Глава 11

Утром вылезать из кровати не хотелось. Ответила на призыв Альки по лайзу, что всё со мной хорошо. Подивилась продвинутому магическому девайсу, нужно потом узнать, что он еще может и закуталась с головой в одеяло. Ехать в академию в сопровождении Янсвара Алора не хотелось. А хотелось, чтобы вчерашний и позавчерашний дни, стали сном, и я учусь вместе с Алькой на настоящего архивариуса. Учусь правильно щупать рукописи, снимать артефактами магические сигналки на древних свитках и знакомлюсь с нормальными ребятами. Ведь есть здесь на Эйдане нормальные ребята. Судя по вчерашним Алькиным одногруппникам, есть. Простые люди, не хватающие звезд с неба, дружелюбные и ненадменные. Но все, что произошло не сон и сейчас стучится ко мне в дверь вежливая служанка, а на пороге стоят мои собранные в приютский чемодан вещи. – Нира Лейра, – послышался голос девушки, – будьте добры, вставайте, завтрак через десять стуков. Я застонала от такого пробуждения. Потом долго рылась в сумках и недовольно рассматривала свою помятую физиономию в зеркале. Слава богине, хоть гребень мой приехал. Волосы собрала в высокую гульку, закрепила заколками с полудрагоценными каменьями, нам их наборами подарили, в приюте, даже в счет не вписали, сама доброта. «Ну что, Лерка, – сказала своему отражению, – вперед!» девушка, ждущая за дверью, чуть кивнула мне и, повернувшись, бодро побежала по знакомым ей коридорам. – Хоть имя свое скажи, не обращаться же к тебе «эй ты», – сказала я ей. Голос после сна все еще был хриплый, как ворона каркнула. – Намира, – ровным голосом ответила служанка. Перед дверью она наконец–то обернулась и осмотрела меня оценивающим взглядом. Поправила какую–то, только ей видимую, складку на подоле платья, пригладила волосок на виске и, посмотрев в глаза серьезным взглядом, сказала: – Ньеры Алоры не любят неряшливость во внешнем виде, нира, вам следует привыкать. И тут же испарилась словно по волшебству, только мелькнул подол ее серого платья за углом. Я еще несколько секунд тупила, осознавая её слова и нахмурилась. Вот что я не собираюсь делать, так это привыкать к их высокородным величествам. Надеюсь, ключник решит проблему, раз ему так понадобилась печать на моей руке. Столовая была прямоугольной комнатой, с затянутыми в темные панели стенами, на которых висели картины с величественными красотами природы и красивые светильники. Тонкая кованная основа, в виде лепестка в котором каплей застыл стеклянный шар, а под тонким стеклом шара, переливается яркими бликами, магия, освещая комнату и находящихся там мужчин. Длинный стол, друг против друга сидят Алоры. Еще один прибор стоит рядом с Яном, чему я обрадовалась - сидеть рядом с Малусом не хотелось. Он меня вчера немного напугал, не столько тем, что он пожиратель на грани срыва, а тем, что он был пьян. Я боюсь пьяных людей, психологическая травма с детства. В присутствии такого человека я впадаю в ступор и не могу нормально не то, что говорить, но даже думать. На мое удивление Ян поднялся и помог мне сесть на стул с высокой спинкой, придвинув его вместе со мной к столу. – Десять маглинтов пожирателю круга ушли, – брякнул некстати лайз, еле удержалась, чтобы не вздрогнуть. Точно пожиратель, недовольно покосилась на мужчину, я, понимаешь, сама не могу пользоваться, а вот ему запросто все дается. Зашли несколько слуг с подносами, пока они ставили перед нами наполненные дымящейся кашей тарелки и наливали густой напиток, похожий на кисель, мы хранили молчание. Лишь только дверь за слугами закрылась, старший Алор хмыкнул и, оставив в сторону тарелку, принялся лениво потягивать кисель. Мне хотелось понюхать еду и сначала попробовать, что мне положили в тарелку, но встретив хитрый взгляд Яна не стала этого делать. В приюте кормили довольно бедно. Неизменное меню, которое за несколько лет приелось до чертиков. Теперь же можно получить вкусовое блаженство от новых запахов и вкусов. Я смело зачерпнула кашу и стала есть. Не могу сказать, что она была прекрасна и я испытала экстаз, в каше попадались странные кусочки похожие на какой–то фрукт, но в целом вполне терпимо. Ян молча наблюдал, как я орудую ложкой и тоже зачерпнул у себя в тарелке. Потом скривился и