Глава 33. Горничная показывает зубки

— Вы напугали меня, — медленно проговорила я, не отрывая взгляда от лица Джерома.

Он только криво усмехнулся и сделал обманчиво ленивый шаг вперёд.

— Что… что вы делаете? — я попятилась, стараясь выиграть хотя бы несколько секунд, но архив внезапно показался мне мышеловкой. Крошечным, глухим мешком без окон.

— Решил поговорить с тобой наедине.

Джером сделал ещё шаг. Он явно не спешил, упиваясь своей абсолютной властью и моим замешательством, но двигался с пугающей неотвратимостью.

— Нам не о чем разговаривать.

— Ошибаешься.

Ещё шаг. Я попятилась, пока лопатками не упёрлась в холодную, шершавую стену. Проклятье. Липкая волна паники подкатила к самому горлу, а сердце в ушах заколотило так бешено, что, казалось, этот стук слышен в коридоре.

— Я предлагал тебе хорошую работу, — его вкрадчивый голос вдруг приобрёл металлические нотки. — Тёплое место, лёгкие, приятные обязанности. Сытую жизнь. Но ты почему-то предпочла таскать камни.

Я с нарастающим ужасом смотрела в его лоснящееся лицо и внезапно осознала: дело вообще не во мне. Не в моих словах или поступках. Джером привык, что в этой глуши все перед ним пресмыкаются. Соглашаются, гнут спины, боятся.

А я взяла это щедрое предложение и практически выкинула его в мусорку. Для мелкого местечкового тирана мой отказ стал невыносимым унижением.

— Я предпочла честно работать, — надтреснутым голосом ответила я.

— Ты лжёшь! — холёная маска вежливости окончательно треснула. Голос Джерома сорвался на визг, на мгновение он полностью потерял контроль над собой. — Ты решила, что лучше меня!

— Нет, — я отчаянно мотнула головой, хотя рассудком понимала, что это уже ничего не изменит.

В глубине души ещё билась наивная вера: человека можно переубедить. Можно воззвать к логике, успокоить, договориться. Но в глазах этого слизняка горело чисто животное, тупое упрямство. Он всё для себя решил.

Джером подошёл вплотную. Нас разделяли жалкие сантиметры, и мне показалось, что из этой маленькой комнатушки выкачали весь кислород.

— Я вижу, как ты смотришь на меня, — прошипел он — Столичная дрянь. Прислали на исправление, а гонору как у аристократки.

От его слов и близкого присутствия внутри вдруг что-то перемкнуло. Страх и паника, царившие во мне секунду назад, разом выгорели, уступая место чистой, концентрированной злости.

— Отойди, — рыкнула я, низко наклонив голову.

— Или что? — Джером коротко, издевательски хохотнул. Ситуация его забавляла. — Что ты сделаешь?

На мгновение меня окатила волна ледяного ужаса. Ведь он был чертовски прав. В рамках этого мира — я никто. Бесправное существо, сосланное в глушь. Каждая горничная в этом проклятом доме понимала, к чему всё идёт, и каждая трусливо отводила глаза.

Все молчали. Именно поэтому этот паразит чувствовал себя здесь царём и богом.

— Отойди, — повторила я сквозь зубы.

— Нет, — Джером медленно качнул головой. Его взгляд остекленел, наливаясь похотью. — Ты никто. Обычная прислуга. Грязь под моими ногтями. И ты будешь делать то, что я скажу.

В его голосе прорезалось утробное рычание. Чем больше он говорил, тем сильнее заводился от собственной безнаказанности. В его глазах что-то вспыхнуло и он резко выкинул руки вперёд. Я попыталась рвануться вбок, поднырнуть под его локти. Мне почти удалось. Сработали рефлексы: я присела, уходя с траектории броска, и уже видела перед собой свободный проход.

Но Джером среагировал быстрее, чем я ожидала от его тучной фигуры. Он намертво перехватил моё запястье и с силой рванул на себя. Инерция довершила остальное. Меня с размаху впечатало лицом в стеллаж с документами.

