Эпилог. Хорошая жизнь

Розовые облака скрывают от посторонних глаз невысокие, но внушительных размеров в ширину особняки и мощёные площади, радужные сады и длинные узкие улочки Небес. Низшие боги, живущие немногим дольше смертных с их подобными божьим вторыми обличьями, прячутся в мире бывших людей внизу или строят свои королевства глубоко под землёй, во мгле. Их высшие сородичи парят среди Воздушных Гор, самые высокие из которых вздымаются к великой звёздной черноте за пределами мира, ведущей в другие миры, или живут в своих спрятанных в вышине городах. Приближенное к богам солнце играет в волосах их детей, тени деревьев в живописных парках прячут их то и дело обменивающихся поцелуями родителей, белокаменные, со сверкающими крышами, дворцы, полные прохлады, служат пристанищем для вечно занятых старейших богов, которым довелось увидеть большую часть истории земных королевств, проследить за ней. Их время переродиться так и не пришло, но ещё придёт. И скоро. В одном из таких дворцов, по правде говоря, величественнейшем и громаднейшем из них, живёт и тот, кто ещё помнит высшую богиню с длинными серебряными волосами и добрыми фиалковыми глазами. Прекраснейшую деву Небес, их своенравную принцессу, что спустилась на землю и дала людям шанс на перерождение. Изменила судьбы маленьких созданий в ущерб собственной великой судьбе. Старый бог хранит память и о воине, что последовал за ней, за ней себя и погубил. О воине, которому суждено было стать её супругом. Старец в белых одеждах, холодных, как снег в зимнюю ночь, покидает свой дворец и, приняв форму белого феникса, летит под земли божественного королевства, которым правит. Полный жизни мир перерождающихся драконов и фениксов ныне освещён душами двух, что были ему отлично знакомы. Теперь, когда они воссоединились, быть может, в своей следующей жизни их души вновь переродятся на Небесах? В конце концов, они бы и переродились богами, если бы не даровали людям возможность перерождений, а вместе с ней и богам вероятность переродиться смертными. Кто знает? Даже жителям Небес неизвестно всё на свете и даже они не помнят, что было в их прошлых жизнях. За редкими исключениями. Облетев земли, древний феникс удовлетворяется видом и возвращается домой. Он всегда знал, что у принцессы Яньлинь была сильная душа. Она построит себе свою идеальную жизнь. *** И ещё шесть лет спустя Конец весны, лето и начало осени в этом году выдались чрезвычайно тёплые, но при этом не засушливые. Дожди шли постоянно, в достаточном, но не избыточном количестве, растительность не засохла. Деревенские жители КаЭмПэ собрали прекрасный урожай, которым мы успешно торговали. За все годы моего правления текущий оказался лучшим и наиболее удачным. Однако и работы на меня навалилось порядочно: как и папа, я многое брала на себя и проверяла. Порою думалось, словно удача сыплется на меня откуда-то с Небес, как когда-то неудача. – Ты издеваешься! Нет, ты определённо надо мной издеваешься, Цзычен! Я глубоко вздыхаю и стукаю любимого супруга по спине. Заваленный бумагами и книгами бывший рабочий стол отца отдаляется от меня против моей воли. Потому что мой муж меня от него уносит! – Мы идём отдыхать! – повторяет дракон, и Ноэзия, сидевшая за поставленным для неё столом в моём кабинете и занимавшаяся уроками, откладывает перо и довольно хлопает в ладоши, оставляя нерешёнными свои задачи по математике. Её младший брат Иньчжэн пяти лет, пришедший вместе с Цзыченом, намертво вцепляется в её красную юбку и тянет за нами к двери. Я вздыхаю повторно, да так, чтобы все меня услышали. – Ладно уж. Поставь меня, – услышав в моём голосе нотки согласия на внеплановый семейный отдых, Цзычен спускает меня со своего плеча и осторожно ставит на пол. Мы все вместе выходим в коридор. – Однако завтра я могу пропустить совместные завтрак, обед и, возможно, даже ужин. Так что потом не жалуйтесь. Получив корону Королевства Множества Перерождений, каждый день из шести лет своего правления я старалась не забывать, что прихожусь матерью, женой и дочерью. По возможности ела с родными хотя бы раз на дню, если не получалось все три, вечером играла с Ноэ в настольные игры или читала Иньчжэну сказки. Если совсем уставала, то Цзычен развлекал детей один, пока я спала или просто лежала с книжкой в одиночестве. Когда Ноэзия стала старше, я запустила её учиться к себе в кабинет после занятий с учителями: обе занятые делами, мы друг другу не мешали. Ноэ жалуется, что Иньчжэн ей мешается. Я беру сына на руки и, не удержавшись, оставляю поцелуй на его щёчке. Мой мальчик очень похож на своего деда, моего отца: у него те же синие глаза, чёрные волосы и