Глава 24
День у меня сегодня выдался нервный.
Дочка отзвонилась, сказала, что уже в поезде. Едет роднулька моя, завтра увидимся.
Вот, казалось бы, всё хорошо, что нервничать?
Но я почему-то волнуюсь и переживаю.
Димка тоже нагнетает обстановку, крутится вокруг меня, поглядывает исподлобья и молчит.
С самого раннего утра, как появился в квартире со звонком будильника, так и мнётся и мечется, словно стыдливая барышня, воспитанная в девятнадцатом веке.
«Что же такое он придумал, что не решается попросить?» — думаю про себя, понимая, что происходит с моим другом, а вслух спрашиваю.
— Ну что дружочек придумал, что я для тебя сделать могу. Какой ты подарок хочешь?
Понятно же, что призраку, а бы что — подаришь. У меня просто фантазии не хватит, придумать, что ему такое подарить, чтобы сделать для него приятное. А очень хочется.
Димка за время нашего с ним знакомства, сумел мне под кожу влезть, родным стал. Вот и жду от него подсказки.
— Ну, говори уже, что ты маешься. Вижу же, что попросить, что-то хочешь. Давай, не стесняйся. Димка-ааа, ау-у-у!
Но все мои попытки разговорить парнишку, заканчиваются одинаково. Он то исчезает ненадолго, то опять появляется. И странно молчалив сегодня, вот опять только мы начали разговор, как он испарился. Детский сад, да и только!
— Дим, ну что ты на самом-то деле как маленький! Ну, давай так: ты мне скажи, что ты хочешь, а я уже сама решу, смогу я это сделать или нет. Я просто хочу тебе напомнить, что я так-то жизнью тебе обязана. Так что давай кончай стесняться и вываливай, что ты там придумал. Если это в моих силах, то я обязательно сделаю…
Призрак с надеждой посмотрел на меня, шаркнул ножкой, и, наконец, начал говорить:
— Василис, вы же знаете, что у меня сестра в детском доме. Я бы хотел… Если, конечно, получится, чтобы вы кое-что ей подарили.
— Ну, слава богу! И что это? — уточнила я, — Что-то особенное?
— Да, Василис, но это очень дорогая вещица.
— Не дороже денег. Так о чём, собственно, речь?
— Как-то мы с сестрой заглянули в один антикварный магазинчик. Просто интересно было. А там много всего было, но Анька подвеску одну увидела, занятную такую. Анюта тогда сказала: " Смотри, Дим, здесь наши с тобой инициалы. Прикольная штука. Я бы хотела такую себе…». Я тогда пообещал ей, что куплю эту подвеску и подарю. И даже деньги начал копить, но не успел…
— Вот как, — задумчиво протянула я, — но я так поняла, это давно было. Времени столько прошло, ты уверен, что его никто не купил?
— Нет, не купили. Я вчера был в этом магазинчике, кулон всё ещё там. Василиса, вы не переживайте о деньгах, я вам всё верну, — торопливо начал говорить он. — Не скажу, что у меня много накоплений, всё-таки я призрак. Но я всё же кое-что могу и знаю, к примеру, некоторые места с забытыми старинными монетами, да и хороший нюх у меня на деньги. Ну, те, что теряют.
— Дим, прекрати! Ну не миллион же стоит твоя подвеска. Рассказывай давай — где этот магазин?
Вопрос о деньгах меня в нашем с ним случае особо не волновал. Конечно, я была не миллионершей, но моему юному другу, мне хотелось искренне помочь. Я понимала, что значит для него этот подарок. И если подвеску всё же купили, то я готова даже заказать, что-то подобное.
Мой призрачный дружок подлетел к компьютеру: — Василис, у них есть интернет-сайт. Включайте комп.
Нажала кнопку питания и стала ждать, пока экран загорится и ноутбук включится. Димка защёлкал по клавишам, минут пять искал и всё же нашёл.
На экране ноутбука, по всей видимости, была та самая подвеска, о которой мы с Димкой говорили.
Кулон был скорее мужским, чем женским. На толстой золотой цепочке, словно в портретной рамке, красовались две буквы «Д» и «А».
Возможно, такие носили в веке девятнадцатом, но думаю, и сейчас это украшение не потеряло актуальность.
— Дим, это скорее мужское украшение, Аня точно будет его носить? — спросила я парнишку.
— Да, — он кивнул, — я Аню часто вижу в этом магазине. Она всегда подходит к витрине, смотрит и плачет потом…
Я вздохнула, бедные дети, и набрала номер, указанный как контактный.
— Алло, это магазин Альметра?
— Да, здравствуйте.
Я поинтересовалась, не продан ли интересующий нас кулон. На наше счастье, он действительно был в наличии. Человек по ту сторону трубки заметно оживился, когда я спросила, можно ли будет подъехать и посмотреть его.
Мне ответили, что нас ждут и что у подвески есть своя небольшая история.
