Глава 17

Дом, который подарил мне дед, находится в нагинском государстве в столице с названием Шасаяш. Почему именно здесь? Потому, что это единственное место в нашем мире, где женщине безопасно путешествовать. У нагов жесткий матриархат, а связано это с тем, что на одну нагиню приходится около десяти мужчин. Иностранок в этом государстве тоже любят. Во-первых, это новый генофонд, во-вторых, все женщины сплетницы и любят пообщаться и узнать о новинках и мужчинах других рас, хотя ни мужьями, ни наложниками их не принимают, лишь изредка заводя интрижки с редкими в этих краях путешественниками. Одной из таких интрижек для повелительницы Саянаше и был когда-то невообразимо давно мой дед Доран, поэтому меня не только приняли в этом удивительном государстве, но и обещали защиту.

Совершеннолетие женщин у нагов тоже другое. Женщина является полностью дееспособной с момента созревания, которое наступает у большинства рас в двадцать один год, а мужчина обретает право распоряжаться своей жизнью в пятьдесят. Однако если к этому моменту он еще не нашел семью, то считается изгоем и самое лучшее, что его ждет это участь игрушки в местном публичном доме.

Уже настало утро, и я активно готовлюсь к тому, чтобы засвидетельствовать свое почтение повелительнице. В качестве презента ей я красиво упаковала, самый напыщенный из подарков Сейла, которыми он завалил меня за этот месяц — бриллиантовое парюра с роскошной диадемой. Не хочу представлять, сколько это стоит, но даже если бы и не нужно было дарить что-то дорогое, то этот кричащий о богатстве кошмар с острым гребнем, я никогда бы не надела.

Для посещения дворца я выбрала красивое черное платье в пол с открытой спиной и россыпью черных бриллиантов от пояса до бедер. При каждом моем шаге камни загадочно сверкали, невольно обращая внимание на округлые бедра и мой красивый хвост. Довольная своим отражением, я взяла кристалл пропуска и перенеслась в дворцовый парк.

Как только я вышла из портальной рамки, ко мне приблизились двое милых, относительно молодых нага. Я с интересом рассматривала экзотических мужчин и должна сказать, у них есть на что посмотреть. Идеальные мужские торсы гармонично переходящие в длинные и мощные змеиные хвосты. Сильные руки, красивой формы кисти с острыми ухоженными коготками. А какие лица! Одновременно хищные и аристократичные с крупными миндалевидными глазами зеленого цвета, расчерченные узким зрачком. Подошедшие оказались близнецами, с огненно рыжими волосами и того же цвета хвостами. Они синхронно поклонились мне, подавая руки. Я выбрала одно из них, вложив в его ладонь свою конечность, и мы направились через парк в замок.

Сад, как и замок, был просто роскошен. Кружевные беседки из белого камня, фонтаны, цветочные арки и искусственные водопады, дарили прохладу, в местном зное, а щебетание птиц и разноцветные бабочки заставили меня окончательно влюбиться в это волшебное место. Высокие тонкие шпили башен, белокаменного дворца причудливо сочетались с пузатыми и округлыми куполами основного здания, а массивность огромной постройки смягчалась искусной резьбой и округлостью форм. Я молча рассматривала окружающую красоту, не вникая в то, что мне говорили своими мелодичными голосами мальчики.

— Вы согласны госпожа? — задал мне вопрос один из них.

— Простите, я увлеклась созерцанием окружающей красоты и не слышала, о чем вы меня спрашиваете, — ответила я, немного смутившись.

— Правительница еще не принимает, ожидание времени визита составит порядка двух часов. Шанес спросил госпожу, не угодно ли Вам, уединиться в павильоне и насладиться массажем, закусками или нашими умениями доставлять удовольствие?

Я немного ошалела, но с другой стороны, кто их знает какие здесь порядки. Живут они закрыто и информации о нравах царящих в этом государстве мало. Нет, я не собиралась пользоваться этими змеями, а от массажа ног не откажусь, что я им и озвучила. Мне показалось, что красавчики таким решением немного огорчились, но вежливо поклонились и свернули в одну из комнат.

