Глава 7

– Девушка, мне нужен костюм. Черный, классический. Самый лучший из всех, что есть у вас в магазине. Девушка-консультант смутилась. Вспыхнула румянцем от откровенного взгляда серых глаз и полицейской формы привлекательного светловолосого мужчины. – Конечно, конечно! А размер какой? Макаров на мгновение задумался. – Пятидесятку давайте. Надеюсь, не ошибемся. – А вам разве не себе? – Нет, это подарок. Но мы с другом форму одного размера заказывали три года назад, так что, думаю, можно будет пиджак примерить. Его, конечно, будущая теща слегка раскормила, но не критично. – Что ж, как скажете. Если вдруг размер не подойдет, костюм можно будет обменять, только бирки и чек сохраните. – Понял. – Вот, смотрите, у нас есть из последней коллекции. Черный, классический. Стоит, правда, дороже, но сидеть будет отлично! Вам для какого мероприятия? – Для свадьбы. Жениху костюм нужен, – скидывая китель и надевая новенький черный пиджак на форменную рубашку, пояснил Макаров. Девушка аккуратно поправила лацканы обновки на его груди. – Вот, так лучше будет, товарищ подполковник, – смущенно улыбнулась она и отошла от зеркала. Макаров покрутился в пиджаке перед зеркалом, удовлетворенно хмыкнул. Ему было приятно ее внимание. И в звездах разбирается, раз сразу его подполковником назвала, и смотрит на него так зачарованно. Он бы ее на свидание пригласил, да дел у него по горло – суббота, а он еще дома не был. Хорошо, родители Матвея под свой полный контроль взяли. А костюм хорош, ничего не скажешь! Себе бы взял, если бы жениться надумал. «Вот жениться я ни ногой!» – Вспомнив, что Надежда укатила в Минск строить бизнес и любовь со своим боссом, оставив ему сына, Макаров передернул плечами и принялся снимать пиджак. Через двадцать минут подполковник юстиции Олег Юрьевич Макаров уверенно шагал по сверкающему стеклянными витринами торговому центру с большим пакетом в руках. Бумажник опустел, но его это совсем не смущало. Осталось подменить костюм. Прохоров не заметит. А когда заметит, будет поздно. Макаров сам вызвался помочь другу забрать костюм из ателье, в котором работала его мать. Сегодня Маргарита празднует девичник, а Прохоров весь состав собирает в каком-то баре, чтобы попрощаться со свободной жизнью. Вот Макаров и вызвался костюм из ателье забрать, вроде как помочь. Свадьба в следующую субботу, тут главное – чтобы Прохоров не вздумал за неделю до свадьбы достать из чехла костюм и примерить. «Этот точно не станет мерить», – зная натуру своего лучшего друга, усмехнулся про себя Макаров. Телефонная трель ворвалась в его тщательно спланированную операцию по замене костюма внезапно, именно в тот момент, когда он тщательно прятал покупку в багажник своего авто. Макаров нахмурился: Полковник Бережной на связи. – Олег Юрьевич, а ты далеко? – Здравия желаю! В центре, – с досадой раскрыл свое местонахождение он. – Хорошо, что в центре. Там рядом, как раз. – А что случилось, Василий Германович? – Слушай, тут такое дело… Даже не знаю, как объяснить. В общем, мать одного очень важного человека заявила о краже, а он не хочет, чтобы делу давали огласку. Мать его гражданскую жену в краже обвинила, а та вроде как ничего не брала. Обычная семейная разборка. Мне уже сверху позвонили, приказали лучшего следователя прислать на место преступления. Разрули там все, а? – Мы таким не занимаемся, – холодно отрезал Макаров. – Знаю, Олег, знаю. Но сверху звонили. Приказали выслать лучшего следователя по особо важным делам и не предавать дело огласке. – Ладно. Машину туда уже выслали? – Выслали, ты как раз подоспеешь вовремя. Адрес Наталья скинет сейчас, она тут рядом. Всех на уши подняли. Это в субботу-то вечером! – недовольно