12. Моя?

Ханни.

Нортан держит меня мёртвой хваткой, протаскивая за портальное деревянное ограждение.

— Куда м-мы… — пищу, когда он заталкивает меня на круглую каменную платформу.

— Увидишь.

Что?! На самом деле я знаю, куда ведёт этот портал и знаю, что мне там делать нечего, особенно в этот час, особенно с ним! Вот только дракона это мало волнует.

В его руке мелькает чёрная металлическая карточка — королевский пропуск, открывающий все двери.

Расширенными от страха глазами смотрю на то, как Нортан небрежным жестом активирует портал. Пытаюсь дёрнуться в сторону, чтобы соскочить с платформы, но он не даёт. Одной рукой удерживая меня за талию, притягивает к себе, вынуждая упереться ему в грудь согнутыми в локтях руками.

— Спокойно! — командует низким голосом, буравя меня глазами. — Всё будет хорошо. Доверься мне!

Довериться? Ему?!

Горький смех встаёт в горле тугим комом, когда платформа под ногами начинает вибрировать. Инстинктивно цепляюсь за отвороты камзола Нортана ровно за миг до того, как пол исчезает.

Холодный сырой воздух облепляет нас тугим коконом. Волосы виснут в невесомости. Желудок подлетает вверх.

Жмурюсь и прижимаюсь щекой к мягкой ткани мужского камзола, пахнущего морозной свежестью и терпким одеколоном. Горячая ладонь дракона надёжно держит меня за талию.

В голове монотонно кружатся крылоборцы, меня мутит.

Я не люблю порталы! Не люблю! Особенно такие дооолгие. Чувствую на волосах лёгкое дыхание. Нортан поцеловал меня в макушку, или мне показалось? Наверное, это всего лишь ветер.

— Аах! — каблуки, наконец, касаются твёрдой поверхности.

Ноги подгибаются в коленях, но хватка Нортана не позволяет осесть или отклониться в сторону. На этот раз он держит меня за талию уже двумя руками, почти полностью её обхватывая.

Встревоженно всматривается в моё лицо:

— Ты как? Порядок?

Порядок?!

— А ты как думаешь? — шиплю сердито.

Усмехается уголком рта.

Поджимаю губы и смотрю на него снизу вверх с немой укоризной, но в следующую секунду жмурюсь — глаза слепит ярким светом огней, и они начинают слезиться.

Один за другим раздаются портальные хлопки. Грохочут колёсики чемоданов. Слышна ругань грузчиков и женский смех. И люди, люди — много людей.

Мы словно внутри пчелиного улья. Это главная портальная станция столицы.

— Идём! — Нортан тянет меня за собой.

Придерживает за локти, помогая спуститься по ступенькам, ведущим вниз с круглой платформы. Надо же, какая забота!

— Господин Обертон! — к нам подбегает человек в тёмно-синей ливрее портального служащего.

— Экипаж! — лениво роняет Нортан.

— Конечно, господин Обертон! Пожалуйста, следуйте за мной! — тот почти сгибается пополам.

— Стоп, стоп! — торможу, впиваясь каблуками в пол, вырываю руку, отступаю назад. — Я никуда не поеду! Мне нужно обратно в Академию!

Толпа идёт прямо на нас, разделяется вокруг, будто поток горной реки, напоровшийся на камень, огибает нас и смыкается снова уже позади.

Нортан оборачивается. Делает шаг мне навстречу, вновь сокращая расстояние. Прищуривается:

— Вот как? Есть план, как попасть туда?

— Эээ…

Вскидывает руку, прерывая:

— Портал в Академии работает на приём из столицы по простым купонам лишь в строго определённое время, — произносит вкрадчиво. — И сейчас не оно, мисс Бонс, увы.

Вот же ж! Сжимаю кулаки, топаю ногой от злости, потому что он прав!

И в Шарден напрямую отсюда простым людям не попасть из-за его статуса особой зоны между мирами. Только через Академию. Это что же получается? Я в ловушке?

Не явлюсь завтра утром на занятия без уважительной причины и…

— Зачем вы так? — от нервов снова перехожу на вы. — Меня же отчислят! В этом ваш план?

Сжимаю и разжимаю пальцы, борясь с обидным бессилием.

