Глава 11. Ангелина

Страх. Липкий, противный, безмолвный. Обида и беспомощность. Все мои внутренности склеились этими чувствами в комок и вибрировали где-то в животе. Я изо всех сил старалась не разреветься, но перед глазами уже все поплыло. И вроде знала, что сплю, что все кончится хорошо, а все равно не могла не трястись.

Он появился из ниоткуда, как с Луны упал на голову хулиганам, на счастье мне.

– Держи, малышка, – проговорил красивый старшеклассник с добрыми глазами, и я расплылась в улыбке, не сразу принимая из его рук отобранный у мальчишек из параллельного класса пакет.

– Спасибо, – пробормотала я, очнувшись и обнаглев коснулась его пальцев, забирая сменку.

Волшебство. Едва я потрогала его, исчезли школьные задворки, хулиганы и даже мой родной город. Остался только Влад Усманов, который улыбался тепло и открыто, не опускал мою руку, гладил пальцы, медленно притягивая в свои объятия. Такой высокий, красивый, взрослый, надежный, сильный. Мы оказались вдвоем на солнечной поляне. Я жмурилась от ярких лучей и не сопротивлялась, когда Влад потянул меня вниз, укладывая на траву, продолжая прижимать к себе.

Постепенно мое девичье восхищение превращалась в более глубокое чувство, сдобренное взрослым возбуждением и истинно женским желанием быть за каменной стеной. Все это усугублялось тем, что Влад крепко меня обнимал, не отпуская ни на секунду. Я стала хотеть большего. Не только этих невинных опекающих касаний, но… Возможно, поцелуй. Один. Я украду его, а там хоть пожар.

Вполне вероятно, что сгорю именно я, но плевать. Я зажмурилась и подалась вперед, чтобы попробовать на вкус его красивые губы. Они были теплые и мягкие. Влад не остановил меня, хотя и не отвечал. Он просто позволял мне целовать его, посасывать нижнюю губу, водить по ней языком, забираться кончмком в уголок рта.

– Ангелина, – не услышала, а скорее почувствовала я свое имя с поцелуем.

Влад перехватил инициативу и тут же стал целовать мня сам. Теперь его язык проник мне в рот. Он положил руку на мой затылок, словно боялся, что я уклонюсь от неистовых движений его губ. Но я же не сумасшедшая, чтобы отказываться от такого блаженства. Влад целовался именно так, как я и представляла: страстно и сладко, сводя меня с ума. Он продолжал обнимать, лишь легонько поглаживая по спине и бокам, не позволял себе ничего больше, а я уже вся пылала и горела от желания. Мне нужно было почувствовать, что он хочет меня так же сильно.

Найдя в себе смелось, я решилась скользнуть ладонью под майку, тронула крепкий пресс. Усманов тут же зашипел, отстраняясь. Но меня это не остановило. Погладив его живот, я повела руку ниже, за резинку штанов.

– Детка, что ты делаешь? – выдохнул Влад, превращая страстные поцелуи в нежные касания губ.

– Ничего, – шепнула за меня юная Геля, сразу испугавшись. Правда руку я не одернула, а наоборот, погладила горячий, напряженный член. – Не нравится? Ты не хочешь?

– Боже, хочу. Конечно, хочу, Ангел. Просто…

– Что? – пискнула я, размазывая капельку влаги по головке и снова проявляя инициативу в поцелуях.

Усманов длинно и шумно выдохнул.

– Ничего, ничего, – забормотал Влад мне в губы. – Ты меня с ума сведешь своими играми.

Играми? Какими еще играми? Я просто хочу его. Хочу подарить немного удовольствия. Это так волнительно и немного стыдно, но безумно сладко. Особенно, когда Влад постанывает, не прерывая поцелуев, и инстинктивно подается бедрами вперед, задавая нужный ритм.

– Еще, детка. Сожми меня крепче. Да, вот так.. Ангел…

Меня опьянила эйфория от его удовольствия. Я смаковала, буквально пила стоны с губ Влада, улыбаясь и наслаждаясь. Я открыла глаза, чтобы увидеть его лицо, взгляд и сквозь пелену дремы в мою голову стала вторгаться жестокая реальность.

Мы не в школе, мы взрослые. Я замужем, а Влад мой похотливый босс. И лежу не на поляне мягких одуванчиков, а рядом с Усмановым на диване в кабинете. Боже, сюда же может войти кто угодно.