Вокруг по периметру небольшого помещения были не то широкие низкие диваны, не то кровати с мягким бортиком, застеленные пестрыми покрывалами и украшенные обилием подушек. Я с удобством расположилась на одном из них. Один из братьев, который Шанес, аккуратно снял с меня туфли на высокой шпильке и, не скрывая своего удовольствия, принялся мять сильными пальцами мои стопы. Ощущать его возбуждение от такого простого действа было странно, но каких только чудаков не встречается, поэтому я расслабилась и почти задремала под этими, безусловно, приятными ласками. Очнулась от того, что этот наглый змей принялся облизывать влажным теплым языком мне пальцы на ногах, а его брат присоединился и выполнял то же самоуправство с моей второй конечностью.

— Ребята, вы что творите? — спросила я негодуя. Видя мое возмущение, эти двое упали на ниц, низко опустив рыжеволосые головы.

— Простите госпожа. Что мы сделали не так? Мы готовы понести любое наказание, молим лишь о том, чтобы Вы указали, в чем мы ошиблись, — стали причитать эти ненормальные.

— Прекратите голосить и встаньте. Зачем вы мне ноги облизывали? Я попросила просто массаж.

— Это обязательная часть массажа, Госпожа, — пояснил один из них, продолжая протирать и без того идеально чистые полы.

— Я не знала. Принесите мне холодной воды и больше ничего мне делать не нужно. Встаньте уже, — строго сказала я.

Змеи опасливо поднялись. Один из них выскользнул за дверь, но через пару минут вернулся с графином ледяной воды. Он наполнил стакан и подал мне.

— Спасибо. Объясните куда мне идти, когда придет назначенное время, и можете быть свободны, — сказала я, на что опять последовала сцена вытирания полов двумя симпатичными нагами.

— Что здесь происходит? — спросил красивый, но не юный наг. Черноволосый, мощный змеелюд с тонкими чертами лица и невероятными бирюзовыми глазами и синим хвостом. — Они Вас чем-то обидели или не угодили Госпожа?

— Нет, все хорошо. Просто разница культур. Я не планировала пользоваться их интимными услугами и хотела побыть одна во время ожидания приема. Они решили, что сделали что-то, что меня расстроило и вот, — указала я рукой, на лежащих в позе покорности парней.

— Шанес, Шадис, вы свободны. Я сам поухаживаю за Госпожой, — распорядился наг, заставляя рыжиков быстро ретироваться. — Мое имя Вейшар, Госпожа, я смотритель гарема и буду рад услужить Вам.

— Спасибо Вейшар, но мне ничего не нужно я просто хочу дождаться приема и засвидетельствовать свое почтение повелительнице.

— Конечно. Прилягте, отдохните, а я не позволю кому-то Вас потревожить и разбужу, когда придет время, — сказал мужчина и выскользнул за дверь, а я обняла одну из мягких подушек и действительно уснула.

Проснулась от того, что кто-то ласково касается моих волос и тихо шепчет:

— Госпожа, Вам пора приводить себя в порядок.

Я вспомнила, что сплю во дворце, а это, скорее всего хранитель гарема меня будит. Я встала, магией поправила платье и собиралась сделать то же с волосами, когда наг с мягкой щеткой для волос, подполз ко мне ближе и попросил разрешения привести мои волосы в порядок. Я конечно согласилась. Обожаю, когда кто-то расчесывает мою гриву.

Несколько минут я млела под ласковыми руками, за это время успела окончательно проснуться, а потом синехвостый наг повел меня на долгожданную аудиенцию.

*****

Правительница оказалась ожидаемо прекрасной нагиней. Длинный серебряный хвост с изящным золотистым рисунком, идеальное тело, красивое лицо без признаков увядания и небесно-голубого цвета глаза. Её пепельно-русые волосы собраны в высокую прическу, украшенную красивой диадемой, а прозрачные одежды из невесомого шелка обильно украшены драгоценностями. Я порадовалась своему выбору подарка для нее. Почему-то мне хотелось произвести на эту царственную даму максимально приятное впечатление. Я вежливо поклонилась женщине, произнесла приличествующее случаю обращение и протянула ей изящный сундучок обтянутый белой кожей с вкраплением редкого лунного камня. Сама по себе шкатулка была настоящим произведением искусства, а когда я откинула крышку, повелительница ахнула от восхищения.

— О, сразу видна кровь Серано. Ты также красива и обходительна, как и твой дед-шельмец. Я с радостью принимаю твой щедрый дар и оставляю за собой право отблагодарить тебя чем-то равноценным, — произнесла она и еще раз полюбовавшись, передала ларец помощнику, кружившему рядом.

— Благодарю, повелительница Саянаше, видеть Вас и иметь возможность посетить Вашу сказочную страну уже награда для меня, — снова склонила голову я.