прокряхтел Бережной и отключился. Макаров с досадой бросил мобильник на панель управления. Что ж, придется поехать, раз самого Бережного так напрягли. Теперь он не то что душ принять – он переодеться к мальчишнику в баре не успеет. Вот досада! Но не ехать же в форме… Сверкнула в мобильнике эсэмэска от Натальи. Макаров изумился: адрес незнакомый, но фамилия хозяина дома – Соколовский. Вспомнился разговор с Прохоровым о сестре его невесты Маргариты. Неужто держатель гарема собственной персоной в скандале замешан? «А это уже становится интересно!» – Макаров озадаченно потер гладко выбритый подбородок и завел машину. Когда он подъехал к двухэтажному особняку, в котором произошел непонятный конфуз, там уже стояло несколько служебных машин. Выбравшись из своего авто, Макаров поправил фуражку и двинулся к высоким железным воротам. Сунул корочку под нос охране, и его быстро пропустили в дом. «Хорошо жить не запретишь, однако!» – подумал он, с интересом рассматривая шикарный интерьер современного дома. Пожал руки коллегам из отдела. Те фыркали: семейная драма, которую не хотят предавать огласке, зря людей сорвали. Но ведь это сам Андрей Соколовский, нельзя дело без внимания оставить. – Где пострадавшая? – поинтересовался у оперуполномоченного Серегина он. – Пьяна вдрызг. Спать отправили. Обвиняет во всем сожительницу Соколовского Ольгу Волошину, а та клянется, что ничего не брала. Да и на видеокамерах записей нет. Они, оказывается, уже два дня как отключены. По приезде матери хозяин дома всегда их выключает, чтобы никто не знал о ее чудачествах. Знаете, слить в сеть видео недолго, а у него должность – будь здоров! – Чудит, значит, женщина? Понятно. А где сама Ольга? – В столовой, где же еще! Это прямо, по коридору и налево. Не заблудись, Олег Юрьевич, в этих царских хоромах! – весело хмыкнул Серегин. – Мы пока везде снимаем отпечатки пальцев. Навела бабуля шума! Она у них, оказывается, любительница заложить за воротник и истерику устроить. – Ладно, пойду с хозяевами побеседую, – злясь, что из-за глупой выходки нетрезвой пожилой женщины не успеет заехать домой перед встречей с Прохоровым и остальными сослуживцами, буркнул Макаров. Широкими шагами он направился в столовую. Но не успел он постучать в красивую дверь, как она распахнулась. Ему в грудь врезалась бледная молодая женщина в стильном ярко-желтом комбинезоне. Макаров взглянул на нее, и сердце на миг пропустило удар. Это была Ольга. Точно, Ольга, он сразу это почувствовал. Сердцем ее почувствовал, и от такой неожиданности у него зашумело в голове. Он же не мальчишка, в конце концов? А тут – будто наваждение: ее голубые глаза, длинные темные волосы, точеная фигура. Взглянул на нее и пропал. «С этой точно картины писать», – мелькнуло внезапное. – Здравствуйте… – Она взглянула на него растерянно. Видимо, у нее от такого количества людей в форме в доме все уже смешалось перед глазами. – Добрый день. Макаров Олег Юрьевич, следователь по особо важным делам, – представился он и полез в карман за удостоверением. Несколько мгновений она смотрела ему в глаза – неотрывно, изумленно, будто не могла понять, каким чертом в ее жизнь занесло этого следователя. – По особо важным делам? Да зачем же вас-то сорвали? – прикрыв красивый рот ладонью, стушевалась она и подхватила на руки высунувшего любопытный носик малыша. Тут же за ее спиной возник статный Соколовский. По-деловому пожал руку Макарову, пригласил в столовую. – Здесь есть стол, можно будет записывать, если вам будет нужно показания записать, – напряженно пояснил он и пропустил Макарова вперед. Тот снял фуражку, пригладил волосы и с интересом взглянул на ребенка на руках у Ольги. – В доме