Глава 58

С самого детства я ненавидела больницы. Тоскливые простерилизованные коридоры, тревожные лица, на которых уже давно не было искренней улыбки, равнодушные деловитые врачи.

Мне казалось, что любой человек, переступивший порог больницы, в один миг переставал принадлежать себе и подчинялся каким-то интуитивным правилам — чем равнодушнее и злее ты становишься, тем больше вероятность выжить…

У гинеколога я была только один раз на плановом медосмотре в старших классах и до сих пор вспоминала это неловкое посещение с содроганием.

Но теперь всё было по-другому.

Роберт Алексеевич помог мне найти самого лучшего гинеколога, специализирующегося на ведении беременности. Сегодня должен был состояться мой первый прием. Я ждала его целую неделю, и теперь меня знатно потряхивало. Я подготовила для своего врача столько глупых вопросов и слёз…

Блять, как же просто теперь было довести меня до рыданий. Я могла расплакаться прямо в подъезде от вида мяукающего котёнка! А любое грустное кино или музыка превращали меня во всхлипывающую бесформенную размазню. Как же я бесила сама себя!

И да, того потрепанного несчастного котёнка я забрала к себе домой. Говорят, рыжие коты к удаче…

— Так вот, Александра, срок примерно пять-шесть недель. Для УЗИ пока рановато, но на следующем приеме будет в самый раз. Мы даже сможем записать сердцебиение вашего ребенка.

Моложавая женщина уверенным движением стянула с себя перчатки и отошла от гинекологического кресла.

Торопливо одевшись, я села за стол напротив врача, строчащего в моей карточке, и замерла, чувствуя, как внутри что-то стремительно переворачивается.

Сердцебиение?!

У этой малявки уже есть сердце?!

Откинув голову, я уставилась в белый потолок, пытаясь сдержать подступившие слезы. Но это было бесполезно.

Я снова рыдала…

Женщина в белом халате подняла на меня глаза и, слегка улыбнувшись, пододвинула коробку с салфетками и мягко проговорила:

— С ребенком всё в порядке. Он чувствует вас. И когда вам хорошо, то и ему спокойно. А если вы волнуетесь, то и он волнуется вместе с вами.

Глубоко вдохнув, я медленно кивнула и взяла со стола салфетку.

Теперь я была не одна. И отныне каждый мой вздох был посвящен этой крохе.

Интересно, а если бы Клим был сейчас рядом, как бы он повёл себя? Как вообще молодые отцы реагируют на подобную новость?

Мне кажется, он усмехнулся бы своей дерзкой наглой ухмылкой и молча положил бы свою широкую ладонь на мой пока еще плоский живот. А потом непременно поинтересовался бы у врача, как долго мы сможем заниматься сексом…

Всхлипнув, я посмотрела на врача. Пододвинув ко мне какие-то брошюрки, она рассказывала, как я должна вести себя в последующие месяцы. Витамины, питание и хорошее настроение — отныне моя жизнь должна была стать именно такой. Не так уж плохо. Ради этой малявки я готова была на всё. Даже стать счастливой.

— Отец ребенка будет присутствовать на УЗИ? — небрежно спросила врач, убирая в сторону мою медицинскую карточку.

Я невольно задержала дыхание.

Узнаю ли я о Климе хоть что-нибудь через пол месяца?

— Пока не знаю. Он в отъезде, — быстро ответила я.

Мне нравилось думать, что когда-нибудь Клим сможет прийти вместе со мной к врачу и услышать сердцебиение нашего малыша. И никакая реальность не могла убедить меня в обратном. Клим всегда будет с нами…

— Хорошо, жду вас через две недели. Если возникнут вопросы, звоните в любое время.

Женщина улыбнулась и протянула мне свою визитку.

Первый прием состоялся. Ребенок здоров. Это было именно то, что я хотела услышать. Но на сердце было тяжело.

Закутавшись в теплую кофту, я выскользнула из кабинета и торопливо направилась к выходу. Я была погружена в себя и не видела никого вокруг. Больше всего на свете мне хотелось, чтобы рядом со мной сейчас оказался Клим. Чтобы он крепко обнял меня и, прильнув к губам, прошептал, что всё будет хорошо.

Как же мне его не хватает…

Выйдя из больницы, я отошла к скамейке. Обхватив себя руками, я замерла, глядя куда-то вдаль.

Сердце щемило от невыносимой грусти. Я очень скучала по Климу… Но в то же время внутри меня всё клокотало от волнения. У меня будет ребенок от любимого мужчины! Частичка Клима навсегда останется со мной…

Сжав зубы, я торопливо вытерла кончиками пальцев навернувшиеся слёзы и глубоко вдохнула. Пора с этим завязывать! Я должна быть сильной ради этой малявки! И когда он или она родится, я постараюсь, чтобы наша жизнь стала счастливой и безмятежной.

Мы будем постоянно смеяться, смотреть в звездное небо, тискать разжиревшего рыжего кота… У нас впереди столько важных и интересных дел.

