Глава 31 Я никогда тебя не забуду...

Крик догнал меня на улице, когда я выбежала из гостиницы.

Я не могла оставаться в стороне, отсиживаясь в безопасном месте, и намеревалась явить себя миру, чтобы хоть как-то помешать Даниэлю. Он остановил меня однажды, не дав навредить человеку, теперь настал мой черед.

Когда меня увидят одновременно с Конкордией, путь в академию будет закрыт, нам с Даниэлем останется лишь бежать — на другой материк, в чужое королевство.

Еще в номере Ридж хотел меня остановить, но вмешался Клайм, слушавший голоса из особняка вместе со мной.

— Идем. Потом мы как-нибудь со всем разберемся, — сказал маг энергии.

Теперь его спина маячила впереди.

Возглас Конкордии поторопил меня, дал цель — во что бы то ни стало доставить скрытник в особняк.

Для чего? Чем он может помочь? О каких доказательствах кричала двойник?

Вопросы без ответа. А звездное небо над головой, словно насмехаясь, выглядело до безобразия умиротворенно и тихо. Оно вечное и непревзойденное, и ему нет никакого дела до проблем смертных. Но моя душа жаждала дождя — внезапного и сильного, чтобы молнии сверкали на небе, пугая и восхищая всех вокруг. Такая погода вторила бы нынешним событиям, уверяя, что для остальных людей они не пройдут бесследно.

Стебель взрыл землю, разбрасывая брусчатку — сработал эффект неожиданности, стражники даже не осознали надвигающейся угрозы, а их уже смело. С еще одним охранником я справилась довольно легко, и со вторым тоже, а вот с третьим провозилась. Несмотря на свою одаренность, я оставалась первокурсницей-недоучкой, а охранники — тренированными бойцами, прошедшими подготовку.

Но на мое счастье, стражников на пути попадалось немного, но на лице каждого из них неизменно мелькало удивление. Они узнавали меня.

Из-за моей спины пронесся порыв ветра, взлохмативший волосы, и ударил в грудь женщине, перегородившей вход в особняк. Она вскрикнула и пораженно упала на пол, хватая ртом воздух.

Ридж! До сих пор я не знала, что он бежал следом за мной.

Едва оглянувшись на остановившегося Клайма, что теперь вместе с воздушником прикрывал меня, я зеленым вихрем ворвалась в дом. Я готова была сделать все что угодно, лишь бы прорваться к некроманту — ломать стены, пол, если понадобится проложить себе новый путь или вновь вступить в схватку.

Обостренные чувства придали реальности яркие тона, подобно тем, что я наблюдала в последнем видении, посланном богиней судьбы. Двигаясь вперед по неожиданно пустым коридорам, я твердо знала направление, чувствуя холодное дыхание магии смерти, пока не увидела кучку людей, стонущих на полу, схватившись за головы.

Я нашла! Они здесь! ОН здесь.

Побежав быстрее, я перепрыгивала через лежащую на полу стражу и не единожды, но совершенно случайно, наступила на чьи-то ноги. Последнее расстояние от двери до Даниэля я преодолела едва ли не одним прыжком, чувствуя себя дикой кошкой, и загородив некроманта, встала перед ним, угрожающе вытянув правую руку в сторону Сарманеля. Глава удивился, но выражение его лица больше напоминало гримасу боли, и лишь расширенные глаза утверждали о другом.

Зловещий свист ударил по перепонкам.

Занавешенное окно пробил красно-черный стебель с острыми колючками, способными вспороть плоть, и с жалом наверху, что подобно сабле готова кромсать своих врагов.

— Д… держи, — я едва могла говорить, слова мешались с хриплыми вдохами. Сорвав рюкзак с плеч, швырнула его двойнику. — Внутри.

— Эмма… — Голос некроманта прозвучал недовольно.

— Молчи… Даниэль, пожалуйста, — не оглядываясь, с чувством сказала я. — Не только ты можешь брать всю вину на себя. Теперь мы будем делать это вместе. От начала и до конца!

— Так это правда! — Старик перевел горящий взгляд с меня на Конкордию, наконец-то справившуюся с веревками и вытащившую скрытник.

Сарманель шагнул ко мне, будто собираясь подойти ближе и убедиться, что я реальна, но ядовитый стебель вновь рассек пространство, предупреждающе изогнувшись.

Влияние Даниэля прекратилось, и стражники приходили в себя, вставая на ноги.

Сарманель внушал опасение, не более, но и вызывал гнев — праведный, необузданный и неподдельный.

Из-за него мы зашли слишком далеко.

Ощутив ладони на своих плечах, я не оглянулась.

Конкордия поднялась, а открытый скрытник в ее руках зашелестел листами, исписанными вдоль и поперек. Они словно состарились, став потрепанными и пожелтевшими, обретя свой истинный облик. Обложка артефакта тоже изменилась, обратившись протертой кожей с вязью узоров по краям.

Но не только мое внимание привлек артефакт — Сарманель узнал его. Руки старика задрожали — возраст брал свое.

— Заберите у нее скрытник, немедленно! — крикнул старик солдатам, приходящим в себя, а с его рук сорвался магический туман.

