Глава 10

Милена

Я ждала, что Адмиралов задаст совсем другой вопрос. Даже не знаю, выдохнуть или бояться. Впрочем, тайна так давит меня изнутри… Я, наверное, сама хочу, чтобы он припёр меня к стенке. Но сейчас его интересует совсем не наша дочь.

— Мм… Нет. За кого?

У меня даже секса не было между ним и Ваней. Какой еще брак? Матвей шумно выдыхает, его черты заостряются. Он как будто получил безумно важную информацию. Смотрю на него с любопытством. Однако уже в следующую секунду понимаю, расслабилась я зря.

— Злата моя… — он переводит дух. — Это мой ребенок, Милена?

Вдыхаю, как перед погружением в ледяную воду. Понимаю, соврать не смогу. А правду сказать страшно до чертиков. Меня начинает трясти. Опускаю глаза, чувствую, Адмиралов смотрит в упор.

Моя дочка мечтает именно о таком папе. И он рядом с ней на себя не похож — мягкий, деликатный и простой, как мальчишка. Не хочу и не могу больше лишать их друг друга. Однако страх, который терзал меня все эти годы, никуда не уходит. Если он разозлится, если попытается разлучить меня с дочкой?.. На глаза набегают слезы.

Не успеваю сморгнуть их, как тут же лишаюсь кислорода. Матвей протягивает руку к моей талии и рывком притягивает к себе. Молчит, только крепко держит за спину. От его тела идет приятное тепло, меня отпускает дрожь. Не знаю, сколько бы мы так простояли, просто дыша друг другом. Но за дверью слышится шум.

— Милена, ты здесь? Что происходит?!

Иван толкает дверь, которую держит его брат. Матвей медленно отпускает меня и только потом ослабляет хватку.

— Здесь я, все в порядке, — отвечает он Ване.

Я стою, как будто опьяневшая. Мой жених внимательно смотрит на меня, на своего брата.

— А почему ты тут? Чего не заходишь? — Иван пытается прояснить ситуацию.

Адмиралов усмехается.

— Боюсь вам там натоптать, — делает паузу, — ладно, я поехал. Милена, спасибо за ответ.

Обнимаю себя руками. Думаю, что же делать дальше, но слышу за дверью голосок Златы.

— Мама!

Захожу в квартиру, дочка в прихожей. Взбудораженная.

— Мама, ты пошла гулять без Златы?

Господи. Беру малышку на руки.

— Нет, милая, конечно, нет. Ты долепила зоопарк?

Перед тем как пришел Матвей, Златка играла с пластилином. Кивает.

— Да!

Ставлю ее на пол.

— Ну-ка, давай показывай.

Иван тоже около нас. В другой момент он занимался бы своими делами, но сейчас его явно распирает интерес. Жених хочет знать, зачем приходил его брат. Когда Матвей позвонил, Ваня был в душе.

Обострять ситуацию скандалом между ними я сейчас не хочу. Матвей только наладил отношения с семьей, Ваня к нему тянется. Во всяком случае мы должны сначала решить всё с Адмираловым.

А по поводу меня… Хочу ли я сохранять отношения с Ваней? Внутри щемит грусть, когда вспоминаю наши счастливые дни. Но сердце колотится рядом с Матвеем, я не могу забыть про этот факт. С другой стороны, эмоции к Адмиралову такие нестабильные. Я то боюсь его, то убить готова. Еще недавно в его объятьях чувствовала себя настолько «дома». Сейчас же меня снова охватывает страх.

Даю себе время до утра. У Ивана завтра рабочий день, важная встреча. Он говорил, хочет выспаться. Поднимаюсь из-за детского столика, киваю жениху на кухню.

— Твой брат потерял какую-то карточку. Она вроде была в бампере телефона, которым играла Златка. Но я ничего не находила.

Ваня качает головой.

— Вот зачем он дал свою вещь ребенку?! Как неудобно.

