Глава 12.
Глава 12.
Я бы могла дать ему обогнать меня, но гордость сильнее… Я просто лечу вниз, срезая повороты и лавируя из стороны в сторону. И как бы Наиль не пытался ко мне подобраться, у него не получается. В итоге я настолько опьянена чувством превосходства, что голова кружится, а из горла так и рвется смех.
— Что – то тебе не везет сегодня, — усмехаюсь я после четвертого спуска, из которых он обошел меня только один раз. Наиль злится, даже бесится. Еще немного и надует губки.
— Не везет в картах, повезет в любви…
— Нет-нет, мы так не договаривались. Ты выиграть меня не смог, а значит любишь себя сегодня один, ну или… претенденток в принципе много, — усмехаюсь я. Вот правда. Наиль так хорош, что без внимания не останется.
— Стопе, мы так не договаривались… Дай мне отыграться, — тормозит он меня и обдувает теплым дыханием…
— Что? Не терпится помять мою грудь…
Он наклоняется, почти целует меня, обсыпая все тело мурашками.
— Даже не представляешь, насколько…
— Насколько? — шепчу ему в губы. Такие полные и вкусные. Я до сих пор помню их вкус.
— Что ты хочешь?
— О как? То есть, могу просить все, что хочу…
— В пределах разумного разумеется…
— Разумеется, – какие открываются перспективы… Можно просить все и даже больше. Вот насколько ему не терпится меня завалить.
Взгляд с его напряженного лица соскальзывает на Матвея, который помогает Лизе снять ботинки, ухаживает за ней. И это выглядит очень, очень мило…
— Отношений хочу…
— Отношений?
— Ну да. Настоящих отношений. С цветами, со свиданиями, с подарками.
Он молчит, да и я все понимаю. Старушка переборщила и осталась у разбитого корыта. А золотая рыбка сейчас ускользнет из рук… Но не сдавать же назад… Либо так, либо никак…
— Ну понятно. Поеду еще покатаюсь, — отворачиваюсь от этого придурка и вдруг чувствую захват на своей руке. Жесткий, даже грубый. Хочу уже возмутиться, закричать быть может, но рот мне закрывают любимые губы. Они словно две льдинки, что касаются меня, тут же тая и даря незабываемые ощущения. Теперь руки Наиля обнимают меня полностью, вжимая в себя, не давая даже дернуться… Я в сладком плену и вырываться нет никакого желания. Лишь ощущать терпкость его вкуса, силу его объятий, твердость желания, что чувствуется даже сквозь комбинезоны. Вокруг люди, воет ветер, музыка играет на заднем фоне. Но все это настолько неважно, настолько бессмысленно, потому что вот она жизнь, в этом жадном, голодном поцелуе, в котором и обида, и злость, и власть, которую Наиль надо мной получил. Которую я ему так легко вручила. Бери меня, бери всю, без остатка.
Но страшно. Страшно так, словно на горе стоишь впервые, а кататься еще не умеешь. Не владеешь телом. Не знаешь, что делать при падении. Так что поцелуй я разрываю первой. Просто отворачиваюсь и ухожу.
— Не понял. Кристина!
— Прости, чего-то я, наверное, погорячилась, — спешу уйти. – О. Лиза! Матвей!
Они как раз заканчивают кататься, а я стараюсь не отходить от них, но все равно чувствую пристальное внимание Наиля. Чувствую его раздражение. Оно и понятно, но как же побороть страх. Ведь ничего ему не мешает взять меня, а на утро посмеяться. Просто сделать вид, что не было никакого разговора.
Мы все вместе идем относить оборудование или сдавать в прокат. Потом на ужин, где Наиль садится очень близко, прислоняя свое бедро к моему… Сердце гулко стучит, а в голове гудит, словно я в самолете, взлетаю… Все выше и выше, вцепляясь в ремень безопасности, который не дает никаких гарантий…
— Трусишка, зайка, — шепчет он мне, подливая вина, а я в таком состоянии, что ни есть, ни пить не могу.
— Отстань…
Матвей с Лизой заняты болтовней, а Наиль все больше напирает. И страшно, очень страшно… Я так близка к падению, что еще немного и сама сделаю шаг в пустоту. Но ведь я не знаю, что там. Он ведь и обидеть может. И посмеяться. А как я раздеваться перед ним буду? А если он опять взбрыкнет. А если опять отвернется и уйдет…
— Я домой», — подрываюсь из-за стола и телефон беру…
— Крис, а я думала мы на выходные останемся, — печалится Лизок, но я головой мотаю.
— Не получится, на связи, дорогая, — целую ее в щеку и ухожу, на ходу такси вызывая. Меня тормозит Наиль.
— Ну и что это за херня. Что за игры, Крис?
— Никаких игр, просто мне это все не нужно…
— Что не нужно? Полчаса назад нужно было, а теперь не нужно?
— Да страшно мне! А что, если ты снова чего – то испугаешься и сбежишь… Мне потом снова нервные клетки восстанавливать? А они, если ты помнишь, не восстанавливаются. А денег на психиатра у меня нет…
— Так, я понял, — хватает он меня за руку и ведет куда – то. Упираюсь, хотя и не слишком сильно.
— Ну и куда мы?
— Зализывать твои нервные клетки и проводить сеанс психотерапии…
— Зализы… — при мысли об этом по телу разливается жар, а мурашки упорно скапливаются в одном конкретном месте… — Наиль, постой… Я предупредить тебя хотела…
Мы уже на лестнице, мы уже у двери…
— О чем…
— Это может испугать тебя…
— Ну так говори, Крис. Я ж видел все, что там у тебя третий сосок вырос?
— Дурак… Девственница я.
Он тормозит уже возле двери… Поворачивается ко мне, смотрит…
— Точно?
— Конечно, зачем мне врать. – немного даже обидно… — Передумал?
— Ну вот еще. Наоборот, Крис, приятно удивлен, — набрасывается он на мои губы, прижимая спиной к двери, которую старается открыть. Мы вваливаемся внутрь так и не размыкая губ, стараясь как можно скорее избавить друг друга от лишнего. И у меня все внутри клокочет, потому что я наконец сорвалась вниз. Наконец я лечу и мне не страшно, потому что теперь тайн нет, все карты раскрыты, а значит переживать не стоит. Только любить и наслаждаться…
Наиль избавляет меня от водолазки и лифчика, подхватывая ладонями грудь и роняя между полушариями лицо…
— Кайф…