Глава 44

Рубина

Чем глубже в пещеру меня затаскивали, тем темнее становилось. Видимости совершенно никакой, во всяком случае для меня. То создание, что тащило меня вперед явно лучше видело и ориентировалось в пещерах.

Не сопротивлялась, понимая, что лишь вызову недовольство и потеряю время. Старательно поднимала ноги, чтобы не сбить их в кровь. На мне были одни тонкие балетки, в которых я ходила в палатке.

Наконец меня дотащили, приставили к стене и рыкнули, чтобы не рыпалась. Послышался звон связки ключей и лязг открывающейся решетки. Меня снова больно схватили за плечи и втолкнули в камеру. Споткнулась о препятствие на полу и начала падать, но удержалась, упершись выставленными руками в стену. Очень маленькая камера. Зашипела от боли в стесанных руках, а подо мной что-то зашевелилось.

Пискнула и отпрянула назад.

— Хейнер? — позвала брата. Куча чего-то непонятного передо мной зашевелилась и замычала. — Хейнер! — даже в тех нескольких звуках, что он произнес, я узнала брата. Наклонилась вниз и нащупала его костлявые плечи и обняла. — Все будет хорошо, теперь я рядом, родной мой. Руби рядом.

— Руби? — хрипло прошептал брат. — Как ты здесь? Зачем? — каждое слово давалось ему с трудом. Хейнера явно давно не кормили и даже не поили. Я убью эту гадину собственными руками!

Судорожно поискала зелье, спрятанное в юбке, нашла! После всех перипетий пузырек остался целым.

— Хейнер, тебе нужно выпить это зелье, — откупорила пузырек, поднесла к губам брата. Пришлось держать и зелье, и его голову, та вся тряслась. Брата трясло, как в лихорадке.

Хейнер выпил все до капли и сел ровнее. Глаза мои немного привыкли к темноте, но все равно даже очертаний толком не было видно. И в этом кошмаре мой брат провел столько времени⁈ Как он вообще выжил, не потерял способность соображать и говорить, не понимаю.

Брат всегда был очень сильной личностью. На одной силе воли все это время и держался.

— Как ты, милый? — я уселась прямо на ледяной пол и прижала к себе Хейнера. Он попытался тоже меня обнять, но его руки слишком ослабли.

— Как ты здесь оказалась? Кто-то знает о том, что ты попала сюда? Тебя попытаются спасти, Руби? — и даже на последнем дыхании брат думал о моем, а не о своем спасении.

— Не волнуйся, есть один дракон, который не бросит нас в беде.

— Ты веришь ему? — с сомнением спросил Хейнер. Про себя отметила, что голос брата окреп и звучит увереннее.

— Верю, как себе, — ответила твердым голосом.

— Это хорошо, — выдохнул Хейнер. — Расскажи, как родители, как сама? Как попала сюда? Все расскажи, — попросил брат, но стоило мне начать рассказ, как он задремал.

Пусть спит, этот сон пойдет ему на пользу. Зелье очень мощное, должно помочь.

Мы дождемся Кила, я не сомневаюсь в этом.

Немного развернулась, придвинулась к стене и подтянула к себе брата. Сама не заметила, как задремала. Сон был для нас двоих настоящим спасением.

Проснулась от резкого грохота. Гора содрогнулась, затряслась. Я испугано вскрикнула, накрыла собой Хейнера. Гору все трясло и трясло, но на нас ничего не упало.

— Что происходит? — брат не мог перекричать стоявший гул, но его вопрос вторил моему.

В какой-то момент все затихло и стало будто бы немного светлее. Я осмотрелась, но лучше бы этого не делала. Камера выглядела еще ужаснее, чем я представляла.

Вдалеке послышались крики, рычание, стоны. Было похоже на сражение.

— Он нас нашел! — воскликнула я.

— Кто? — голос брата снова звучал хрипло после сна.

— Киллиан, мой любимый дракон! — гордо ответила я.

Решетка через несколько мгновений просто отлетела в сторону. Мы с Хейнером вздрогнули, но знакомый голос сразу меня успокоил:

— Рубина! Вот ты где! Напугала меня, ведьма! Кто это с тобой? — спрашивал Киллиан, поднимая нас на ослабевшие ноги.

— Хейнер нашелся! — поделилась радостью с любимым драконом.

