25

Видимо я отключилась и в отключке забралась на Шувалова. А как еще объяснить, если открываешь глаза, он тебя на руках держит и физиономия близко?

— Может еще нашатырь? — где-то рядом слышится встревоженный голос Коли.

— Больше не нужно, очнулась — все хорошо, — отвечает Игорь Алексеевич изучая мое лицо непонятным пристальным взглядом.

— Кому нашатырь? Мне? Мне не надо, я не хочу никакого нашатыря! — возмущенно протестую, слезть с рук почему-то не тороплюсь. Мне вообще вдруг взбрело в голову поделиться с Шуваловым распирающей меня радостью. Повозилась, чтобы угнездиться поудобнее, улыбнулась на все тридцать два зуба и доверительно спрашиваю:

— Видал сколько у меня теперь денег? Класс!

— Да, теперь ты девушка состоятельная, — сдерживая улыбку соглашается Игорь Алексеевич. Возвращать меня богатую, на землю, пока не пытается. Ну и хорошо, мне удобно, еще поболтаю.

— Все, что за картины выручила, — Кольке отдам. И то, что за два года накопила на карточке. — Отдам тоже. Пусть покупает машину, а излишки в свою мастерскую вложит.

Зато наличка у меня останется, все десять тысяч рублей. Новое платье….

Тут сообразила, что меня понесло, куда не следует. Разоткровенничалась, пора прекращать. Хочу попросить, чтобы на ноги поставил.

— Лиза, у вас с Соней будет первая в жизни презентация. Я бы хотел…

Не знаю, чего он хотел, Сонька влезла.

— Правильно хочешь. Давай кредитку. У меня на счету есть немного денег, но они нам для других целей понадобятся. — справа от нас деловито протараторила рыжая сестренка Игоря.

Хотела выяснить, начерта ей кредитка сдалась и каким образом она с презентацией связана, но в этот момент за остатками Колиной машины приехал эвакуатор. Коля с Сергеем пошли показывать, что за металлолом на него загружать, Сонька за ними увязалась. Игорь Алексеевич с неохотой, осторожно поставил меня на тротуар, посмотрел на часы и сказал:

— Мне пора ехать, время поджимает. Лиза, я надеюсь ты сдержишь обещание, вечером подъедешь со мной к родителям?

— Подъеду раз обещала. Разок пообщаюсь, лет на пять от тебя отстанут, — заверила Игоряшу, переминаясь на слегка затекших ногах. А что, почему не сделать человеку приятное? Вон у меня как все замечательно, пусть всем по кусочку счастья достанется!

Игорь вздохнул, пробормотал: “надеюсь”, попрощался до вечера, и поспешил убраться восвояси. Настя по телефону с каким-то филиалом ругалась, Сонька как приклеенная таскалась за Колей, Люда что-то втолковывала взлохмаченному фотографу. Я просто так без дела стояла, втягивала носом загазованный воздух и пыталась проанализировать все, что со мной успело приключиться за неполный день. Страшно интересно, кто этот анонимный покупатель, который на картины позарился? Я к своим работам критично отношусь, понимаю — акварели у меня все сильные, а вот холсты, те которые мы с Настькой второпях по ошибке приволокли на Тверскую, они не просто слабые, они…. Мазня, а не картины короче. Хотя Артему вон тоже понравилось….

Зависая в своих мыслях пропустила момент когда эвакуатор успел загрузиться и начал потихоньку отъезжать. В реальность вернул Колька, подкрался неслышно гад и в ухо сказал:

— Лизка! Ты самая лучшая в Мире сестра! Но денег никаких я у тебя не возьму. Не развалюсь, поезжу полгода на общественном транспорте, а там….

— Возьмешь, куда денешься! Начнешь выпендриваться, я у тебя все подряд отберу: хоккейную форму, футбольный мяч, сноуборд, новый планшет и еще чего под руку попадется. Маме начну каждый день жаловаться, музыку среди ночи врубать и разговаривать с тобой не буду! Не нарывайся! А деньги всё равно сразу на твой счет придут, я уже договорилась с Настей. Коль, давай не будем из за этих денег ругаться, пожалуйста. Мне самой на фиг столько не надо, я ведь для тебя… Хочешь чтобы заплакала? Могу.

Братик обнял меня и поцеловал в лоб.

— Ладно, хватит возмущаться. Возьму, но только в долг. За пару лет расплачусь с тобой, а в качестве бонуса, отправлю на месяц в Венецию, как ты мечтала — порисовать. Правда я и так хотел это сделать, с первой свободной суммы, которую не надо в оборот вкладывать.

— Коль, давай лучше как только появится возможность маму с папой путешествовать отправим! Прямо куда захотят! Так хочется, чтобы они отдохнули как следует!

— Сам об этом сто раз думал, — признался Коля.

Сонька к нам не подходила, тактично в сторонке перетаптывалась, дала возможность

пообщаться. Я посмотрела как она на ладошки дует, замерзла видно.

— Коль, — тихонько толкнула братика локтем, — иди согревай свое рыжее счастье. Пока в сосульку не превратилась. Колька послушался.

А минут через пять, Настя закончила ругаться с филиалом, Люда отвязалась от фотографа, он галопом к метро поскакал, Коля отцепился от Соньки, уточнил, где нас искать во второй половине дня и поехал к себе в мастерскую.

На вечер у них с Соней театр намечен, а у меня цирк с конями. Под названием ” Убеди родителей Шувалова”. - хмыкнула про себя.

Дальше все пошло своим чередом, Настя объявила, что стилисты, визажисты уже на месте, нам пора лететь на Площадь Ильича, готовиться к интервью.

К машине бросились наперегонки, всем хотелось поскорей убраться с этого перекрестка. Минуты не прошло, я уже сидела в салоне, между Соней и Людочкой. До светофора доехали молча, потом я тихонько спросила у Сони, насколько трудно общаться с ее родителями?

— Совсем вроде не трудно, — рассеянно ответила Сонька, — с ними иногда даже интересно поговорить, особенно когда вспоминают юность, они тогда неформалами какими-то были. Папа брейк-данс крутил, прически носили странные. Потом конечно остепенились…. Но иногда что-то неформальное проскальзывает. Особенно сейчас, когда все дела Игорю сбагрили.

— Забей! — подала голос Людочка, — не надо никаких родителей бояться, ты у нас талантливая и красивая, а после Татьяниных мастеров вообще распрекрасная будешь, все с ума сойдут.

Я так и не поняла к чему она это сказала?