Глава 6

Я собиралась на девичник к Маргарите. Тщательно отглаженное платье фисташкового цвета дожидалось своего часа на плечиках в гостиной, а я занималась укладкой волос: записаться в салон я не успела, да и была там несколько дней назад, так что дополнительного ухода моим волосам и ногтям не требовалось. Артемка прибежал в спальню и возился на нашей с Андреем постели с машинками, а я сидела в кресле у большого зеркала в золотой оправе, разложив перед собой косметику и духи. В сердце разливалось приятное тепло: я любила возиться у зеркала, когда видела в отражении безмятежно играющего сына. Маму Андрея я видела только за завтраком ранним утром. Она показала нам шкатулку из слоновой кости, доверху набитую старинными драгоценностями, и настоятельно попросила Андрея спрятать их в сейф. – Мам, займемся этим в обед, когда я вернусь! – раздраженно отмахнулся он от нее. Обидевшись, она ушла в гостевую комнату и плотно закрыла за собой дверь, сославшись на головную боль. Что ж, вечно недовольная соседка по дому с постоянной мигренью – моя новая реальность на ближайшую неделю. Назвать маму Андрея свекровью у меня не поворачивался язык. Покончив с макияжем и прической, я с удовольствием взглянула на себя в зеркало. – Мама, ты класивая! – восхищенно выдохнул мой малыш. Бросив машинки, он забрался мне на колени, схватил с комода яркий флакон духов и побрызгал мне на шею. – Пахнет конфеткой! – Он захлопал в ладошки. Мои губы дрогнули в нежной улыбке. Какое же это чудо – мой маленький сын! Сколько в нем искренних чувств! Поцеловав малышка в щечку, я подхватила его на руки и понесла в гостиную, забрать выглаженное платье. В гостиной работал большой телевизор: видимо, Лидия Денисовна успела справиться с мигренью и теперь развлекалась просмотром любимых передач. Я поморщилась: судя по громкой классической музыке, шла трансляция оперы. Распахнула двери гостиной и обомлела. Пеньюар из бордового шелка, в котором Лидия Денисовна выходила к завтраку, был небрежно брошен на полу. Бар Андрея был вскрыт, а его мама, обвешавшись драгоценностями из шкатулки, танцевала в моем тщательно выглаженном платье. В ее правой руке был крепко зажат бокал. Бутылка вина на журнальном столике была почти пуста, намекая на то, что ее содержимое ушло в Лидию Денисовну. – Оля, какое прелестное платье! – увидев нас с Артемкой, с восторгом произнесла она. – Спасибо, что погладила его для меня! Твое здоровье! – И приподняла бокал с вином. Я обескураженно смотрела на нее. В уголках ее глаз играла усмешка. Она знала, для чего приготовлено это платье! Просто я не успела забрать его в спальню, а она решила поиграть у меня на нервах. Пьяная стерва! – С чего вы взяли, что платье приготовлено для вас?! Прекратите пить и снимите его немедленно! – пытаясь подавить глухую ярость, прошипела я. Усадив Артемку на диван, двинулась к бару. – Вино не тронь! – Лидия Денисовна резво подскочила к столику и выхватила у меня из-под носа бутылку. – И бар не закрывай, я видела там еще пару коллекционных бутылок! – Прекратите! Вам нельзя так много пить! – возмутилась я и попыталась захлопнуть металлическую дверцу бара. Лидия Денисовна просунула туда свою руку и гаденько усмехнулась. – Нет, Оля, бар мой! У меня отпуск, и я буду делать, что захочу! Бокал дрогнул в ее второй руке, и алое вино пролилось на платье. – Вот черт! Теперь не отстирается, – скривилась она. – Выбросить придется платьишко, Оленька. Жаль, красивое было. – Все, я звоню Андрею! – Чувствуя, как внутри пылает неконтролируемая ярость, я схватилась за мобильник. – Звони, звони! Андрюша мой не кобель, чтобы каждую сучку, приносящую в подоле, слушаться! – Что?! Я вмиг побледнела. На устах Лидии Денисовны заиграла торжествующая улыбка, и она, бросив в беспорядке свои бесценные фамильные украшения на столе, гордо удалилась переодеваться с остатками вина в бутылке. Дрожащими руками я заперла бар. – Мам, можно мультики? – попросил устроившийся на диване Артем. – Только недолго, ладно? Я уже бегу накрывать на стол, пора обедать. – Лана! Включив Артемке мультфильмы, я отправилась на кухню. Разогрела суп и позвала сына. Нет, меня не интересовала моя безумная соседка по дому. После того, как она намеренно испортила платье, в котором я должна была идти на девичник, я не собиралась звать ее обедать. После обеда Артемка возился в детской с игрушками, а я мучительно рассматривала свой гардероб в спальне, пытаясь решить, в чем же теперь идти на праздник. Настроение было безнадежно испорчено, но я не собиралась пропускать веселое мероприятие. Наконец я остановилась на стильном ярко-желтом комбинезоне. Он подчеркивал талию и хорошо сочетался с цепочкой, подаренной накануне Андреем. Обворожительная классика с ноткой соблазна. Хотя кого мне соблазнять? Я взглянула на часы: до начала девичника оставалось всего два часа. «Уложу Артемку на дневной сон, а там и Андрей подоспеет», – решила я. Внезапно в доме раздался дикий, истошный крик. От него звенели стекла и сотрясалась мебель. Я вздрогнула, и комбинезон выпал у меня из рук. Сын так напугался, что не успел заплакать. Он просто молча забежал в спальню и вцепился в меня трясущимися ручками. Подхватив его на руки, я бросилась в сторону гостиной, из которой, будто сирена, продолжал идти непрекращающийся истошный вой. Лидия Денисовна стояла посреди гостиной и громко визжала. – Да что случилось-то?! – не выдержала я. – Мои семейные драгоценности! Их украли! Украли! – трясясь всем телом, изрыгала она. – Прекратите орать! Вы пугаете ребенка! – Прекратить?! Ты хоть знаешь, сколько стоят старинные украшения?! – Но кто мог украсть у вас драгоценности?! В доме никого, кроме нас, не было! Поищите у себя в комнате! – раздраженно бросила ей я. – А разве не у твоей сестры свадьба, а?! А денег, небось, на свадьбу нет? Для сестры их украла?! Признавайся, или я позвоню в полицию! – Мне кажется, вам надо показаться психиатру! – оскорбленная до глубины души, выдохнула я и демонстративно громко хлопнула дверью. Как выяснилось, зря. Оставленная без контроля Лидия Денисовна за десять минут подняла на ноги все службы безопасности города и убедила бдительных сотрудников полиции, что ее обокрали две сестры, одна из которых выходит замуж. Она умудрилась посеять панику везде. Спустя пятнадцать минут к дому неслись полицейские машины, служба спасения и сорванный с какого-то интервью Андрей Соколовский. – Ольга Ивановна, что происходит-то?! – мялся в холле напуганный до смерти наш личный водитель Григорий. – Это конец, Гриша… – нервно проведя по лицу рукой, прошептала я.