Глава 54. Аня

– Добрый вечер, я Градова Анна, мне назначено… – обращаюсь к охране на первом этаже. С первого взгляда все выглядит прилично. Даже слишком прилично, я почти готова выкинуть все переживания из головы. Этого не дает сделать Олеся фразой: – Все выглядит подозрительно. Обе ладони сжимаю в кулаки. Может, брать ее с собой не было такой уж и хорошей идеей? В раздевалке снимаем верхнюю одежду и проходим в зал, который только-только наполняется. Скажем, почти никого нет. – Выбирай столик и сиди, жди меня, – прошу и иду на поиски администратора смены. В спину летит: «Будь аккуратной!» Из огромных колонок начинает доноситься клубная музыка, вгоняя в танцевальный транс. На импровизированной сцене выставлена аппаратура и вертушки. О Матвее думаю. В памяти воскресает наш случайный и безумный поцелуй в коридоре примерно такого же клуба. Машинально растягиваю губы в ностальгической улыбке. – Анна? – оборачиваюсь на звук своего имени. Девушка немногим старше меня окидывает критичным взглядом. Киваю, пытаясь понять, откуда черты ее лица мне кажутся знакомыми. – Пройдем за мной, – сразу переходит на «ты». Ну ладно… Для порядка могла бы вообще представиться. Хотя бы улыбнуться! Девушка ведет меня за сцену. Немного напрягаюсь, еще и в мыслях слова Леси крутятся: «А если тебя закроют в подсобке?» – Гримерка, туалет и душ по соседству. Сценический костюм найдешь в шкафу. Все чистое, только что из прачечной. – А… – вопрос возник. Администратор перебивает жестом. – Смена начинается через час. Продолжительность четыре часа. Деньги на руки после смены. Если и тебя, и нас все устроит, работа два через два. – Спросить хотела… Вновь этот жест. Что-то меня в этой ситуации напрягает. Пусть и выглядит все вокруг чисто, аккуратно. Видно, что не клоповник. – Перерыв не больше десяти минут спустя два часа. Ты же не куришь? – Нет, – мотаю головой, будто бы оправдываюсь и боюсь, что она мне не поверит. Девушка прищуривается и слегка вытягивает губы. Вычисляет. – Хорошо. От тебя не должно пахнуть дешевыми сигаретами. Уходит, мимолетно оценив меня и мой внешний вид. Захожу в гримерку и въедливо изучаю каждый уголок. Начнем с того, что пахнет приятно. Чистящее средство без яркого запаха хлора. Теперь, как хозяйка, вижу разницу. На столиках все чисто, убрано. Нет следов тоналки, забытых стринг и недельных кружек из-под чая. Мусорные ведра пустые. «Как дела?» – пробегаюсь взглядом по входящему сообщению от Олеси и скидываю ей быстро сделанный снимок небольшого подсобного помещения. В ответ – смайлик «большой палец вверх» Кажется, мы обе несколько расслабленно выдохнули. Матвею тоже отсылаю сообщение с вопросом, как он. Градов отправляет мне селфи: Мот, вертушки, спущенные на шею объемные наушники. «Сфоткай себя!» Блин! «Не отвлекай. Я занята», – пишу. «Мне было бы легче работать». Ох, Матюш, далеко не легче… Еще раз окидываю броским взглядом гримерку. Ну ни одного места, где можно было бы сфоткаться и не вызвать подозрений. Приходится оставить просьбу мужа невыполненной. Из шкафа беру шорты и топ. Все в блестках, стразах. Довольно коротко, но этого и следовало ожидать. Наношу яркий макияж. Волосы распускаю. В зеркале почти не узнать Аню Исхакову. Градову, то есть. Спустя полчаса приходят другие девчонки. Мы знакомимся поверхностно. Видно, что откровенничать с новенькой у них желания нет. Да и я не та, кто открывает душу нараспашку первым встречным. Выходя в зал, обнаруживаю, что людей стало раз в десять больше. Толпа. Из-за ярких разноцветных софитов сложно понять публику. – Тебе туда, – говорит администратор и показывает наверх. Металлические конструкции, куда можно попасть по такой же металлической лестнице. Три девушки уже танцуют. Свободно одно место – мое. Каблуки высокие. Уже начинаю думать, что мои мышцы откажутся работать после получаса активных танцев. Диджей крутит какую-то слишком быструю электронную музыку, пусть и довольно неплохую. У парня есть вкус. Не такой, разумеется, как у мужа, но сойдет. – Через два часа охрана на втором этаже даст отмашку на перерыв, – бросает последнее и уходит. В животе крутит от волнения. С первым битом, когда делаю круговые движения бедрами и ловлю на себе массу людских взглядов, топлю под кожу смущение и тревогу. Все же идет, как положено?