отставил кашу в сторону и тоже стал пить кисель с интересом поглядывая на меня. То, что с кашей что–то не то, я поняла после четвертой ложки. Мне вдруг захотелось отрыгнуть, еле сдержалась. Аккуратно отставила тарелку в сторону и поняла, что в следующий раз я буду делать, как хозяева дома. В животе происходили странные бурления, и я с ужасом подумала, что могу глупо опростоволоситься и надо бежать из столовой. Когда я уже приподнялась и хотела сказать, что мне надо удалится, мужчины не выдержали и расхохотались. Я замерла, с удивлением разглядывая Алоров. Смеющиеся высокородные стоили того, чтобы немного потерпеть. — Это было смешно, сын! – сказал Малус, - Есть корскую кашу первый раз и не знать о её свойствах, дорогого стоит. Скажи, - обратился он ко мне, – Что тебе сейчас хочется сделать. Я покраснела и стала суматошно выбираться из-за стола. – Успокойся, – поднял руку Малус, – Выпей кьяра, – и показал глазами на кисель, – Он нейтрализует действие сора. Я нехотя повиновалась и выпила несколько глотков кьяра. – Теперь ты всегда будешь есть сор и пить кьяру по утрам, измара, – уже чуть холоднее сказал Малус и поднялся из-за стола, – Жду тебя сегодня на занятиях после учебы. С этими словами старший Алор вышел из столовой. Я перевела взгляд на Яна, стараясь вложить в него все, что я думаю про них. Но с того, как с гуся вода, усмехнулся и опять приложился к напитку. – Сор - очень полезная каша, после нее не хочешь есть сутки, в подземельях мы едим ее в сушеном виде. У нее есть небольшой побочный эффект, как ты поняла, она провоцирует усиление работы желудка, поэтому мы пьем кьяр, чтобы убрать эффект и тогда сор становится неоценимым источником энергии для организма. Надеюсь, ты поняла хотя бы половину. – Я поняла все, – хмуро ответила высокородному, – Зачем надо было это представление. – Нам было весело, – ухмыльнулся Ян, – И лучше всего к сору привыкать в таком виде. Через пару месяцев побочный эффект не будет столь сильным. Я кивнула, что поняла, потом всё-таки решилась на вопрос, пока высокородный в благодушном настроении. – Может быть, в академию я поеду сама? – Не обсуждается, Лейра, – сразу стал высокомерным Ян, – Ты не понимаешь, что значит измара в окружении… – он замялся на мгновение, – Высокородных. Никто не откажется попробовать умыкнуть тебя, всем плевать на беды, которыми грозит обелиск богини. – Даже тебе? – вырвалось само собой, от злости на свой язык хотелось его прикусить. Ян поднялся со стула, и помог выбраться мне, даже открыл дверь в коридор. Я думала он не ответит, но высокородный ответил: – Даже мне… было бы плевать, – продолжил он, – Если бы не Маргела, подводить сестру и лишать её мечты, я не хочу и не буду. – Потом кивнул сторону появившейся, как призрак служанки. – Сейчас бери свои принадлежности, жду тебя возле рокса, нужно показать всем, что ты занята, будь добра подыграй мне. Я уже топала к служанке, когда меня остановили его последние слова. Как подыграть не поняла и повернулась назад чтобы спросить, но Алор уже благополучно удалялся по узкому коридору. Кричать вслед не стала. Посмотрела на Намиру, которая не отличалась приветливостью и пошла вслед за ней. Интересно, долго она меня еще водить будет по этому коридору? И почему при таком компактном размере снаружи, дом поражает своими объёмами внутри. Тряхнула головой, выкидывая лишние мысли. Сумка с принадлежностями была на видном месте - когда рылась в поисках платья, сразу приготовила. Поэтому бросила беглый взгляд в зеркало и вышла в коридор к Намире. Говорить с девушкой больше не пыталась. Она дала понять, что переходить черту не собирается, а у меня и так много проблем, чтобы заморачиваться с этой девицей. К Яну подходила с дрожью в ногах. Мужчина был хорош в утренних лучах Солнца. Волосы небрежно взлохмачены, воротник стоечка на форменной куртке расстегнут и в вырезе виден краешек белой рубахи. Он стоял, опершись на стойку платформы для роксов и смотрел на меня странным взглядом. Чуть прищурив карие глаза и прикусив губу. Он точно думал обо мне. Слишком расчетливо осмотрел, начиная от маленькой шляпки, которую я успела нацепить на кудри и заканчивая грубыми, но удобными туфлями, которые выглядывали