Глава 18

Всю ночь мне снились осуждающе расстроенные лица Сейла и Лениара, неудивительно, что проснулась я в отвратительном настроении. Я быстро искупалась и, накинув на себя халат, вышла из ванной, вытирая волосы полотенцем. Времени до сбора совета для проверки меток было еще предостаточно, и я решила позавтракать на широком балконе, выходящим в прекрасный сад, как раз возле искусственного водопада. С подноса я прихватила булочку и местный бодрящий напиток из черных зерен, который они называют тиро. Мама рассказывала о чем-то подобном в ее мире, нужно купить мешок и отправить домой вестником. Все это время мой супруг стоял, опустив голову, и изображал из себя сереброхвостую статую. Ну и боги с ним. Как надоест ломать комедию, скажет, а пока я игнорировала его присутствие в моей спальне и в жизни.

Медленно потягивая горячий напиток, я задумалась о перипетиях судьбы: родители не обделили меня ни красотой, ни силой, ни умом. Тогда почему все мужчины, появляющиеся в моей жизни, строят из себя трепетных фей о чувствах и обидах которых должна думать я. Мне всегда думалось, что все должно быть наоборот, но видно не дано. Даже навязанный муж, за которого еще предстоит оправдываться перед родителями, и тот стоит, сверкает своими красивыми глазами. Чего он хочет? А, кстати, почему бы и не спросить?

— Саришан, ты долго собираешься изображать памятник самому себе? Чем я тебя обидела или что сделала не так?

— Госпожа супруга не может меня обидеть. Просто Вы не определили дозволенные мне действия, а я и так вызвал Ваше неудовольствие, чтобы не гневить Вас я стою и жду указаний, — сказал парень, опустив голову. Интересно это он так издевается или у них действительно такие порядки?

— Саришан, возьми поднос с завтраком и присоединяйся ко мне.

— Как прикажет госпожа, — поклонился наг, еще сильнее меня раздражая. Он взял поднос, уставленный различными вазочками и тарелками, и принес его так грациозно, что ни одно блюдечко не звякнуло. Если бы это сделала я, звон слышен был бы и в коридоре, про себя восхитилась я его ловкостью.

— Ты ведь мне муж, а не раб или наложник, нет нужды называть меня госпожой. Меня Дориана зовут, можно просто Ри или Дори. Как-то у нас все наоборот. Обычно сначала знакомятся, а потом спят и женятся.

— Как скажете Дориана, — вполне искренне улыбнулся мне парень.

— Думаю стадию общения на Вы тоже можно пропустить в нашем с тобой случае. А тебя только полным именем зовут? — спросила я, потягиваясь за второй воздушной булочкой, но муж меня опередил. Он взял выпеку и, разделяя ее на маленькие кусочки, стал меня кормить.

— Мама меня иногда Ришем называет или Ришаном, мне было бы приятно, если бы и ты ко мне так обращалась, — немного смутился наг.

— Хорошо Риш. Давай на чистоту: ни ты, ни я не планировали вчера обрести супруга, более того, я не нагиня, но твоя мать связала нас кровными узами, а мы закрепили обязательства. Давай не будем усложнять друг другу существование. Ты можешь делать все, что хочешь, но когда я прихожу домой, мне просто хочется уюта, а не разборок или выяснения причины твоей очередной обиды. Если я в силу разницы культур, делаю что-то не так, то ты мне просто говоришь, и мы решаем, как сделать лучше. Что сегодня я сделала не так?

— Жены обычно говорят, понравилась ли им близость, если она была, а потом я должен был тебя искупать, помочь одеться, причесать и позаботиться о твоем завтраке, а потом уже заниматься собой, если у тебя не будет других планов на меня.

— Я не маленький ребенок и все вышеперечисленное могу делать сама. Есть то, от чего я не могу отказаться?

— Волосы. Я должен заплетать тебе ритуальную косу, чтобы все видели, что ты замужем и к какому роду принадлежит муж — это обязательно. А ты скажешь, понравился я тебе ну… во время близости?

