Глава 36

Ко мне подошёл Раэль — в чёрном, элегантном костюме, с лёгкой улыбкой на губах и безошибочной уверенностью в глазах.

— Прошу прощения, — обратился он к Мору. — Позволите украсть мою жену на один танец?

Проверяющий приподнял бровь, но кивнул:

— Она и так вся ваша… на одну песню.

Он не успел договорить, как к нему подлетела сияющая феечка в пышном платье, схватила его за руку и взволнованно защебетала:

— Простите, а вы не могли бы потанцевать со мной? Вы выглядите… ну… очень представительно!

Мор замер. На мгновение. Потом чуть покраснел, но всё же улыбнулся и сдержанно кивнул:

— Я не смею отказать столь яркому приглашению.

Я рассмеялась — искренне, тепло, не удержавшись.

— Похоже, вас тоже похитили, господин проверяющий, — сказала я, оборачиваясь к Раэлю.

Он уже протягивал руку, и я вложила свою в его, позволив увлечь себя под музыку. Сквозь светящиеся гирлянды, смех и шёпот листьев — мы начали танец.

Музыка плавно заполнила пространство между нами, и Раэль закружил меня в танце с той лёгкостью, как будто мы танцевали вместе сотню лет.

— Ты знаешь, — начал он, слегка склонив голову, чтобы говорить ближе к уху, — ты чудесна сегодня. Нет, не только сегодня. Всегда. Умна, красива, смела, невероятно… восхитительна.

Я чуть смутилась, но улыбнулась.

— Кроме одного, — продолжил он, и голос его стал строже. — Ты больше не приходишь ко мне на занятия.

— Раэль… — начала я виновато, но он уже качал головой.

— Даже не оправдывайся, — мягко оборвал он. — Я терпеливо ждал. Но ты же понимаешь, что если не будешь выполнять мои требования, мне придётся применить дисциплинарные меры.

Я вскинула бровь.

— Ты сейчас серьёзно?

Он прижал меня к себе чуть ближе, глаза сверкнули озорным светом:

— Абсолютно. Либо ты возвращаешься к учёбе, либо я достаю ремень и наказываю свою строптивую ученицу. Уроком, конечно же. Или… чем-то другим, более убедительным.

Я рассмеялась, покачав головой:

— Шантаж?

— Обещание, — поправил он с довольной ухмылкой и закружил меня ещё быстрее, будто намереваясь окончательно лишить почвы под ногами.

Когда музыка плавно сменилась, Раэль замедлил шаги, плавно останавливаясь вместе со мной. Его рука сжала мою чуть крепче, словно не хотел отпускать, но всё же отпустил — чтобы с благоговением поднести к губам и поцеловать мои пальцы.

— Хорошего вечера, маленькая моя, — мягко проговорил он, заглядывая в глаза.

Затем он перевёл взгляд на стоящего чуть поодаль Мора, который тоже закончил танец, и с лёгкой полуулыбкой добавил:

— Мор, позаботьтесь о моей жене.

— Разумеется, — кивнул тот, сдержанно и уважительно.

Раэль грациозно откланялся и, не оглядываясь, скрылся в толпе, оставив после себя лёгкий аромат магии и… ощущения чего-то не до конца сказанного.

Мы с Мором продолжили прогулку по залитому огнями двору, наслаждаясь атмосферой праздника. Он повернулся ко мне, чуть склоняя голову:

— Есть ли продвижения в поисках пропавшего студента?

— Есть. Завтра, скорее всего, они и появятся, — ответила я, стараясь не выдать волнения.

— Увлекательно, — заметил он с лёгкой улыбкой. — И вы, ректор, очень необычны. Не каждый стал бы лично заниматься этим делом.

— А для меня — это и есть единственная норма, — пожала плечами я. — Иначе зачем я здесь?

Мы обменялись взглядами, и в этот момент к нам подошёл Эдмунд с неизменной чашкой кофе в одной руке и с лукавой улыбкой на лице.