— Все-таки невероятно похожа, даже жестами, — умилилась женщина, обвивая своим длинным хвостом мою ногу в знак большой благосклонности — честь оказанная немногим. — Я позволяю обращаться ко мне по имени, не применяя титула и не склонять головы, — торжественно произнесла нагиня, а я потеряла дар речи от неожиданности.

— Не знаю, как благодарить тебя Саянаше, ты оказала мне великую милость, надеюсь оказаться достойной ее, — немного хрипло от волнения сказала я.

— Раздели со мной королевский завтрак, давно я не имела радости общаться с иностранками, — с улыбкой предложила нагиня.

Сразу вокруг нас начали суетиться мужчины: они принесли удобные кресла, небольшой стол, который сервировали в считанные минуты. Мы с удобством разместились, а наги стали кормить нас, низко сидя на гибких хвостах. Мне было весьма неловко, но виду я не подала.

Саянаше расспросила меня о деде Доране, потом о моей семье. Тут уж наш разговор затянулся еще и на десерт. Потом мы перешли в сад, наслаждаясь прохладными брызгами фонтана, щебетом птиц и летним зноем. Там любопытная повелительница стала у меня выспрашивать подробности моей личной жизни, и я рассказала. Почему то посторонним малознакомым существам значительно проще изливать душу, чем самым близким и родным. К концу нашей беседы Саянаше почти подпрыгивала от возбуждения.

— Наконец-то хоть одна настоящая женщина с континента, а не послушные напомаженные курицы, кудахчущие о своих замечательных половинах, которая к тому же единственная. Скука. А у тебя такой накал страстей! Практики конечно маловато, но ведь ты суккуба, а это говорит о многом. Кстати, об этом. Надеюсь, наглый лис Вейшар и его воспитанники достойно тебя приняли?

— Они были на высоте, — заверила я повелительницу.

— Позовите Вейшара, — приказала нагиня. Через считанные минуты перед нами в позе подчинения на земле лежал синехвостый наг. — Я хочу знать, как вы приняли мою дорогую гостью и подругу Дориану?

— Прошу о Вашей милости государыня, но госпожа крайне неприхотлива и отказалась от всего, что мы можем предложить, ограничилась лишь легким массажем ступней, — в ужасе лепетал наг, буквально вдавливаясь в газон.

— Вот мне интересно Вей, зачем я содержу гарем от которого нет никакого толка? Вы годитесь только на корм моим вардам (хищные ящеры)! — гневалась нагиня.

— Прошу снисхождения для Вейшара и его подопечных Саянаше. Они были великолепны, просто я не настроена сегодня на подобного рода игры. Я уверена твой гарем достоин считаться жемчужиной нагинского государства, если в нем все так красивы и услужливы, как те наги с которыми я имела удовольствие общаться.

— Глупости. После того, что ты мне рассказала о себе, я считаю, ты просто обязана развлечься. В качестве ответного подарка я отдам тебе любого мужчину из моего гарема, исключая моих мужей, — милостиво сказала мне нагиня, ставя меня в тупик таким решением. — Вейшар, немедленно построй весь гарем в голубом зале.

Пока мы шли в этот зал, я мучительно размышляла, как мягче отделаться от такой чести, не обидев королеву, но ничего путного на ум не приходило. От подарков правителей просто нельзя отказаться, поэтому я смирено шла за Саянаше.

В большой, но уютной гостиной вдоль стены встречая нас, стояли около пяти десятков красивых нагов всех возможных цветов. Повторялись только памятные мне близнецы. Отдельно от них стояли мужья повелительницы — тоже весьма выдающиеся экземпляры нагинской расы. Я рассматривала мужчин, мучительно размышляя как по-тихому избавиться от такого презента, чтобы не обидеть своенравную королеву. Но прежде, чем избавляться, надо хотя бы выбрать, а это тоже проблематично, когда выбор настолько велик. Я уже дошла до конца ряда, вызвав удивление и неудовольствие Саянаше, оскорбившейся моим невнимание к выбранным ею мужчинами я решила ее успокоить:

— Твой гарем так прекрасен, что я даже не знаю, кого выбрать.

Правительница гордо улыбнулась, а мое внимание привлек наг, который в отличие от остальных не стоял, а лежал в позе раба. Удивил меня его окрас. Мужчина был обладателем такого же хвоста как у Саянаше, что является исключительной особенностью царского рода, значит принц. Тогда почему он коленопреклонённый, когда остальные стоят?

