Глава 34. Истории у костра

Прыгать в горячее озеро оказалось ещё тем удовольствием. Ощущение было, что она со всего маху плюхнулся голой попой на разогретую сковороду, но ещё раз закричать не успела, потому что погрузилась в воду с головой.

Киран только присел на сухое деревце, как вдруг раздался жуткий вопль, и он сломя голову бросился на крик. У него сердце в пятки ушло, когда он добежал до озера и увидел лишь ровную гладь воды — девушки видно не было. Он быстро сбросил с себя плащ, жилет с сорочкой, стащил сапоги и начала снимать штаны, и в этот момент Варя вынырнула на поверхность и, не видя ничего перед собой из-за волос, поплыла к берегу.

— Ой. Ай. Сварилась, — выдала Варя, переворачиваясь на спину. — При этом вкрутую.

Киран присел, схватил свои вещи и быстро, но почти ползком, направился в сторону кустов.

«Ой, дурак! Вот что она сейчас подумала бы? — Его взгляд остановился на сапогах, которые сиротливо остались лежать на берегу. — Твою ж мать!»

Со злостью бросил одежду на землю и хотел уже ползти за сапогами, как вдруг на его плечо легла чья-то ладонь.

— Киран, — шёпотом позвал его Таниель, опускаясь рядом на корточки. — Что происходит? От кого ты прячешься? — Принц сыпал вопросами, не давая ведьмаку и слова вставить. Выглянул из-за кустов: — Это кто? Варвара? — И тут до него наконец стала доходить двусмысленность происходящего. — Ты что, подглядываешь за ней? — Осмотрел критичным взглядом голый торс ведьмака и его босые стопы. — Я не понял, ты что, хотел присоединиться к ней?

— Да ничего я не хотел, — разозлился ведьмак. — Думал, какая беда приключилась. Прибежал на крик и сразу не увидел её в озере. — Рывком подтянул эльфа за руку к себе. — И хорош уже таращиться!

— Мы тоже уже к лагерю подходили, когда услышали крик. — Таниель снова посмотрел на озеро: — На берег выбирается. Слушай, а там случайно не твои сапоги стоят?

— Мои, — кивнул Киран.

— Так их забрать же надо. Что подумает, когда увидит их?

— Надо. Но как? — тяжело вздохнул ведьмак, пытаясь одеться без лишнего шума.

Варя вышла за берестяной коробочкой, которую намеренно положила поближе к воде, и совсем не обратила внимание на ещё одну пару сапог, стоящую тут же на берегу рядом с её сапогами. Взяла мыло и снова вошла в воду. Тщательно намылила волосы, взбила пену на голове и снова нырнула.

Когда девушка вышла на берег, мужчины, не сговариваясь, стыдливо отвернулись, но оба чувствовали себя неловко из-за той ситуации, в которую они невольно попали.

— Я не понял. — К ним незаметно присоединился Дариус. — А что вы тут делаете? — вкрадчиво поинтересовался он, раздвигая ветки. И тут раздался громкий всплеск. Оборотень выглянул из-за кустов и изумлённо присвистнул, осуждающе взглянул на мужчин: — Да вы что, ребят, совсем охренели?

Ведьмак с принцем переглянулись между собой и возмущённо уставились на оборотня, который не весть что напридумывал, хотя винить его в неправильных выводах было сложно.

— Вообще-то, мы хотели только сапоги забрать, — быстро выдал Таниель первое, что пришло в голову. — Их ведьмак на берегу забыл, — и даже указал рукой на эти самые сапоги.

Теперь пришла очередь Дариуса разведывать обстановку. Он выглянул из кустов и неосторожно зацепил рукой несколько мелких камней, создавая лёгкий шум, тут же спрятался обратно и испуганно приложил палец к губам.

Варя стояла по пояс в воде. Тщательно намылив сорочку, она принялась тереть ею своё тело.

— Чем не мочалка? — Вошла в воду глубже, присела, и вдруг до её слуха донёсся какой-то звук, лёгкий шорох, словно кто-то двигался в соседних густых кустах. — Кто здесь? — грозно поинтересовалась она, ища глазами на берегу какую-нибудь палку.

Таниель, от стыда, что его сейчас застанут за подглядыванием, бросился на четвереньках в сторону леса, но ведьмак с оборотнем схватили его за сорочку и затянули обратно в кусты, а чтобы больше не думал бежать, угрожающе сунули ему под нос с двух сторон кулаки. Принц недовольно развёл руками.

