Глава 33

Долго смотреть друг на друга нам не дали. В коридоре снова раздались шаги, а затем вошли сразу четверо дружинников. Старший коротко поклонился мне:

– Княгиня, Михаил Ростиславич велел вас и Мстислава Святославича увести от сюда, – сказал он.

– Увести или взять под стражу? – с вызовом спросил отец, оглядывая мужчин.

– Князь велел, чтобы вы оставались вместе с княгиней до его распоряжения, – осторожно ответил дружинник.

Можно было назвать это как угодно, но смысл я поняла. Во рту пересохло, ещё несколько минут назад я радовалась, что Мстислав согласился оставить моего мужа в живых, а теперь люди под знаменами отца штурмовали наш дом.

– А сам Михаил где? – спросила я, уже направляясь к двери.

– Во дворе, княгиня, – ответил дружинник. – Нападающих ещё на лесной дороге заметили. Князь успел поднять людей и ворота закрыть.

От этих слов мне стало немного легче. Значит, Михаила всё-таки не застали врасплох. Он сам много дней готовился к приезду моего отца, приказал следить за дорогами и держал дружину поблизости. Конечно, он вряд ли ожидал, что нападение начнётся именно сейчас, когда предполагаемый предводитель этого нападения сидит в доме, но хотя бы к самим неприятностям муж оказался готов. Я только сейчас заметила, что всё это время сжимала пальцы так сильно, что ногти впились в ладонь, и заставила себя разжать руку.

Двое дружинников пошли впереди, ещё двое остались за нами. Дуняша тоже дёрнулась следом, но я остановила её.

– Останься здесь, – распорядилась я. – И дверь закрой.

– Да, матушка-княгиня, – испуганно ответила служанка и тут же попятилась обратно в комнату.

Мы быстро пошли по коридору. Снаружи уже отчётливо слышались крики, иногда доносился звон оружия, но пока всё это казалось достаточно далёким. И всё равно от каждого особенно громкого удара я невольно напрягала плечи. На повороте коридора, где окна выходили прямо во двор, я замедлила шаг.

Внизу было полно дружинников. Главные ворота стояли закрытыми, поперёк них лежал тяжёлый деревянный брус, на стенах стояли люди с луками. Михаил действительно всё предусмотрел. При виде закрытых ворот я вдохнула чуть глубже: дом пока неприступен.

– Эти идиоты решили брать княжеский терем двумя десятками людей? – с раздражением произнёс отец, тоже остановившись у окна. – Я их сюда не посылал.

– Очень надеюсь, что это правда, – Голос прозвучал куда спокойнее, чем я себя чувствовала.

Мстислав хотел что-то ответить, но тут со стороны хозяйственного двора раздался крик, все разом повернули головы.

– Хозяйственные ворота! Там прорвались! – донеслось со двора.

Между лопаток неприятно засвербело. Ближний к нам дружинник выругался, а затем коротко бросил, обращаясь к отцу:

– Идёмте, князь.

Второй уже подтолкнул Мстислава в сторону коридора. Отец недовольно дёрнул плечом.

– Руки убрал, – процедил он, но спорить не стал и, зло выдохнув пошёл дальше.

Мы миновали следующий коридор. Шум, ещё недавно доносившийся только со двора, теперь звучал совсем рядом. У меня вспотели ладони, и пришлось несколько раз вытереть их о юбку. Чем ближе становились крики, тем меньше мне нравилась мысль, что мы идём именно в ту сторону. Мы как раз дошли до открытого перехода, соединявшего гостевую часть с внутренними покоями, когда рядом что-то свистнуло. Я даже не сразу поняла, что произошло. Дружинник, шедший первым, дёрнулся и осел на колени. Из его плеча торчала стрела.

– Назад! – крикнул второй мужчина, разворачиваясь к нам.

Ударила еще одна стрела. Дружинник позади меня вскрикнул и врезался спиной в стену, схватившись за бок. Я замерла всего на секунду, а потом Мстислав схватил меня за руку и буквально втолкнул в ближайшую комнату. Двое оставшихся дружинников затащили туда раненых и захлопнули дверь.

Сердце колотилось где-то почти в горле, несколько первых вдохов получились короткими и рваными. Пришлось заставить себя сосредоточиться на раненом, а не на том, что происходит снаружи.

Я опустилась рядом с мужчиной, которому стрела попала в плечо. Он был бледный, но в сознании и уже пытался сам ухватиться за древко.

– Не трогай! – сказала я, перехватывая его руку. – Хуже сделаешь.

Пальцы у меня дрожали, и я сильнее сжала его запястье, чтобы он этого не заметил.