— Почему этот наг в позе подчинения, а не стоит вместе с остальными? — спросила я Саянаше.

— Это мой недостойный сын Саришан. Он отверг все брачные предложения, которые поступали на его имя. Сегодня его пятидесятый день рождения и если не найдется той отчаянной, которая возьмет его мужем, то я буду вынуждена отправить его в дом терпимости. Не являясь ни фаворитом, ни наложником, ни достойным мужчиной он не имеет права стоять в присутствии женщин, — сказала правительница, умело скрывая боль материнского сердца за показным равнодушием.

— Я могу выбрать его? — спросила я. А что? Мне все равно кого из них потом пристраивать, а так избавлю правительницу от этой боли.

— Можешь, но он пока еще принц, и по нашим законам может быть только мужем. Или позор и бордель. Ты возьмешь его мужем? Я дам за него хорошее приданное, — с надеждой страдающей женщины посмотрела на меня строгая и надменная повелительница. Как отказать в такой ситуации? Никак. Да и стоит ли: мои половины от меня отказались, а этому парню спасу жизнь, да и породнюсь с Саянаше.

— Да, я возьму первым мужем твоего сына Саришана, если он даст свое согласие, — с тяжким вздохом произнесла я.

— Поднимись Саришан, — отдала приказ нагиня. Слитным движением сильного тела парень поднялся, а я замерла в немом восхищении. Более красивого нага я еще не видела: выше остальных почти наголову, с красивым лицом, так похожим на Саянаше, с голубыми глазами и длинными пепельными волосами, парень был похож на мифического ангела из маминых сказок. Но в небесно-голубых озерах светился вызов и непокорность. Этот дурак видимо хотел отказаться и сломать себе жизнь. Только я уже решила по-своему и воздействовала на него убойной дозой сексуальной энергии. Зрачки его расширились и взгляд потерял осмысленность. Я повторила вопрос:

— Ты хочешь, — я сделал небольшую паузу, чтобы окончательно выбить из колеи нага, — стать моим первым супругом?

— Да, хочу, — выдохнул завороженный парень, наверняка расслышавший только первую часть вопроса от возбуждения.

Саянаше облегченно вздохнула. Она взяла наши руки: мою левую, а его правую быстрым движением оцарапала нам ладони острыми коготками, соединила их и, вплетая формулу силы жизни, торжественно произнесла:

— Властью правительницы Нагинского государства Шадивер объявляю вас мужем и женой.

Потом обратилась к прислуге:

— Завтра пир в честь жены моего младшего сына Саришана.

Смотритель гарема, с трудом скрывая свое разочарование, выводил мужчин из зала, а мой новоявленный муж стоял и с полным непониманием разглядывал узор брачной татуировки. Мне и самой было любопытно, как она выглядит, но присутствие повелительницы обязывало к официозу. Оторвавшись от созерцания рисунка на запястье, парень поднял на меня рассерженный взгляд, но я ответила ему лишь хитрой улыбкой.

— Вейшар подготовь моего сына к брачной ночи. И проследи, чтобы апартаменты его супруги в моем дворце соответствовали самым строгим требованиям, я проверю лично, — командным голосом отдала распоряжения нагиня.

Меня она взяла под локоток и повела на лоджию, украшенную голубыми цветами. Мы присели в плетенные из тонких прутьев кресла, а прислуга подала нам прохладительные напитки.

— Нет, по такому случаю, несите лучшее вино из моего погреба. Отметим женитьбу моего сына, — приказала довольная Саянаше, а потом обратилась ко мне: — Прости меня Дориана. Я понимаю, что сильно подставила тебя. Ты хотела просто развлечься, а я к двум твоим проблемам добавила третью. Признаюсь честно, я в тайне надеялась, что ты выберешь именно Саришана. У тебя доброе сердце. Пойми меня, этот глупый мальчишка сам не понимает что творит. Он думает, что после совершеннолетия обретет независимость, но его ждала участь хуже смерти. В местные бордели женщины практически не ходят, а ходят мужчины, которых годами игнорируют жены, представляешь, что с ним сделали бы с его внешностью. Я тысячи раз ему объясняла, но он уперся и глупо твердил, что если ему суждено быть рабом, то он предпочитает им и называться. Я не знаю, как ты заставила его дать согласие, но очень тебе благодарна и никогда не забуду, что ты сделала для меня.