— Ты чудесно выглядишь, ректор, — произнёс он. — Могу ли я рассчитывать на танец?

Я хотела ответить, но Мор опередил меня:

— Я не против уступить её ещё на один танец, — сдержанно сказал он, — как раз проверю, чем именно заняты преподаватели, которым поручено следить за студентами. Только тсс, — он приложил палец к губам, многозначительно глядя на Эдмунда.

Тот фыркнул, но уже протягивал мне руку, приглашая в круг танца.

Мы кружились под плавную музыку, и Эдмунд с улыбкой склонился ко мне:

— Ты сегодня просто потрясающе выглядишь.

— Спасибо за комплимент, — улыбнулась я.

— Кстати, Мор, кажется, начал проявлять себя не как проверяющий, а как мужчина.

Теперь была моя очередь фыркать.

Эдмунд тихо рассмеялся:

— Я его понимаю. На твоём месте я бы вёл себя так же.

— У меня вообще-то два мужа, — заметила я, с приподнятой бровью глядя на него.

— Я знаю, — ответил он с абсолютно серьёзным видом. — Но у такой шикарной женщины может быть столько мужей, сколько она захочет.

Я не удержалась от смеха. С Эдмундом всегда было легко. Без давления. Без ожиданий.

Мы продолжали танец в хорошем настроении, позволяя себе на пару минут забыть о делах и тревогах. Он вёл мягко, уверенно, а когда музыка стихла, слегка поклонился:

— Спасибо тебе за танец. Это было приятно.

Мор вернул меня обратно к себе, галантно вложив мою руку на свой локоть. Мы продолжили неспешную прогулку по празднику, наслаждаясь огнями, музыкой и оживлёнными голосами студентов. Атмосфера была по-настоящему волшебной.

Но вдруг мой взгляд зацепился за троицу студентов, которые, озираясь, пробирались к небольшой альтанке у края парка. В их руках я заметила подозрительные фляги.

— Кажется, у кого-то очень неправильное представление о «безалкогольном празднике», — пробормотала я и решительно направилась за ними.

Молодёжь, завидев меня, с гиканьем бросилась врассыпную. Мор хохотнул, заглянув в альтанку:

— Улетели, как воробьи.

— Я должна за этим следить, — вздохнула я, входя внутрь.

— Не за всеми ж углядишь, — отозвался он, шагая за мной. — Но мне нравится, как ты к этому подходишь.

Я кивнула, едва отмечая, что он перешел на ты, готовясь выйти обратно, но… дверь не поддавалась. Я нахмурилась и попробовала снова. Щелчок. Замок. Заклинило?

— Не выпускает, — пробормотала я, потянув за ручку уже с усилием.

Мор, стоявший рядом, посмотрел на меня с прищуром и ленивой полуулыбкой:

— Похоже, судьба решила, что тебе нужно немного отдохнуть.

— Не показалось, — сказала я, поворачиваясь к нему. — Вы перешли на ты.

Мор чуть отпрянул, моргнул и поднял ладони в примиряющем жесте:

— Простите. Это вышло… неосознанно. С вами легко потерять границы. Обещаю, больше не повторится.

Он отвёл взгляд, снова дёрнул дверь — та не поддалась.

— Заперто, — констатировал он, прищурившись, а потом вдруг замер и поднял взгляд вверх. — Ага. Всё ясно.

— Что ясно? — нахмурилась я, следуя за его взглядом.

Над нами качалась веточка омелы. Просто ветка. Просто омела.

— Омела. И?

— И кто-то из студентов явно решил проявить инициативу, — хмыкнул Мор. — Хороший, талантливый ребёнок. Прямо скажу — пятёрка за креативность. Поцелуй — и дверь отпустит.

— Что за бред?

— Не бред. Чары. Магия ловушки на омеле. Простая, но рабочая. Пока не поцелуемся — будем здесь до утра. И то, если повезет. Хорошее плетение, качественное. Разрушит разве что ваш муж-дракон своим пламенем. Но для этого ему надо будет обратиться и уничтожить половину этого парка.

