Глава 4

Переночевав у родителей, я утром отправилась домой. Забежала по пути к Вике узнать, как она с детьми устроилась в отцовском доме.

Семейство Гореловых в полном составе было на кухне. Вика кормила детей завтраком. Девушка предложила и мне чаю, но я отказалась, сославшись на то, что только что из-за стола. Я пожелала детям приятного аппетита и угостила ребятишек яблоками из родительского сада. Оставив детей доедать завтрак, мы вышли с Викой в зал.

— Василиса Леонидовна, я, если честно, до сих пор в себя не приду, — произнесла Виктория, — спасибо вам большое за вашу доброту, за помощь. Я, наверное, никогда не расплачу́сь с вами…

— Перестань, Вик! Ну что ты ещё придумала! Я помогла, потому что могла, и пообещала. Думаю, на моём месте ты сделала бы то же самое.

Девушка вздохнула: — Всё равно, спасибо вам большое. Никак не могу поверить, что нам так повезло. Всё, кажется, закрою глаза, и всё исчезнет. Жаль только, что с папой не довелось познакомиться. Фотоальбом вот обнаружила, мамину фотографию, нашла.

— Что ты дальше планируешь делать? — поинтересовалась я — Надо же, наверное, что-то с работой решать, с детским садиком?

Грустное выражение лица девушки сменилось на озабоченное, в глазах мелькнул страх:

— Надо будет съездить домой, забрать документы и вещи. Хочу позвонить соседке и поехать, когда Тарас на работу уйдёт. Потом надо будет пода́ть заявление на развод. Я смотрела, нам разводиться только через суд, хоть делить и нечего, но у нас дети. Потом попробую Танюшку с Васей в садик устроить и работу буду искать, может, получится здесь найти.

— Мама сказала, здесь хороший детский сад, может, удастся детей туда устроить. Она сегодня к тебе зайдёт, сама расскажет, что здесь и как. Ты, кстати, малышей на неё можешь смело оставлять. Ну вы с ней там сами потом договоритесь, — сказала я и добавила, — Если будет нужна, какая помощь от меня, обращайся. Помогу чем смогу.

— Спасибо вам, Василиса Леонидовна.

— Вася, зови меня Васей или Васёной, мне так привычнее. Телефон мой у тебя есть, если что надо, звони. Ну, я побежала, а то на маршрутку опоздаю, — заглянув на кухню, попрощалась с детьми, — Танюшка, Вася, до свидания. Не скучайте! Пока, Вика.

Дома, немного перекусив и напившись чаю, уселась сканировать фотографии. Отправила папку на электронную почту дочке.

Перебирая старые фотографии, подумала и решила отсканировать их всё.

Пусть будут, создам отдельные папочки, скину их на выносной диск. Подпишу, кто, где и чем «знаменит», как уже сделала это для Алины, и пусть лежат. Есть-пить не просят, а внукам будет потом память.

Для начала решила рассортировать те фотографии, что уже отсканировала. Но не успела приступить, как на телефон одно за другим посыпались сообщения.

Дочка благодарила и обещала позвонить вечером или завтра утром. Второе сообщение было от Вали:

«Васен, ты дома? Если дома, маякни, я подскачу. Меня Ванька отпустил на пару часиков».

Я знала, что подруге время от времени требуется побыть вдалеке от своего неугомонного и шумного семейства. Валя обожала своих детей и мужа. Но постоянно вариться в одном и том же, утомит кого угодно. Поэтому написала ей коротко: «Приезжай».

А сама пошла на кухню, настрогать на скорую руку какой-нибудь салатик. Валюха, она такая, непременно разведёт на сто грамм. Тем более что на свой день рождения, я девчонок не пригласила. Когда в последний раз забегала к Березиным, насчёт вещей для детишек Вики, Валюха многозначительно произнесла, вручив подарок:

— Что Королёва, зажала, да? Зажала. Держи вот подарок и готовься! Всё равно проставиться заставлю, не отвертишься у меня.

Я резала огурчик и улыбалась, вспоминая надутые губки подруги, когда я сказала: — Валь, а может, ну его, а? Может, не надо?

— Надо, Вася, надо! — категорично ответила Валентина и, хитро улыбаясь, добавила: — А потом, неужели ты откажешь мне в удовольствии, хотя бы чуть-чуть расслабиться?

Звонок в домофон отвлёк меня от воспоминаний. Я ополоснула руки и, вытирая их на ходу, пошла открывать двери.

В коридор шумно ворвалась Валя:

— Привет, Васён, представляешь, там такой снег валит. Красиво! Ух! Слушай, что я сочинила:

«Как же надоели эти ноябри,

От хандры спасают лишь каберне и бри». (1)

Держи, подруга, сейчас пить будем!