– К воротам! – прокричал кто-то за дверью. – Быстрее! Остальные за мной!

Отец выругался.

– Я сейчас выйду и закончу это безобразие. – Мстислав резко направился к выходу, но один из дружинников тут же перегородил ему дорогу.

– Отойдите, князь, – сказал он. – Михаил Ростиславич велел вам оставаться с княгиней. Мне приказано вас не выпускать.

– Уйди с дороги, – предупредил отец.

– Не могу, князь.

Я только открыла рот, собираясь поддержать дружинника и напомнить отцу, что за дверью вообще-то стреляют, но не успела. В следующую секунду Мстислав схватил его за руку, рванул на себя и со всего размаху впечатал плечом в косяк. Дружинник не ожидал нападения и только успел коротко выругаться, прежде чем отец ударил его ещё раз. Мужчина тяжело осел на пол. Второй из уцелевших бросился к Мстиславу.

– Князь!

Он успел ухватить отца за плечо, но Мстислав резко развернулся и ударил его в лицо. Тот отшатнулся, зацепился ногой за лавку, а отец тут же добавил ещё один удар. Дружинник рухнул рядом с первым.

Раненый у стены попытался подняться, но едва опёрся рукой о пол, как скривился и снова осел назад. Второй, тот, у которого стрела торчала из плеча, дёрнулся следом, однако я сама удержала его за руку.

– Да лежи ты! – рявкнула я и тут же повернулась к отцу. – Ты что творишь?!

Отец уже наклонился к одному из тех, что был без сознания, и вытащил его меч из ножен.

– Исправляю то, что устроили от моего имени, – ответил он.

– Ты только что избил людей, которые нас защищали! – возмущённо сказала я, бросаясь следом. – Если сейчас выйдешь с мечом, то как это, по-твоему, будет выглядеть со стороны?

– Я разберусь, – отрезал отец.

Я сердито скрипнула зубами. Мужчины в моей новой семье очень уж любили сначала «разбираться», а потом уже выяснять, что именно произошло. И ведь самое страшное, что я прекрасно понимала: оставить его одного тоже нельзя. Если Михаил увидит вооружённого Мстислава среди нападающих, объясниться будет почти невозможно. От одной этой мысли живот неприятно свело.

– Я иду с тобой, – сказала я.

– Ярослава...

– Ты уже двух моих дружинников уложил. – перебила я. – Так что нет уж, я с тобой.

Отец недобро посмотрел на меня, но спорить дальше не стал. Я быстро повернулась к раненым:

– Никуда не лезьте, – бросила им.

Мстислав вышел в коридор, а я следом.

Нам пришлось спускаться по боковой лестнице. Чем ниже мы оказывались, тем громче становился шум. Теперь я уже отчётливо слышала удары металла, ругань, топот и чьи-то команды. На первом этаже дверь в хозяйственный двор стояла распахнутой. Я выглянула наружу и сразу поняла, что всё стало значительно хуже, чем было несколько минут назад.

Во двор прорвались люди. Человек семь или восемь, но они уже успели пройти от хозяйственных ворот почти до середины двора. Наши дружинники теснили их к стене, однако несколько нападающих вместо того, чтобы вступать в бой, пробирались вдоль построек в сторону главных ворот.

Я видела мечи, слышала тяжёлое дыхание мужчин и вдруг отчётливо почувствовала металлический запах крови. Меня слегка замутило, но я заставила себя смотреть дальше. Где-то среди этих людей были Михаил и сыновья.

Оказавшись во дворе, отец попытался перекричать шум.

– Стоять! – рявкнул он, шагнув вперёд. – Оружие бросить! Всем прекратить!

Ближайший к нам мужчина обернулся первым. Ещё один на мгновение замер, отбивая удар дружинника Михаила, но дальше ничего не произошло. Во дворе кричали сразу с нескольких сторон, звенело оружие, кто-то отдавал приказы у ворот. Голос отца просто утонул во всём этом.

– Да остановитесь вы, дурни! – снова заорал Мстислав.

На этот раз один из его людей всё-таки услышал и растерянно опустил меч.

– Князь?.. – выговорил он, не сводя с Мстислава глаз.

– Оружие бросай! – приказал отец.

Мужчина послушался, но остальные продолжали драться. А те, кто остался снаружи, вообще ничего не знали. Я облизнула пересохшие губы и оглянулась по сторонам. Должен же быть способ заставить их хотя бы посмотреть сюда. Пока они не видят отца, всё это не закончится.

И тут я заметила помост над воротами, где стояли наши лучники. У стены рядом с лестницей висела какая-то большая металлическая пластина, а возле неё на ремне болталась тяжёлая колотушка.