Я хлопала глазами, как кукла с пустой головой, не понимая, как оказалась в таком положении. Но лицо Влада было так близко, и я видела все, что хотела: как он закусил губу и прикрыл глаза, собираясь кончить, чуть запрокинул голову и застонал.

Нет, я не смогла бы остановиться, отодвинуться, перестать трогать его член. Такой, горячий твердый. Моя ладонь сжалась, ускоряя его разрядку. Я провела вверх-вниз, и Усманов зарычал, изливаясь мне в руку. Ощущение влаги отрезвило меня. Я окончательно проснулась и смотрела на босса огромными глазами, совершенно не представляя, как теперь себя вести.

Дернувшись, я попыталась убрать руку из его трусов, но Влад не позволил. Он бессовестно прижал мою ладонь, чтобы прочувствовать удовольствие в полной мере. И лишь, когда его член чуть обмяк, отпустил.

Я вскочила с дивана, огляделась. Как, черт подери, мы оказались в одной постели? Озвучить вопрос не решилась, но зато заметалась по кабинету в лучших традициях загнанного в угол зверька. Усманов в свою очередь не пытался меня поймать или вернуть обратно. Он невозмутимо сел, помотал головой, избавился от белья и отправился в ванную.

– Вымой руку, Ангел, – бросил босс небрежно по пути в душ.

Я просто окаменела от его спокойствия. Словно мы каждый день вот так вот просыпались рядом. Возможно Настя и ночевала тут с ним, возможно, и оказывала подобны услуги, но я – нет. Вернее – да, но больше нет.

На часах было пять утра. Спешно вытерев пальцы влажной салфеткой, я рванула обратно к дивану, чтобы найти обувь и скорее смыться из этого рабоче-интимного гнезда разврата.

Влад вернулся из ванной. Заспанный и расслабленный, растрёпанный и помятый, невероятно сексуальный и уютный. Захотелось его придушить. Или уложить обратно, потребовав ответной любезности.

– Ты далеко? – спросил он, действительно заваливаясь обратно на разложенный диван.

– Домой, – буркнула я.

– Зачем? Поспи еще. Сегодня трудный день.

– Нет, мне нужно домой, – упрямо бормотала я.

– Как хочешь. Тогда тебе придется переодеться в аэропорту, Ангел, – ответил Влад.

– Что?

– Я хочу, чтобы ты была в новом платье. То серое на пуговках. Приготовь его, чтобы я не рылся в багаже. Все вещи привезу, не опаздывай.

Он повернулся ко мне спиной и, кажется, мгновенно уснул снова.

Я стояла у лифта с туфлями в одной руке и сумкой в другой. Уверена, на лице было выражение безграничного идиотизма. Я совсем не знала, что мне делать. Оставаться с Владом и ложиться спать, как он велел, точно не буду. Домой? Да. Хоть душ принять успею.

Мотаться по Москве ранним утором – так себе удовольствие. Но хоть без пробок и в аэропорт мне близко. Непонятно, что делать с желанием остаться с Владом и вместе с ним принять душ. Я не могла избавиться от этих пленительных фантазий. Руку все еще покалывало фантомными ощущениями. Я даже чувствовала запах удовольствия Усманова и не испытывала отвращения. Скорее меня беспокоила неудовлетворенность. Мне хотелось еще обнимать его, целовать, позволить ласкать меня тоже, кончить в его руках.

Как же мне было хорошо с ним. Преступно хорошо. Я очнулась в своей маленькой ванной, понимая, что поглаживаю себя между ног, пока сверху их душа льется вода. Боже, этого еще не хватало. У меня мало времени и уж точно не лучшая идея мастурбировать, мечтая о своем боссе и фейковом женихе. Я быстренько сполоснулась и взвала такси до аэропорта. Влад ждал меня у стойки регистрации. Мы уладили все формальности и прошли в зал ожидания бизнес-класса.

Я вообще редко летала, а уж с комфортом – совсем никогда. Чилл-аут для избранных поражал воображение. Шведский стол и уютные диваны, просто огромная уборная, где я переоделась в платье, которое выбрал Усманов. Сам босс был подозрительно тих и невозмутим. Он почти не говорил со мной, лишь поинтересовался, хочу и я кофе и перекусить. Разумеется я отказалась, рискуя голодным обмороком. Влад вздохнул и все равно принес капучино и блинчики на двоих.

– И слышать ничего не хочу, – сказал он, принявшись за еду.

