Глава 31

Обед начался на удивление спокойно. Я сидела по левую руку от Михаила, совсем близко к нему, а Мстислав устроился по правую. Стол был поставлен буквой «П», остальные расположились по обе стороны, так что мы трое оказались почти рядом.

Мстислав выглядел невозмутимым и ел с таким видом, словно действительно приехал к нам исключительно повидаться с дочерью и внуками. За столом собралась вся семья, кроме Яры. После обморока лекарь велел ей лежать хотя бы до вечера, и я была этому даже рада. Сажать девушку напротив Мстислава после всего, что она вспомнила, и надеяться, что она случайно ничем себя не выдаст, было бы слишком рискованно.

Впрочем, я сама едва могла скрыть волнение. Умом-то я, конечно, понимала, что сходство с моим отцом ещё ничего не значит. Можно иметь те же глаза, тот же нос и даже одинаково хмурить брови, а по характеру оказаться другим. Но вместо этого какая-то неразумная часть меня всё ещё цеплялась за мысль: а вдруг он не настолько плох?

Трудно смотреть в лицо человеку, которого когда-то любила, и сразу принять, что перед тобой не он, а монстр во плоти.

– Ну что, дочь, как тебе вообще тут живётся? – спросил в какой-то момент Мстислав, отложив ложку и оглядывая стол.

– Да как видишь, неплохо, – ответила я, постаравшись улыбнуться как можно беззаботнее.

– Я пока только вижу, что за тобой даже в собственном доме дружинник ходит. Михаил, неужели настолько жене не доверяешь?

Я невольно покосилась на молодого дружинника, стоявшего у двери. Тот, разумеется, сделал вид, что разговор его не касается. Со стороны действительно всё выглядело не слишком убедительно: вооружённый мужчина последние дни сопровождал меня даже до кухни.

Нужно было как-то объяснить отцу, что положение у меня вовсе не такое ужасное, каким он его себе представляет. Может, если Мстислав увидит, что Михаил меня не обижает, то хотя бы передумает избавляться от собственного зятя? В идеале ещё и про грамоту забудет, после чего мы все мирно разойдёмся и будем делать вид, что ничего не происходило.

– Это я попросила, – выпалила я раньше, чем успела придумать что-нибудь получше.

Мстислав замер с кубком в руке.

– Ты? – переспросил он с удивлением.

– Ну да, – подтвердила я. – Муж у меня вечно хмурый ходит, занятой, и опять же уже не мальчик. А мне нравятся мужчины молодые, крепкие, улыбчивые. Чтобы рядом ходили, как собачки на привязи, на меня одну смотрели и делали всё, что скажу.

Господи, что я несу?

За столом стало так тихо, что я отчётливо услышала, как Павел положил ложку. Я медленно повернула голову к Михаилу. Муж смотрел уже не на меня, а на дружинника у двери. Молодой парень сначала покраснел до ушей, потом зачем-то выпрямился ещё сильнее.

– Князь-батюшка, я… – начал он, запнувшись. – Матушка-княгиня ничего такого…

– Выйди, – спокойно произнёс Михаил, не сводя с него глаз. – С сегодняшнего дня у тебя другие обязанности будут.

– Да, князь-батюшка, – с облегчением ответил дружинник и почти сразу скрылся за дверью.

Я проводила его взглядом. Вот и закончилась моя охрана, по крайней мере, конкретно эта.

– Ну и дочь у меня, – Мстислав вдруг рассмеялся. – Хоть мужа бы пожалела. При всей семье такое говорить.

– А что я такого сказала? – спросила я, стараясь выглядеть невинно.

– Ничего, – коротко ответил Михаил. По его лицу я поняла, что следующим моим охранником станет седой дед лет семидесяти, желательно кривой, хромой и лишённый зубов.

Я наклонилась к мужу, пока Мстислав отвлёкся на Олега.

– Я знаю, что делаю, – прошептала я Михаилу.

– Очень надеюсь, – так же тихо ответил он, повернув ко мне голову. – Потому что пока мне хочется вернуть того дружинника и лично расспросить, насколько часто он тебе улыбался.

– Михаил! Просто подыграй мне, – выдохнула я ему почти на ухо, чуть сильнее сжав его руку под столом.

Спорить было нельзя, поэтому я ограничилась сердитым взглядом. Тем более Мстислав уже с интересом наблюдал за нашим шёпотом.

– Смотрю, неплохо ладите, – заметил он, приподняв бровь.

– Что? Нет, ужасно, – тут же возразила я и почувствовала, как Михаил рядом напрягся.

Хвалить Михаила в открытую было нельзя. Прежняя Ярослава годами жаловалась отцу на мужа, а теперь вдруг заявить, что у нас любовь, счастье и полное взаимопонимание? Мстислав сразу заподозрит неладное. Значит, нужно было продолжать жаловаться.

– Вот, например, недавно у нас был пожар. – продолжила я, недовольно покосившись на мужа. – Я всего лишь с крыши неудачно спустилась, а он потом меня на руках по всему двору и дому таскал. Что я ему дите малое? Совершенно мой авторитет подрывает!

Олег тихо фыркнул. Судя по лицам остальных, моя жалоба на мужа особого сочувствия у семьи не вызвала.

– Яся, ты прыгнула с крыши на галерею, потом с неё во двор, – напомнил Михаил, повернувшись ко мне. – И колено после этого два дня у тебя болело.