— Хорошо! Идемте, гора может в любой момент рухнуть. Я снес всю верхушку, ярость придала мне сил! Зато теперь совсем не чувствую слабости. Очевидно, на вершине горы был установлен древний артефакт, вытягивающий магию или содержалась порода, из которой их изготавливают, — Киллиан рассказывал все это, помогая нам с братом выйти из жутких пещер.

— А Теско ты нашел?

— Я нет, тебя искал, но со мной императорские солдаты. Они обыскивают все камеры и вытаскивают всех пленников. Оставить бы Ананту здесь, но я обещал притащить ее к императору. Дегэйер сам хочет поквитаться со своей фавориткой.

— Будем надеяться, что Теско найдут, — ответила я. Об Ананте даже думать не хотелось.

На выходе собралась целая толпа изможденных узников.

— Кинуть бы ее им на растерзание, — кивнул Киллиан сначала на Ананту, а потом на ее бывших заключенных и, понизив голос, добавил: — убитых еще больше, чем спасенных. Многие просто погибли от истощения.

Я промолчала, на языке крутились лишь неприличные слова. Была бы моя воля, Ананта осталась бы навечно единственной пленницей Черной скалы. Хейнер тоже молчал. Хорошо, что еще не рассвело. Ему и предрассветные сумерки не давали нормально открыть глаза. Но восстанавливающее зелье сделало свое дело. Он мог стоять на ногах, поражаясь тому, что Кил разрушил целую гору. А я гордилась своим любимым золотым драконом, прижималась к нему и счастливо улыбалась, радуясь тому, что он рядом.

— Кил, у тебя все хорошо? Ты цел? — спросила дракона, который в ответ прижимал меня к себе. — Тебя не ранили?

— Все хорошо, на мне ни царапины.

— Тогда можешь отдать зелье? Не потерял? — дракон мотнул головой и протянул мне пузырек, который держал во внутреннем кармане.

Взяла пузырек и обратилась к Теско. Тот выглядел даже хуже моего брата. Лицо заплыло от бесконечных побоев, он совсем ничего не видел и не мог встать из-за переломанных ног, но отозвался на мой голос, узнал его. Помогла и Теско с восстановлением. Для остальных у меня, к сожалению, ничего не было. Во всяком случае с собой.

Император приказал доставить всех пленников в столицу. Нам пришлось отправиться туда же. Мы с Килом и не собирались отказываться, оба жаждали проследить за доставкой и наказанием Ананты. Я из-за брата, Кил из-за меня.

Он признался, что испугался за меня. Говорил, что подумал, меня уже нет на этом свете, когда Ананта заговорила о мести. Чуть сам тогда не убил драконицу, и она призналась, что я в особой темнице.

Нам с братом позволили не являться во дворец. Старик явно не хотел меня видеть, дабы не искушать золотого дракона, пока не уплачен долг жизни.

Когда госпожа Штрудель увидела замученных Хейнера и Теско, долго причитала и постоянно старалась подкормить. Мы пробыли в столице еще дней десять, пока велось следствие и вершился суд. Заодно я выходила больных мужчин. Остальным узникам помогли императорские лекари.

Всех пленников Ананты, независимо от тяжести их вины перед империей в конце концов приказали отпустить, а ее саму и ее подельников император велел отправить на каторгу. И мне их совершенно не жаль.

Главное, что мы добились договора о вечном мире с империей. Мало того: этот договор будет действовать не менее ста лет, и будущие наследники не смогут его нарушить, иначе и их коснется магическое проклятие.

После империи Киллиан отправился к нашему королю, чтобы передать договор, но сначала помог добраться нам с Хейнером домой.

— Готовься к свадьбе, ведьмочка моя, — сказал, прощаясь, Киллиан.

— Сначала надо доучиться, хотя бы этот год, — выпрашивала я. Чувствовала, что еще не время для свадьбы.

— Тогда до встречи в академии, любимая моя!

Побыла дома какое-то время. Очень счастливое время! Но сердце было не на месте.

Поэтому еще через неделю я запросилась у родителей и брата отпустить меня в академию. Мне, как спасительнице, было позволено все, кроме как пропадать надолго. Пообещала часто присылать магических вестников.

Не зря я волновалась. В академии меня ждал большой сюрприз.