Нашёл, с кем тягаться! Он — дракон королевского рода, которому открыты все двери, а я обычная адептка, ещё даже не крылоборец! Что я могу ему противопоставить? И кому завтра утром поверят?

Моя нижняя губа предательски дёргается.

— Перестань! — рычит Нортан, затем достаёт из кармана шёлковый белый платок с вышитыми фамильными вензелями и раздражённо трёт мне щёку, убирая одинокую слезинку. — Никто тебя не отчислит. Пока я не позволю. Вернёшься обратно через пару часов, если прекратишь ныть. А теперь идём. Ну?

Переминаюсь с ноги на ногу. Глотаю солёные слёзы, недоверчиво смотрю на него:

— Куда?

— Ты ведь так хотела пунш? — насмешливо изгибает правую бровь. — Вот и выпьем. Заодно поболтаем. Хочу обсудить с тобой кое-что.

Элитная ресторация располагается на верхнем этаже здания в самом центре столицы. Вышколенные официанты в серебристых ливреях бесшумно скользят по залу.

Наш столик находится в стороне от остальных в отдельной нише, скрытой от посторонних глаз. О, я прекрасно помню это пафосное местечко. Именно здесь Нортан когда-то сделал мне предложение.

Как же я тогда была счастлива!

Настолько счастлива, что почти не глядя подписала бумаги. Как потом выяснилось — зря.

От неприятных воспоминаний сладкое послевкусие ягодного пунша на языке начинает горчить. Задумчиво помешиваю длинной ложечкой ярко-красный ароматный напиток в изящном хрустальном бокале на тонкой ножке. Подцепляю со дна звёздочку гвоздики. Поднимаю её вверх и смотрю, как она опадает сверху вниз обратно на самое дно.

— О чём думаешь? — спрашивает Нортан.

Отрываюсь от созерцания пунша, которого успела сделать всего пару глотков. Отставляю бокал, упираюсь локтями в стол, поворачиваю голову и смотрю в окно, за которым мерцают вывески магазинчиков и баров, проносятся экипажи. С высоты четвёртого этажа вся главная улица как на ладони.

— О том, что я устала, хочу в свою комнату и спать. А вместо этого зачем-то сижу здесь с тобой.

В ответ раздаётся тихий смешок. Нортан отпивает из крохотной чашечки кофе. Возвращает её на блюдце:

— Предлагаешь перейти сразу к делу?

Пожимаю плечами:

— Если это обязательно, чтобы меня наконец-то вернули в академию, — прикрываю ладонью рот и демонстративно зеваю.

Опускаю руку, но вернуть её на стол не успеваю. Дракон перехватывает моё запястье, кладёт его на середину стола и накрывает мои пальцы своей горячей ладонью:

— Ханни, посмотри на меня.

Перевожу недоумённый взгляд с наших рук на сосредоточенное лицо Нортана.

В приглушённом свете его серебристые волосы отдают мягком сиянием, тёмно-синий камзол кажется чёрным, на губах дракона играет лёгкая улыбка, лицо расслабленно, взгляд блуждает по моим губам, плечам, шее. Я словно кожей чувствую его ласкающие прикосновения.

Брови сами взлетают вверх, а щёки вспыхивают. Почему он смотрит на меня ТАК? Совсем как раньше? Ведь сейчас мы никто и ничто не предвещает…

— Ты очень красивая, Ханни, — вертикальные зрачки направлены чётко на меня, подчиняюще пульсируют ртутью, перекрывая собой большую часть голубой радужки. — Отважная, решительная, смелая. То, как ты сражалась с гарпиями, защищая ту женщину с ребёнком, выглядело впечатляюще.

Эмм? Он серьёзно хочет сейчас обсудить, как я справилась с первым заданием?

Нортан мягко перехватывает мою руку и принимается мягко массировать ладонь, вычерчивая на ней большим пальцем витиеватые узоры. От этого неожиданного и слишком интимного жеста по позвоночнику бегут мельчайшие магические разряды.

— Я… не понимаю…

— Несправедливо, что такой талантливой девушке приходится портить осанку и зрение, сидя после учёбы над артефактами. Да и вообще, Шарден не самое подходящее местечко для приличной девушки, особенно по вечерам. В чём ты сама могла убедиться сегодня, не так ли?

