ЭПИЛОГ

Мы с мужиками сидели в беседке. Я, Олег, Тём и тесть. Перед каждым стоял стакан с пивом. В центре высилась гора вареных раков, тут же раскладка сухариков с чесноком, чипсов с сыром, стружки из рыбы и кальмаров.

Мужской рай… Если бы не бабы.

Ксения, её мать, Галина Дмитриевна и все мелкие стайкой толпились на террасе, со всех сторон обступив Юльку, что-то щебетали таинственно выпучив глаза и стреляя по очереди глазами в нашу сторону.

Вот будь моя жена не истинной Обуховой, я бы уже летел на выручку, но зная козу, она за себя вполне могла постоять в любом окружении. Раз не отбивалась, значит всё это ей нравилось.

Но на сердце было тревожно:

- Вот что они опять обсуждают? Очередной заговор? – не выдержал я царящей перед носом таинственности.

- Может, Милан? – подал голос Обухов.

- Середина лета, сейчас еще не сезон, - сразу отбил я предположение.

- Меня всерьез беспокоит, зять, что ты в курсе расписания сезонов, - хохотнул тесть и взялся за следующую бутылку пива.

- Может, вербуют куда? Кэс за правое дело всегда лезет, куда не просят, - выдвинул гипотезу Олег.

Причем, его не меньше меня напрягала эта сгрудившаяся стайка девчонок.

- Юльке не помешает небольшая практика. Если Ксения возьмет ее юристом на свой зоопарк, я не буду против, - поразмыслив, ответил я.

Тесть снова хрюкнул, словно знал, что Юлька в зоопарке работать будет только через мой труп.

- Да детей они обсуждают, - буркнул брат, - чего тут непонятного.

Мы все трое обернулись на зеленого перца, единственного в нашей компании, кто пил пепси.

- А ты откуда знаешь? – фыркнул я, по инерции занося руку и легко отвешивая леща.

- Знаю, - обиделся Тём. – Чего им еще обсуждать, как не беременность.

- Что?

- ЧТО?

Мы с Олегом хором рявкнули, пугая стайку воробьев, нагло припарковавшихся на клумбе возле беседки.

- Твою ж, - простонал Олег, рухнув на плетеное кресло и закрывая лицо руками. – Ну умолял же, давай погодим! Куда, нах, третий? Отдохни, сама то не затрахалась… И вот те на!

Я с сочувствием смотрел на Мезурова. У меня всегда плохо состыковывалось представление о нем, как о главном авторитете города и примерном семьянине, искренне влюбленном в свою жену. Имея доступ к куче платных и бесплатных красоток, он даже носом не вел, но стоило его жене появиться на горизонте, начинал сходить с ума и дергаться, как подросток с вечным недотрахом.

- При чем тут Кэс? – возмутился брат. – Я про Юльку.

- Что?!

- ЧТО?

Теперь меня поддержал тесть.

- В смысле беременная?

- Когда беременная?

И на фоне наших тупых вопросов, дело спросил только Мезуров:

- А ты откуда знаешь?

- Так видно же, как она округлилась, - Тём выразительно повертел руками перед грудью, потом также выразительно у зада.

И мне это не понравилось. Одно дело я замечаю, как наливается моя коза, становясь еще аппетитнее и трахательнее, другое, что брат тоже не упускает изменения в её фигуре. Переселять его надо. В общежитие что ли устроить, пусть попробует нюхнуть самостоятельной жизни.

- Это еще ничего не значит, - весомо отбрил Обухов. – Нажрала, расслабилась, к сезону схуднёт.

- Ага, как же, - усмехнулся заносчивый прыщ, - стала бы она опросы устраивать, как мы отнесемся к прибавлению в семействе?

Я напрягся, вспоминая, как дня три-четыре назад после секса у нас действительно состоялся интересный разговор, когда коза как бы вскользь поинтересовалась, хотел бы я ребеночка и когда. Помню, что наплел ей что-то про то, что время терпит, что надо брата доучить и пристроить на нормальную работу. Что девчонки бы подросли, чтобы ненароком не заревновали. Еще напомнил ей, что с появлением мальца обломятся ей все тусовки и выезды…

Мда… Как-то я не связывал этот вопрос с тем, что перерыва в сексе у нас уже пару месяцев не было. А у женщин так не бывает, мне ли не знать! Я постоянно работаю в женском коллективе, и про боли, пмс и слёзы на ровном месте знаю всё.

- Твою срань! – потрясенно проговорил я и по примеру Олега рухнул в кресло.

- Кхм… Дык вроде бы отпраздновать надо? А? – вставил тесть, но видно было, что и его новость потрясла не меньше.