— А для тебя это так важно? Ты же не хочешь, чтобы я тебе докучала своими потребностями, поэтому я не собираюсь тебя больше беспокоить, — сказала я, издеваясь над мужем. Я прекрасно понимала, что он хочет продолжать наше тесное знакомство, но от обиды за то, что он от меня хотел отделаться, я решила, что следующий раз будет только тогда, когда парень этого добьется своими стараниями.

— Простите, — просто сказал он и опустил покрасневшее лицо.

Если он каждый раз будет так стесняться, то я буду дразнить его специально. Такое милое, хоть и мужественное личико и нервно закушенная острыми зубками пухлая губа. Так, отвлечься, а то наказать засранца за заносчивость не выйдет.

— Ладно, хватит лирики. Давай заплетай мне свои косички, мне нужно еще к себе домой перенестись, чтобы взять вещи, подходящие для встречи с советом, — сказала я, допивая уже остывший напиток. Саришан ловкими пальцами с острыми коготками очень приятно провел по голове и быстро соорудил красивую, вычурную косу.

— Не нужно никуда переноситься. Лучшие портные дворца всю ночь готовили тебе гардероб, достойный близкой подруги матери и моей жены. Мама оскорбиться, если ты пренебрежешь их стараниями.

— Правда. Я просто не знала. Конечно, я не откажусь. Поможешь мне выбрать что-то подходящее случаю?

Муж просиял и исчез в недрах огромного шкафа. Вернулся оттуда он уже не такой радостный, протягивая мне нечто летящее из прозрачной ткани, обильно украшенное камнями. Я пожала плечами, но пошла и надела предложение парнем. Это оказались шальвары из тонкой черной почти невесомой ткани по поясу расшитое изумрудами и рубинами. Вниз от расшитого пояса свисали многочисленные тонкие полоски черной кожи, украшенные теми же камнями, а верх представлял собой просто расшитый лиф. Смотрелась в этом я очень экзотично и совсем не одето. Мне вспомнились мамины уроки танца живота, я сделала волну телом и тесемки ожили, делая наряд не просто голым, а еще и очень откровенным. Нахмурившись, я вышла из-за ширмы и покрутилась перед мужем. Он стоял и смотрел на меня, открыв рот и похоже паховые пластины, учитывая, что это место он старательно прятал ладонями.

— Саришан, ты уверен, что после прогулки по дворцу в таком наряде я вернусь без дополнительных мужей или наложников. Имей ввиду, перед моими родителями в этом случае ты будешь оправдываться сам, — попыталась пошутить я, но парень, судя по нахмуренному лицу, внял моим словам всерьез.

— Прости Дориана, но это самый скромный наряд из предложенного. Ты позволишь мне надеть пояс? — покраснел, опуская глаза змей.

— Я бы не задумываясь сказала да, но твоя реакция меня озадачивает, для чего он? — решила я уточнить.

— Фиксирует паховые пластины, не позволяя им раскрыться, — сказал наг и пошел пятнами.

— Тебя не засмеют с ним? Может тебе лучше принять холодный душ? — услужливо предложила «добрая» я.

— Не засмеют. Первый год после бракосочетания его даже рекомендуют носить мужчинам при выходах в свет, — не поднимая взгляда от ковра, промямлил мой муж.

— Почему? — спросила я. Парень молчал. — Если ты не скажешь почему, то пойдешь без него.

— После первой близости мы сильно зависимы от супруги и до появления первенца или привыкания к жене сильно возбуждаемся от ее вида или прикосновения, — просипел доведенный до крайности наг. Интересно и как мне теперь его наказывать, если он постоянно будет своим гигантом передо мной светить. Боги дайте терпения, потому что проучить просто необходимо.

— Хорошо надевай, но ты уверен, что мне прилично появляться в таком виде?