… * * * – Эй, темненькая, перерыв! – свистит парень-охранник. Его глаза наливаются чернотой, стоит ему опустить взгляд на мои колени. Урод. Я замужем! Прохожу мимо него, одарив уничтожающим взглядом. По лестнице спускаюсь, как на ходулях. Стопы, ноги, даже мизинцы гудят и ноют. Учитывая, что тело привыкло к танцевальным нагрузкам, сейчас все мои мышцы пекутся в адовом котле усталости. А еще два часа осталось… Внизу уже поджидает та неприятная особа. – У тебя перерыв. Можешь пойти в гримерку и отдохнуть. У бара к заказу для сотрудников только соки и вода, – администратор клуба говорит безучастно заученный текст. – Спасибо, – отвечаю из вежливости. Мысленно говорю, что она мне не нравится. У бара пусто. Заказываю бутылку воды и перевожу взгляд на сцену. По спине и плечам сбегаются мурашки. Чей-то мутный, неприятный взгляд касается моей кожи. Настойчиво, как тяжелые печати. – Угостить чем? – слышу знакомый голос. Повернуться боюсь. Темные воспоминания обрушиваются вихрем: близкий друг, вечеринка, разговоры и выпивка. Я пила только вино… – Аня Исхакова? – спрашивает удивленно и поднимается в полный рост. Роберт едва выше меня, но остался коренастым и спортивным. Та же длинная светлая челка и очки в модной оправе. Теряю дар речи и чувствую себя парализованной. Моргаю с трудом, как и дышу. – Сколько лет, сколько зим! Ну ты даешь, подруга. Молча перевелась, пропала… А я скучал! – … Привет, – шевелю губами. Во рту пересохло от страха и напряжения. Оглядываюсь к столику Олеси. Ее там нет. И где черти носят эту новоиспеченную Крылову, когда именно сейчас так нужна? – Ну так, где ты пряталась все это время? Дергаю уголком губ, пробуя улыбнуться. Роберт Шо – отпрыск ректора института, где я училась. Избалованный мажор, каких поискать, но в тот момент я ни о чем не подозревала, поскольку не почувствовала никакой опасности от него. Более того, мне казалось, что мы друзья. – Не пряталась. Вспоминаю все, что он говорил своим реальным друзьям обо мне. В тот вечер, когда они думали, что я сплю после вина, накачанного наркотиками. – Как дела-то вообще? – Двигается ближе. Успеваю почувствовать первые позывы рвоты от знакомого парфюма. – Хорошо. Я пойду. Рада была повидаться. И желаю больше никогда не встречаться. Роберт кладет руку мне на запястья, почти хватает. Его влажная ладонь бросает в прошлое. Она была на моем теле. Он трогал, касался, сжимал и царапал. Я притворялась спящей под конской дозой токсических веществ. Отчасти это так и было, но помню все отчетливо, в красках. – Слушай, Анют, давай как-нибудь встретимся? Год прошел, ты никак не давала о себе знать… Так и не понял, что же произошло. Обидел тебя чем? Мы же… Друзья. Тошнота усиливается. Желудок выбрасывает к горлу горечь. Столбенею, стоит Шо положить свою руку мне на поясницу. Раньше мы ходили с ним так по институту. Я правда считала его другом, и моя вина, что такой парень дружить не умеет, да и девушки для него – расходный мусор. Неладное заподозрила, когда в любви мне признался и ждал ответных слов. А я… «Какая любовь, Роберт? Мы друзья. Да и нравятся мне совсем другие парни». Какие, пока не знала, но точно не такие, как Шо. – Мы не друзья, Роберт. И ты прекрасно это знал, – пробую вырваться. Его хватка несильная, но довольно настойчивая. Учитывая мое состояние, я по-прежнему будто в ловушке его паучьих, клейких пальцев. И где, черт возьми, Леся? Самое время появиться. Нутро подсказывает, что на людях Роберт ничего не сделает. Он привык совершать свои подлости в тишине. Но если он пойдет за мной? Узнает, где я живу? Придет за мной в институт? Да просто решит закончить начатое? В прошлый раз ему это не удалось, а я ждала, пока он переключится на другой объект. Только тогда перестала оглядываться. – А я считал, что мы друзья, – голос Шо меняется стремительно, – потом влюбился в тебя. Ты отвергла… Его взгляд не дает мне увернуться. Приковывает крепкими цепями и вводит в гипноз. – Никого никогда не любил, а тебя… – Любимые так не поступают, Роберт. – Ты не оставила мне выбора. Беззвучно хнычу. Помощи вновь нет. Я одна. Вокруг потные и пьяные. Чья-то рвота справа, слева Роберт. Наваливается сверху. Я обездвижена. Веки прикрыты, иногда медленно открываю глаза. Борюсь с тошнотой, вспоминая все приятные запахи, и считаю про себя до десяти. «Сейчас ты меня полюбишь…» «Никто не вправе мне отказать, Анечка». «Сука, как ты пахнешь невинностью». Проваливаюсь в темноту. Потом удар. Не в меня. Начинаю дышать полной грудью, и больше не чувствую парфюма Роберта. Опускаю взгляд на свои руки, ладони трясутся. Еле стою на ногах и могу рухнуть в следующую секунду. Сдались мне эти семь тысяч? Если бы только знала, что смогу встретить свой кошмар из прошлого, то духу бы моего здесь не было. Шо, по слухам, укатил в Европу! Папочка слил сыночка, когда на вечеринке Роберт и его друзья изнасиловали студентку его же института. Замять не получилось… – Ты в порядке? – Леся подбегает и обнимает. Я начинаю «просыпаться». С глаз сходит морок. Только и вижу теперь, как мой муж, Градов Матвей, раз за разом колотит Роберта по лицу, как грушу. Охрана оттаскивает Мота от полуживого урода (чтоб он сдох), а Матвей пробует вырваться. На меня смотрит с таким гневом, что все, что было между нами раньше: ссоры, подставы, ненависть, – покажутся цветочками. Матвей меня убьет. Или разведется. Если встанет выбор, я, не раздумывая, приму первый вариант. Шагаю к мужу вопреки тонне злости, которую он безжалостно швыряет в меня. – Прости… – Даже не думай сейчас ко мне подходить! Не смей!