Глава 12. Ангелина

Я спала до конца полета, как младенец. Слава богу, больше ничего не силось, и я просто позволила организму отдохнуть и набраться сил.

Влад снова превратился в отстраненного начальника, напомнил, что нас будет встречать Нестеров.

– Не забывай, что ты моя невеста, а не только помощник, – вставил он, пока я пристегивала ремень.

– Забудешь тут, – буркнула я себе под нос.

Влад услышал и усмехнулся, но ничего говорить не стал.

Приземление, паспортный контроль, таможня и получение багажа почему-то вымотали меня, словно целый день тяжелой работы. Я зашла в уборную, чтобы привести себя в порядок, вспомнила, что почти не ела со вчерашнего вечера. Хорошо, что Влад подумал и накормил меня в аэропорту, а то и того бы не было. А вот благодарностью за мокрое белье я не особенно прониклась. Представив, что весь день буду ходить с влажными трусиками, вспоминая пальцы Усманова и горячее запретное удовольствие, которое они творили под пледом на высоте в сто миль…

Черт…

Я передернула плечами, прогоняя непрошенное возбуждение. Он этого добивался? Чтобы я помнила свой оргазм до конца дня и снова текла? Гребаный демон.

На выходе из терминала нас встретил Нестеров. Я почему-то представляла себе грузного мужчину в клетчатом берете, но табличку с именем моего босса держал симпатичный блондин спортивного сложения. Он был в майке поло, слаксах и кедах, с приветливой доброй улыбкой на лице.

– Александр, – чопорно обратился Усманов, протягивая руку.

– Да просто Саша, – тут же поправил его Нестеров. – Земляки же, Влад. Не против на ты?

– Да, конечно, – тут же согласился босс, тоже оттаяв, и представил меня. – Ангелина, моя невеста и помощница.

– И красавица, – не постеснялся наш потенциальный партнер.

Я тоже улыбнулась и протянула руку.

– Очень приятно.

Саша сжал мою ладонь не сильно, но достаточно крепко, и я ответила тем же, вспомнив правило деловых приветствий. Мы, конечно, сразу на ты, но это не отменяет рабочей направленности нашего визита.

– Ты везучий сукин сын, Усманов. Хорошо устроился, – беззлобно отметил Саша, отпуская мою руку.

– О, да.

Влад обнял меня за талию, привлекая к себе, и я поежилась от близости, но постаралась не выдать волнения.

– Пойдемте к машине. Я возьму один чемодан.

Я шла по Хитроу, озираясь и стараясь почувствовать в полной мере прибытие на британскую землю. До сих пор не верилось, что мы в Англии.

– Первый раз в Лондоне, Ангелин? – спросил Саша, заметив мое любопытство.

– Да.

– И сразу по работе. Жаль, что нельзя улизнуть от босса. Я бы показал город.

Он подмигнул, и я немного напряглась, а Влад напротив, рассмеялся.

– Теперь я понимаю, почему ты тут зацепился, Нестеров. Сразу берешь быка за рога.

– Прости, Влад, как-то само собой. Я человек одинокий, а англичанки меня не заводят.

– Почему? – спросила я

– Страшненькие и слишком эмансипированные на мой вкус.

– Держи себя в руках, – присоветовал босс то ли в шутку, то ли действительно сурово.

Черт его разберет, когда он серьезен, а когда издевается. Однако какое-то легкое напряжение я все равно ощущала. Вероятно, Владу действительно не понравилось обостренное гостеприимство Нестерова. А мне, если честно, польстило. Что-то я становлюсь падкой на мужское внимание.

Саша козырнул и принялся укладывать наши чемоданы в багажник своего авто.

Меня усадили на заднее сидение, а Влад устроился впереди.

– Хотите сначала заселиться? – уточнил Саша. – Какой отель?

– Нет, лучше заехать куда-нибудь на ланч. Ангелина спала в самолете и голодная теперь, – выдал Усманов. – К тому же мы сняли апартамент в Ноттинг- Хилл. Думаю, спешить некуда. Да, Ангел? Договоришься?

– Конечно. Я полезла в сумку за планшетом, чтобы списаться с хозяином квартиры.