И мы будем счастливы. Даже если вдвоем.

— Саша…

Легкое эхо коснулось меня.

Обняв себя крепче, я зажмурилась. Мне до дрожи хотелось обернуться на этот звук, похожий на дуновение ветра, но я запретила себе.

Я уже столько раз разочаровывалась.

Мне так часто слышался тихий голос Клима и столько раз я видела его в случайных прохожих, что теперь лишь до боли прикусила губу и замерла.

Сейчас меня отпустит. Я обернусь и увижу за спиной какого-нибудь незнакомого парня. Или где-то неподалеку отец зовет своего ребенка с таким же именем, как и у меня.

Вариантов море.

А мне пора перестать верить в чудо.

— Сашка…

Я почувствовала на своем затылке дыхание. Чьи-то руки скользнули по моему телу и сомкнулись на талии.

Распахнув глаза, я в полуобморочном состоянии смотрела прямо перед собой. Как же мне хотелось, чтобы это видение длилось вечно.

— Клим?..

Дрожа всем телом, я позволила себе озвучить самое сокровенное желание.

И когда парень за спиной резко развернул меня и впился чернющими глазами в мое лицо, я сделала то, что и полагается любой беременной женщине.

Я потеряла сознание.

— Саша, очнись!

До боли знакомый голос и теплые ласковые руки быстро привели меня в чувство. Судорожно вдохнув, я открыла глаза и уставилась на Клима, нависшего надо мной.

— Ты как? Видишь меня?

Клим тревожно вглядывался в меня своими темными, как ночь, глазами.

— Вижу, — медленно ответила я. — Я в раю?

Клим подхватил меня на руки и осторожно уложил на скамейку.

— В рай я вряд ли попаду, так что ты всё еще на земле, принцесса, — усмехнулся он.

Жадно разглядывая меня, Клим торопливо скользил рукой по моему лицу, шее, ослабевшему телу. Он как будто пытался убедить себе в том, что я настоящая, из плоти и крови.

Я не отставала. Ладонями я торопливо исследовала его всего.

Клим здесь.

Я просто не могла поверить в это.

Может, я всё еще сплю?7d423c

— Почему ты пришла в больницу? С тобой всё в порядке?

Клим опустился перед скамейкой на колени, не сводя с меня напряженного взгляда.

Его заметно потряхивало.

Я обхватила ладонями родное исхудавшее лицо и улыбнулась.

— Всё хорошо. Теперь всё хорошо.

Жаркий страстный поцелуй накрыл мои губы прежде, чем я успела сказать что-то еще.

Клим целовал меня, как в последний раз. Положив тяжелую руку мне на живот, он со стоном впился в мои приоткрытые губы.

Я вдыхала запах любимого мужчины и жадно отвечала на торопливые ласки, сходя с ума от разрывающих меня чувств.

Как же я скучала…

— Если всё хорошо, то какого хрена ты здесь?

Оторвавшись от моих губ, Клим смотрел мне прямо в глаза.

Он заметил всё — и мою нездоровую худобу, и синяки под глазами, и заплаканные глаза. Но я по-прежнему оставалась для него самой красивой и желанной…

Прикусив губу, я уставилась на Клима. Как же часто я представляла себе этот момент…

— Я жду ребенка. Пять недель, — еле слышно прошептала я, не сводя глаз с красивого лица Клима.

Я видела, как расширились его глаза, как дрогнули губы в ослепительной несдержанной улыбке…

— Ты беременна? — ошеломлённо переспросил Клим, продолжая сжимать меня в своих объятиях.

— Да, — счастливо рассмеялась я, осторожно приподнимаясь на скамейке.

Клим слегка отстранился и заторможенно уставился на мой живот, прижимаясь ладонью к самой его середине.

— У нас будет ребенок?.. — как-то растерянно спросил он, кончиками пальцев благоговейно касаясь моего тела.

— Да… Да! — я захлебывалась от слез и смеялась одновременно.

Обхватив Клима руками, я усадила его на скамейку рядом с собой и крепко прижалась к широкой груди, чувствуя, как бешено в унисон бьются наши сердца.

— Через восемь месяцев ты станешь папой и только попробуй снова сбежать! — зажмурившись от счастья, простонала я ему в шею.

Тихий вибрирующий смех Клима заставил мои внутренности сладостно сжаться.

— Сашка… Девочка моя… — прошептал он. — Прости… Я больше никогда не оставлю тебя одну. Я всегда буду рядом, слышишь?!

Прижав меня к себе, Клим нашел мои губы и накрыл их горячим поцелуем — жадно, настойчиво, нетерпеливо…

И с каждым новым вздохом я чувствовала, как напряжение и страхи последних недель постепенно отступают, и солнце внутри меня стремительно разгорается, заполняя каждый темный закоулок души ослепительным светом.

Теперь я была не одна.

Нас было трое.

Утопая в крепких объятиях любимого, я снова ревела.

И не было ничего слаще этих слёз.