— Уверена, это была всего лишь досадная случайность, — пытаюсь высвободить руку, но Нортан не позволяет. Больше того, накрывает мои пальцы второй рукой.

— Уверен, что это не так. Поверь, детка, Шардэн та ещё клоака, незачем тебе таскаться туда. А если нужны деньги, то есть другой способ их получить, намного более приятный и намного менее хлопотный.

Смотрю на него во все глаза.

Внутри закрадывается подозрение. Слишком уж знаком мне этот вкрадчивый бархатный тон. Именно им дракон раньше искусно навязывал мне свою волю, выдавая её за мою собственную. Вот и сейчас, он явно что-то задумал.

Раз так, решаю ему подыграть. Оставляю попытки высвободить руку, расслабляю её. Склоняю голову набок, растягиваю губы в улыбке и добавляю в голос мёда:

— Какой же это способ, господин Обертон?

Нортан снисходительно прищуривается. Явно доволен собой и уверен, что рыбка уже заглотила приманку.

— Будь моей, Ханни. И ты ни в чём не будешь нуждаться.

О, как! Эта новая реальность пробивает очередное дно. Даже не мисса, официальная невеста. Действительно, зачем?

— Ты предлагаешь мне стать твоей ммм… содержанкой? — интересуюсь с милой улыбкой.

— Я прошу позволить мне позаботиться о тебе, — он подносит мою руку к своим губам, медленно и неторопливо целует каждый в отдельности пальчик. Завороженно смотрю на это. — Всё остальное останется на твоё усмотрение, когда и как ты будешь готова. Как тебе, м?

Теперь уже моя очередь прищуриться. Не спешу с ответом, обдумываю его. Испытываю какой-то мазохистский интерес, прощупывая всё новые и новые грани низости Нортана Обертона.

На этот раз он даже не потрудился завернуть своё желание затащить меня в койку в нарядную обёртку помолвки и будущей свадьбы. Что так?

— Если бы я собиралась устраивать свою жизнь через постель, — проговариваю с милой улыбкой, — разве пошла бы на крылоборство?

— Крылоборцы дают обет безбрачия, — невозмутимо произносит Нортан, буравя меня ртутными вертикальными зрачками.

— Спасибо, я в курсе.

— Тебе не быть ни женой, ни матерью. Хочешь и от секса отказаться? Смысл?

Так вот оно что! Сказать, что я возмущена — ничего не сказать. Выдёргиваю руку, скрещиваю запястья на груди и откидываюсь на спинку стула:

— То есть, по-твоему, если девушка не собирается замуж, то ей и терять нечего? Айда раздвигать ноги налево и направо? Расскажу завтра подругам, вот они обрадуются!

— Проклятье, — рычит Нортан и раздражённо закатывает глаза. — Причём тут это? Плевать мне на твоих подруг. Речь о тебе сейчас!

— Именно!! — вцепляюсь пальцами в край стола, царапая скатерть. — Именно МНЕ ты смеешь предлагать… такое!

Получается громко и на нас оглядываются соседние столики. Нортан сохраняет внешнее спокойствие, но играющие на скулах желваки выдают его истинный настрой, как и погнутая в его пальцах кофейная ложечка.

— И что тебя удивляет? — цедит ледяным тоном. — Любая другая на твоём месте скакала бы от счастья, а ты опять за своё, строишь из себя…

Взмахивает небрежно рукой и выплёвывает беззвучно ругательство, не предназначенное для нежных женских ушей, но которое я прекрасно читаю по губам.

Сердцебиение учащается. Чувствую, что закипаю. Отпускаю бедную скатерть, стискиваю хрустальную ножку бокала с пуншем. Надо бы успокоиться, но с этим проблема, потому что успокоиться уже не получается. Хочется дотошно докопаться до сути, понять, с чего он решил, что в этой реальности со мной можно — так?

— Продолжай? Кого я строю из себя?

Он подаётся вперёд, упирается локтями в стол, который жалобно трещит под его весом. Замечаю, как рельефные бицепсы проступают даже сквозь плотную ткань тёмно-синего камзола. Наверное, со стороны мы кажемся влюблённой парочкой, на деле же мне становится не по себе. Дракон смотрится угрожающе, и что-то мне подсказывает, что лимит его терпения уже на пределе и надо бы прикусить язык.