— Наши женщины не скрывают свое тело, одежды призваны лишь подчеркнуть достоинства или разбудить воображение. Ты одета скромно по нашим меркам, но на тебе этот наряд смотрится убийственно, — сказал муж, поправляя кожаный пояс с металлическими пряжками. Эта вещь ему очень шла, добавляя моему хвостатому ангелу мужественности. Я еще раз внимательно рассмотрела нага — до чего же красив. Нет и Лениар и Сейл очень привлекательные мужчины, но Риш невероятно хорош собой.

— Я Вам нравлюсь моя Госпожа? — шутливо спросил змееныш, заметив мой чисто женский интерес.

— Пожалуй, но не настолько, чтобы я отказалась от двух других моих мужчин, — честно ответила я.

— Ты ведь сказала, что я первый супруг?

— Первый, но не будешь единственным. Они мои пары, просто сейчас мы в размолвке. Ты можешь, как угодно к этому относиться, но они есть и будут в моей жизни. Наверное, — уже менее уверено добавила я.

— А я буду в Вашей жизни?

— Учитывая кровные узы брака, конечно, но не советую пытаться меня ограничивать. Они тоже пытались, и теперь они не первые и не единственные, как того хотели. К тому же ты хотел избегать моего внимания, поэтому какая тебе разница сколько их у меня?

— Я не глупец, чтобы избегать твоего внимания или пытаться удержать суккубу еще и от пары, — с улыбкой ответил мой хитрый змей.

В комнату заглянул один из слуг и пригласил на встречу с советом.

* * *

В роскошном зале, оформленном в серебряно-золотых тонах, на троне похожем на большой полукруглый диван восседала довольная Саянаше. Я кивнула, что соответствует озвученному ею порядку обращения, а муж низко склонился. Правительница ответила наклоном головы, и мы приблизились к ее ложу. Справа от трона на три ступени ниже располагалось что-то наподобие полукруглой трибуны, за которой стояли девять нагинь.

— Уважаемые члены совета. Мы собрались сегодня, чтобы засвидетельствовать брак моего младшего сына, принца Саришана и Дорианы наследницы клана Серано. Вчера согласно древнему обычаю нашего рода по обоюдному согласию молодоженов, я объединила их кровь и судьбы. Сейчас они должны подтвердить единение тел.

Когда правительница закончила свою пафосную речь слуги вынесли к нам хрустальный шар, лежащий на бархатной подушке. Риш смело положил руку на него, и я последовала его примеру. Сфера мягко засветилась золотистым цветом, а наши брачные метки сменили цвет с серого на золотой. Присутствующие в зале ахнули и стали аплодировать. Блин, ну почему я не учила брачные традиции нагов? Что все это означает?

Слово снова взяла Саянаше:

— В знак своей великой милости супругам Богиня Елея одобрила их союз, окрасив метки в цвет солнца. Брак считаю подтвержденным. Что скажет совет?

Восемь членов совета молча вывесили разноцветные шелковые ленты, что означает их согласие, но одна тощая нагиня с неприятным лицом и тонкими черными волосами воздержалась. Вместо этого она поднялась со своего места и взяла слово:

— Брачные узы, конечно, подтверждены, но я поражаюсь забывчивости присутствующих на этом торжественном событии. При наличии благословения, жена, получившая дар, должна отблагодарить Богиню танцем страсти, — ехидно сказала черная хвостатая мышь.

— Но Дориана не нагиня и не может исполнить его, — возмутилась Саянаше.

— Сексуальная энергия, полученная от танца, является благодарностью Богине за щедрый подарок. Если мы не проявим должного уважения к нему, то можем познать гнев Елеи. Раз супруга Вашего сына не желает соблюсти наши традиции, то я не даю своего голоса в подтверждение брачных уз и настаиваю на расторжении связи, — донельзя довольным голоском пропела эта змея. Следом за ней свои ленты убрали еще шестеро нагинь. Остались только двое.