– Спасибо, – поблагодарила я и тут же вздрогнула, вспомнив, как делала это во сне.

Боже, как же стыдно.

– Тебе спасибо, – не упустил случай улыбнуться Влад, но продолжать стеб не стал.

Мы поели в тишине, а потом Усманов сунул мне в руки планшет и заставил закончить с того момента, где я вчера выключилась. Никогда в своей жизни я так не радовалась работе. После посадки Влад тоже не дал мне толком осмотреть комфортабельный салон самолета, потребовав отчета по заданию. Мы обсуждали партнеров Нестерова, возвращались к Смерфиту для сравнения и искали выгоду для нашей фирмы.

Влад говорил со мной не как с помощницей, а словно я была полноценным заместителем или кем-то из топ-менеджеров. Мне это невероятно льстило, и уж точно заводило не меньше, чем его домогательства. Если бы всегда так было…

Мечты.

Правда, когда босс отошел в уборную, я немного расстроилась. Все утро он вел себя профессионально и даже, черт подери, достойно. Не считая того спасибо в аэропорту, но и его было сложно натянуть на издевку. А ведь у меня было самое настоящее потрясение. Я бы хоела извиниться, объяснить, но Влад не спрашивал, а сама я не решилась поднять тему.

Такой бред. Сама так хотела его равнодушия, а когда получила, готова надуться. Нет, нужно прекращать с этими глупостями.

Я откинула голову назад. Кресло было такое удобное и мягкое. Даже лучше, чем у Влада в кабинете. Я прикрыла глаза, уверяя себя, что точно не усну. Хотя бы на зло Усманову, который был бодр и прав на счет пяти утра.

Я слышала, как Влад вернулся и сел рядом со мной, с трудом игнорировала его самодовольный смешок. Даже не глядя могу читать мысли этого самодовольного засранца. Наверно, думает, что опять был прав, велев мне выспаться, а не мчаться домой с раннего утра.

Он снова встал и ушел куда-то. Почему-то я сразу представила, что Усманов отправился трахать стюардессу и разозлилась на него еще сильнее. Наверно, это эхо Диминых измен меня сделало такой дурой. Или я всегда такой была? Надо же сама придумала, сама разозлилась, а ведь даже не видела ничего. Да и вообще, Усманов мне кто? Босс. И придурок, который меня хочет. Ревновать или подозревать его в чем-то я просто не имею права. Пусть хоть всех тут поимеет. Так даже лучше – не будет лезть ко мне больше.

Но с каждым днем, с каждой минутой рядом с Владом мне было все сложнее верить в это. Правда, пока я держалась и крепилась, хотя было очень сложно игнорировать воспоминания, сны и странную тягу к боссу на уровне срытых вибраций. Очередной барьер рухнул, когда я почувствовала мягкий плед на своих голых ногах. В самолете было прохладно, и забота босса тронула меня.

Может быть, я к нему несправедлива? Влад, конечно, тот еще похотливый гнус, но все могло быть намного хуже. Я почти уже решилась открыть глаза и выразить боссу свою признательность за заботу, как почувствовала его ладонь на своем колене. Я даже не дернулась. Нервы уже как канаты.

Наверно, стоило ожидать он него такого. Боже, почему как только я начина подозревать этого мужчину в порядочности, как он выкидывает нечто омерзительное. И это омерзительное мне нравиться настолько, что я молчу, дабы придумать достойное оскорбление.

Это была фатальная ошибка. Потому что, чем дольше его рука касалась меня, тем меньше хотелось этому противиться. Уже через минуту, я позабыла обо всем, кроме удовольствия. Утренняя неудовлетворенность снова сладко заныла тянущей болью внизу живота. Я поёрзала и, собрав последние крохи здравого смысла, выдохнула еле слышно:

– Влад, не надо. Мы же…

– В самолете, да. Салон почти пустой, Ангел. Никто ничего не увидит. Будь тихой. Не открывай глаза.

Я закусила губу, выпустив вместо громкого стона чуть слышный писк. Влад скользнул губами по моей щеке, опаляя кожу влажным горячим дыханием и мимолетными поцелуями. Его рука двинулась вверх, и я инстинктивно сжала ноги.

– Ты так сладко разбудила меня утром, Ангел, – запел мне в ухо, Усманов. – Я готов каждый день вставать в пять утра ради такого. Жаль, что убежала. Я остался должен тебе оргазм. Ненавижу быть должен. Позволь мне расплатиться.