Я фыркаю. Валя в своём репертуаре: любит подруга баловаться рифмоплётством. Иногда очень даже смешно получается.

Она суёт мне в руки пакет и бутылку вина. Шустро снимает пуховичок, вешает. Секунда — и сапожки стоят на обувнице, словно тут и стояли.

Звонок в дверь заставляет меня замереть на пороге кухни. Кого это там ещё занесло?

— Валюш, посмотри, кто там пришёл! — кричу я и ставлю бутылку и пакет на стол. Разворачиваюсь и снова иду в прихожую, где от удивления роняю челюсть на пол. В прихожей тесно от нежданных гостей.

Валюха с кучей пакетов в одной руке и тортом в другой оттесняет меня в комнату.

— Идём стол накрывать, хозяйка.

И я иду. Мы выдвигаем и разбираем мой стол. Я достаю новую скатерть.

— Валь, надо доставку заказать, у меня шаром покати, — бормочу я, — я же не ждала столько гостей. Салат, вот только греческий настрогала.

— Не боись, Васён, у нас всё с собой. «Приходите в гости, будет винегрет.

Голубцы с капустой будут на обед. И налью стопарик, как же без него.

Депресснем на пару, как же без того» — хохочет Валя.

А в комнату одна за другой заходят мои подруги и одноклассницы.

Светка, Таня, Машка, Женька и Ирка…

— Господи, Ирка, а ты-то откуда здесь взялась? Сколько мы лет-то не виделись? — удивлённо взираю я на белокурую красавицу Ирку.

— Да десять лет уже без малого. Вот соскучилась по родным местам и приехала. А Валюха собрала нас, — говорит Ирина, обнимая меня, — с прошедшим тебя, Вась.

Я обнимаюсь с девчонками, и меня топит нежность. Какие они всё же молодцы.

Дружно всей толпой накрываем на стол. Валя не обманула: подруги понатащили еды на целую роту. Чего только тут нет: и салаты, и жареные куриные окорочка, и голубцы, колбасная и сырная нарезка. И даже холодец и блины с икрой.

Да чтоб я всегда так жила!

— «Я могу про осень вкратце рассказать. Холодно и грустно, и охота жрать»! Кушать подано, садитесь жрать, пожалуйста, — хохмит Валюха.

Мы шумно рассаживаемся за столом, Маша открывает бутылку и разливает вино по бокалам.

— Ну что, девочки, пьём за хозяйку дома!

Васька, с днюхой тебя, здоровья, интересных встреч и побольше радости в жизни. У нас вот тут для тебя подарочек небольшой. СПА-процедуры на двоих. Маму возьмёшь с собой или ещё кого. Ну за тебя, солнце.

— Спасибо, девчонки!

Мы чокаемся и выпиваем. За первой рюмкой, как по маслу идёт вторая. Из-под стола подруги выуживают ещё парочку бутылок.

Вначале разговор идёт о том, какие новости в жизни у присутствующих. Потом Женька видит лежащие на столе фотоальбомы, открыв мой школьный, мы ударяемся в воспоминания. Хохочем, вспоминая школьные проказы.

Грустим, узнав, что Петька Воронов погиб в Чечне, он у нас служил в спецназе. А потом Женька достаёт фотку и ахает:

— Это же ты с Сашкой! Какие же вы здесь лапушки. Девчонки, а о Денисове никто не слышал? Где он сейчас?

— Богдан говорил, что видел его в нашем городе, — отвечает Таня, — Правда, муж торопился на встречу, и поэтому поговорить у них не получилось. А телефон не сообразил взять. Сказал, что вроде здесь он сейчас живёт.

Мы с Валей переглянулись. Лишь она одна знала, как я умирала по нему, когда Сашкины родители разошлись и он вместе с матерью и сестрой переехал в другой город. Сейчас бы мы не потеряли друг друга.

Сейчас есть интернет, WhatsApp, Viber, ВКонтакте, сотовые, в конце-то концов, а что тогда было у нас?

Да ничего, по сути, кроме почты. Нет, конечно, сотовые уже были, вот только далеко не у всех. К примеру, у нас в школе сотовый был только у Савицкого, так тот был сыночком какой-то, там шишки областного масштаба.

После отъезда Денисовых я получила от Сашки всего одно письмо, в котором он писал, что скучает по мне, по школе, по нашим общим друзьям.

Сашка обещал вернуться после окончания десятого класса. Мы планировали с ним вместе поступать в институт. И неважно, что факультеты и специальности у нас были бы разные, главное — институт один.

