Глава 7

Илья – Кто это был? – Ты о ком? – О той девушке, – мы уже подъезжали к городу, когда Лиза решила заговорить. – Прошлое, которое совсем не радо меня видеть. – Очень интересно. А ты, значит, рад? Да, я был рад. И сейчас очень рад, что встретился с Женькой. Только обстоятельства обернули нашу встречу в не очень приятную. Но я всё же надеялся и верил, что Женька успокоится и мы сможем нормально поговорить. Я ей всё объясню, но вот станет ей легче от этого? Я в тысячный раз пожалел, что подписался под этот проект и лично приехал. И Женька была права, мне ничего не мешало навещать друзей. А я просто решил забить и строить свою жизнь без них. – Возможно. Лиз, если ты хочешь что-то конкретно узнать, спрашивай прямо, не ходи вокруг да около. – Хорошо. Со стороны ваша встреча показалась не только радостной, но ещё и интимной. – Чего? – я аж повернулся к ней полубоком. – Илья, я не слепая и не дура. Прекрасно видела, как ты на эту девушку смотрел… даже мне не всегда такой взгляд перепадал. – Перестань. Тебе показалось. С Женькой связано моё бурное прошлое, моя молодость. Лиза отвернулась к окну и скрестила руки на груди. Не поверила. Я бы сам не поверил, если бы видел эту картину со стороны. Но мне было плевать. И сейчас плевать. Я никому ничего не обещал и никому ничего не должен. – У вас что-то ещё есть, кроме прошлого? – Что? Лиз, заканчивай. Я не в том настроении, чтобы выслушивать глупости. – Ты сам сказал: спрашивать прямо. – Да, и я ответил. Заканчивай! – рыкнул, чтобы быстрее закончить бесполезный разговор с примесью ревности. – Но… – И ревность твоя мне неприятна. Давай спокойно поужинаем, потом мне надо будет немного поработать. – Я тебя услышала… Какие планы на завтра? Мне всегда нравилась Лизкина сдержанность. Ей не надо было повторять дважды свои просьбы и желания. Но неприятный осадок остался. В двух словах рассказал ей про завтрашние планы. И сразу предупредил, что завтра она останется одна. К сожалению, на развлечения времени катастрофически не будет. – Хорошо, придумаю, чем заняться. Приятно поработать, – лёгкая горечь проскользнула в её голосе. – Умница. И, Лиз… – Да? – я повернул двумя пальцами её подборок, заглядывая в слегка раскосые глаза. – Спасибо за понимание. ***Горячий душ приятно плавил мышцы. Не знаю, сколько я вот так в одном положении стоял и смотрел в одну точку. Больше двух часов я сидел за документами, пока в глазах не стали плясать чёрные точки, а шею сводить ломота. Сейчас же я просто наслаждался тишиной, гнал любую мысль, не позволяя сознанию начинать усердную работу. – Через полчаса я буду готова, – Лиза сидела у изголовья кровати в окружении многочисленной косметики. – Хорошо. – Может, отключишь телефон на вечер? Проведём время в тишине… Лиза нанесла крем и стала плавно растирать по лицу. В одном кружевном белье она смотрелась шикарно. А я поймал себя на мысли, что вся эта сцена выглядит уж очень по-семейному. И вроде бы неплохо, но всё же было НО! Брак пока не входил в мои планы. – Это моя мечта – хоть несколько часов не отвечать на звонки. Увы и ах… – кинул влажное полотенце на ближайший стул и взял телефон. Несколько пропущенных звонков из головного офиса и один незнакомый, на почтовый мейл пришло несколько писем. – В отпуск хочу. – И я. Лазурный берег французской Ниццы или Бали! Только не наши курорты, – Лиза сморщила носик, выискивая в бардаке на кровати карандаш. – Тебя избаловали деньги. – И что в этом плохого? – Надо быть проще. Вся моя юность прошла на этих