— Предупреждаю, у меня дубинка, сабля и огромный камень. — Варя усиленно вспоминала, чем ещё можно напугать хулиганов в этом мире. — Я сначала надеру вам задницы, а потом отберу все ваши пожитки и сделаю их своей добычей.

Первым из троицы засмеялся Дариус, у него из глаз брызнули слёзы и он даже зажал себе рот рукой, у Кирана подрагивали плечи, а Таниель тихо хрюкал, уткнувшись в плащ ведьмака.

— Что будем делать? — шепотом поинтересовался Киран. Он представил, как Варя подкрадывается и с воплем: «Ага, попались, голубчики!» заглядывает к ним в кусты, и покрылся холодной испариной. — Нужно срочно что-то придумать! — Зло потряс принца за плечо: — И хватит уже ржать!

— Да тихо вы! Услышит же! — Дариус сам был не в восторге от той ситуации, в которой они оказались. — Нужно дождаться, пока она нырнёт, эльф за это время утащит сапоги, а потом ноги в руки и дёру отсюда.

— А что это сразу эльф? — возмутился принц, тут же переставая смеяться. — Его обувка, пусть он и идёт.

— Потому что ты юркий, быстрый и незаметный, — решил подыграть ведьмак оборотню.

— Ну, раз так, — Таниель тут же оттаял и даже заулыбался. — Тогда хорошо. Тогда следи за ней; как нырнёт, скажешь, я быстро сбегаю заберу сапоги.

— Вот прям сейчас надо будет…

Раздался всплеск. И мужчины легонько подтолкнули бедолагу-принца. Он метнулся к сапогам и был уже совсем рядом, как вдруг поскользнулся на мокрой траве, рухнул рядом с сапогами, вцепившись в них, как в родных, обречённо ожидая, когда покажется на поверхности голова девушки и она увидит его лежащим на берегу. Принц даже с силой зажмурился от такого позора.

Ведьмак с оборотнем в ужасе переглянулись и, не раздумывая, бросились за эльфом, схватили его за ноги и поволокли в кусты. И как раз вовремя! Варя вынырнула и застыла, ошеломлённо наблюдая за уползающими сапогами.

— Ма-мо-чки! — Варя выбралась на берег, схватила полотенце, завернулась в него, подняла большую ветку и с опаской приблизилась к кустам. — Я вас видела! А ну, выходите, — замолчала, соображая: собственно, кому она это говорит? — Сапоги, — робко добавила и врезала веткой. Осторожно заглянула за кусты. Но там никого не было. — Странно. Неужели почудилось?

Теперь ей показалось, что из леса доносится чей-то громкий смех, но определить точно, откуда идёт звук, рядом или из лагеря, у Вари так и не получилось. Подозрительно прищурилась.

— Любопытные дела творятся на этих горячих источниках. — Бросила ветку, отряхнула руки и пошла к берегу. — Но я ведь точно видела, что здесь стояли чьи-то сапоги, — теперь, когда их не стало, это бросалось в глаза.

Варя сняла полотенце, забралась на пенёк и с удовольствием прыгнула обратно в воду.

— Ни за что не уйду, — выныривая, произнесла она и неспешно поплыла по озеру. Но нужно было ещё заняться стиркой.

Трое взрослых мужиков улепётывали так, что только пятки сверкали, при этом эльф бежал первым с сапогами ведьмака, за ним мчался оборотень, который, совершенно не таясь, ржал в голос. А вот Кирану пришлось несладко: он ругался последними словами каждый раз, как наступал на очередную колючку или острый камушек, и грозился одному неуклюжему лопоухому эльфу пооткрутить эти самые уши… и, кажется, вправить ноги, чтобы научился ходить.

Варя вернулась в лагерь только через час. Она чувствовала себя чистой, расслабленной и абсолютно счастливой. И если поначалу она была решительно настроена на то, чтобы непременно дознаться, кто были те хулиганы, то сейчас всё это ей казалось незначительным. Вот что делает с человеком животворящая горячая вода и мыло!

Вечерело. На поляне жарко горели костры. Воины в ожидании ужина тихо переговаривались между собой, рассказывая истории из походной жизни. Варя встретилась взглядом с Дариусом, который над чем-то смеялся, но его тут же толкнул в плечо ведьмак, который почему-то старательно отводил от неё свой взор. Недоумевающе пожала плечами и пошла к жене кузнеца — та усиленно махала ей рукой, подзывая к себе. Линира, за то время, что Варя отсутствовала, успела и искупаться, и постираться, а сейчас развешивала одежду на верёвках, которые растянула прямо тут же на поляне между деревьями.

