Глава 12

Глеб.

– Что я должен был сказать? У нас не принято носить пациенток на руках, для этого есть кресла-каталки.

– Фу, какая гадость, – морщится Марина. – Я в него не сяду.

– Я знаю, вот поэтому и несу тебя на руках. Помоги, открой дверь, – она дергает за ручку, и мы входим в просторное помещение. – Дмитрий Степанович, нужна ваша помощь.

– Ого, ничего себе сервис, – заявляет Марина после того, как к нам навстречу выходит мой коллега, врач-рентгенолог Уваров Дима.

– Крымов, я всё понимаю, девушка красивая, но сразу так заходить на приём при всей больнице…

– Дима, это моя сестра, – прерываю его язвительную речь. – И она упала со стремянки, думаю, что перелом. Рентген сделаешь?

– Конечно, усаживай сестру на кушетку и вали отсюда.

– Я подожду за дверью, – говорю Марине, и она кивает мне в ответ.

Направляюсь к двери и слышу, как Дима всё же задает мучающий его вопрос:

– А он точно ваш брат?

– Да, двоюродный.

– Тогда осмелюсь попросить номер вашего телефона.

– Полегче, Дима, – говорю я, не оборачиваясь. – Её маме зять не нужен.

Марина смущённо смеётся, а я выхожу за дверь. Пока моей новоиспеченной сестрёнке делают рентген, я бегу в кабинет Ольги.

– Оль, помощь твоя нужна, – вхожу в кабинет без стука, отчего она испуганно вздрагивает. – Прости, не хотел напугать.

– Чего тебе, Крымов? Маску, перчатки, новый халат?

– Не угадала, телефон зарядить надо.

– Подключай, – показывает на шнурок от зарядного устройства на рабочем столе.

– Ты моя спасительница, – подключаю сотовый. – Если будет звонить Мартынов, можешь ответить.

– И не подумаю, – отвечает она, даже не отводя своего взгляда от монитора компьютера. – Слышала, ты на конференцию едешь.

– Да, в пятницу ночью самолёт. А почему спрашиваешь, со мной хочешь? – не могу удержаться от этого вопроса, а вдруг она ответит «да».

– Боже упаси, Крымов, – всё же она отвлекается от компьютера и одаривает меня своим равнодушным взглядом. – Мне нужно составить новый график, заменить тебя. Не знаешь, кого Олег вместо тебя хочет поставить?

– Нет. Спроси у него.

– Обязательно. А где твоя сестра?

– Чёрт, я забыл про неё. Она у Димки на рентгене.

– Беги уже.

Открыв дверь в рентген кабинет, Марину я не увидел на том месте, где её оставил. Но её мелодичный смех доносится из кабинета Уварова, я прохожу туда. Дверь приоткрыта, и я вижу, как эти голубки мило беседуют.

– Не помешал? – спрашиваю я, сразу подмечая, как Дима заинтересованно смотрит на Марину.

– Нет, конечно, – отвечает коллега.

– Каков вердикт?

– Перелом большеберцовой кости.

– Допрыгалась ты, Маринка, – беру из её пальчиков конфетку, которой её угостил Степанович, и съедаю её под пристальным взглядом бывшей девушки. – Пошли гипс накладывать.

– Снимок забери, – Дима передаёт мне результат обследования, и я вручаю его в руки Марине. Так как мои руки опять будут заняты, надо донести «сестрёнку» до гипсовой. Хотя я мог предложить эту миссию Уварову, он бы с удовольствием её выполнил. Интересно, она дала ему номер своего телефона?

Наложив гипс и отпросившись у Олега на пару часов, я увожу Марину к себе. Но перед этим мы заезжаем к ней на квартиру, чтобы собрать необходимые девушке вещи. Марина усаживается на свою кровать и командует мне, где и что взять, так как сама передвигается с трудом. От костылей она категорически отказалась, вот и скачет, как одноногая лань вдоль стеночки. Так и вторую ногу не мудрено сломать. Поэтому я позволяю ей немного мной поманипулировать.

– Открой левую дверцу шкафа, достань спортивный костюм.

– И как ты собралась его надевать? – взглядом показываю на гипс во всю ногу.

– Чёрт, забыла, – грустно шепчет Марина. – Значит, берём только платья.

– Думаю, тебе будет проще надеть платье или сарафан.

– Тогда закрывай шкаф и иди к комоду.

– Что брать?

– Думаю, пяти платьев мне хватит, мама обещала вернуться к среде. И ещё пару футболок не забудь. Или мне можно твои взять?

– Если мне не изменяет память, то ты парочку у меня стащила, – Марина очень любила ходить в моих футболках, надевая их на голое тело.

– Виновна, – сознаётся она. – Бери их, они в среднем ящике.

Выдвигаю ящик комода и натыкаюсь на свои любимые футболки, вот Маринка зараза.

– Я вообще-то эту футболку за пять тысяч покупал, – показываю на брендовую вещь. И как у неё рука поднялась стащить именно эту футболку?!

– Тебе вернуть за неё деньги? – лукаво улыбается «сестрёнка».

– Лучше футболку верни, – ворчу я.

– Ни за что, она моя любимая.