тобой не любимых курортах. И поверь, ничего лучше для меня не было и не будет. Мобильный снова ожил стандартной мелодией. Лиза фыркнула, а я вышел на балкон в одних шортах. – Слушаю. – Эээ… Привет. Я сразу узнал её голос. Улыбка сама расползлась на лице. – Привет, Женька. – Не отвлекаю? – Нет. Я рад твоему звонку. Облокотившись на перила, превратился в абсолютный слух. Женя тихо вздохнула, а я мысленно стал её подгонять, меня разрывало любопытство. – Мы можем увидеться? – скороговоркой выдала она. – Конечно, во сколько ты завтра сможе… – Нет, Илья. Сегодня. Вот это поворот. От такого заявления аж немного завис. Не раздумывая, согласился. – Да. Давай. Через час нормально? – Да, отлично. Спасибо. – Было бы за что. Я наберу тебя, как подъеду. – Хорошо. Пока… – До встречи, Женька, – это я уже прошептал, когда она положила трубку. Солнце медленно приближалось к горизонту. Из ярко-жёлтого небесное светило окрасилось оранжевым, а его жар стал спадать. Лёгкий ветерок с моря дул прохладой, а горожане медленно прогуливались по главной площади возле гостиницы, которая стала моим домом на короткий срок. Быстро вернувшись в номер, стянул с вешалки белую футболку и удобные лёгкие джинсы. Устал от делового стиля, от вечного галстука и рубашек. – Я ещё не готова. – Э. Лиз. Тут такое дело… – начал, застёгивая часы на руке. – Не нравится мне такое начало, – выгнув бровь, Лиза подалась вперёд. – Мне надо отъехать. Не знаю насколько, но дело серьёзное. Справишься без меня? – Зашибись. А что за дело? Быстро накатал сообщение водителю, чтобы подогнал машину ко входу в гостиницы, оставил документы и был свободен до завтра. – Я же сказал: важное. Не скучай, – быстро чмокнул Лизу в щёку и, пока она не стала дальше допытываться, вышел из номера. ***Подъезжая к посёлку, набрал Женю. Мы договорились встретиться на крыльце запасного выхода дома культуры. И всё же я думал, буду первый, когда увидел её одну. Женька сидела, поджав под себя одну ногу, и смотрела на бесконечную линию горизонта. – Держи, – протянул картонный стаканчик с кофе. – Спасибо. Я мягко приземлился рядом, строя различные догадки нашей встречи. Женя долго молчала и маленькими глотками пила горячий напиток. Решив, что торопить не стану, сам завис на красоте вечернего моря, словив полный релакс. – Не разрушай мою жизнь… – Прости, что? Полными слёз глазами Женька смотрела на меня и ждала. А я понятия не имел, что она хочет, о чём говорит. – Илья, этот дом культуры не просто моя работа, это моя жизнь. А ты приехал и… Пожалуйста, ради всего святого, ради прошлого и ради детей, умоляю, не сносите… На последних словах Женька стала задыхаться и свободной рукой вытирать потоки влаги на щеках. А у меня сердце сжалось до размера ореха. Я смотрел на зарёванное лицо и не знал, что делать. Схватить её и утешать, как малышку, пока спазмы и слёзы пройдут. Или с ходу наврать, или, что ещё хуже, сразу обрубить всё на корню и уйти. Но я не хотел уходить! И не хотел, чтобы Женька плакала. – Пойдём, – не спрашивая, взял за руку и повёл к морю. Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в ярко-оранжевый цвет. Чёрное море сегодня было совсем не чёрное. Оно радовало своим спокойствием, а чистая прозрачная вода так и манила искупаться. Пляж пустовал, но я вдалеке видел гуляющую парочку с собакой. Можно хоть кричать, нас никто не услышит. Отпустил руку Женьки, скинул лёгкие мокасины, подкатал джинсы и только тогда обернулся на неё. Простой хвост на голове, ни капли косметики и красивые карие глаза с длиннющими ресницами. Женька, ещё будучи мелкой, уже была красавицей. Помню, как друг однажды жаловался, что тяжело ему придётся с толпой женихов сестры. – Пошли ноги намочим? Но я бы с удовольствием искупался. – Илья… – Давай, ты ведь никуда не торопишься? А я жуть как соскучился по морю, – мне не пришлось стараться с улыбкой, Женьке хотелось всегда её дарить. – Хорошо, – она скинула босоножки и встала рядом, вода доходила ей до колен, слегка касаясь воздушной юбки. – Как же классно! – не смог сдержать стон, когда ещё слегка прохладная вода стала ласкать ноги. Шагнул глубже, чтобы вода доходила до колен, совершенно наплевав на одежду. – Знаешь… Я только сейчас, когда приехал, понял, как скучал по всему этому, – обвёл рукой вокруг себя, задерживая взгляд на бескрайнем горизонте. Женька кивнула, но продолжила молчать, будто знала, что я только начал. И ведь это так и было. Меня распирало от эмоций и воспоминаний. – Помнишь старый деревянный причал? Полуразрушенный, но нами самый любимый. – По нему чтобы пройти, надо было быть акробатом. – Точно! Но мы легко справлялись, удерживая равновесие, чтобы добраться до самого края, где глубина позволяла спокойно нырять и ставить рекорды, – я улыбнулся воспоминаниям. – Помню, как на спор прыгали… Сашка, я, Макс и ещё несколько мальчишек. Сколько нам было? Лет по тринадцать. – Это когда Сашка с разбитой бровью домой пришёл? – Ага. А я с вывихнутой лодыжкой и ссадинами на лице. Жёстко мне досталось… Хотел показать, какой герой, а в итоге напугал друзей и взбучку от отца получил. Неделю дома сидел. Все на море бегают, а я читаю, – мгновенно вспомнил старую ещё отцовскую книгу про жизнь и приключения на необитаемом острове Робинзона Крузо, – было обидно, но тогда я не понимал, что сам виноват. – В таком возрасте кажется, что жизнь несправедлива, а родители безжалостно наказывают за мелкие шалости. – Я всегда знал, что ты меня понимаешь, – как же мне хотелось протянуть руку и крепко сжать маленькую ладошку, чтобы тактильно, не только на словах, почувствовать с Женькой одну волну. – Илья, пожалуйста, давай поговорим… Момент был испорчен. Покачал головой и вышел на берег. Женька обернулась и напряжённо проследила, как я сел на ещё тёплые камни, как рукой показал на место рядом со мной. Боже, как же я не хотел заводить этот долбанный разговор, видеть её разочарование. Женя села и вцепилась в моё лицо взглядом, а я продолжал молчать, прекрасно зная, что ничего хорошего не скажу. Я даже пообещать не смогу. Всё решено и точка. – Жень, что ты хочешь от меня? – я некрасиво тянул время. – Я не хочу, чтобы сносили наш дом культуры. Илья, сделай что-нибудь. Положил руки на колени и сцепил пальцы. Она не понимает. Или понимает, но не хочет принимать. А мне, чёрт, именно мне придётся её разочаровать. Неприятная горечь появилась во рту. Слегка скривившись, вспомнил, что я крутой бизнесмен, снова натянул на себя образ безжалостного хищника и повернулся к ней. – Ваш дом культуры для моей компании не принесёт никакой пользы и выгоды, оставь я его в покое. Лишь неудобство. – Какое неудобство? Илья, это наш дом! Да что с тобой? – Со мной всё нормально. Я просто знаю, какая сумма с множеством нулей вложена в этот проект. А ещё знаю о перспективах не только для моей компании, но и для местной инфраструктуры, а может, и для всего Туапсинского района. – Сумма?! Деньги?! Ты детей равняешь с деньгами? – шок и омерзение читались на лице Жени. – Жень, это бизнес и ничего больше.