Решила в долгий ящик покупку не откладывать, и уже через час мы с Димкой ехали в сторону магазинчика.
В дороге Димка опять примолк, а потом, отвернувшись в сторону, тихо произнёс: — Давайте вернёмся домой, Василиса. Всё-таки это слишком дорого, а я так быстро отдать деньги вам не смогу. Купите лучше Аньке книжку. Она книги очень любит читать. И представляете, ей нравится, как пишет Варвара. Я тут случайно услышал, что после Нового года в книжном магазине на Урицкого, будет презентация книги Варвары внучки бабы Глаши. Так вот, если сестрёнка получит эту книгу с автографом, то будет на седьмом небе от счастья. Вы же можете Варвару попросить, чтобы она подписала книгу моей сестрёнке?
— Конечно, — я согласно кивнула, продолжая ехать в прежнем направлении, — Я и Варе позвоню… Кстати, действительно надо бы позвонить и поздравить её с выходом и презентацией книги. И попрошу подписать книжку для твоей сестрёнки, думаю, она мне не откажет в этой просьбе. И кулон Ане мы тоже купим.
— Не надо, Вась, это дорого… — пытался сопротивляться Димка.
— Дим, моя жизнь, однозначно дороже. Так что сиди и молчи…
Уже на месте продавец рассказал мне, что это действительно антикварный предмет. Кулон был изготовлен по заказу графа Дмитрия Воронкова в тысяче девятьсот пятом году. Что означала буква «А», выяснить не удалось, но, скорее всего, это первая буква имени возлюбленной Дмитрия, так как, ни жены, ни сестры у графа не было. А мать графа носила имя Юлия.
Когда грянула революция, граф не успел эмигрировать, а может, и не захотел. И был убит шайкой мародёров в своём имении. Потомков после него не осталось, и, поэтому предположение, что литера «А» означала инициалы возлюбленной, была более или менее правдоподобной версией.
Купив кулон, мы с Димкой вернулись домой. Мой дружок грустил, зажав в руке подвеску и пряча от меня глаза.
****
Опять с самого утра идёт снег. Надо сказать, что я обожаю такую погоду, она настраивает меня на лирический лад. Тихо кружатся снежинки, а я стою на перроне и смотрю на прибывающий поезд.
Моя доченька приехала. Смотрю на номер вагона, что останавливается передо мной. Пятый, а мне нужен двенадцатый. Далековато, и я торопливо иду в нужную сторону. Алинку вижу издалека, лишь только она ступает на перрон.
— Мамочка, — дочка припадает ко мне, — как же я соскучилась, мамочка.
— И я, солнышко, минутки считала до твоего приезда, — зацеловываю милое личико своей дочки. Обнимаю её, — а где твои вещи?
Алинка оборачивается, и я вижу чуть в стороне молодого человека, держащего в руках два чемодана и дорожную сумку.
— Мамуль, познакомься, это мой Вадим. Прости, что не предупредила, что приеду не одна, — щёчки дочери разрумянились от смущения.
— Здравствуйте, Вадим. Меня зовут Василиса Леонидовна, можно просто Василиса. Рада знакомству, — я немного растерялась. В голове сразу замелькали мысли, кто это такой и что ему от моей дочери надо. А главное, почему моя дочь не говорила мне, что с кем-то встречается.
— Добрый день, Василиса Леонидовна, Я тоже рад познакомиться с вами, — голос у парня был приятный, мягкий с небольшой хрипотцой. Да и на первый взгляд, он вроде внушал доверие, довольно симпатичный молодой человек.
— Ну что же мы стоим, идёмте в машину, — говорю я и пытаюсь взять у парня, хотя бы сумку, — Давайте помогу…
— Я справлюсь, Василиса Леонидовна, ведите нас, — отказывается он от помощи. Алинка хватает меня под ручку, и мы идём к машине. Пристроив вещи в багажник, усаживаемся.
— Круто мам, так здорово, что ты купила машину, — Алинка извиняющее улыбнулась Вадиму и села рядом со мной на переднее сидение.
Уже в квартире, я сказала Алинке, чтобы она показала гостю, где у нас что. А сама отправилась на кухню, отваривать пельмени и заправлять, нарезанный загодя салат.
— Линок, устраивай гостя, мойте руки и идёмте обедать…
— Хорошо, мамочка…
С минуту подумала, где накрывать на стол, и решила, что на кухне будет не так официально. Ребята минут через десять присоединились ко мне. Я выловила из кастрюли пельмени и поставила их на стол в большом блюде.
— Умм, пельмешки, как же я их люблю, — Алинка скорчила забавную рожицу, — Мам, сделай нашу любимую заправку, ммм, пожалуйста. Дим, а ты во что любишь пельмешки макать.
Я улыбнулась, наша любимая, это была смесь из бульона, соевого соуса, чесночка и чёрного перца. Иногда вместо чеснока мы добавляли ложечку уксуса. А летом это была острая заправка из помидоров, перца, чеснока и хрена пополам со сметаной.