— Про-е-ха-ли, — проговаривает отчётливо по слогам, не сводя с меня пронизывающего взгляда, в котором я вижу уже знакомый холод из той, прошлой жизни.

Хочется поёжиться. Растираю ладонями плечи, разгоняя кровь. Смотрю в сторону, ощущая на себе тяжёлый взгляд Нортана, слышу его низкий голос:

— Давай не будем портить друг другу вечер, Ханни. У меня нет времени ходить вокруг, да около, поэтому я с тобой честен. Ты мне нравишься с первого дня, наверное, когда дерзила на том распределении. Уже тогда запомнил тебя и решил, что хочу… — он делает паузу, но почти сразу продолжает вкрадчиво. — Присматривать за тобой. Знаю, что и я тебе не противен.

Передёргиваю плечом, делаю вид, что меня крайне интересует пунш. Наверное, глупо спорить сейчас, после того, что тогда произошло в его кабинете. Да и бесполезно. Нортан Обертон убеждён в собственной неотразимости — это я усвоила давно. Рассматриваю алые волны, набегающие на хрустальные стенки бокала от помешивания ложечкой.

— Ты ведь умная девушка, Ханни. А раз так, то должна понимать, что лучше меня тебе не найти. Зачем строить из себя недотрогу, которой ты не являешься? Чтобы набить себе цену? Не стоит. Я и так не собирался дешевить. Как насчёт такой суммы? Для начала.

В немом оцепенении смотрю на то, как Нортан невозмутимо убирает руку во внутренний карман, достаёт чековую книжку и перьевую ручку. Не задумываясь, выводит на плотной бумаге семизначную цифру. Уверенным движением отрывает листок. Впечатывает его в стол, прижимает подушечками пальцев и двигает ко мне.

Завороженно смотрю на древний фамильный перстень с квадратным чёрным камнем на его безымянном пальце. Сглатываю, перевожу взгляд на проклятый листок с суммой, в которую этот мерзавец меня оценил.

Поднимаю ошарашенные глаза на дракона. Нортан надменно изгибает бровь. Думает, наверное, что я в шоке.

А я и вправду в шоке, вот только вовсе не от радости, как он явно решил.

Вскакиваю со стула и, прежде чем понимаю, что делаю, рука сама взлетает вперёд и вверх и красное содержимое моего бокала оказывается на проклятом чеке, на белоснежной скатерти и… на Нортане Обертоне, чьи глаза становятся цвета штормового моря.

Он убьёт меня, точно убьёт!

Разговоры вокруг стихают. В зале виснет зловещая тишина.

— Сядь! — цедит Нортан едва слышно одними губами, но его голос впивается в кожу сотнями мельчайших ледяных игл, пронзает слух повелительной интонацией.

Сглатываю, заворожённо наблюдая за тем, как алые капли пунша стекают по острым скулам дракона, тронутым серой однодневной щетиной.

И что теперь будет? А я понятия не имею, что! Потому что в прошлом ничего подобного себе не позволяла, оно и не требовалось! Всё было идеально, как в сказке! Тихо, мирно, ванильно, пока не грянул гром! И его отголоски, кажется, дрожат во мне до сих пор, потому что я не раскаиваюсь, вот нисколечки!

Единственное, что движет мною сейчас — инстинкт самосохранения, который велит убираться отсюда, как можно скорее и дальше! Кажется, что-то такое мелькает у меня в глазах, потому что Нортан подозрительно прищуривается и смотрит на меня предостерегающе:

— Ханни! — в голосе откровенная угроза. — Немедленно. Сядь!

Вокруг дракона, низко кланяясь, суетятся сразу двое официантов с пачкой белоснежных салфеток. Все вокруг смотрят с сочувствием на Обертона и с немым осуждением — на меня. Кто бы сомневался! Нашли злодейку, ага!

Раз уж терять нечего…

— Не надо! — тычу в остальные столики указательным пальцем. — Так на меня смотреть! Вы бы слышали, что он сказал! Сделали бы то же самое!

— Так, ну, всё! — Нортан раздражённо отшвыривает руку официанта с салфеткой, отодвигает кресло и встаёт.