– Отличный выбор, – оценил Саша наше жилье. – Я сам начинал с недвижимости в Барнсе, но и в Ноттинг-Хилл сейчас есть пара объектов. Очень колоритный район.

– А в Барнсе что было? Дома? – уточнил Усманов.

И они завели долгий разговор о том, как еще со студенчества Нестеров пытался работать в Лондоне. Я в это время списалась с арендодателем, который без проблем перенес наш заезд на несколько часов.

– Везешь нас в Примроуз? – уточнил Влад у Саши спустя некоторое время.

Я тут же отвлеклась от вида за окном и прислушалась.

– Да, там отличный ресторан и, думаю, Ангелина оценит симпатичные домики Примроуз- Хилл. Ноттинг слишком популярен среди туристов, но есть места потише и не менее колоритные.

Я улыбнулась Нестерову, чуть пожимая плечами, а он подмигнул мне через зеркало заднего вида.

Саша привел нас в небольшой французский ресторанчик с простым интерьером, коротким меню и болтливым хозяином, который радушно нас приветствовал. Я сама не заметила, как перешла на английский, чтобы поболтать с толстым шефом. Он бессовестно настаивал, чтобы я заказала луковый суп и сэндвич с сыром бри. Мужчины поддержали меня в этом выборе. Правда, Влад взял себе еще и курицу в сельдереевом соусе, которую заставил попробовать, и сам не постеснялся украсть у меня из тарелки лист салата.

Усманов не положил руку на спинку моего стула и поглаживал время от времени то шею, то плечо. И меня это ни капли не раздражало. Возможно, я просто наелась, выспалась и успокоилась, смирилась, свыклась. Или мне нравилось принадлежать ему? Нравилось принимать эти легкие знаки внимания.

Да и сам Влад касался меня словно между прочим, как будто не мог иначе. Я бы хотела злиться на него, но уже не могла.

Во время ланча мужчины договорились прокатиться по объектам Нестерова. Мы только успели забросить багаж и взять ключи от квартиры, и снова уехали. К концу дня, посмотрев кучу квартир и домов, мы оказались у Саши в офисе, и я с блаженством упала на диван.

– Ты же понимаешь, Усманов, я хочу работать со своими. Англичане, конечно, ребята головастые, но они же все равно норовят тебя где-то облапошить. Тихонько, спокойно, не переставая улыбаться, но тянут одеяло на себя. Те же краски я заколебался подбирать. Особенно с их влажностью. Мне позарез нужен твой маленький заводик, – вещал Саша, наливая нам с Владом по рюмочке хереса.

Усманов рассмеялся.

– Ты слишком хорошего обо мне мнения, Саш. Я пока только о поставках думаю. Вряд ли мне позволят наладить здесь производство.

– Для начала можно и на поставках сосредоточиться, а там разовьемся. Поехали завтра к моим английским жучеллам на завод, все посмотришь. Помалкивай только о моих коварных планах, а то пустят по миру.

Они вместе рассмеялись на этот раз.

– Может завалимся в паб перед сном? – предложил Саша, и я с трудом сдержала стон.

Моим ногам на каблуках эта идея не казалась хорошей.

– Нет, Ангелина устала. Сам понимаешь. Перелет, весь день на ногах, – тут же отмел его предложение Влад.

Я уставилась на босса, не веря ушам. Он мысли мои читает что ли? Дима никогда не был таким внимательным.

Дима.

Я почти не вспоминала о нем и, оказалось, что свыкнуться с новыми обязанностями так же просто, как и забыть родного мужа. Здесь в Лондоне мне было так хорошо, так комфортно, не смотря на перелет, суматошный день и ноющие стопы.

– Конечно. Давайте я вас домой отвезу. Простите за это эгоистичное желание напиться эля. Просто давно не общался с земляками. Все местные надоели, а вы как глоток воды в пустыне, ребят.

– Не извиняйся, Сань. Просто ты холостой, а о девочках надо постоянно думать.

Нестеров рассмеялся этой беззлобной шпильке от Влада.

– Да я думаю, приятель. Постоянно думаю, но немного иначе, наверно.

Я не очень поняла юмор, решив не реагировать на шутку, стала подниматься. Ноги подвели, и я подвернула каблук. Наверно, упала бы, но меня подхватил Саша, который почему-то оказался рядом быстрее Влада.