— Когда как, — ответил Вадим, — иногда майонез с кетчупом, иногда смесь бульона с уксусом и перчиком, а когда и просто со сметаной. Я вообще всеядный…
Я поставила на стол две пиалы, одна с «кечунезом», так называют эту смесь Валюхины дети, а вторую с нашей заправкой и села. Первое время мы молчали, поглощённые поеданием пельменей. Когда первый голод был утолён, я спросила: — И как давно вы встречаетесь?
— Мамуль, давай покушаем, а потом мы тебе всё-всё расскажем, — цепляя на вилку очередной пельмешек, произнесла дочка.
— Ну, хорошо, — согласилась я.
А моя молодёжь обменялась взглядами. У меня сложилось впечатление, что они прекрасно понимают друг друга и без слов.
Чай с вишнёво-творожным пирогом мы ушли пить в зал. Я села на кресло, а Алинка вместе с Вадимом на диване.
— Ма, очень вкусный пирог. Ты раньше не пекла такой. Новый рецепт?
— Да, нашла в интернете, захотелось попробовать.
— Действительно, очень вкусно, — подтвердил Вадим. Потом, посмотрев на Алину, начал рассказывать, — Мы с Алиной познакомились давно. Она только поступила тогда. Иногда сталкивались с ней в общих компаниях, на студенческих вечеринках. Общались. Алина мне нравилась, даже больше, чем нравилась. Я пытался ухаживать за ней, но ваша дочь стойко держала оборону, — Алина хмыкнула и покраснела, — в июне перед самыми каникулами, мне, наконец, удалось уговорить Алину пойти со мной на свидание. Потом, когда она уехала домой, общались в соцсетях, по телефону. А с сентября встречаемся. Василина Леонидовна я очень люблю вашу дочь и никогда не обижу её.
— Мамочка, ты прости, что я тебе ничего не говорила. Я же знаю, что ты за меня переживаешь. Не хотела, чтобы ты волновалась зря, — подластилась ко мне дочка.
— Подлиза, — поцеловала я Алинку в щёчку.
— Мамуль, это ещё не всё, Дима мне сделал предложение, и я согласилась… — дочка показала мне колечко на пальчике. А я и не обратила внимания, тоже мне: мать года.
Я раскрыла, было рот, чтобы возмутиться, но дочка продолжила: — Ты не переживай, мамочка, свадьба будет только после защиты диплома. Дима приехал со мной специально, чтобы познакомиться с вами. С тобой, с дедом и бабулями…
У меня на глаза навернулись слёзы. Вот и выросла наша девочка Макс, она уже невеста.
Я расспрашивать Вадима больше ни о чём не стала. Мы договорились, что завтра поедем в гости к моим родителям, только вначале заедем за Елизаветой Андреевной — мамой Максима. Думаю, ей тоже будет интересно познакомиться с женихом внучки.
Вот там его и допросят основательно и с пристрастием.
После обеда Алинка с Вадимом пошли прогуляться. Дочке, скорее всего, не терпелось познакомить своих подружек с женихом. А я собиралась заскочить к Валюшке и обговорить намечавшуюся поездку, но выйти из дома не успела, объявился Димка.
— Василиса Леонидовна, здравствуйте.
— Привет, дружочек. Ты что это ко мне так официально?
— Ну, это, вы же всё-таки меня старше…
Я смеюсь. Забавный детёныш: когда увлекается, разговаривает со мной, как с подружкой, а то вдруг просыпается у него какая-то стеснительность. В который раз сожалею, что парнишка умер. Славный он, человечек.
— Я вижу, ваша дочка приехала? Да?
— Да приехала, нам с тобой теперь общаться аккуратнее надо. А то Алинка решит, что у мамы крыша поехала, — смеюсь я.
— Я понял, — голос у призрака грустный.
— Да нет, ты приходи. Только разговаривать мы с тобой будем, когда Алины с Вадимом дома не будет. Да предупредить хочу, что мы уедем после Нового года где-то на недельку.
— Спасибо Вася, и это… — парнишка замялся, — В общем, там к тебе сейчас гость придёт…
Я насторожилась: — Очередной призрак? Не хотелось бы мне перед самым-то Новым годом связываться с этим. Нельзя это как-то оставить на потом?
— Не, Вась, это не совсем призрак. Ну, то есть, наверное, призрак… Призрак прошлого, но вполне себе живой…
Я слушала сбивчивое объяснение Димки и ничего не понимала. Призрак, который не совсем призрак…
Мои размышления прервал звонок в двери. Я пошла, открывать, пребывая в недоумении, Алинка вроде же брала ключи. Я распахнула дверь и оторопела.
Я его сразу узнала несмотря на то, что не видела двадцать шесть лет. Он стоял на пороге с букетиком васильков. Меня всегда интересовало, где он их берёт зимой.
— Здравствуй, Василиса. Пустишь?