– Не стоит, – прохрипела я.– Это…

– Это будет хорошо. Поверь мне.

Я сжала губы, чтобы не захныкать. Влад аккуратно освободил ладонь и погладил мои напряженные бедра. Я тут же расслабилась на секунду, и он смог потрогать нежную кожу на внутренней стороне.

– Моя хорошая, – пробормотал Усманов.

Больше я не вспоминала о запретах и сопротивлении. Касания Влада ощущались так сладко, так правильно. Просто не помнила, почему должна отказываться от этого запретного удовольствия. Даже на борту самолета, украдкой под одеялом его ласки были идеальными для меня. Ничего лучше в жизни не испытывала.

Может быть, и Дима чувствовал что-то такое, забывая обо мне, растворяясь в чистой похоти и абсолютной страсти. Мысли о муже вылетели из головы, как только Влад коснулся моих трусиков. Было очень сложно оставаться тихой, пока он гладил влажный атлас и тихо говорил:

– Ты такая мокрая. Невероятно горячая. Я бы многое сейчас отдал, чтобы услышать твои стоны, взять тебя, почувствовать этот жар и желание. Ангелина… Ты еще покричишь для меня. Правда, Ангелин?

Я не ответила, конечно, но заерзала, вдавливаясь в мягкое кресло, раздвигая ноги шире, чтобы побудить его на большее. Влад усмехнулся, игнорируя мои действия, явно издеваясь. Он водил пальцем по кромке трусиков, чуть проникая, но тут же отстраняясь, снова поглаживал чрез белье.

Я не выдержала и процедила сквозь зубы:

– Либо сделай это, либо убери свои чертовы руки.

Влад рассмеялся.

– Какая же ты вредная колючка, Ангел. Разве нельзя немножко потерпеть? Хочешь скорее кончить?

– Будь ты проклят, Усманов, – выругалась я, почти собрав волю с кулак, чтобы избавиться от его навязчивых касаний.

Но Влад, похоже, читал мои намерения, предугадывая на шаг вперед. Он, наконец, сдвинул трусики в сторону и коснулся моей изнывающей от желания плоти.

– Господи, Ангелина, – пробормотал он, видимо оценив море смазки. – Ты такая невероятная. Не могу понять, что хочу больше: ласкать тебя до посадки или заставить кончить прямо сейчас.

– Сейчас, – бессовестно потребовала я.

В его груди завибрировало приглушенное рычание, которое возбудило меня еще сильнее. Пусть это мужчина владеет мной, вынуждает делать невозможные вещи, но я сама имею над ним власть. И сейчас это опьяняет и делает меня такой счастливой. Возможно, на фоне эндорфинов от приближающегося оргазма. Или я совсем сошла с ума. Но факт остается фактом, мне нравится его напор, нравится его безумие, нравится быть под стать этому мужчине. Кажется, во мне проснулось что-то мощное и настоящее. Или это я сама очнулась от долгого сна, в котором была сама на себя не похожа.

Влад не стал меня мучить долго. Его пальцы действовали умело и быстро. Он погрузил в меня сразу два, забирая влагу, заставляя судорожно вдохнуть, а потом тут же стал водить круги по клитору, чуть нажимая, потирая. Я бы не продержалась долго. Я и не хотела сдерживаться. Я не хотела больше сопротивляться.

– Кончи, детка, давай, – шепнул Влад. – Только тихо.

Я сжала губы, зажмурилась и откинула голову, прогибаясь в спине от мощнейшего импульса разрядки. Влад прижал палец к пульсирующему бугорку, разрешая мне смаковать все до капли, до самого последнего колючего спазма. Но даже когда я успокоилась, он не убрал руку, а продолжал поглаживать половые губы, избегая слишком чувствительного клитора.

– Спасибо, Ангел мой.

– Отвали. Я не твоя, – буркнула я, едва шевеля онемевшими губами.

– Да, конечно. Я все время забываю, – не остался в долгу Усманов, убирая руку. – Поспи часик, Ангелин. Ты мне нужна сегодня отдохнувшая.

Спорить с ним совсем не хотелось. Глаза открываться отказывались, накатила приятная усталость, и сознание уже погружалось в блаженный сон. Последнее, что я услышала, прежде, чем отключилась – это странный чмокающий звук. Уже потом до меня дошло, что это Влад облизал пальцы.