– Вот видишь, – подвигал бровями Нестеров. – Поймал.

– Спасибо, – растерянно откликнулась я и тут же оказалась прижато к Усманову.

Он привлек меня к себе почти грубо и крепко стиснул плечи.

– Осторожнее, – процедил Влад сквозь зубы, выдавая злость.

Влад

Нестеров мне не понравился с первого взгляда. Того самого взгляда, которым он окинул моего Ангела. Что за дерьмо? Он вообще в курсе, что неприлично так пялиться на чужую женщину?

То, что Ангелина не совсем моя, я как будто и не помнил. Чья еще? Она же тянется ко мне. Она хочет меня. Разве позволила бы игры под пледом вот этому вот пронырливому блондину? Или мужу своему придурошному? Нет. Ее оргазмы и несдержанность только для меня. Наверно, с другой женщиной я бы посчитал такую доступность слабостью, или даже не постеснялся заклеймить шлюхой. Но в Ангелине я ощущал борьбу с собой, моралью и устоями. Она отчаянно цеплялась за здравый смысл, но я тянул ее в порочное блаженство сильнее. И то, как она сдавалась мне, доставляло мор удовольствия. Это не было чем-то плохим или преступным. Это было правильно. Я не убивал ее, а спасал. От рутины и лжи, от самой себя. Я рвло цепи, которыми эта хрупкая блондинка сама себя сковала.

Дебильное желание всех спасать. Я думал, обостренное чувство справедливости удалось придушить в зародыше аккурат после школы. Разочарование оно такое. Отрезвляет. Правда, себя тоже не обманешь. Я и головы рубил, прореживая кадры, как Дама Червей, не просто так, а со смыслом. Хотя со стороны, наверно, смотрелось дико. Вот и Ангелина считает меня мажором и самодуром. Пусть. Мне не жалко. Глупо строить из себя рыцаря без страха и упрека. Я так себе Ланцелот. Слишком похотливый.

Вот и теперь, после того, как Сашка-гнус ее схватил, чтобы не дать упасть, меня накрыло. Метнулся ведь, как Флэш, а я не успел среагировать, и в итоге Нестеров полапал моего Ангела. Как я ему не врезал? Бог отвел. Мне с этим человеком еще работать. Возможно. И уж точно не нужно нам портить отношения. Нестеров вроде бы ничего, но вряд ли будет гореть желанием сотрудничать после мордобоя. К тому же Британия – это не Россия. Все друг друга знают. Порука хлеще, чем в России. Кругом свои да наши. Заиметь сомнительную репутацию ой как чревато. В общем, я сам с собой договорился.

Почти.

Я почти выцарапал Ангелину из загребущих лап Нестерова, прижал к себе, напоминая обоим, кто тут кем владеет. Саша невозмутимо пожал плечами, и мы пошли к лифту, чтобы спуститься до парковки. Я не стал садиться на переднее сидение, устроился рядом с Ангелиной. Она вздернула брови, оценив мой маневр.

Наш дружелюбный соотечественник быстро снял неловкость и болтал о Лондоне, пабах, нравах англичан.

– Все в России говорят, что они тут помешались на чае. Да хрена с два. Пива пьют гораздо больше. В пабах никогда не бывает пусто. Завтра нужно обязательно побывать в Лондон Инн или Фуллерс.

– Слишком пафосно. Я бы сводил Ангелину в Голову Шекспира, – не сдержался я.

– О, кто-то знает толк в уютных питейных.

– Я жил в Лондоге. Немного.

– Да? – искренне изумилась Ангелина, разворачиваясь ко мне. – Я не знала.

– Во время учебы, по обмену, пару раз напрашивался и на стажировку. Не особенно распространяюсь об этом.

Она чуть прищурилась на меня, словно пыталась прочитать мысли, а я заметил, что Ангелина вынула пяточки из узких туфель. Хороший момент, чтобы сменить тему. Саше как раз позвонили, и он включил блютуз-связь.

– Устала? Сними туфли совсем, – предложил я тут же.

Она, конечно, не согласилась.

– Нет, нормально. Скоро уже дома будем.