– Отец! – крикнула я, хватая Мстислава за рукав.

– Что ещё?! – раздражённо спросил отец, оборачиваясь.

– Наверх! – Я показала на помост над воротами. – Оттуда тебя увидят!

Мстислав проследил за моей рукой и сразу понял. Мы направились к лестнице, но едва успели сделать несколько шагов, как справа раздался свист. Что-то с силой ударило в деревянный столб рядом со мной. Из дерева торчала стрела.

Я несколько секунд смотрела на неё, а потом до меня дошло, что она вошла в столб почти на уровне моей головы. Я даже не успела испугаться как следует, просто стояла и смотрела на древко, ещё мелко дрожащее после удара. А ведь следующая вполне может прилететь уже не в столб.

– Ярослава! – рявкнул Мстислав и схватил меня за плечо. – К стене!

Я послушалась. Над нами щёлкнула тетива. Один из лучников с помоста выстрелил куда-то за хозяйственные постройки, после чего махнул нам рукой.

– Уходите, княгиня! – крикнул он.

У лестницы я наконец увидела Михаила. Он был ближе к главным воротам вместе с Павлом и Всеволодом. В руке был меч, на плече виднелось что-то тёмное, то ли грязь, то ли кровь. У меня сразу неприятно сжалось под рёбрами. Муж повернул голову и увидел меня.

– Яся! – донёсся его голос.

Я невольно притормозила. В этот момент один из нападающих вырвался из схватки сбоку и бросился на Михаила. Я только увидела занесённый меч и успела испуганно вскрикнуть, но Павел оказался ближе. Он встретил мужчину ударом и не дал тому добраться до отца. Я забыла и про лестницу, и про Мстислава. Сердце так сильно ударило о рёбра, что стало больно.

– Ярослава! – резко бросил Мстислав, уже ступая на лестницу. – Наверх!

Я стиснула зубы и заставила себя отвернуться. Чем быстрее мы доберёмся наверх, тем быстрее отец сможет остановить своих людей и тем скорее вся эта бойня закончится.

– Иду! – крикнула я и двинулась за Мстиславом.

На последних ступеньках подол зацепился за доску, я едва не полетела назад. Пришлось ухватиться обеими руками за перила и сердито дёрнуть юбку. Ладони скользнули по дереву от пота, и я испуганно перехватилась покрепче. Только свалиться отсюда не хватало! Почему в книжках женщины в подобных платьях, как у меня, всегда бегают по крепостным стенам легко и красиво? Вот закончится это все, введу здесь моду на женские брюки!

Сверху двор оказался виден гораздо лучше. Люди, прорвавшиеся через хозяйственные ворота, уже почти все были оттеснены от середины двора. Но снаружи главных ворот оставалось ещё немало людей Мстислава. Отец вышел ближе к краю помоста.

– Прекратить! – крикнул он. – Всем сложить оружие!

Несколько человек снаружи подняли головы, но часть даже не обернулась. Мы добрались сюда, чуть не словили стрелу, а они всё равно его не слышат!

Я метнулась к висевшей у стены металлической пластине, схватила тяжёлую колотушку обеими руками и ударила. Грохот получился такой, что я сама вздрогнула и чуть не выронила её. Ударила ещё раз, затем еще.

Пальцы уже начинали неметь, а после каждого удара ладони неприятно ныли от отдачи, но останавливаться я не собиралась, пока хотя бы половина этих безумцев не поднимет головы.

– Стоять! – снова рявкнул Мстислав, перегнувшись через ограждение. – Всем моим людям сложить оружие! Я не отдавал приказа нападать!

Я перестала бить и замерла, сжимая колотушку обеими руками. В ушах всё ещё звенело, собственное дыхание казалось слишком громким. Ну пожалуйста. Хоть сейчас послушайтесь его!

Люди начали переглядываться: кто-то ещё держал оружие, кто-то просто смотрел наверх, а кто-то уже откровенно пятился от стены. Во дворе тоже начали останавливаться.

– Князь?.. – донеслось снизу.

– Оружие бросили! – снова приказал Мстислав. – Немедленно!

Меч упал на землю, потом ещё один. Я наконец выдохнула, но тут заметила возле ворот какое-то движение. Один из людей Мстислава, кажется, не понял, что происходит, и попятился назад с поднятым мечом, дружинник Михаила бросился к нему.

– Михаил! – крикнула я, – Они сдаются!

Муж повернулся к воротам:

– Кто оружие бросил, не трогать! – громко приказал Михаил. – Остальным дать сложить!

Команду подхватили дальше, и наши начали отступать от тех, кто перестал сопротивляться. Только теперь всё действительно стало стихать.