Глава 31.

Глава 31.

Я как в прострации. Все еще не могу отойти от шока. От радости, что в морге не Кристина, от злости на Лизу. И ее слова. Они в голову засели, не давая дышать полной грудью.

Сигарета за сигаретой и мысли, что разъедают нутро… Кристина не нужна моей семье, это я понял. Но не настолько же, чтобы обманывать… Ведь часть семьи – это все. Ведь ребенок, который… Я не могу сложить два и два, не могу понять, почему все вокруг уверены, что именно Кристина говорит правду. Что именно она не врет. И звонок этот Демида… Такой странный. И вопросы… О результатах. Наверное, я бы так и не понял, что он хочет, а теперь… Проверить надо.

По коже мороз только от мысли, что это все реальность. Что моя семья предала все, чему меня же и учили, переделала, подделала анализы…

Перед глазами Кристина, умоляющая поверить ей. Именно ей.

Смахиваю слезы, разгоняясь, чтобы поскорее доехать до клиники Демида. Нет, наверняка там мне никто ничего не скажет, но Демида я спрошу напрямую, он единственный, кто всегда сдавал тех, кто надо мной шутил… Но это ведь не шутки, это жизнь… Возле клиники долго туплю, невольно лезу в телефон, листая фотки, что мы делали вместе с Кристиной. Каждый чертов день я думал это ненадолго, каждый миг с ней жил как последний, на полную катушку. Был уверен, что до любви не дойдет. А теперь смотреть больно. И смотреть. И понимать, что такой радостной влюбленной я больше ее не увижу. А если увижу, то точно причиной буду не я.

А если ребенок мой… Мой… Лиза сказала сын. Да и важно ли это… сын или дочь. Мой… И Кристина много раз говорила мне, что мой… А я не поверил. Ухватился за результат, словно за соломинку, словно за возможность в очередной раз быть свободным… Не понимал, что именно она и есть моя свобода. Та, что любит и ничего не требует взамен. Условий не ставит. Просто любит. Или любила…

Откидываюсь на спинку кресла. После всего я не смогу просто прийти и сказать, прости… Она скорее прирежет меня… Будет кричать «ненавижу» столь же эмоционально как «люблю» ….

Наконец выхожу из машины, окунаясь в моросящую непогоду и, кутаясь в пиджак, иду ко входу клиники. И правда, почему я повез ее именно сюда. Потому что братья, потому что верил.

Толкаю стеклянную дверь, сразу иду мимо ресепшена в кабинет главного врача.

— Наиль Ахметович, давайте я о вас доложу, — пытается меня догнать администратор, но я лишь поворачиваю голову.

— Лучше чай нам сделай, — толкаю дверь, и Демид дергается. Он занят осмотром одной очень милой русской девушки. Тут же напрягается и кивает ей.

— Одевайтесь и подождите за дверью.

Она тут же натягивает рубашку и почти не глядя, выходит, забывая сумку. Я ее беру с кресла и отдаю Демиду. Тут явно был не просто осмотр.

— Жена не устраивает в постели?

— Тебя это не касается. Что случилось? Почему без стука? — говорит он, а я кожей чувствую его волнение. Осматриваю светлый кабинет, дипломы и почему в голове всплывает девушка. Вот точно такая же как эта. Светленькая. Помню, как Демид приходил с ней к нам домой, знакомил со всеми, помню, как орал потом Саид. «Этой белой швали нечего делать у нас дома!» Белая шваль… Явно он не сам такую ненависть к женщинам русским стал испытывать…. От отца пошло? Блин, как же ее звали…

— Элина…

— Что? – дергается Демид, глаза поднимая.

— Элина. Где она?

— Откуда мне знать? Мы давно расстались…

— А не эта клиника ли стала платой… Я знаешь, чего понял, Демид. Мы все шлюхи. Шлюхи собственного брата. Мы так его боимся, что готовы поступиться собственными принципами, любовью, только чтобы найти в его глазах одобрение. Словно он отец нам…

— Он почти отец. Он все нам дает.

— А почему? Почему он распоряжается всем? Разве не поровну все быть должно…

— Не смеши меня. Пока ты прятался по шкафам, он приумножал отцовское состояние. Так что да, это все он нам дает. Можно сказать, за просто так… Чего тебе нужно?

— А ты узнавал про нее. Про Элину свою?

Он падает в кресло и достает из тумбочки бутылку. Наливает мне и себе. Я отказываюсь. Я слушаю.

— Да понимаю я, почему ты пришел. Твоя Кристина. Она ж хорошая на самом деле. А моя Элина сукой была. Я тогда отказался от клиники. От

всего, ради нее отказался. А она… легла под Саида. Он сказал ей, что у меня нет ничего, и она с ним легла…

— А если он соврал?

— Я их в постели застал… Ну я же не дебил… Она так к нему жалась.

— Она пыталась оправдаться?

— Ну конечно. Ходила за мной месяц еще, когда поняла, что ничего ей с Саидом не светит. Но поздно. Она уже замужем, дочь воспитывает, — дергаюсь при мысли, что и Кристина замуж выйдет.

Я Кристину с Виктором тоже застал, но в тот раз она гордо ничего не отрицала. А было ли у них что – то? Или с подачи брата, который очень хотел очернить еще одну русскую девушку.

— Делали тест?

— Неа. Просто результат, который просил Саид, нарисовали.

Закрываю лицо руками. Как же сука больно. Больно при мысли, что оказался таким оленем. Конечно нарисовали. При связях брата Кристине запросто и срок могли нарисовать.

Поеду ему в морду дам…

— Ты куда! – поднимается Демид. – Если заяву на меня накатаешь, хоть предупреди.

— Да не буду я… Ты только это… Спроси про Элину свою. Вдруг он тебя точно так же обманул, как и меня. Очевидно для него семейная связь ничего не значит… — выхожу за дверь и сразу на выход иду. Настроение поднимается до какой – то нереальной отметки. Нет теста. И не было. И до сих пор неизвестно, чьего ребенка носит Кристина, а значит у меня есть реальный шанс перед ней оправдаться. Потому что мне реально плевать, даже если не мой. Плевать, потому что это не важно. Важны только мы и, если она меня простит, я буду самым счастливым человеком.

Еду к брату. Он дома, и я почти не волнуюсь. Хотя высказать ему все сейчас это почти как рявкать на слона, который может тебя затоптать.

Дома как обычно Диляра и Нелли тоже тут.

Я киваю обеим и прошу проводить меня к брату. Я готов прыгать от счастья, потому что теперь я ничего не должен брату. Ничего. Это как будто петлю с шеи в последний момент сорвали.

Я ничего ему не должен.

— Наиль? Неожиданно…

— Я все знаю, — говорю с порога. – Жениться на Нелли я не буду. Как и общаться с тобой. Только, если ты принесешь извинения не только мне. Но и Кристине. Совсем скоро она станет моей женой.

— Наиль! – поднимается Саид из-за своего стола, а мне больше не страшно. Я больше не чувствую себя должником брата. – А ну вернись! Вернись, я сказал!