На лице Саянаше отразилось отчаяние и жалость к сыну. Что-то нужно было срочно делать, и я решила импровизировать, пока у меня не отняли Саришана. Я, конечно, была не в восторге от того, что пришлось взять его в мужья, но и отказаться от него уже не готова. Это мой мужчина и я не позволю отдать его в бордель. От Риша отчетливо исходила волна паники. Я поклонилась совету и сказала:

— Я не нагиня, но уважаю традиции рода моего супруга. У меня нет такого хвоста, поэтому мой танец будет по обычаю моей расы, если позволит повелительница.

Конечно, никаких специальных танцев у суккубов не предусмотрено на этот случай, они нам просто не нужны для получения энергии, но мама, иногда ностальгируя по своему миру, мне показывала занятные движения танца живота. Сама она его не умеет исполнять, но мои импровизации на эту тему привели ее в восторг. Хорошо, что мой сегодняшний наряд подходит для его исполнения. Смотрится он весьма эротично, надеюсь, что нагам он тоже понравится и энергии хватит, а если нет, придется немного схитрить и применить свои силы.

— Я не возражаю. Совет ведь не станет спорить с тем, что главное — уважение и благодарность Богине, а не способ ее выражения, — с нажимом сказала Саянаше, сверкая голубыми глазами. Нагини покорно закивали, и даже чернохвостая курица присоединилась, не желая навлечь на себя еще больший гнев правительницы.

Из пространственного кармана я достала кристалл памяти с музыкой и активировала свою любимую восточную, как называла ее мама, мелодию. Под плач струн и гулкий ритм барабанов я начала двигаться.

Я качнула бедрами, и ремешки на поясе зажили своей жизнью, сверкая в свете фонарей. Я извивалась и с помощью дыхания пускала волны по мышцам живота. Четкий ритм танца вовлек меня на столько, что я забыла, где и для какой цели танцую. Очнулась я от того, что по коже колкими змеями стало расползаться чужое возбуждение. Десятки присутствующих в зале мужчин уже были близки к той грани, чтобы наброситься на меня. У многих разошлись паховые пластины, демонстрируя всем присутствующим степень возбуждения.

— Довольно! — громко сказала Саянаше, чтобы остановить мой танец и возможные беспорядки. Я остановилась и обратила свое внимание на шар, который сиял ярко алым цветом страсти. Мужчины начали приходить в себя, стыдливо прикрывая руками свои достоинства, а их жены сверкали гневными взглядами. — Надеюсь, теперь ни у кого не осталось сомнений в действительности союза Дорианы и Саришана?

Правительница обвела строгим взглядом весь совет, в особенности уделив внимание черноголовой. Учитывая явно читаемую угрозу, все нагини быстро вывесили свои ленты обратно, а черная гадина сделала это последней и с явной неохотой.

— Ради всех богов, пусть зал покинут слабонервные мужчины. Или вам впору тоже примерить пояс сдержанности? — ехидно спросила Саянаше и половина присутствующих вышла из зала. — Уважаемые члены совета, можете пройти на пир в честь нашего радостного события. Шариза, задержитесь, пожалуйста.

Черноволосая жаба осталась на месте, ожидая распоряжения повелительницы.

— У меня срочное послание к оркам, к главе Клана Ветра. Он очень обидчивый и требует, чтобы минимум член совета приветствовал его с визитом. Мне очень нужно, чтобы ты добилась военного и торгового союза с ним. В должности председателя совета ты уже пробыла более ста лет и по закону обязана подтвердить свою компетентность заслугами перед государством. Это будет твоим испытанием. Средств на поездку я тебе не выделяю и на установление отношений тоже. Я уверена, что такой хитрый и изворотливый политик справиться и без них, — не скрывая ехидства, сказала Саянаше. — Да, забыла предупредить, я запрещаю тебе пользоваться стационарными порталами и ставлю срок исполнения в один месяц.

— Но Повелительница… — начала возмущаться гадина.

— Ты смеешь мне перечить? — повысила голос нагиня и ударила серебристым хвостом по ступеням с такой силой, что белый мрамор раскололся, осыпая каменными брызгами Шаризу.