— Давай твои вещи, — предложила женщина, расправляя складочки на детском платье. — А ты пока иди и займи для нас местечко возле костра, лучше возле того седого полного дядьки, — ласково улыбнулась девушке. — Кажется, именно он здесь самый главный балагур, уже час без остановки вещает. Дочка попросила кое-что поспрашивать у наёмников. — И решила пояснить: — Кто как не они всё обо всём знают, а у нас, может, больше такой возможности не будет. — Линира осмотрела девушку оценивающим взглядом с головы до ног. — Тебе очень к лицу это платье, и ты правильно сделала, что не стала сразу заплетать волосы, так они быстрее высохнут.

— Спасибо, — поблагодарила Варя, смущённо улыбаясь. — Пойду к вашей дочери. — Нашла её глазами: девчушка сидела на сухом дереве и с открытым ртом слушала очередную историю. — Линира, а может, прямо там и сядем, где Лана?

— Хорошо, — согласилась женщина. — Ты иди, я скоро тоже подойду.

— Давайте я вам помогу.

— Нет, нет, — остановила её женщина. — Вещей не так много, лучше я сама.

Варя присела рядом с дочкой кузнеца, прислушиваясь к тому, что говорил рассказчик:

— …и повелел тогда император людей собрать войско несметное и выступить против эльфов. — Мужичок хитро повёл бровью: — Против всех эльфов — тёмных и светлых. Они на тот момент развязали между собой войну за Ничейные земли и были слабы. Кровь лилась… рекой. Били они друг друга беспощадно. Конечно же, Великий Таргон мог бы не вмешиваться, дождаться, пока ушастые перебьют друг друга, и забрать Ничейные земли себе. Но! Все мы знаем, что, кроме эльфов, никто не может добывать на тех проклятых землях чёрное железо, из которого гномы куют самое знатное оружие, достойное великих воинов. Для человека верная смерть, попади он хоть на несколько часов в ту местность. Кто его знает, с чем это связано! Кто-то говорит, что всему виной чёрная пыль, что висит там в воздухе, а кто-то утверждает, что на землю ту наложено сильнейшее проклятие, — бросил взгляд на притихших в сторонке эльфов, — самими же эльфами.

Как только было произнесено слово «гномы», Варя поняла, что теперь знает ответ на один из интересующих её вопросов. Пять Королевств — это эльфы тёмные, эльфы светлые, гномы, люди, оборотни. Но оставались и другие вопросы. От этих мыслей её отвлекла Лана, которая принялась вдруг жестикулировать.

— Я не понимаю тебя, дитя, — ласково произнёс мужчина.

— Она спрашивает, что сделал император людей. — К ним подошла Линира и присела рядом с дочерью, ласково поцеловала её в лоб и, улыбаясь, добавила: — Он побил эльфов?

— Какой там побил! Там всему эльфийскому роду грозило вымирание, как светлой его половине, так и тёмной. Куда их ещё бить? — мужчина засмеялся, и его тут же поддержали все остальные наёмники; лишь эльфы осуждающе поглядывали на рассказчика и тихо о чём-то переговаривались между собой. — Запомни, милая! Это именно Таргон — человек — придумал передавать каждые сто лет правление над Ничейными землями от светлых эльфов тёмным и наоборот. Гномы выковали символические ключи и даже, говорят, вплели туда чуточку своей магии, став тем самым свидетелями магического таинства. А эльфы дали нерушимую клятву.

— А меня вот интересует, — Гром подошёл поближе к рассказчику, — что будет, если кто-то нарушит эту клятву? Вот взбредёт кому-нибудь в голову не отдавать ключи в назначенный срок, и всё тут.

— Да кто его знает? Лишь ходят слухи, что то самое проклятие, которое живёт в Ничейных землях, тут же вылезет на землях тех, кто нарушил договор, и будет уже их убивать.

— Значит, им никак нельзя нарушать этой клятвы? — это уже спросил Гладиус, тоже подходя ближе.

— Никак!

— Ужин готов, — зашумел Одоир, снимая крышку с котелка и призывно размахивая своей поварёшкой. — А как у тебя дела обстоят? — поинтересовался он у Грома.

— Кажись, тоже готово, — мужчина ещё раз перемешал кашу в котле и, вооружившись такой же огромной ложкой, радостно закричал: — А ну, налетай, не зевай, народ! Каша с пылу с жару, пальчики оближешь!