, что у меня внутри все похолодело. – Ну, здравствуйте, мама! – С издевательской улыбкой на губах Андрей шагнул к моей маме, вручил ей букет и горячо поцеловал ее руку. – Благодарствую, матушка, за самую любимую женщину, которой вы дали жизнь! За мою Оленьку! А где невеста? Маргаритка, иди же сюда, я тебя поздравлю! Роскошный, уязвленный тем, что его не пригласили, Соколовский настолько не вязался с собравшейся в квартире моих родителей компанией, что все оторопело рассматривали его, как человека из другого измерения. Маргоша очнулась первой. Пробормотала «большое спасибо» и прижала к груди дорогущий букет. – Ба, какие люди! Олег Юрьевич Макаров, надо же! Давно не виделись! – окинув следователя с головы до ног оценивающим взглядом, громко произнес Андрей и подчеркнуто властно привлек меня к себе. – А эти цветы тебе, любимая. За то, что ты у меня самая лучшая на свете. Я попыталась увернуться, но он с силой поцеловал меня в губы. – Ты подарила Маргарите подарок, который я передал? – прозвенел в ушах едкий вопрос, и я, стушевавшись под любопытными взглядами гостей, что-то промямлила и снова начала рыться в сумочке. Чувствуя себя полной дурой от его издевательского поведения, извлекла оттуда золотистый конверт с приличной суммой денег и быстро всунула Маргарите в красивый букет. – А вы, значит, на девичник следователя пригласили? А говорила, что только женской компанией собираетесь, – мрачно посматривая на Макарова, произнес Андрей. Макаров испепелил его взглядом, но не сдвинулся с места. – Что ж, удачи вам на профессиональном поприще, Олег Юрьевич! А нам с Оленькой домой пора. Нас сын ждет. Всем до свидания. Мне показалось, Андрей стушевался, не выдержав взгляда Макарова. Так или нет, но он в одно мгновение сорвал с вешалки мой плащ, накинул его мне на плечи и грубо поволок меня за собой к двери. Этот жест настолько не вязался с его сладкими речами в мой адрес, что все притихли. Мама и Маргарита так оторопели от спектакля «Андрей Соколовский забирает Олю», что невнятно бормотали слова прощания, но дверь захлопнулась раньше, чем они успели договорить. – Оля, ну что это за компания у вас?! Одни менты! – заталкивая меня в лифт, с презрением произнес Андрей. – Так Витя же в следственном отделе работает, вот и притащил всю свою бригаду к Маргарите домой, – пытаясь унять дрожь в теле, пожала плечами я. – Жуткая компания! Терпеть не могу всю эту братию в погонах! – Андрей нахмурился. – А почему ты так рано за мной приехал? Договаривались же к десяти вечера? – Начало десятого сейчас, что такого? Или не нагулялась со следователем? – В его голосе послышались язвительные нотки. – Скажешь еще! – вспыхнула я. – Лучше скажи, с кем ты оставил Артемку. – С Гришей, конечно. Мама лежит с давлением. Я же говорил тебе, у нее после приема алкоголя начинаются приступы! Распахнулись дверцы лифта, и вскоре мы оказались на темной улице. Щелкнув системой сигнализации, Андрей распахнул мне дверцу своего роскошного автомобиля. Я нырнула внутрь. Меня потряхивало. Как он мог так мерзко вести себя с мамой?! Швырнул эти букеты и золотой конверт, вроде как «подавитесь», и заставил меня уйти, не прощаясь! Андрей сел за руль. Он вел себя со мной так, будто я в чем-то жутко провинилась, и от этого на душе было неприятно. Он достал из пачки сигарету. Мрачно посматривая на окна квартиры моей семьи, медленно закурил. – Разнервировал меня этот следователь! Надо же, куда ни пойду, везде он сегодня попадается! – раздраженно произнес Андрей, затягиваясь сигаретным дымом. – Его твоя мама вызвала, ее и вини! – Моя мама больна, Оль, разве ты не видишь? Ее недуг, к сожалению, неизлечим. Меня вдруг перемкнуло. Обхватив плечи руками, я бесстрашно взглянула на него. – Андрей, кто такая Дарья Золотницкая? – спросила колко. Он напряженно сглотнул, закашлялся дымом. – Не знаю… А почему ты спрашиваешь? – Она работала у тебя в приемной помощницей. Уволилась по собственному желанию полгода назад. – Оль, ну ты чего?! Ты думаешь, я всех профурсеток, которые перед глазами мелькают, запоминаю?! Да и какое это имеет значение? Работала и работала… – Она ждет от тебя ребенка, – произнесла спокойно, механически, как будто не я вовсе произнесла вслух эти слова. – Да ты что?! – хохотнул он. Провел по лицу ладонью. – И что, давно? – Полгода срок. УЗИ показало девочку. – Оля, ты сегодня сколько своего мартини выпила?! Ты завязывай с алкоголем, ладно?! Это Маргошины друзья в погонах тебе в уши напели ерунды?! – взревел он. Я покачала головой. – Нет, Андрей. Дарья сама ко мне пришла. А вчера прислала сообщение на мой телефон, что УЗИ показало девочку. Ты от нее открестился, а она планирует добиваться для своего ребенка того же, что есть у нашего с тобой сына! Андрей пораженно смотрел на меня. Пытался что-то сказать, открывал рот, но тут же его закрывал. – Так, а вот это уже интересно… – наконец выдавил из себя он. – То есть к тебе приходила какая-то дурочка, о которой я знать не знаю, и убедила тебя в том, что ждет от меня ребенка? И ты ей поверила?! А мне, почему не сказала сразу?! Андрей зло швырнул в окно машины горящую сигарету и резко повернул ключ в зажигании. – Сейчас приедем домой, и ты все мне расскажешь, ясно?! – грубо произнес он. – Пристегнись, машина сигнализирует! Я резко дернула ремень безопасности и пристегнулась. Роскошный автомобиль сорвался с места и понесся вперед по ночной дороге.