— Твой сын очень красив, этот брак не такая уж и жертва с моей стороны. Если бы он мне не понравился, так усердствовать, чтобы получить его согласие я бы не стала. Что касается проблем, то тем мужчинам, такая как есть, я не нужна, а становиться тем, что они хотят во мне видеть, не собираюсь. Родители, конечно, удивятся, но примут мой выбор. Основной проблемой остается сам Саришан. Я прошу тебя не настаивать на консумации брака. Я не откажусь от него, но нужно время, чтобы он смирился и принял меня, — спокойно ответила я.

— К сожалению, даже в этой твоей маленькой просьбе я вынуждена отказать. По нашей традиции утром весь совет проверит брачную метку на момент действительности брака и если она не подтвердится, то его все же отправят в бордель. Это древний закон моего рода, я не в силах изменить эти правила, как и повлиять на совет, — опуская глаза, сказала нагиня.

— Ну, нет, так нет. Я не хотела на него давить и усугублять неприязнь парня к себе, но видимо придется.

— Неприязнь?! — рассмеялась удивленная Саянаше. — Да я его таким заинтересованным в женщине еще ни разу не видела!

— Я воздействовала на него расовой особенностью, но после того, как влияние спало, твой сын разозлился. Не думаю, что он просто сдастся.

— Я тебе говорю о его взгляде, когда он пришел в себя. Я далеко не юная нагиня, чтобы не уметь разбираться в таких вещах. И я хорошо знаю Саришана, могу тебе с уверенностью сказать — мой сын потерял себя, когда бросил на тебя первый осмысленный взгляд. И на счет твоих болванов, я тоже очень сомневаюсь, что они от тебя откажутся. От таких как ты ни один здравомыслящий мужчина не отречется. Не из-за расовых особенностей или просто поразительной красоты, а из-за силы духа, доброты и самоотверженности. Я счастлива, что моему сыну так сказочно повезло, — с улыбкой сказала Саянаше.

В этот момент прислуга принесла вино и закуски. Мы больше не заводили серьезных тем, наслаждаясь прекрасным вечером, дорогим вином и болтовней о маленьких женских слабостях. Потом пришел Вейшар и пригласил меня в купальни для подготовки к брачной ночи. Я сильно нервничала. Конечно, я уже близка с мужчинами, но то были мои пары. Я их хорошо знала и испытывала к ним глубокие чувства, а сейчас мне предстояла близость с незнакомым нагом, который не в восторге от состоявшегося брака. В купальне меня мыли, натирали маслами и кремами, а потом нарядили в красивый, но практически ничего не скрывающий пеньюар и повели к мужу.

Когда я вошла в спальню, то ожидала криков и обвинений, но вместо этого парень опустился в позу раба, рассыпав свои красивые волосы по богатому ковру.

— Чего желает моя госпожа, — не поднимая головы, спросил парень. В его эмоциях смешалось столько всего, что у меня по коже пробежали мурашки.

— Прекрати ломать комедию Саришан. Я тоже не в восторге от твоей кандидатуры на роль моего первого мужа. У меня есть кандидатуры лучше тебя, но ты своей глупостью и детскими амбициями не оставил ни матери ни мне выбора, поэтому прекращай протирать пол, встань и ответь за свой поступок как мужчина, раз уж ты так жаждешь быть независимым. Чтобы ты знал, свобода, это смелость нести ответственность за свои действия и брать на себя обязательства, а не кричать на каждом шагу, что ты никому ничего не должен.

— Легко говорить это, будучи женщиной, а не разменной монетой царственной матери. Я не красивая игрушка, которой можно пользоваться ради собственного удовольствия, а когда плохое настроение срывать на мне гнев. Я мужчина и хочу иметь собственное мнение и возможность выбирать самому, — сказал парень, встав с пола.

— Интересное место ты выбрал, чтобы это доказать. Ты думаешь, что тебя спросили бы, чего ты хочешь в борделе. Тебя бы опоили зельем первые пару раз для сговорчивости, а потом имели все кому не лень, причем мужчины. Хотя может ты извращенец и предпочитаешь, чтобы тобой пользовались через задницу? — строго спросила я. Наг смутился. От него пошла волна страха и возмущения.

— Я бы лучше умер, но не позволил кому-то коснуться меня! — горячо вскричал парень, а я впервые задумалась о минусах домашнего воспитания. Он ведь верит в то, что говорит и совсем не понимает, что на его силу всегда найдется сила, превосходящая его попытки защититься.