С ужасом глядя на него, пячусь назад.

— Стой, кому сказал!

Ага, сейчас же! Чтобы мне прямо здесь открутили голову? Нет!

Разворачиваюсь и бегу к выходу. Просачиваюсь сквозь нарядно разодетую толпу столичных франтов со спутницами в пёстрых шелках и перьях. Из-за приторно-сладких духов не продохнуть.

— Нортан, дружище! — раздаётся за спиной. — Как сам?

— Ммм, господин Обертон, — вторит ему игривый женский голосок, кажущийся мне смутно знакомым.

Эта брюнетка…

Хмурюсь, но встряхиваю волосами. Не время сейчас!

Надеюсь, они его задержат, и я успею уйти. Что дальше — об этом я не думаю. Просто остро хочется остаться одной. Не видеть, не слышать, не думать об этот мерзавце, который раз за разом выворачивает мне душу и втаптывает в грязь. За что? Потому что ему так захотелось!

Ноги быстро-быстро сбегают по гладким мраморным ступенькам с чёрными прожилками. Гулкий звук каблучков отдаётся в ушах. Оказавшись в помпезном холле первого этажа, воровато оглядываюсь.

Гладкий мраморный пол, высокая позолоченная круглая люстра, пурпурные диванчики у стен, вышколенный управляющий и лакей в ливрее. Иду мимо них.

Радуюсь отсутствию погони. Впрочем, с чего я вообще решила, что она будет?

Распахиваю настежь тяжёлые деревянные двери и беспрепятственно выхожу на крыльцо. Холодный ночной воздух обжигает горло и нос. Судя по блестящим лужам вокруг, недавно прошёл дождь. Пахнет мокрой брусчаткой, прелой листвой и цветочной сладостью. Справа и слева от крыльца ухоженный газон с белыми розами. Вдыхаю их запах и вдруг замираю. Вспомнила.

Я вспомнила эту женщину, которую когда-то видела нечасто и мельком. Кшатрия Трэвор. Блистательная драконица, на которой не стыдно жениться, в отличие от меня! Я-то только для постели гожусь! Как выясняется в очередной, гарпии, раз!

Внутри болезненно колет. Накатывает воспоминание пустоты и потери и чувство тотального одиночества. Почему?! Почему я снова здесь? С ним?

Задираю голову к серо-синему небу, затянутому тучами.

Да сколько можно уже?!

Гадство!

— Мисс? — услужливый лакей в форме ресторации почтительно кланяется. — Могу я вызвать для вас экипаж?

Провожаю глазами несущиеся мимо кареты. Почти ночь на дворе, а движение такое оживлённое!

Вот только экипажа мне ждать не хватало! К гарпиям!

— Нет, благодарю. Я пройдусь.

Спускаюсь по скользким серым ступеням. Как назло, снова начинается дождь. Холодные капли падают за воротник лёгкого платья. Интересно, когда он начал путаться с этой Кшатрией? Когда я уехала, чтобы ухаживать за мамой? Или ещё при мне? Я была настолько наивна и глупа, так доверяла, что не разглядела змею под носом? А выходит, она всегда вертелась вокруг него, ещё со времён академии…

Гарпии, почему так больно?

Иду вдоль дороги. Хлюпаю по лужам. Не обращаю внимание на дождь и на то, что ботинки насквозь промокли. Мимо проносятся экипажи. Горят вывески магазинчиков. Столица никогда не спит. Ноги сами несут меня прочь.

Дождь усиливается. На другой стороне вижу работающую кофейню. Решаю переждать ливень там и заодно решить, как быть дальше, как выбраться из проклятой столицы и успеть вернуться в академию.

Дождь застилает глаза, катится по щекам, сливая окружающий мир в мутно-серое пятно с яркими кляксами фонарей.

Из-за нескончаемых капель воды с трудом разбираю, что вокруг. Ступаю на вроде бы пустую мостовую, делаю шаг, поворачиваю голову и застываю на месте. Ноги деревенеют и не слушаются, я заторможена от ужаса из-за не пойми откуда взявшегося экипажа, который несётся на меня во весь опор. Последнее, что я вижу — испуганные глаза кучера, пытающегося остановить лошадей. Безуспешно…