Ребенок. У меня будет ребенок от козы! С ума сойти!

А почему она мне не сказала? Ах да, я же сам подрезал ей желание откровенничать. Наверное, надеялась, что когда пузо полезет на лоб…

И тут меня прошиб холодный пот. А если не полезет? А если коза решила сделать аборт, раз я сказал, что еще рано? Вот почему у нее такой убитый вид и подруги такие безрадостные.

- Так. Не будем мешать Юльке готовить сюрприз, - распорядился я, - а лучше организуем ответный. С завтрашнего дня переезжаешь в Юлькину квартиру, - велел я Тёму.

- Чего это?

- Я из твоей комнаты детскую сделаю. Есть у меня бригада – за два дня всё оформят.

- Дело, - одобрил тесть. – А я коляску прикуплю. С электроприводом.

Я кивнул, больше отмечая, что все просчитать и спланировать можно заранее, кроме пола ребенка.

- А Юльке оставим возможность нас обрадовать, - более твердо произнес, давая себе обещание глаз с козы не спускать чтобы она беду какую не натворила.

Весь остаток дня я из кожи лез, оказывая ей внимание, проявляя заботу и нежность, намекая, что готов выслушать о нее любую тайну!

- Ты ничего не хочешь мне сказать? – каждые десять минут спрашивал я.

- Заправку для салата подай, - деловито распоряжалась она.

– Соли.

- Волосы с лица убери.

- Что тебе сказать? Я тебя люблю!

- Ты мой зверь!

- Ты достал.

- Ну что ты пристал! Ничего не хочу сказать.

- Ермаков, щас по морде получишь.

- Я устала… пойдем в кроватку?

- В смысле, я толстая? Грудь как грудь. Не нравится – убери свои грязные лапы от титек!

- Принеси чего-нибудь пожевать? Ну не знаю… Что-нибудь полезное, а то ночью жрать вредно же…

- И выпить принеси! Какое вино? Я не пью… Ну я только что решила, что бросаю пить.

На этом у меня терпение закончилось.

Я перевернул Юльку на спину и осторожно прижал её к постели.

- Хватит уже вокруг и около. Раздражает, когда ты принимаешь меня за идиота. Даю тебе последний шанс. Скажи мне то, что я должен знать!

- Э-э… Ну… Я поцарапала твою машину.

Эта новость на какое-то время по важности перевесила другую.

- Когда? Где?

- Слева. Когда парковалась, а там дерево и ба-бац! Я сама не ожидала… Велела Глебу втихушку заменить крыло…

- Из-за царапины? Менять крыло?

- Там царапина чуть больше оказалась.

- Насколько? – прищурился я.

- Примерно вооооот настолько.

Стало ясно, что вся морда у машины скорее всего разбита. Но меня волновало другое:

- Ты цела?

- Да, все нормально. Перепугалась только сильно.

- Всё цело? – я с беспокойством начал ощупывать жену, очень бережно касаясь живота.

В этом ощущалось какое-то волшебство. Еще никаких изменений, но там, внутри нее уже бьется маленькое сердечко нашего сына или дочери.

- Ты должна быть осторожнее, - прохрипел я.

- Ага, буду.

- Ты слишком беспечна.

- Ой, только не играй сейчас в моего папу, ладно? Он, уезжая, мне такой список нотаций зачитал, что жить страшно стало.

Юлька отмахнулась. Не хочет мне говорить. Ладно, сам ей скажу, к тому же я уже созвонился с дизайнером, подключил строителей, как раз к возвращению в город сюрприз будет готов.

В день «икс» я оставил Дашку с Алиной на попечение Галины Дмитриевны, Тём еще раньше свалил в город осваивать новую квартиру. По дороге раз пятнадцать останавливался.

- Ой-ой, тормози! Мне плохо!

- Ой, Русик, меня укачало…

- Буэ-э-э…

- Прости…

Я сжал челюсть и все же довез блюющую козу до квартиры. Дал ей последний-препоследний шанс:

- Ты точно ничего мне сказать не хочешь?

- Отстань уже! Я за последние три дня всю душу на изнанку вывернула, а тебе всё мало!

- Ну ладно. Я завяжу тебе глаза.

- Зачем?

- Маленький сюрприз для козы. Повернись.

Юлька скорчила неповторимую моську, но послушно повернулась, позволяя завязать ей глаза. Недолго думая, я под вскрик подхватил ее на руки и понес в дом. Все же нельзя не отметить, что Юлька поправилась, но мне до безумия нравилось всё: и потяжелевшие груди, и округлившаяся попка, и даже теснота между бедер. Я открыл для себя еще один чертов наркотик – любить свою женщину, свою самку, мать моих детей!

