Глава 35. Защищать свою леди

Ха! Всего лишь третья бутылка вина, а я уже захмелела. Пусть я и наделила фениксов, будучи богиней, частичками божественности, пребывание в теле феникса, если напрячь память и через головную боль намеренно продраться в далёкое прошлое, жалкое! И я жалкая, потому что опять забыла, что больше не являюсь Яньлинь. Вообще, забавно! Я не Яньлинь, я не Мария, но я и не Аранья! Аранья – дочь короля фениксов. Будь я ею, сидела бы сейчас взаперти? Я смеюсь с собственных рассуждений: кажется, я очень-очень пьяна! Но недостаточно пьяна, чтобы не думать вообще. Если я прикажу, принесут ли мне ещё выпивки? Ха! Лексикон совсем не принцессы или богини. На слабых ногах я встаю и выхожу на балкон, прилегающий к моим покоям. Теперь мне известно, что за заклинание применил Лиран Кристофер Араэнтерон тогда, когда я очнулась от многодневного сна, после моего дозволения пустить Цзычена во дворец встретиться со мной. Я касаюсь пальцами невидимого купола над балконом, не пропускающего даже крохотные снежинки, и слабая электрическая волна пробегает между пальцами. Стоит мне всерьёз попытаться пробить рукой стену, боль будет невыносимой. Не так давно подобные невидимые стены защищали мой и отцовский покой от чужого вторжения, теперь же папино заклинание держит меня в клетке. Роскошной, привычной, но всё ещё клетке. Судьба любит издеваться надо мной, не так ли? Совру, если скажу, что не пыталась снять заклинание короля фениксов. Первые двое суток в заключении только этим и занималась. Докапывалась до знаний богини Яньлинь, вспоминала уроки в Небесной. Напрасно. Мои потуги лишь дали мне понять, подтвердили мысль, что устаревшие знания богини-феникса в новой магической науке бесполезны. Полученной же мною в Небесной информации пока слишком мало. От меня никакого толку в собственном спасении, а ведь тысячи лет назад ринулась спасать других! Трижды ха!!! Идут четвёртые сутки моего пребывания под стражей. В академии уже два дня как учатся. Цянь наверняка достают однокурсники. Надеюсь, Цзычен ей помогает, как моей подруге. Цзычен… С ним было так хорошо в первый день Новогодья… Я пинаю подушки, сдёргиваю с кровати одеяло и валяюсь на нём, расстеленном на полу, кидаю в стену пустые стеклянные бутылки, пялюсь на пляску огня в камине. Неужели я действительно решила, что моя третья жизнь будет счастливой? Что неудачи Марии меня покинули? Поверила, что меня по-настоящему любит отец и что я, наконец-то, кому нужна? Беспросветная наивная дура! Надо было держаться от Лирана Кристофера Араэнтерона подальше! Найти ему жену и заставить породить второго наследника! В ожидании, когда мне принесут еду, я так и засыпаю на полу, в окружении осколков, подушек, посреди устроенного мной же беспорядка. *** – Моя леди, – кто-то трясёт меня за плечо, вырывая из утешающих объятий сна. – Моя леди, просыпайтесь. – Кем бы ты ни был, свали! – грубо бросаю я, последние четыре дня оставленная наедине со слезами, жалостью к себе и злостью. – Моя леди, вам нужно уходить, – меня очень чувствительно щипают за шею, заставляя подскочить. – Моя леди. – Александр! – я удивлённо и возмущённо гляжу на рыцаря, не до конца проснувшись. Мужчина прикладывает палец к своим идеальным губам. – Тише, не привлекайте внимание, – тихо, но не шёпотом, говорит рыцарь, стоящий передо мной на коленях. – Я выведу вас отсюда, моя леди. Я трясу головой. Выпитый ранее алкоголь и нежеланное пробуждение плохо влияют на мою сообразительность. – Выведешь? – Да, – кивает Александр и поднимается на ноги, следом поднимает за собой податливую меня. – Я выведу вас из дворца, после чего мой лорд унесёт вас в безопасное место. – Твой лорд? – ничего не соображаю. Дверь в спальню за спиной моего рыцаря плотно закрыта. Как он сюда пробрался через стражу? Его не пускали ко мне с того момента, как закрыли в покоях. – Принц Цзычен, – быстро поясняет мужчина. Я замечаю, что его короткие, обычно приглаженные каштановые волосы влажные от тающих на них снежинок. – Идёмте, моя леди. Тот, кто защищал мою жизнь с семи лет, идёт к балкону, побег через который преграждает папино заклинание, вынимает меч из ножен и одним движением рассекает невидимый купол, запуская в покои зимний ветер. Благодаря холоду, я мгновенно оправляюсь ото сна. – Александр, – мои глаза сужаются до щёлочек, – разве ты не выполняешь отцовские приказы? Почему же ты помогаешь мне бежать? Мужчина улыбается моему вопросу и, приблизившись, заправляет выбившуюся из хвоста чёрную прядь за ухо. – Я следовал указаниям Его Величества, это правда, – признаёт он, и голос его как никогда твёрд. Моё дыхание обжигает его холодные пальцы. – Однако до сей поры они не противоречили моим обязанностям. А моя главная обязанность – защищать свою леди. От Его Величества тоже, если потребуется. Александр нежно заправляет за другое ухо ещё одну прядь. Во сне моя простенькая причёска оказалась испорчена. – Ты… – я теряю дар речи. – Для меня нет ничего дороже вашей жизни, а о другом, прошу, не спрашивайте. Нам пора идти, пока Его Величество не заметил брешь в заклинании. И я киваю и в домашнем платье прыгаю вслед за своим рыцарем с балкона, потому что у меня нет никакого желания и дальше оставаться наедине со своими мыслями и ждать отцовской милости, которой может и не быть. Лететь немного трудно из-за голода и вина, но мне и не нужно лететь далеко. Сразу за территорией дворца нас с Александром ожидает Цзычен, с моим доспехом и мечом.