уже сейчас всплывает довольно коварная ухмылка. А ещё он, как и папа, – алый феникс. Глядя на Иньчжэна, я надеюсь, что характер у него всё же будет не Лирана, ибо… ибо пожалейте мои нервы, пожалуйста! Одного Лирана Кристофера Араэнтерона в жизни более чем достаточно! – Куда мы идём, кстати? – спрашиваю я, подкинув сына на руках и поравнявшись с Цзыченом. – Сюрприз, – отказывается отвечать мне мой коварный супруг. – Дети? – я обращаюсь одновременно и к дочери, шагающей позади рядом с Александром, что всю жизнь рядом, и к сыну. – Сюрприз! – повторяют они слова своего отца. Кажется, моя семья совершенно бессовестна. – Давай я понесу, ты сегодня отдыхаешь, – Цзычен забирает у меня Иньчжэна. Нести нашего мальчишку действительно было немного тяжеловато даже для сильной меня. – Предпочла бы знать, как я отдыхаю. Иньчжэн умудряется чмокнуть меня в щёку с сыном на руках. – Александр, а почему ты до сих пор не женат? – долетают до нас слова Ноэзии. Её голос сочится любопытством и ещё не исчезнувшей детской непосредственностью. – Моя главная забота – благополучие вашей матери и королевской семьи, принцесса. Не было возможности встретить подходящую женщину. – Тогда, может, женишься на мне, когда я вырасту? Мы с Цзыченом смеёмся, а вот мой рыцарь определённо смущён. – Боюсь, я для вас слишком стар, принцесса. И верно. Иногда я забываю, что Александру недавно исполнился пятьдесят один год, потому как он прекрасно сохранился для своего возраста. И я помню, какое впечатление двадцатитрёхлетний юноша-подарок произвёл на семилетнюю меня. – Но разве тебе не одиноко, Александр? Без семьи? – спрашивает Ноэ. – Как мне может быть одиноко, если я охраняю мою леди и вас? Печали в голосе своего рыцаря я не улавливаю. Его действительно устраивает, как сложилась его жизнь. *** К октябрю на улице успело похолодать, потому, покидая здание королевского дворца, я вынуждена накинуть плащ и проследить, чтобы дети тоже оделись, а не соврали, что им не холодно. Прохладный ветер треплет мои выбившиеся из причёски пряди, опавшие с деревьев жёлтые и красные листья лезут под ноги, когда мы сворачиваем за угол. Цзычен ведёт нас в сад. – Ну, наконец-то! Я уж думала, что моя лучшая подруга похоронила себя в гробике из бумажек! – приветствует меня знакомый голос, и женская фигура поднимается с одного из вынесенных на улицу стульев. На тех, что не заняты, лежат подушки для сиденья и стопочка из шерстяных пледов. – Цянь! Я кидаюсь в раскрытые объятия подруги, которую уже давно не видела и не имела возможности навестить из-за занятости. Она всё такая же высоченная, с годами только похорошевшая. Её светлые волосы распущены, как у девчонки, а золотые глаза полны огня. Брак с истинной парой определённо нисколько не испортил ей жизнь. – Ой, это Ноэзия так выросла? – удивляется драконица, улыбаясь моей дочери. Щёчки Ноэ краснеют от смущения. – А это Иньчжэн, о котором ты писала? – она треплет моего сына по голове. – Тебе, полагаю, тоже есть, кого мне представить? – интересуюсь я, наверное, сияя от радости. – Конечно, – кивает драконица. – Сяовэй сейчас с Тян Юем и твоим отцом, но они скоро придут. Тогда я познакомлю тебя с дочкой. Муж моей подруги действительно скоро приходит вместе с Лираном и маленькой девочкой десяти лет, полной копией своей матери. Я слышу, как папа отдаёт распоряжение слугам, принёсшим всё необходимое для обеда на свежем воздухе, не беспокоить нас, а Цзычен и Тян Юй берутся вместе сами жарить мясо. Так, в ожидании еды, мы разбиваемся на небольшие группки: наши с Цянь мужья заняты готовкой, Ноэзия и Сяовэй играют вместе, соревнуясь в том, кто выше и быстрее летает, в то время как мой рыцарь присматривает за тем, чтобы они не поранились в процессе, папа развлекает Иньчжэна, а мы с Цянь наслаждаемся обществом друг друга, откупорив бутылку притащенного из Драконьих Гор персикового вина. – Хорошо так расслабиться, да? – спрашивает драконица. Я наблюдаю. Наблюдаю за тем, как мой папа, в прошлом суровый король, со спокойной улыбкой что-то рассказывает Иньчжэну, как обычный обожающий внука дедушка. За тем, как мой муж, организовавший весь этот простой и совсем не королевский отдых, чтобы меня порадовать, следит за готовностью мяса. За тем, как моя дочь, изящная водная драконесса, наворачивает круги в воздухе. Поворачивая голову к сидящей рядом на стуле Цянь, я понимаю, что счастлива. – Да. Пускай, жизнь полна трудностей, неудач, тяжёлых воспоминаний, что тормозят и застилают взор. Пускай живые существа не совершенны и совершают ошибки. Главное помнить о настоящем и продолжать двигаться вперёд, потому что только так можно стать свободным и счастливым.