И по тому, какой чувствительной и отзывчивой становилась коза, я предчувствовал, что семья у нас будет невъебенно большая! Не собираюсь останавливаться на двух, как Олег.

Опустил перед дверью квартиры, отпер и впустил Юльку, крепко держа за руку.

- Ты ремонт что ли сделал? – принюхалась, смешно двигая носиком, Юлька.

- Немного. Только одну комнату.

- Тёмы? А! Ну он сказал, что ты выпер его из смежной комнаты, - поддакнула жена, а я напрягся.

- А почему выпер – сказал?

- Нет, но я поняла, что он с радостью свалит от твоего надоедливого надзора.

Я усмехнулся, ну-ну, посмотрим надолго ли хватит его самостоятельности.

Когда довел жену до смежной с нашей спальней комнаты, у самого перехватило дыхание. Было в этом что-то тянущее душу, беззащитное, требующее скрыть и уберечь. И меня пёрло от этого чувства.

Никогда я не испытывал настолько щемящее чувство нежности… Может, это и есть любовь?

Я снял повязку и впился взглядом в лицо Юльки, впитывая каждую каплю эмоций, сменяющихся на ее лице.

Шок. Это по-нашему. Я тоже с неделю в прострации от новостей.

Удивление. Ну еще бы! Знала бы ты сколько я отвалил дизайнеру за нейтрально-детские тона, не зная пол ребенка!

Умиление. Всё. На этом лучше тормозни, иначе я трахну тебя прямо тут, в новой детской.

Изумление? Ага, ты наконец-то додумалась, что я знаю о твоем чертовом секрете!

Обожание… Ну всё! Я точно помню, что каждый ремонт требуется обмывать сексом. Терпел сколько мог. Прости. Теперь самое время попробовать взять тебя на пеленальном столике.

- Спасибо! – и тут она разрыдалась, а у меня оборвалось сердце.

- За что?

- За это! Я думала ты меня убьешь, когда узнаешь…

Полчаса я утешал жену, клянясь в вечной радости от прибавления в семействе, вместо секса, правда потом она меня вознаградила праздничным минетом. Думаю, я заслужил. В конце концов, не только она станет матерью, но и я отцом!

- Слушай, папа зовет к себе. Ненадолго. Заедем? Он еще не знает, что станет дедушкой!

Я усмехнулся, ага, не знает! Это в принципе не про Обуховых. Я оформлялся к тестю чисто для рекомендации, а теперь параллельно с работой на Олега, тащу еще полфирмы тестя, «наследство» же! И Хрен отвертишься.

- Давай заедем.

- Рус?

- М?

- Ты не представляешь, как я тебя люблю! Я даже не знала, что смогу так полюбить, пока не встретила тебя.

Я сграбастал жену и впился жадным поцелуем!

Еще три месяца назад я и подумать не мог, что женюсь. И не на ком-то, а на самой избалованной светской пиздюшке, на Обуховой Юльке!

Теперь коза обезврежена, крепко замужем и официально переименована в Юль-Андреевну Ермакову. Аминь!

P.S.

- Я стану дедом?! Доча! Как так-то? Вот так сюрприз!

Он явно переигрывал, но Юлька светилась от счастья.

- Я боялась, тебя хватит удар.

- Меня? С чего бы? Я так ждал потискать собственного внучика. Но пойдем, у меня для тебя подарок!

Черт! Никакого терпения у тестя. Мог бы выждать неделю.

- Та-дам!

В самой большой комнате стояли три коляски. Бежевая для двойни, голубая и розовая.

- Пап, это что?

Рука-лицо. Я видел вытянувшееся лицо моей козы.

- У меня договоренность! Оставим ту, что подойдет, остальные они заберут.

- Так ты знал?

- Я? Да не в жизнь! Сюрприз же! Э-э… Но я ждал. Это подарок заранее, так сказать.

Юлька обернулась ко мне и по надутым губам я понял, что сейчас будет эпический выпад.

- Ты всем успел разболтать?

- Когда? – возмутился я. – Я сам еще не знал! Неделю допытывался у тебя. Помнишь?

Тут Юлька снова разрыдалась. Я догадывался, что от счастья, но твердо был намерен узнать срок. Девять месяцев пмс я не выдержу!

- Спасибо вам… Я не заслужила, я понимаю… Но постараюсь быть хорошей… Дочерью, женой, мамой…

И тут заслезился тесть.

Хотелось бы сказать: «Тут и сказке конец», но судя по приемной семье, конца мне не видать, как своих ушей.

В романе упоминались герои других историй:

Олег Мезуров - Прогибаясь под тебя.

Саша БДСМщик - Люби меня полностью

Конец.

Июнь. 2020

.