Зная зависимость своей силы от живых растений, Сарманель постарался расставить их повсюду, прикрыв то дверцей шкафа, то фасадом стола.

Зеленые молнии, метнувшиеся к Конкордии, внезапно обмякли, а потом их разрубило красно-черное чудовище, которое я вырастила вновь под влиянием ситуации.

В этот самый миг воины в белом, кажется, окончательно пришли в сознание. Такое количество магии я видела впервые. Искрящая, абсолютная, разная, но отчетливее всего чувствовалась мертвая сила Даниэля. Она балансировала где-то на грани, а влияние моего дара давно исчерпалось. Некромант потратил слишком много магии, воздействовав на десятки живых, поэтому новая попытка могла привести к истощению.

Старик сам дернулся в сторону пробежавшей Конкордии, а я перехватила его руку. Но несмотря на возраст, он оказался сильнее. Наши взгляды пересеклись.

Шелест. Бормотание. Водный всплеск.

Дарла не позволяла никому подойти к ним, пока Тильда вчитывалась в записи. Крепкие руки обхватили мою талию, резко потянув назад, и в следующее мгновение комната исчезла в белом ослепительном свете, в ушах повис звон, не дающий трезво мыслить, и лишь ладони Даниэля не давали упасть в беспамятство или закричать самой, вторя неизвестному шуму.

Свет исчез так же внезапно, как и возник. Словно включили лампочку и выключили, ослепив обидчиков.

— В порядке? — Передо мной возникло сосредоточенное лицо Тильды.

Сама того не поняв, я упала прямо на Даниэля, что принял удар, притянув к себе.

— Да, — прохрипела я, не переставая моргать, — в голове до сих пор звучал отдаленный звон.

Некромантка кивнула и быстро поднялась на ноги, зорко выглядывая в комнате своих среди чужих. В основном все, как и мы с Лефевром, лежали на полу. Взглядом наткнувшись на какого-то мужчину, я пораженно заметила, что его глаза заволокла белая дымка.

— Что это? — Я закопошилась, совсем не заботясь о некроманте под собой.

Даниэль приподнялся вместе со мной.

— Артефакт правосудия обезоруживает всех, кто поблизости, не важно, друг или враг. И чтобы отменить его действие, надо коснуться им тела поверженного. — Слушая объяснения Даниэля, я наблюдала, как некромантка коснулась чем-то красным и блестящим щеки Горидаса, и белая поволока сошла с его глаз. — Загадка…

Некромант смотрел на меня рассерженно, сжимая запястья.

— Ты понимаешь, что натворила? — поймав мой взгляд, спросил он. На его скулах заиграли желваки.

— А что я натворила? — обманчиво тихо проговорила я. — Не дала тебе одному взвалить на себя все?

Я сглотнула.

Наши лица находились в пяти сантиметрах друг от друга. Оба недовольные. Он — ледышка, неожиданно начавшая таять от собственных эмоций, и я, не ждавшая благодарностей, но и прямого укора тоже, будто совершила что-то бессмысленное.

— Я нас спасла! Тебя, Конкордию и этого ублюдка! — посмотрела на старика, недвижно лежавшего на полу, пусть это было сомнительное достижение, но все же…

В кабинет ворвались Ридж и Клайм, последний сразу направился к воднице, недавно пришедшей в себя и пытавшейся неуверенно подняться на ноги. Маг энергии подхватил протестующую Дарлу на руки, и я завистливо вздохнула.

— Их допросят, загадка. Всех! Мы говорили с тобой об этом.

— Мы сбежим, — упрямо сказала я.

— Ты будешь всю жизнь бежать?

— Но ты ведь собирался!

Впервые с момента нашей встречи мы вновь не понимали друг друга. Даниэль собирался меня защищать до последнего, но не принимал того факта, что я сделаю для него то же самое.

— Ай! — Бедро адски обожгло.

— Эмма…

Я обернулась, точно зная куда смотреть. Конкордия, все еще сидевшая на полу, медленно таяла, словно утренний туман, разгоняемый поднимавшимся все выше на небосвод солнцем.

Я было кинулась к ней, но едва поднявшись, вновь упала, и к жгучей боли на бедре прибавилась глухая и ноющая — в коленях. Попыталась обнять двойника, но руки прошли сквозь тело, а пальцы заледенели, словно я засунула их в морозильник.

— Я возвращаюсь, — мило, с долей грусти улыбнулась Конкордия.

Мы посмотрели друг на друга. Одинаковые глаза, идентичные лица и похожие чувства — мы будем скучать друг по другу и своим мирам. И я, и Конкордия знали, что этот момент настанет, но кто мог подумать, что расставание выйдет тяжелее, чем мы предполагали?

Это навсегда. Мы поменялись окончательно. И никогда больше не увидим друг друга.

— Позаботься о моих родителях, — прошептала я, чувствуя, как по щеке потекла слеза. И сбивчиво продолжила, говоря то, что не успела: — Не расстраивай их. Слушайся. Иногда можешь потрепать нервы, но немного. Мама воспринимает все ближе к сердцу, чем показывает. Если случатся неприятности, лучше говори отцу, он дает дельные советы. И…

Конкордия становилась все менее плотной.