В голове оглушительно взорвалась боль: в глазах заплясали белые искры, а рот мгновенно наполнился солоноватым, густым вкусом крови. Навалившись сзади всей своей тушей, Джером прижал меня лицом к полкам, лишая возможности вздохнуть.

— Я возьму тебя прямо здесь, — прохрипел он мне в самое ухо, тяжело дыша. Его свободная рука заскользила по моему бедру. — Тебе лучше быть послушной. Может и удовольствие получишь.

Я не стала тратить силы на крик. Вместо этого резко, всем весом подалась назад и наотмашь вогнала локоть левой руки ему под дых, надеясь попасть в район солнечного сплетения. Сзади раздался глухой, удушливый стон. Железная хватка на моём запястье на секунду ослабла, Джером инстинктивно отступил на шаг — и этого короткого мгновения мне хватило.

Я крутанулась на каблуках, вскидывая руку и призывая свой Дар. Из самого низа живота вверх ударила горячая, ослепительная волна жара. Она мгновенно распространилась по всему моему телу и мощным потоком хлынула из кончиков пальцев.

Вековая, слежавшаяся пыль в архиве взметнулась вверх плотным, удушливым вихрем. Я резко указала пальцем прямо на лицо Джерома, и всё это серое, грязное облако послушным жгутом хлынуло в его приоткрытый рот и ноздри.

Управляющий ошалело выпучил глаза и судорожно схватился за горло обеими руками. Из его груди вырвался лишь жалкий, задушенный хрип.

— Слизняк, — выплюнула я вместе с кровью.

Джером рухнул на колени, ловя ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба. Я жёстко сжала пальцы в кулак, заставляя магию вытянуть пыль обратно из его легких. Серое облако неопрятным сгустком зависло в паре сантиметров от его лица.

Обессилев, управляющий уткнулся лбом в грязные доски пола, едва удерживаясь на четвереньках. Комнату наполнили его хриплые, натужные свисты.

— Что ты за… тварь… — прохрипел он, поднимая на меня полный ненависти взгляд.

— Тварь, которая научит тебя уважению — проговорила я. Я чувствовала, как тёплая кровь из разбитого носа струится по губам и капает с подбородка.

Меня трясло. Крупная, нервная дрожь колотила тело, рука ходила ходуном, а колени едва держали. Я никогда не думала, что буду использовать свой Дар как орудие пытки. Но выбора мне не оставили.

В глазах Джерома за ядовитой ненавистью наконец-то проступил настоящий, липкий ужас. Белки глаз покраснели, на шее вздулись багровые вены, а кожа вокруг горла была разодрана его собственными ногтями — он скреб себя, когда не мог сделать вдох.

— Давай повторим — срывающимся голосом проговорила я, медленно вытягивая палец в сторону его лица.

— Не надо… — выдавил он. В глазах Джерома мелькнул чистый ужас.

— Я тоже просила тебя остановиться, — я сделала едва заметное движение кистью, и пылевое облако колыхнулось вперёд, коснувшись его ноздрей. — Но ты хотел получить своё. Получай.

— Не-е…

Я не дала ему договорить и толкнула облако обратно в его дыхательные пути. Из глаз Джерома брызнули слёзы, он повалился на бок, судорожно выгибаясь всем телом от невыносимого удушья. Сжав кулак, я снова выдернула пыль наружу и заставила её опасть безвредным серым контуром вокруг его головы. Мой резерв был практически пуст. Нос, судя по пульсирующей боли, был сломан, а управление магией сожрало последние силы.

— Перевернись, — прохрипела я, делая шаг назад, чтобы он не дотянулся до моих ног.

У него едва хватало сил на то, чтобы просто втягивать воздух синеющими губами. Но животный страх оказался сильнее. Помогая себе дрожащими руками, управляющий со стоном перевернулся на спину и уставился на меня снизу вверх.

— Я не знаю, что ты делал с женщинами в этом доме до моего появления, — тихо сказала я, утирая рукавом кровь под носом. — Но больше ты к ним не прикоснёшься. Ты уйдёшь с этой должности. Прямо сейчас.

Джером тяжело сглотнул, но промолчал. В его воспалённом взгляде читалось глухое сопротивление.