Я в этот же день ему ответила. Вывернула душу наизнанку, писала, что тоскую, что мне не хватает его, как воздуха. Очень долго потом ничего не было, пока не пришла открытка. Сашка поздравил меня с Восьмым марта, а в конце приписал: "Не думал, что ты так быстро меня забудешь."

И снова замолчал.

А я? Написала ему в ответ гневное письмо, что это он меня забыл, а не я. Меня съедала обида и боль, ведь я писала Саше ежедневно, наверное, месяца три, не меньше.

После его открытки я стала писать реже, а потом начались экзамены, и я поняла, что в его новой жизни я ему и на фиг не сдалась. Так как, кроме первого письма и открытки, я так больше ничего не дождалась.

Было больно и очень-очень обидно…

Даже экзамены чуть не завалила, не было сил сосредоточиться на учёбе. Хорошо, хоть Валька меня в чувство приводила.

— Девчонки, слушайте, слушайте, я тут на днях наткнулась в интернете. Уржалась, — отвлекла меня от воспоминаний Женька. Она вытащила из сумочки смартфон. И быстро-быстро листала в нём тонкими пальчиками с шикарным маникюром. У Женьки он всегда был потрясающий, сегодня на её ногтях красовался синий с переходом в чёрный маникюр, а на среднем и безымянном пальцах цвели ирисы

— Вот, нашла, слушайте: «Любят бабы дуры,

разных мужиков.

Но пo зодиаку,

Тут расклад тaкoв.

He влюбляйтесь в овнов,

Будет всё равно.

Beчнoe упрямство,

И одно oвнo.

A пoлюбишь paкa —

Жди oднo нытьe:

Чтo жe мeжду нaми,

Чтo жe, ё-мoё…" (2)

Она читала с выражением, девчонки хохотали, а я смотрела на них и думала: «как же хорошо, что они у меня есть».

Мы засиделись до позднего вечера, пили, смеялись и даже поплакали. Нашу идиллию спугнул звонок Валиного мужа.

— Да, Ванюш, слушаю. Ой, ну не начинай!

— Всё-всё, уже собираюсь! Хорошо, сейчас передам, — Валя вздохнула, — Ну, что, девчонки, мне домой пора. Вась, Ванька просил передать, он подобрал для тебя несколько вариантов. Сказал, чтобы подъехала завтра к обеду. Сможешь?

— Думаю, что смогу, — ответила я. И мы все вышли в коридор, чтобы проводить Валю.

Девчонки засобирались следом, и вскоре мы остались вдвоём с Женькой. Она помогла мне навести порядок в зале.

А потом мы сели с ней на кухне, налив в кружки душистого чая.

— Вась, я попросить тебя хотела, — Женька замялась.

— Ну, попроси, — улыбнулась я.

— Вась, правда, больше некого. У Степаниды Ильиничны дочка в больницу легла с младшим сыном, она теперь зятю помогает. Старшую внучку в школу водит. А я теперь в полном раздрае…

Степанида Ильинична, Женькина помощница по хозяйству. И швец, и жнец, и на дуде игрец.

— Да говори уже, что ты с меня хочешь? — фыркнула я.

— Васенька, возьми к себе Боню, всего на пару недель, а, — Женька сложила ладошки в умоляющем жесте, — Мы с Жориком в кои-то веки в отпуск собрались, а тут такое.

— Ох и лиса, ты, Женька, — я засмеялась, глядя на её умильную рожицу, — Хорошо, я возьму вашего Бонифация. Будешь должна.

— Конечно, конечно…— затараторила Женька, — Так я его утречком часиков в десять привезу, ладно? У нас в четыре уже самолёт. А ещё, Вась, можешь пару раз к нам наведаться, цветы полить?

Женька с мужем жили за городом, в элитном посёлке. Добираться до них не совсем удобно, маршрутки туда не ходили, а с электрички было далековато. Но так как я собиралась покупать машину, то почему бы не полить цветочки.

— Уговорила, но это тебе будет дорого стоить, — хмыкнула я.

— Сочтёмся, Вась, — довольно улыбнулась подруга и ответила на зазвонивший телефон:

— Да, милый…

— Да я ещё у Васи. Через сколько? Хорошо, выхожу. Вась, там Жора уже подъезжает. Завтра увидимся, — и она направилась в прихожую. Поцеловав подругу на прощание, я закрыла дверь и пошла в ванную.

Потом долго лежала в постели, вспоминая школу, Сашку, пока не погрузилась в странное, тягучее состояние полудрёмы.

1. Стишки из группы на ВК «Депресняшки» авторы © Bell и Лидия Степанова

2. Автор стиха про мужиков и гороскоп неизвестен, но, на мой взгляд, чертовски прав.