были только женщина и ребенок? – Д-да, только мы с Артемкой. – Заикаясь, Ольга повторила показания, которые уже несколько раз повторяла до него, и села на отодвинутый Соколовским стул. – Лидия Денисовна развлекалась в гостиной у камина. Украшения она надевала на себя, а потом разложила их на журнальном столике. Я увела ребенка обедать и больше в гостиную не заходила. – А у ребенка вы не спрашивали? Может, он взял драгоценности? Дети любят поиграть, особенно в таком возрасте. – Конечно, спрашивали! И Андрей, и я, и Лидия Денисовна… – Ольга опечаленно покачала головой. – Мы точно не брали. Нам и в голову бы не пришло взять чужие украшения! А то, что у меня сестра замуж выходит, это ничего не значит! Макаров вдруг подметил, что ей идет печаль. В печальном образе она была по-особенному красива, будто светилась. Как-то странно свело у него под ребрами при этой мысли. И что он, в самом деле? Запал на нее, как пацан какой-то, глаз отвести не может! А за ее спиной, между прочем, муж стоит. Пусть и гражданский, но все же муж. Андрей с участием положил руки ей на плечи и поцеловал в макушку. – Оленька, ты только не волнуйся. Найдутся они. Да если даже и не найдутся, Бог с ними! Кому это старье нужно? – У самой потерпевшей в комнате драгоценности искали? – чувствуя, что ему неприятен жест Соколовского, уточнил Макаров. – Да, искали. Все перетряхнули, но семейные драгоценности как в воду канули! – досадливо ответил Андрей. Макаров посмотрел на ребенка, затихшего на руках у Ольги, и вдруг вспомнил, что его сын Матвей в четыре годика спрятал ключи от дома в радиоуправляемую машинку и убеждал всех, что он их не брал. А потом выяснилось, что ключи взяла машинка. – Так, а у ребенка любимые игрушки есть? – потирая подбородок, обратился к Ольге Макаров. – Есть… медведь. – Он такой старый, его выбросить пора! – будто извиняясь, заговорил за ее спиной Соколовский. – Я не думаю, что его стоит показывать… – Все же покажите. Кто-то из сотрудников полиции заглянул в столовую и позвал хозяина дома. – Давайте пройдем в детскую? – дружелюбно предложила Макарову Ольга. – Я вас сейчас догоню, – махнул рукой Андрей и быстро вышел из столовой. Ольга повела Макарова наверх, в детскую комнату, усадила перепуганного малыша на кроватку и огляделась по сторонам в поисках медведя. – Не пойму, всегда на видном месте сидел медведь, а сейчас его нет, – развела руками она. Макаров присел перед малышом на корточки и улыбнулся. – Привет, Артемка. Я – дядя Олег, меня вызвали сюда, чтобы найти бабушкины украшения. Ты не мог бы мне помочь? Артемка отрицательно замотал взъерошенной головкой. – Может, ты где-то видел украшения? – Я не блал… – А Мишка твой где? – Бабушка у мамы платье заблала, – хмуро взглянул на Макарова мальчик. – Миша маму защищал! Ольга дернула дверцы шкафа, и оттуда вывалился огромный облезлый медведь. Сорвавшись с кроватки, Артём со всех ног бросился к игрушке. – Не дам Мишу выкинуть! – схватив медведя за шею, отчаянно прокричал он, и маленькие губки затряслись. Видно было, что ребёнок готов сорваться в плач. – Да кто ж его выбрасывать-то собирается, малыш? – всхлипнула Ольга – видимо, и ее нервы не выдержали напряжения. Макарову стало ее жаль. Почему-то ему захотелось вопреки здравому смыслу прижать Ольгу к своей крепкой груди и погладить по длинным темным волосам. Но в дверях, будто прочитав его мысли, показался Андрей Соколовский. – О, нашли это убожество? – фыркнул он и остановился перед сидящим на корточках Макаровым. Макаров уверенно взял медведя и внимательно его осмотрел. Через мгновение он засунул свою крепкую руку в пасть игрушки, и оттуда посыпались семейные драгоценности. – Боже… – всхлипнула Ольга.