– Ангел, – выдохнул я, двигаясь к ней вплотную, протягивая руку по спинке сидения позади нее.

– Правда, Влад, неудобно.

– Все удобно.

Я сам скользнул рукой вниз и снял ее туфли. Этого мне показалось мало, и я закинул ножки Ангелины на сидение, развернул ее боком и стал поглаживать икры.

– Устала, конечно. Весь день на ногах.

– Нор-нормально, – прозаикалась она.

– Немного массажа не повредит.

Саша все еще разговаривал, а глаза моего Ангела стали размером блюдца и панически забегали. Наверно, если бы я провернул этот фокус наедине, она бы меня послала в задницу, а при Нестерове было как-то неловко брыкаться. Я этим воспользовался.

Ангелина замерла, как загнанный в угол зверек. Можно подумать, я собирался отпилить ей ноги бензопилой, чтобы они не болели.

– Влад, – выдохнула она. – Неудобно.

– Саш, мы тебя не смущаем? – тут же спросил я у нашего водителя.

Нестеров только неопределенно махнул рукой. Мол, мне все равно, ребята. Хоть трахайтесь там. И продолжил разговор.

Я дёрнул бровями и стал поглаживать ноги Ангелины, чуть надавливая и спускаясь к стопам. Она попыталась вырваться, но я сжал, не позволяя.

– Всего лишь небольшой массаж, Ангел. Многие об этом мечтают… Особенно после долгого дня на каблуках.

Я говорил тихо, чтобы слышала только она. Ангелина, конечно, не могла принять мою инициативу за добрые намерения. Ну и всем известна, куда ведет та дорога. Я игнорировал народную мудрость и принялся разминать уставшие пальчики своей «невесты». Ангел то кусала губы, то сжимала их, но все равно иногда из ее рта вырывались тихие стоны блаженства. Она больше не пыталась вырваться и позволила мне доставить ее ножкам удовольствие. Я растирал ее стопы, перебирал каждый пальчик, надавливал на пяточку, чтобы кровоток пришел в норму. разобравшись с одно ногой, я поставил ее себе на бедро и принялся за втору.

– Лучше, родная? – поинтересовался я, прекрасно видя ответ на лице Ангелины.

– Да. Я твой должник, милый, – ядовито откликнулась она.

Ой, не понравился мне этот отравленный сироп в ее голосе.

– Я же от души, какие долги, Ангел.

– Которые нужно отдавать. Ты продолжай, продолжай. Не отвлекайся.

Ангелина блаженно откинулась на сидении, устраиваясь удобнее, и легонько погладила меня пяткой по ноге.

О, черт. Об этом я не подумал. Но, возможно, она не станет…

Станет, еще как.

Проклятье.

Пока я разминал ее вторую стопу, Ангелина начала меня поглаживать через брюки. Она передвигала пяточку все ближе к моему члену, который тут же начал реагировать на ее хулиганства. Я поерзал, и Ангелина позволила себе торжествующую улыбку. Мстительный, жестокий ангел. Припомнила мне самолет? Похоже.

Что ж… Я не против. Если она включилась в мою игру, будет еще веселее. И мне даже не стыдно будет уступить ей победу. Пусть забавляется. Я от этого точно не страдаю.

Ножка Ангелины наконец оказалась там, где под брюками уже выпирал мой член. Она легонько потерла, пошевелила пальчиками. Я усилил массаж и прищурился, стараясь выглядеть сурово, но глаза так и закатывались от удовольствия, а изо рта рвались стоны удовольствия. Черт, мне же нельзя теперь кончать в штаны. Несолидно, да и неприлично. Все-таки я не в офисе, где можно сполоснуться и переодеться, а в машине потенциального партнера.

Хорошо, что нам ехать недалеко. Я бы мог легко избавиться от дразнилок Ангела, но… не хотел. Она то убирала ножку, то снова меня поглаживала пяточкой или носочком, а я массировал ее стопу. Правда, запала Ангелины хватило ровно до тех пор, пока Саша говорил по телефону. Как только он отбил звонок, она подобрала под себя ножки. Я разумеется, не оставил ее у окна, тут же придвинул к себе, обнял, шепнул ей в ухо:

– Трусиха.

– Извращенец, – ответила она мне с тихим вызовом, заставляя смеяться.