– Что ещё? – спрашиваю я после того, как платья и мои футболки были уложены в мини-чемодан.

– Бельё.

– Сама до комода не доковыляешь?

– Крымов, что за смущение? Снимать его с меня ты мог, а в сумку уложить стесняешься.

– Когда это было. Я и не помню, как оно выглядит.

– Вот сейчас и вспомнишь.

– Не горю желанием, – открываю отдел с нижним бельём и демонстративно закрываю глаза, вслепую шарю по трусикам и лифчикам и кладу в сумку то, что попадается мне в руку.

– Хватит, остановись, – Маринка смеётся, да и я не сдерживаю улыбки. – В ванной возьми мою зубную щётку.

Послушно ковыляю по указанному маршруту, открываю подвесной шкаф для мелочей и замираю. В стаканчике рядом с её зубной щёткой до сих пор стоит моя. А ведь мы уже больше года не встречаемся. Почему она не выбросила её? Не хочу знать ответ на этот вопрос. Это её тараканы, меня они не волнуют. Беру её щётку, кладу в контейнер и выхожу из ванной.

– Всё? – спрашиваю я, закрывая чемодан.

– Да, я готова.

***

– Глеб? – удивлённо бормочет мама, встречая меня на пороге. В такое время я обычно на работе, и она меня не ждала. – Марина? – наконец, она заметила свою крестницу позади меня. – Что произошло? Что это?

– Это гипс, мама, – поясняю я. – Его накладывают при переломах.

– У неё перелом? – шокировано спрашивает родительница.

– Тёть Надя, не волнуйтесь. У меня действительно перелом какой-то там кости. Но Глеб в этом не виноват, я упала со стремянки.

– А зачем ты на неё полезла?

– Хотела протереть люстру.

– Долго ты нас в коридоре держать будешь? – спрашиваю я, так как мама стоит на дороге к моей комнате. – Ей вообще-то постельный режим нужен.

– Ой, простите, детки, – мама отходит в сторону, и я, снова подхватывая Марину на руки, несу её в свою спальню.

Мама провожает нас озадаченным взглядом. А потом скрывается на кухне. Сейчас будет печь для своей крестницы её любимый пирог с вишней.

– Мы не вместе, – сразу расставляю все точки над «и», а мама, как только вхожу на кухню, как я и предполагал, замешивает тесто. – Тётя Эля в командировке, а эта сумасшедшая отказывается ходить на костылях.

– Ты правильно поступил, привезя её к нам. Я о ней позабочусь. Тебе в гостиной постелить?

– Да, мамуль. Я буду поздно. Я отпросился с работы только чтобы Маринку привезти, мне уже пора.

– Иди, сынок, и не волнуйся, – мама целует меня в щёку, и я, ответив ей тем же, ухожу.

– Мариночка, солнышко, что тебе приготовить? – слышу я, закрывая за собой дверь.

Ольга

– Олег, кого мне ставить вместо Крымова на эти две недели? – спрашиваю я, входя в ординаторскую.

– Смирнова, – отвечает заведующий хирургией, наливая себе чай. – Будешь?

– Разве Смирнов не на больничном? – утвердительно киваю ему на его вопрос, присаживаюсь на стул.

– В понедельник будет в строю, – Олег наливает чай и для меня и садится напротив.

– Хорошо, – пишу пометку в журнале и откладываю его в сторону. Делаю несколько глотков кипятка.

– Ты устала, тебе бы тоже в отпуск, – замечает друг.

– В июле отдохну, хочу съездить с Виталиной в Египет.

– Почему с Виталиной? Дай ей отдохнуть от тебя, поезжай одна и оторвись там по полной. Говорят, курортные романы самые горячие.

– Не смеши меня, Олег, – друг подаёт мне шоколадную конфетку, и я съедаю её. – Где я, и где курортный роман. Для этого я слишком консервативна. Не смогу.

– Ты просто ни разу не пробовала, – улыбка с лица Олега сходит, и выражение приобретает серьёзность. – Ты же молодая женщина, почему у тебя нет мужчины?

– Поклонников нет.

– Я знаю одного.

– И ты туда же. Олег, хоть ты не начинай.

– Но почему? Вы оба свободные от обязательств люди. Вас никто в ЗАГС не тянет. Зачем отказывать себе в удовольствии побывать в крепких мужских молодых руках?

– Ты мне сейчас про секс намекаешь?

– Не намекаю, прямо говорю, как врач. Женщине необходим регулярный секс. После тридцати она достигает пика своей сексуальности и, естественно, её потребности в этом деле сильно возрастают, тебе нужен секс от двух до пяти раз в неделю. А ты эти потребности блокируешь, тем самым создаёшь почву для развития многочисленных потологий. Ты же врач, Олечка.

– Неожиданная тема. Зачем ты мне это говоришь?

– Не хочу, чтобы от длительного воздержания ты стала вредной и капризной. Мне больше нравится, когда ты улыбаешься. Не рассматривай Глеба как спутника по жизни, этот вариант не для тебя, в этом я с тобой согласен, но при этом рекомендую тебе взглянуть на него как на временного потенциального сексуального партнера.