из-под голубого платья. В приюте нам было не до моды, носили то, что нам покупали, подгоняя под фигуру. Цвет был явно не мой, но я не привереда, главное, есть что натянуть на себя. Алька, та была модница, и устраивала скандалы с другими девицами в приюте из-за любой тряпки. Я её поддерживала, но не участвовала в разборе вещей. А теперь вдруг мне стало стыдно, что я так безвкусно и некрасиво одета, а потом пришла злость. Я задрала подбородок и без страха залезла на рокс. Ян, как вчера встал позади, очень близко. От него пахло терпким парфюмом и жженым деревом. Магия притянула нас к платформе, рокс мягко тронулся с места. Я старалась не обращать внимание на стоящего за моей спиной мужчину, что было, конечно, смешно. Не думать не получалось. Ох, Лерка, не хватало еще в него влюбиться, хватает, что он твои маглинты ворует. Около библиотеки, рядом с которой находилась наша школа, было оживленно. Мельком увидела Альку, которая сначала хотела подойти ко мне, а потом увидела, как я покачала головой в знак отрицания. Если высокородные еще не прознали про вторую «свободную» измару, лучше нам не встречаться прилюдно. Навряд ли Алоры и ключник будут защищать Альку от высокородных, а сами мы не сможем им противостоять. Рокс плавно подъехал к стоянке, а нас со всех сторон уставилось множество глаз. Я увидела знакомые лица, почти все они вчера были в фойе корпуса, когда Аринэль объявил меня измарой. Только тут я стала понимать, как он вчера меня подставил. Амулеты, которые выдавала нам империя, были сложные и очень дорогие. Сделаны специально, чтобы маги не могли нас почуять. Сжала от злости губы. Теперь толку от этого амулета. – Ян, – услышала я голос его дружка Блума, – А ты, я смотрю, не промах, отхватил себе измару без очереди и, как всегда, на высоте. Парень был блондином, симпатичным, если бы не кроваво-красные губы, придающие ему сходство с вампиром и голодный блеск в глазах. – И как она тебе? – шепнул он Алору. Тот не спешил выпускать меня с рокса и, когда я дернулась, чтобы слезть, одной рукой уцепился за талию и притянул к себе, а потом раздался его ленивый, скучающий голос, который я слышала в день поступления. – Не твое дело Блум, надеюсь, тебе не нужно объяснять, что я делаю с теми, кто трогает моё, – под конец речи его голос почти физически опалял. Магия волной окружала нас и наползала валом, обжигая. К Блуму вернулся разум, он испуганно посмотрел на Янсвара и отступил на шаг, поднял руки в защитном жесте. – Алор, ты чего, никто не будет лезть к твоей измаре, – потом он опять понизил голос, – Если, конечно, ты не захочешь сам поделиться. В груди Яна появилась чуть слышная вибрация, отдаленно напоминающая рык и Блум опять отступил, а потом повернулся и пошел прочь. – Уже пошутить нельзя, – буркнул себе под нос, потом подошел к стоящим толпой студиозам высокородным и стал что–то говорить, иногда поглядывая на нас. – Теперь можешь идти, – сказал мне в макушку Алор, но руку с талии не снял, а я не выдержала, и сама стала выбираться из захвата, уж слишком жарко, стало возле мужчины. – Спасибо, – не поднимая глаз сказала я, – Постараюсь уговорить ключника, чтобы мне сделали защиту, и больше не доставлять вам проблем. Алор молчал, я осмелилась поднять на него взгляд, чтобы в следующее мгновение оказаться в плену такого же голодного, как у Блума взгляда, но когда я моргнула, Янсвар уже смотрел спокойно, лишь насмешливо изгибались красиво очерченные губы – Не надейся на защиту ключника, измара, – да что им всем так далась эта кличка, – он с радостью скинул на нас с отцом твой оберег, поинтересуйся, что это значит и не переживай, пока все думают, что ты моя постельная грелка, тебя не тронут. Я поняла, что краснею, а внутри тяжелым узлом взметнулась сила, заставив взвыть лайз: – Советую выпить успокоительного зелья и погрузиться в медитацию. Сильными эмоциями вы замедляете процесс слияния с симбионтом. Я выдохнула, взглянул на все еще стоящих рядом высокородных и чуть кивнув Алору, пошла в школу. Занятия начнутся очень скоро. Проходя мимо Альки, почувствовала, как она всунула мне в руку клочок бумаги, и успокоилась еще больше. Я не одна в этом мире, у меня есть Алька, а там выкручусь, не впервой.