Глава 857 Последнее посещение Соломоновых

— Зачем он меня вызывает, — изо всех сил сохраняя спокойствие, спросил Волков, поправив ворот на рубашке.

— Я не знаю, ты сам узнаешь, когда придешь к нему, – ответил парень.

Волков больше ничего не стал спрашивать, Итон из-за сегодняшнего видео вызывает его, чтобы тот объяснился, что может быть еще? Глубоко вздохнув, Волков пошел в кабинет к ему. Подойдя к его двери, он постучал. Тут же раздался голос Итона: «Входи!» Волков толчком открыв дверь, вошел внутрь кабинета.

Итон разговаривал по телефону, увидев его, он показал ему рукой, чтоб тот сел. Волков выдвинув из под стола стул, сел на него. Внутри ему было страшно, но внешне он оставался спокоен. Чины низшего уровня сильны, не говоря уже о высших чинах. Столкнувшись со своим начальником, он попал в крайне не выгодное для себя положение, сейчас он пойман, и может полагаться только на то, что Итон не сильно накажет его.

— Я знаю, — сказал Итон, положив трубку стационарного телефона.

— У меня нет оправданий.

— Как тебя наказать? — тут же сказал ему Итон.

В настоящий момент в Волкове все еще жила гордость, он не соглашался склонить голову.

— Обязательно должно быть наказание, — Итон откинувшись назад, холодно сказал ему, и очень быстро продолжил говорить, — не хочешь ли ты стать ответственным за дело номер 218? С сегодняшнего дня ты отвечаешь за него, через десять дней предоставишь мне результаты.

— Это, это и есть мое наказание? — Волков с округлившимися глазами, не мог поверить Итону.

— Да, — сказал Итон.

— Ты издеваешься? Хочешь наказать меня — наказывай, хочешь бить — бей! — Волков все еще не желал принимать доброе отношение Итона к нему.

— Это мое наказание для тебя, если ты чувствуешь что оно слишком легкое, то я ограничу тебя пятидневным сроком, — сказал Итон. Взяв чашечку чая со стола он, сделав глоток, почувствовал, что чай еще горячий и поставил чашку обратно на стол.

Волков немного горд и высокомерен, но у него есть способности к работе

Когда Итон был заместителем Соломонова, Волков не мог смириться с этим, все время чувствуя, что Итон стал заместителем только из-за исключительной заботы начальника и самонадеянно не признавал способности Итона.

Итон специально использовал почтовый адрес Волкова, для того чтобы отрезать ему пути отступления. Рима сейчас определенно считает, что Волков предал ее, у них теперь вражда, она, пожалуй, не будет больше с ним сотрудничать.

— Не пытайся подкупить меня, — Волков продолжал упрямиться.

— Для чего мне подкупать тебя? Я просто использую для этого дела пригодного человека, если плохо справишься с ним, не сомневайся, наказание обязательно последует. А если хорошо, что ж, продолжишь работать, — Итон ответил тому, слегка усмехнувшись.

— Ты не злишься на меня? — Волков не в состоянии понять, что, в конце концов, имеет в виду Итон, спросил его.

— Конечно, нет. Меня чуть не сняли с должности и чуть не завели дело на меня, скажи, как я могу злиться на тебя? Но, я ничего не сделал, руководство, естественно, во всем разобравшись, не стало бы меня увольнять. Я верю, в органы и верю в правительство. Что же касается до тебя, я не думаю, что ты плохой человек. Ты заострил внимание на мне, но у тебя тоже есть способности, только неоцененные по достоинству, — взгляд Итона внезапно стал острым и проницательным, — не задавался ли ты вопросом, что так происходит из-за того, что проблема в тебе?

Волков не ответив, промолчал.

— Прежде всего, твое поведение недостаточно порядочно. Ладно, у меня дела, иди, — в меру пожурив Волкова, Итон отпустил его.

Тот, бросив взгляд на начальника, встал и вышел из кабинета. Он без остановки размышлял надо словами Итона: проблема в нем самом?

После того как за Волковым закрылась дверь, Итон вздохнул с облегчением и, одев фуражку, тоже покинул свой кабинет. Ему только что звонил Соломонов, который просил о встрече. Должно быть, он узнал, что произошло сегодня.

Выйдя из полицейского участка, Итон сел в машину и поехал домой к Соломонову. Он был здесь недавно, но после сегодняшнего дня, вероятно, этот визит будет последним.

Подойдя к двери дома Соломоновых, Итон поднял руку и постучал в дверь.

Сейчас у того дома находился он сам и Рима. Соломонов увез свою жену, потому что знал ее характер и знал, что она непременно будет защищать дочь.

— Входи, — дверь открыл Соломонов.

Итон, поджав губы, вошел в дом.

Соломонов, закрыв дверь, налил два стакана воды, один из которых поставил перед Итоном.

— Мне уже все известно, — присаживаясь, сказал он.

Итон не стал отвечать, потому что знал, что Соломонов еще не закончил говорить.

— Я несу ответственность за это дело, ведь я плохо воспитал дочь, — и в самом деле, Соломонов продолжил говорить.

— Рима! — Соломонов крикнул тяжелым и мрачным голосом. — Принеси Итону свои извинения, — сказал он ей, когда та подошла.

— Я не... — Рима заупрямившись, не хотела согласиться на это, но прежде чем она договорила, Соломонов отвесил ей мощную пощечину.

— Моя честь и репутация полностью утрачена из-за тебя, сделав такой гадкий и подлый поступок, ты смеешь огрызаться? Это уже просто ни в какие ворота не лезет! — Соломонов гневно наорал на дочь.

Итон, сделав вид, что не видел этого, подняв стакан с водой, отпил глоток.

— Отец, ты ударил меня? — Рима закрыла лицо руками, ее глаза наполнились слезами, она немыслимым взглядом уставилась на отца.

Он не бил ее с детства, но сейчас начал распускать руки?

— Я твоя дочь! — глаза Римы покраснели.

— Вот именно, моя дочь! Поэтому я бью тебя, жалею, что не начал проучить тебя раньше, иначе ты бы не творила таких злых дел!.