— Великолепно, — прошипела я, снова дернув за ручку. Безрезультатно.

Мор стоял с виновато-весёлым видом:

— Согласитесь, из всех возможных ловушек эта не самая неприятная.

— Только если вас тут закрывают с тем, кто вам дорог, — пробормотала я, всё ещё глядя на омелу. — У вас ведь есть любимая. Как она отреагировала бы, узнав, где вы сейчас?

Мор ненадолго замолчал, потом усмехнулся и покачал головой:

— Она у меня крайне мудрая… Ну, или я очень надеюсь, что она такая. Уверен, она поймёт.

— Что ж, — вздохнула я, — не уверена в такой же мудрости от моего дракона.

Он улыбнулся уголком губ и склонил голову набок:

— Возможно, тогда нам стоит остаться тут до утра. Чтобы наверняка вызвать его терпимость.

Я кивнула… а потом покачала головой.

— Нет. Это какой-то бред. Мы не можем просидеть здесь до утра. Давайте просто… просто сделаем это. Нам же не по пятнадцать лет.

Он приподнял бровь, чуть улыбнулся и, не возражая, подошёл ближе. Я отвернулась.

— Я не могу…

— Ладно, — спокойно отозвался он. — Я не собираюсь целовать вас насильно.

Я начала снова ходить по альтанке, не зная, как поступить. Внутри клубились сомнения, сердце стучало неуместно громко. Потом я выдохнула, повернулась, подошла к нему, поправила свою одежду, словно подыскивая повод, и, закрыв глаза, подставила губы.

Он тихо рассмеялся.

Я открыла глаза и нахмурилась:

— Что?

— Вам нужно расслабиться, — сказал он мягко. — Это же не экзамен. Просто поцелуй.

— Угу, — буркнула я, тряхнув руками. Ладони были влажными, и я вытерла их об платье. Он посмотрел на меня внимательно.

— Можно?

Я кивнула.

Он слегка улыбнулся, медленно поднял руки и обхватил моё лицо ладонями, словно я была чем-то хрупким. Его пальцы тёпло легли на мои скулы, большие — скользнули к вискам, замирая там в почти почтительном прикосновении.

Он не спешил. Словно позволял мне отступить. Но я не двигалась.

И тогда он наклонился ближе — на вдох. Его губы коснулись моих едва-едва, будто дуновение тёплого ветра. Ни давления, ни настойчивости — только нежность и осторожность, такая, от которой вдруг стало трудно дышать.

Этот поцелуй длился всего миг. Но всё сжалось внутри. Будто сквозь грудную клетку прошёл ток. Будто кто-то задел струны, о которых я и не подозревала. Душу. Сердце. Всё.

Он отстранился всего на пару сантиметров. Наши глаза встретились — и там, в его взгляде, не было и тени насмешки. Только тепло. И… ожидание.

Я видела, как в нём что-то дрогнуло, отразилось в глубине зрачков, как будто он уловил мою бурю, принял её — и ответил своей.

Мы одновременно потянулись друг к другу. Уже без колебаний.

Его губы снова нашли мои, на этот раз неосторожно, по-настоящему. Горячо. Глубоко. Его дыхание смешалось с моим, и когда язык мягко коснулся моих губ, я сама подалась вперёд, отвечая. Его руки скользнули к моей талии, притягивая меня ближе, мои — на его плечи. Это было как вспышка — стремительная, всепоглощающая. Моё тело дрожало от волнения, сердце грохотало, в висках стучало только одно: «это происходит на самом деле».

Мой тихий, сдержанный стон сорвался прежде, чем я успела его удержать. Я растворялась в этом моменте, пока реальность не вернулась стремительным потоком. Я резко отстранилась, делая шаг назад, тяжело дыша, прижав ладонь к губам.

Он тоже застыл. Взгляд потрясённый, дыхание сбилось, а губы приоткрыты, словно он и сам не ожидал этого порыва.