– Вот видишь? – пожаловалась я отцу, указав на мужа. – До сих пор помнит.

На лице Мстислава появилось что-то подозрительно похожее на улыбку.

– А должен был забыть? – спросил отец.

– Конечно, – ответила я с самым серьёзным видом. – Я взрослая и самостоятельная женщина, сама способна о себе позаботиться.

– Значит, муж тебя слишком опекает? – уточнил Мстислав.

– Именно! – с облегчением подтвердила я, а дальше продолжила, решив не останавливаться. – И это еще что! Стоило мне один раз пропасть из дома, так он вообще всю дружину в лес поднял.

– Пропасть? – настороженно переспросил Мстислав. – Куда ты пропала?

– Меня похитили, – небрежно ответила я. – Но речь сейчас не об этом.

– Тебя похитили? – у отца чуть вилка из рук не выпала.

– Батюшка, я же сказала, не в этом дело! Меня нашли, вернули домой, всё хорошо. А Михаил после этого двух вооружённых дружинников возле двери поставил. Якобы беспокоился, что снова меня кто-то обидел.

– Тебя похитили, а ты недовольна тем, что муж приставил охрану? – уточнил Мстислав.

– Вот! И ты туда же. А утром после пожара я вообще проснулась последняя, – снова пожаловалась я. – Пока я спала, Михаил уже двор обошёл, с людьми поговорил, завалы велел разбирать.

– А тут-то ты чем не довольна? – не понял Мстислав.

– На то, что меня никто не разбудил! Я княгиня или кто?! – я картинно уперла руки в бока.

– Ты едва не сгорела, – напомнил Михаил. – И колено повредила.

– Вот опять начинается, – вздохнула я, обращаясь к отцу. – «Яся, поспи». «Яся, отдохни». «Яся, лекарь сказал». Работать не дают! А я, между прочим, взрослая и самостоятельная…

– Михаил Ростиславич, ты её, кажется, слишком избаловал. – перебил Мстислав, с сочувствием посмотрев на моего мужа.

– Это я его избаловала! – тут же возмутилась я. – Он меня даже в бане караулит.

Михаил как раз поднёс кубок к губам и от моих слов едва не поперхнулся.

– Я тебя не караулю, – возразил он, поставив кубок обратно на стол.

– Конечно, – согласилась я с самым невинным видом. – Ты просто случайно оказался в женской бане, где я мылась.

– Яся… – произнёс Михаил, посмотрев на меня уже с предупреждением.

– Батюшка, вот видишь? – пожаловалась я отцу, кивнув на мужа. – Даже отрицать толком не может.

– Тяжело тебе живётся, дочь, – произнёс Мстислав, но таким голосом, что я сразу поняла: издевается. Впрочем, я сделала вид, что его тона не поняла.

– Очень тяжело, батюшка, – подтвердила я, решив довести дело до конца. – Вообще никакого покоя мне нет. Мои комнаты сгорели, так муж даже новые мне искать не стал.

– А где же ты теперь живёшь? – спросил отец.

– У него, – ответила я и недовольно посмотрела на мужа.

– Твои комнаты сгорели, – напомнил Михаил. – Куда мне ещё было тебя селить?

– В доме что комнат мало? – с вызовом произнесла я.

– Достаточно. – процедил муж.

– Вот! – Я тут же повернулась к отцу. – Слышишь? Комнаты есть. Но нет, ему, видите ли, спокойнее, когда он знает, где я нахожусь.

– После пожара и похищения я действительно предпочитаю знать, где находится моя жена, – ответил Михаил.

Я выразительно посмотрела на Мстислава.

– Ну и как с таким человеком жить? – спросила я, делая вид, что рассчитываю хотя бы на каплю отцовского сочувствия.

Отец несколько секунд смотрел на меня, потом перевёл взгляд на Михаила.

– Михаил Ростиславич, у тебя терпение святого, – произнёс Мстислав с усмешкой.

– Батюшка! – возмутилась я.

– А что? – невинно спросил отец. – Я всего лишь поддержал зятя. Ты сама мне последние четверть часа объясняешь, как тяжело ему с тобой живётся.

– Это мне с ним тяжело, – пробурчала я, скрестив руки на груди. – И вообще, я уже наелась.

Мстислав усмехнулся и тоже отодвинул от себя тарелку.

– Тогда покажешь мне дом? – предложил он, поднимаясь из-за стола. – Заодно поговорим спокойно.

Я невольно покосилась на Михаила. Муж встретил мой взгляд и едва заметно кивнул. Всё-таки именно этого разговора мы и ждали.

– Конечно, батюшка, – согласилась я и тоже встала. – Пойдём.

До комнат, выделенных Мстиславу, мы дошли не спеша. Я по дороге показала ему большую горницу, несколько хозяйственных помещений, хотя отец, кажется, больше смотрел на меня, чем по сторонам. Только когда дверь гостевых покоев закрылась, и мы наконец остались вдвоём, Мстислав повернулся ко мне.

– Знаешь, дочь, – произнёс он, – я за обедом многое услышал.

– Надеюсь, ты понял, как ужасно мне живётся, – ответила я, продолжая держаться выбранной роли.

Отец покачал головой.

– Дочь, говоря начистоту, боюсь, другого такого мужа, который будет тебя на руках носить и терпеть все твои выходки, я тебе не найду.