— Ты даже от меня не сможешь отбиться, если я решу взять тебя, а что ты сможешь противопоставить магу, или возбуждающему зелью? Хочешь скажу? Ничего. Либо будешь сам подставляться, согласный на все лишь бы ослабло действие зелья, либо тебя скрутят, как ужика и будут иметь против силы. Есть такие мужчины, которые от сопротивления получают еще больше удовольствия. Единственная возможность не оказаться в такой ситуации — это думать своей головой и принимать решения, которые позволят этого избежать. Так что, какое решение примешь ты? Будешь моим мужем или бесправной подстилкой в борделе?

В наге боролось природное упрямство и здравомыслие, но победило последнее. Он сдался.

— Хорошо, я буду твоим мужем. Но зачем я тебе, раз у тебя такой большой выбор кандидатур получше?

— Вот это правильный вопрос. Пока незачем. Ты мне не нужен от слова вообще. Единственная причина, по которой я стала с тобой возиться — это глубокое уважение к твоей матери и ее боли. Сейчас я хочу консумировать брак, чтобы не отнимать ее надежду на спасение глупого сына и лечь спать, а потом ты можешь быть свободен, называясь при этом моим супругом. Мужчину для развлечений я найду себе легко, если ты предпочитаешь, чтобы я не утруждала тебя своим вниманием, — сказала я, но при этом имела твердое намерение заставить его передумать на счет выполнения супружеского долга. Должна же я получить хоть какое-то удовлетворение от сложившейся ситуации.

— Я не наложник, меня не учили доставлять удовольствие, — сказал парень, очень мило краснея при этом.

— Тогда просто ляг и расслабься, — сказала я.

Парень нерешительно подполз к кровати, и лег на подушки, вытянув руки вдоль тела. Я, с трудом скрывая смех, приблизилась к мужу и села верхом на его гладкий хвост, почти касаясь своей влажной от предвкушения плотью его паховых пластин. Наг заерзал подо мной.

— Я тебе так противна, что ты стараешься отодвинуться? — обижено спросила я, прекрасно зная, в чем причина его реакции.

— Нет, просто я… — парень смутился и стал прятать глаза.

— Если я тебе нравлюсь, то можешь трогать меня. Чего бы ты хотел коснуться? — спросила я, рисуя узоры на его рельефном прессе, недалеко от границы, где кожа покрывается серебряными чешуйками.

Наг подтянулся повыше на подушки и теперь полусидел, легко дотягиваясь до меня. Он несмело протянул руку и коснулся едва прикрытой прозрачной тканью груди. Я взяла его ладонь и сжала на своем полушарии, прикрывая глаза и издавая тихий стон удовольствия. На самом деле мне было не настолько приятно, насколько любопытно как Саришан отреагирует. Реакция была довольно сильной и весьма предсказуемой. Парень застонал, паховые пластины выпустили наружу его плоть. Я не позволила нагу прикрыться и погладила его наливающийся орган. Потом поднялась повыше и зарылась руками в мягкие светлые волосы, целуя мужа в шею, прикусывая нежную кожу, в скулы, в уголок рта, избегая поцелуя в губы. Наг ерзал в нетерпении и сам пытался поймать меня губами, но нет. Не так быстро. Я стала опускаться с поцелуями ниже, переходя на ключицу, бледные соски, кубики пресса пока перед моим лицом не оказалась напряженная плоть мужа. Боги! Он еще больше, чем Сейл, но я не настолько возбуждена как с лаином, если что-то не поменять, мне будет очень больно. Тогда я решила прекратить играть с парнем и заставить его возбудить меня. Я слезла с удивленного нага и сказала:

— Прости, но я тебя не хочу.

И сделала вид, что собираюсь уйти. Муж не на шутку испугался. Он обхватил мои ноги своим гибким хвостом, а сам опустился, целуя мне живот.

— Умоляю, госпожа, не отказывайтесь от меня, я буду для Вас хорошим мужем.

— Докажи. Сделай мне приятно, я не верю, что тебя не учили удовлетворять жену, — сказала я, заглядывая в его небесно-голубые глаза. Ришан хитро улыбнулся и стал плавить мое тело настолько откровенными ласками, что даже Сейл мне такого не показывал. Когда до разрядки оставались считанные секунды, я оттолкнула мужа, и села на него, принимая в себя насколько смогла. Мы стали двигаться. Сначала медленно и осторожно, постепенно наращивая темп и силу ударов, пока окончательно не сошли с ума. Мы бурно кончили, и я поцеловала его в губы.