— Эмма, не переживай, — перебила Конкордия меня и попыталась коснуться моей руки, но передумала, вспомнив, что у меня не вышло. Сглотнув, она заговорила, оправдываясь: — Я… скрытник… Там записи моей матери, поэтому я не дала их раньше. Не только записи, но и доказательства. Пытки, издевательства — она умерла не сама. Ее убили ради земель ее отца. Я не хотела, чтобы то, что написано там, увидел хоть кто-то. — Голос становился глух, напоминая шум ветра. — Слишком много грязи…

— Я понимаю, все хорошо, — прошептала я. Двойник растворялась, как ночной сон.

— Спасибо, Эмма, — прошептало эхо. — Я никогда тебя не забуду…

— Я тоже… Никогда… — произнесла в пустоту, а щеки вновь намокли от слез.

Она исчезла. И боль в бедре тоже, похоже, пропала навсегда. Мне показалось, я просидела, застыв на одном месте, больше часа, а на самом деле не прошло и минуты.

Сглотнула и утерла лицо, понимая, что теперь время драгоценная величина.

Даниэль переговаривался с сестрой, с несвойственной ему активностью жестикулируя руками. Натянутый как струна, напряженный, с бледным лицом.

Резко кивнув, некромант направился ко мне.12727c

— Тильда потянет время, но не долго. Не уверен, что успеем выбраться из Морлада, но для начала главное покинуть Холирал, — быстро проговорил он.

— Ладно, я поняла, — ответила, с трудом беря себя в руки. — Все еще злишься?

— Да. Хоть и понимаю, почему ты это сделала. — Выражение его лица смягчилось. — Ты правильно поступила. Просто дай мне время это принять.

Мы поднялись. Прощание с остальными выходило скомканным и быстрым, настолько, что мы с Дарлой даже не смогли ничего толкового сказать друг другу. Даниэль и маг энергии быстро обменялись санкровенами.

— Я выжду время. Полгода, не меньше. Лишь потом дам о себе знать, — говорил Даниэль Клайму.

Мы пускались в бега. Никакой академии, свободной жизни, свадьбы… Но я ни о чем не жалела, ведь какой в этом смысл? Когда я попала в этот мир, то двигалась лишь вперед, не давая себе остановиться, не позволяя сдаться.

Тупиковых ситуаций нет, если ты полон сил и желания искать выход.

Теперь мы вместе, и мы сможем все.

Неожиданно что-то кольнуло сердце, и по рукам прошли мурашки. Моя магия, что как зверек свернулась клубочком внутри, с надеждой подняла мордочку вверх, чувствуя что-то еще, недоступное мне.

И грянул зов — тихий, нежный и древний, словно вобравший в себя дыхание времени. Чем-то он был отдаленно похож на звучание тростниковой дудочки.

Древень?

Я развернулась и подбежала к разбитому окну. Меня встретила ночь, дохнувшая в лицо прохладным воздухом.

— Эмма!

— Подожди, что-то происходит, — прислушиваясь к своим чувствам, прошептала я, и тьма стала уступать золотому свету.

Поначалу лишь марево, но огонь становился все ярче, освещая ночь и спустя пару мгновений словно полностью ее уничтожая.

Здесь, в Холирале, времена суток поменялись местами. Невозможное, возможное…

— Даниэль. — Я не глядя вцепилась в рукав подошедшего парня. — Древень. Он цветет!

Золотое сияние на время украло мое сознание, и на какое-то мгновение я оказалась там, на территории академии, рядом с гигантом.

Листва трепетала, а золотые бутоны заполонили ветви Могуч-Древня. Они раскрывались, цвели, осыпались и, не успев достигнуть земли, обращались в золотую пыль, что облаком целенаправленно неслась к городу. Она бережно накрывала дома, словно укутывая одеялом, и захватывала улочку за улочкой, пока не достигла нас.

«Непосвященные забудут…» — донесся шелест, а золотая пыльца, прильнув, ласково коснулась моего лица.

— Спасибо, — еще в полной мере не осознавая случившегося, прошептала я, вновь вернувшись в разруху особняка.

Я не могла поверить. Ведь чудес не бывает! Но опровергая весь моей реализм, оно внезапно вторглось в нашу жизнь подобно весеннему солнцу, разогнавшему холод.

— Даниэль… — повернулась к некроманту, счастливо улыбаясь.

— Я знаю, — прошептал он, прижимая к себе, невольно заставляя вслушиваться в учащенный стук его сердца. — Все закончилось, загадка. Все завершилось.

***

Ректор задумчиво глядел на парящий в небе золотой поток. Холирал словно покрылся позолотой, став похожим на игрушечный городок.

— Долг возвращен, — проговорил он, касаясь позолоченного ствола Древня. — Я ведь говорил, что так все и будет.

Кровавая река замолчал, словно выслушивая невидимого собеседника.

— Да, возможно, — согласился он. — Кто знает, будет ли их будущее столь великим, как ты утверждаешь. Нам остается лишь наблюдать и ждать.