— Как прикажет моя повелительница, — низко поклонилась женщина и, сверкая злобным взглядом, быстро удалилась.

— Я снова вынуждена просить у тебя прощения Дориана. Я расслабилась и получила удар под дых от этой мерзавки. Она никогда не смела мне перечить, но я отказала всем ее брачным предложениям относительно Саришана. Видимо у нее был план, как заполучить моего мальчика. Я рада, что у тебя хватило ума и смелости отстоять ваш брак. И снова я в долгу перед тобой, — с хитрой улыбкой сказала свекровь.

— Вы с Саришаном теперь тоже моя семья, а в семье не бывает долгов. Я надеюсь, что со своей стороны Риш сделал бы для меня тоже все возможное, — ответила я. Муж обвил, своим подрагивающим от пережитого волнения хвостом мою ногу, заглядывая мне в глаза с благодарностью и восторгом.

— Даже не сомневаюсь. Я рада, что вы нашли общий язык. Ришан хороший мальчик и будет тебе достойным мужем, тем у которого ты всегда найдешь поддержку и опору, а ты дашь ему долгожданную свободу действий, в разумных пределах, разумеется.

Дальше был пир в нашу честь. Как и любое официальное мероприятие, он был долгим скучным и полным пафосных речей незнакомых мне нагов. Я улыбалась и отвечала на любезности, игнорируя голодные взгляды мужчин и завистливые женщин. К концу вечера возле нашего ложа располагалась огромная гора подарков, забирать которые я не планировала. Имею строгое предубеждение, что от даров незнакомцев лучше держаться подальше, поэтому после ухода гостей попросила Саянаше об одолжении приютить их в своей сокровищнице. Сама правительница подарила нам дворец сказочной красоты, расположенный возле высокогорного озера. Судя по иллюзии, он будет любимым местом моего обитания, не считая родительского дома.

Наконец нас отпустили к себе. Я с удовольствием скинула прозрачный наряд, быстро обмылась и уснула сном без видений.

В это время в кабинете Ректора Руанской академии стихий.

— Витор ты не можешь не знать где она. Мы должны с ней серьезно поговорить. Ты понимаешь, что она уже может ждать от кого-то из нас ребенка. Ты же не хочешь, чтобы он родился бастардом? — напирал дроу.

— Сейл, не мне тебе рассказывать, что суккубы это сразу чувствуют. Как ее близкий родственник, не утративший связи с ребенком, могу сказать, что стать отцами в ближайшие девять месяцев вам обоим не грозит. Хочу успокоить вас: у нее все хорошо, сейчас Ри путешествует и домой не собирается. Где она я вам не скажу, потому что дал обещание, — флегматично отозвался ректор на нервные выпады старинного друга.

— Ректор Серано, вы же понимаете, что путешествовать Дориане одной очень опасно. Мы не будем ей мешать, просто проследим, чтобы с ней ничего плохого не случилось, — примирительно сказал Лениар.

— Лениар, вы ведь умный молодой дракон и понимаете, что я живу на свете не одну сотню лет и не отпустил бы своего единственного ребенка туда, где ей может угрожать опасность. Она не хочет вас видеть и у нее на то есть причины: вы ведь знали, что демон Ри выбрал парой Вас, и что это уникальный случай, но решили строить из себя обиженную невинность, хотя были прекрасно осведомлены, что Сейл ее лаин и что для него это означает. И тебе дружище я говорил не играть ее чувствами, а принять дракона. И что теперь? Вы недовольны, что поиграли вами? Для чего вы оба хотите ее найти? Чтобы опять делить и оскорблять? Я не позволю вам обоим издеваться над моей дочерью! — перешел на повышенные тона демон.

— Мы поняли, что были неправы. Она нам нужна, мы сможем смириться друг с другом, — сказал принц, стреляя злобным взглядом на Лениара.