— Кто может уволить управляющего поместьем? — спросила я.

— Лорд Арден… — прохрипел он едва слышно.

— Отлично, — я кивнула.

— Никто… никто не поверит тебе, — в его хрипе снова скользнула трусливая попытка вернуть контроль. — Ты обычная служанка. А я…

Мой взгляд упал на ведомости, которые при падении веером разлетелись по полу.

— Возможно, — спокойно согласилась я. — Служанкам не верят. Зато Его Светлости Ардену Кроуву будет очень интересно узнать, куда делись его сто золотых, выделенные на экстренный ремонт фасадов западного крыла. За прошлый месяц.

Джером замер. Весь воздух со свистом вышел из его лёгких, а лицо сделалось землисто-серым.

— А ещё двести сорок золотых на восстановление галереи, — безжалостно продолжила я, толкнув носком туфли одну из ведомостей под ногами. — И шестьдесят семь — на поддержание сводово восточного крыла.

В его глазах наконец-то отразилось полное понимание того, в какую бездну он только что рухнул.

— Ты… ты умеешь читать.

— Немного, — я лениво повела плечом.

Внутри меня всё кричало от желания забиться в угол и разрыдаться от пережитого кошмара. Но я не позволяла голосу дрогнуть. Сейчас решался исход этих переговоров. Если неудавшееся сексуальное насилие и удушение магией можно было считать переговорами, конечно.

— Тварь… — выплюнул он.

Я проигнорировала оскорбление.

— А теперь ты свяжешься с Арденом. Прямо сейчас. Из этого кабинета.

— Нет, — Джером зажмурился. Даже лежа перед моими ногами, своего господина он боялся сильнее. Напрасно.

Я сделала резкое движение рукой. Пыль с пола взметнулась вверх, свиваясь в тугие, серые жгуты. Один из таких жгутов медленно коснулся его бледной щеки.

— Я убью тебя, Джером. Прямо в этом архиве. И поверь, сделаю это с огромным удовольствием.

Он судорожно сглотнул, не открывая глаз. Вот и всё. Наконец-то до управляющего зимней резиденции дошёл истинный расклад сил. Хозяин положения здесь больше не он.

— В моём столе… — прохрипел он.

— Что?

— Артефакт связи. В ящике стола.

— Так иди и доставай, — припечатала я.

Джером, кряхтя и цепляясь за стеллажи, тяжело поднялся на ноги. Впервые за всё время нашего знакомства он выглядел не холёным хозяином жизни, а побитой, жалкой собакой, которая внезапно нарвалась не на ту горничную.

Пока Джером медленно поднимался, я прошла вперёд. Он вышел следом и неспешно сел за стол, я встала за его спиной. Джером обернулся, бросив на меня быстрый взгляд. В его глазах ещё теплилась отчаянная надежда, что я одумаюсь.

Зря. Оставаться в этом поместье под его началом ещё хотя бы на день я не собиралась.

Дрожащими пальцами управляющий выдвинул нижний ящик и достал небольшое круглое устройство, отдалённо напоминающее карманное зеркало в серебряной оправе. Нажал несколько скрытых выступов на панели. Поверхность артефакта подёрнулась дымкой, наливаясь ровным матовым светом.

— Что у тебя, Джером? — раздался из динамика сухой, раздражённый голос Адриана Кроува.

— Све-светлого дня, Ваша Светлость… У нас тут экстренная ситуация… — начал было мямлить управляющий.

Я шагнула вперёд и без церемоний положила ладони на плечи Джерома, силой вдавливая его в кресло и одновременно влезая в угол обзора артефакта.

Из глубины магического зеркала на нас смотрел хмурый, уставший Арден. Стоило ему увидеть моё перепачканное лицо, разбитый нос и полосы подсыхающей крови на подбородке, его глаза удивленно расширились, а идеальные брови поползли вверх.

— Ваша Светлость, доброго дня! — бодро, хоть и немного гнусаво из-за сломанного носа, начала я. — Ситуация в зимней резиденции требует вашего срочного личного вмешательства.