Через несколько минут Саша притормозил у нашего дома. Я протянул ему руку, прощаясь до завтра, и пока Ангелина возилась на сидении, подхватил ее туфли, ее саму и вынул из машины.

– Влад! – вскрикнула она. – Сдурел?!

Несколько шагов до крыльца и три ступеньки по лестнице вверх.

Чудом мне удалось открыть дверь, не отпуская свою драгоценную ношу. Я поставил Ангелину на пол уже в квартире, прижал ее к двери, не давая возразить. Она только успела выдохнуть мне в лицо:

– Ты псих.

Подтверждая это, я набросился на ее сладкие губы, стал целовать почти грубо, жадно, неистово, едва сдерживаясь, чтобы не укусить, не сделать больно. Мои руки скользили по ее бедрам, задира юбку, пробираясь к попке, забираясь под трусики.

– Псих, да. Ты же все делаешь, чтобы я им был, мой прочный Ангел, – бормотал я ей в губы.

– Конечно, это я виновата, – огрызнулась Ангелина, а сама в это время сжимала мою рубашку в кулаках, словно хотела разодрать ее. Да и поцелуи мои не оставались без ответа.

– Скажи спасибо, что не взял тебя прямо в машине.

– Спасибо. Чтоб тебя черти драли, Усманов.

Я оставил эту реплику без ответа, лишь хмыкнул и подхватил ногу Ангелины под коленом, забрасывая себе на бедро. Откликаясь на это действие, она тут же подалась вперёд и потерлась своим центром о мой член. Я зарычал ей в губы. Кажется, еще немного и молния на брюках просто лопнет.

Я сдвинул ее трусики в сторону и погладил мокрые половые губы, протолкнул палец внутрь. Ангелина вскрикнула. Я тут же добавил второй и стал трахать ее рукой, не забывая потирать ладонью чувствительный бугорок.

Я отпустил ее губы, чтобы слышать громкие стоны и зашептал в ухо:

– Ты весь день помнишь свой оргазм, Ангел? Мокрые трусики – это так порочно, сексуально. Я едва дождался вечера, чтобы снова тебя потрогать.

– Болото в трусах ни капли не миленько, Влад Сергеевич, – выплюнула эта заноза и тут же снова застонала.

Я тихо засмеялся, покусывая мочку ее уха. Чувствовать пальцами горячую бархатную глубину абсолютно невероятно. Лучше только слышать стоны, которые превращаются в крики, когда я ускоряю движения и силу толчков.

– Влад я… – всхлипнула Ангелина.

Она стиснула мои плечи, подалась бедрами вперед, насаживаясь на пальцы, и я тут же согнул их, надавливая на стеночку.

– О, черт, – выругалась она и замерла с беззвучным криком на губах.

– Ты моя хорошая, – зашептал я, позволяя ей прочувствовать оргазм и полностью отдаться сладкой дрожи.

Я чувствовал, как она пульсирует, и до белой слепоты ощутил потребность проникнуть в нее сейчас совсем не пальцами. Убрав аккуратно руку, я дернул пуговицу и потянул вниз молнию, собираясь заменить пальцы членом.

– Хочу тебя, Ангел, – прохрипел я не сдержавшись.

Ангелина тут же опустила ногу и уперлась ладонями мне в грудь.

– Ты сказал ,что не будешь меня заставлять или насиловать, – промямлила она, едва ворочая языком и чуть пошатываясь после оргазма.

– Я? Что? Да… Но… – залепетал я как дурачок какой-то.

Заставлять? Насиловать? Да она подскакивала только что, насаживаясь на мои пальцы. Это нахрен насилие?

– Господи, Ангелин, ты в своем уме?

Но она уже, похоже, полностью осознала масштабы грядущей для меня трагедии и упивалась ею.

– Тогда я пойду спать, Влад. Завтра вставать рано. Доброй ночи. Спасибо за понимание.

Она подняла с пола туфли, педантично поставила их в шкаф и прошла через гостиную в спальню. Еще и нос задрала, явно ощущая свое превосходство. А я так и стоял у двери, с рукой в штанах, сжимая своего многострадального младшего брата ,который хотел совсем не таких прикосновений.