— Смириться? Ты все-таки идиот Сейл. Вы не понимаете, что Ри больше всего похожа на Дорана, и не только внешне. Она никогда за всю ее недолгую жизнь не поменяла своего решения. Она приняла вас обоих, а могла просто уйти порталом в тот день, когда Лениар растоптал ее чувства, а ты этому поспособствовал. Ри на десять лет раньше сверстников закончила все учебные заведения. Как вы думаете, сколько времени ей понадобилось, чтобы понять, что вы просто играете ее влюбленностью? И даже после этого, она сначала окончательно привязала вас к себе, и лишь потом ушла, дав вам время определиться чего вы на самом деле хотите. Как ты думаешь, друг — она позволит тебе еще раз сыграть с ней в эту игру? Учти, ты потеряешь больше, чем она, — раздраженно сказал ректор. В этот момент магический вестник издал протяжную трель и на стол упал свиток с королевским гербом государства Шадивер. Прекратив дискуссию, Витор сломал печать и несколько раз прочел послание, а потом положил его на стол и зашелся в истерическом смехе. Его гости в недоумении переводили взгляды друг с друга на демона. Наконец инкуб вытер выступившие от смеха слезы и, давя новые позывы рассмеяться, передал свиток Сейлу. Принц дважды прочел послание, а после с силой запустил им в книжный шкаф, разбивая стеклянную дверь стеллажа.

— Поздравляю вас ребята. Зато теперь никому из вас не обидно. Вы теперь оба вторые, — с трудом сдерживая злорадный смех, сказал Витор.

Лениар молча поднял послание, отряхнув его от осколков стекла, спокойно прочел письмо и безымоционально сказал:

— По крайней мере, мы теперь знаем где она.

— И чем тебе это поможет? Попасть к нагам без пропуска трудно и опасно. Хочешь оказаться в борделе, или гареме? Через неделю у Марии день рождения, Ри не сможет не появиться там. Я надеюсь, мой старый друг Витор не откажет мне в такой малости, как приглашение на две персоны на это торжество.

— Ну что вы. Как я могу отказать двум будущим младшим зятьям, — сказал инкуб и снова рассмеялся.

* * *

Я проснулась на удивление рано. За окном только занимался рассвет, окрашивая комнату в золотисто-розовые тона. Риш спокойно спал рядом, но мое сердце снедала тоска по двум моим своенравным половинам. Они друг друга так и не смогли принять, а теперь несмотря ни на какие привязки, точно откажутся от меня. Я вспоминала медовые глаза и зажигательный танец дракона, мягкость белоснежных волос и запах парфюма Сейла, за столько лет ставший родным, и на глаза навернулись слезы. Я старалась поскорее взять себя в руки и не показать своей слабости, но Ришан уже открыл свои небесные очи и осторожно придвинулся ко мне.

— Так сильно скучаешь по ним? — тихо спросил парень. (3303c)

— А что? Еще и ты мне сцену ревности устроишь? — огрызнулась я.

— Нет. Ты так много для меня сделала, я хочу тебя просто обнять. Можно? — спросил муж. Я только пожала плечами. Наг заключил меня в кольцо своих теплых сильных рук, и стал гладить по голове, перебирая мои темные пряди своими когтистыми руками. Плотину моей сдержанности прорвало, и я разрыдалась как обиженный ребенок, поливая слезами шелковистую кожу мужа. Выплакав свой страх и обиду, я подняла взгляд и поцеловала Риша в щеку. Парень нежно взял мое лицо в ладони и поцеловал сначала опухшие от слез глаза, потом кончик носа и, едва касаясь, коснулся мягкими сладкими губами моих губ.

— Ты замечательная Ри. Не о чем не переживай, они не смогут от тебя отказаться. Я бы не смог, — сказал муж, как будто прочел мои мысли. Нет, во мне не разгорелась страсть или любовь, просто на сердце стало светлее, как будто кто-то стер мягким перышком пятно с души. Мы недолго посидели, наслаждаясь этой минутой тепла и покоя, а потом начался новый суетный день сборов в дорогу.