— Простите… — выдохнул он, отводя взгляд.

— Нет, — я покачала головой, — это я… Мы… Я, наверное, пойду. Проверю, как там студенты.

Он не стал меня останавливать. Я развернулась и, стараясь держать спину ровной, быстро вышла из альтанки, ощущая на себе его взгляд. Губы всё ещё горели. А в груди билась неуверенность, замешанная с желанием.

Оставшуюся часть вечера я провела, будто на автопилоте — проверяла всё: столы, укромные уголки, фей, оборотней, преподавателей. За каждым взглядом искала малейшие признаки нарушений, но в глубине души просто старалась отвлечься. Не думать. Не вспоминать. Не чувствовать всё то, что вспыхнуло между мной и Мором в этой проклятой альтанке.

Слишком много эмоций. Слишком нежданно. Слишком…

— Нашёл, — раздался голос у самого уха, и меня резко притянули к знакомому телу. Нос моего личного чудовища зарылся мне в шею и он сделал глубокий жадный вдох, а потом замер. — Ты пахнешь другим мужчиной.

Я вздохнула, постаравшись сделать лицо максимально невинным.

— Дети заколдовали альтанку с омелой, — объяснила я спокойно. — Чтобы выбраться, пришлось… ну… поцеловать Мора.

У глаз моего дракона зрачки вытянулись в вертикальные щёлки. Я прикусила губу.

— Мы пробовали всё остальное, честно. Но ничего не сработало.

Он молчал, затем сжал меня сильнее.

— Я знаю, как работают такие заклинания, — глухо произнёс он. — И ненавижу, что не был рядом. Я бы помог. Я должен был быть рядом.

Он резко наклонился и впился в мои губы поцелуем, в котором было и желание, и злость, и притяжение. Он словно пытался перебить чужой запах на мне.

Я не сопротивлялась. Как могла бы?

— Я заглажу свою вину этой ночью, — прошептал он, касаясь губами моей шеи.

А ведь это мне бы стоило заглаживать свою… — мелькнуло в голове, и я виновато опустила взгляд.

— А сейчас… — сказал он уже мягче, — моя очередь танцевать с тобой.

Он протянул руку, и я вложила в неё свою.

Под звуки музыки мы закружились, и я изо всех сил старалась снова просто быть здесь и сейчас. С ним. Моим драконом. Моим мужем.

Ночь казалась бесконечной — в огнях, музыке, смехе. Я танцевала ещё с парой преподавателей, с парочкой особенно настойчивых студентов, но каждый раз, как взгляд натыкался на дракона, сердце замирало.

Он не сводил с меня глаз.

Когда музыка наконец стихла, он оказался рядом, будто материализовался из воздуха.

— Всё. — Голос был мягким, но категоричным. — Я тебя забираю.

— Но…

— Без «но», — усмехнулся он и, не давая договорить, подхватил меня на руки.

Я только успела коротко попрощаться с парой знакомых, прежде чем мы исчезли с площади. Его крылья расправились, и ночной ветер охватил нас, когда он поднялся в небо.

Дом Реймана оказался тихим, укрытым звёздной тенью. Он бережно опустил меня на пол, и прежде чем я успела сказать хоть слово, его руки обвили мою талию, губы коснулись шеи.

— Я так скучал по тебе… — прошептал он, снимая с меня одежду с той же лёгкостью, как будто знал каждую застёжку, каждый изгиб моего тела.

И этой ночью он действительно любил меня.

Долго. С жадностью и нежностью одновременно.

Он был нежен, и в то же время требовательный. Его руки и губы исследовали моё тело так, будто он хотел запомнить его до последней клеточки.

Он шептал моё имя, говорил, как я прекрасна, как безумно хочет меня, как никогда никого не хотел.

И когда наконец над горизонтом заполыхал первый свет, я лежала, прижатая к его груди, укутанная в тепло его тела и дыхания.

Он провёл пальцами по моим волосам, поцеловал макушку и шепнул:

— Моя.