Наливаю стакан воды.

— Он не злился. Сказал, посмотрит у родителей. Просто ехал мимо.

Иван вроде бы успокаивается.

— Хорошо, но за Златой нужно смотреть. И давайте сегодня не засиживаться долго.

Киваю.

— Да, конечно, пойду купать малышку.

Ваня кивает, идет разбирать постель. В квартире все равно висит напряжение. Делать нечего, я укладываю дочку спать.

— Мам, сказку про папу!

Если раньше я старалась рассказать такие истории, сейчас маленькая сама их требует. Скоро такая сказка может стать реальностью. Но вот какая она будет — добрая или страшная? Когда Матвей спросил про ребенка, агрессии я не почувствовала. А вспомнить его порыв обнять, согреть, успокоить, так вообще в животе порхают бабочки.

Златик засыпает, иду к Ивану. Тот, слава богу, тоже уже спит. Что Адмиралов имел в виду, говоря про замужество? Да, за эти годы я могла там побывать, ничего криминального. Не понимаю, какие в голове у этого мужчины мысли по поводу меня. Он не подлец, бережен с близкими. Бросается защищать ребенка, очень добр со Златой. Даже с подружкой, у которой язык как помело, он вежлив. Но именно ко мне в нем сидит непонятная злость. Это больно колет и заставляет все время быть в страхе.

Ложусь на бок на краешке постели. От Вани я всегда чувствовала только доброту, мягкость. С ним спокойно. Слезы наворачиваются на глаза от какой-то дурацкой жалости к себе. Почему у меня все не как у людей?..

Полночи пытаюсь выбрать вариант поведения, все бесполезно. Многое будет зависеть от того, как станет действовать Адмиралов. Насчет себя и Вани тоже нет единого решения. Я должна все ему рассказать… Но вот хочу ли сразу расстаться или попробовать сохранить нашу пару?

Утром не трогаю эту тему, у Ивана важные дела на работе. Да и мне нужно отвести Златку в садик и мчаться в свой маленький зал. У меня сегодня две группы и несколько персоналок. Вспоминаю, как Элла предлагала поработать у Матвея. М-да, будущая свекровь просто охренеет, когда узнает всю правду. И ведь она бабушка Златке…

В перерыве решаю позвонить маме. Что-то я совсем замоталась со своими проблемами. Как она еще отреагирует на новости… Мама знает, что Злата — дитя мимолетного романа. Только имя и фамилию ее отца я ей упорно не говорила. Боялась, она пойдет к Адмиралову-старшему. Из-за этого, кстати, мы поругались со старшим братом. Коля орал, что я выгораживаю мерзавца и хочу сесть им с матерью на шею. В общем, с мужчинами в этой жизни мне как-то не везло. Может, поэтому я так притянулась к добродушному Ивану.

Провожаю клиентку, сажусь в светлое креслице к окну и набираю маме. Она берет трубку не сразу, но потом я все же слышу родной голос.

— Да! Алло! Привет!

Улыбаюсь.

— Привет, мам. Как ты там?

Думаю услышать обычное «помаленьку». Но мама начинает бодро делиться последними событиями.

— Ох, Миленка, я боялась тебе звонить. Сильно только не ругайся, я к себе пригласила пожить Катю Матвееву.

Катя — двоюродная сестра по отцу. Сейчас у нее другая фамилия, но мама говорит по привычке. Ей, как и мне, нет тридцати, но у нее уже двое детей. Муж тоже прилагается, хотя все равно семья считает копейки. Но с чего вдруг родственники оказались у мамы?

— У них пожар был! — мама отвечает на мой немой вопрос. — Снизу алкаш заснул с сигаретой, вся копоть к ним ушла. Все живы и здоровы, но нужен ремонт. Хоть минимальный. Родственники у них только в деревне, а они оба работают. Старшая девочка в первый класс ходит. Малого они увезли к свекрови в село, а их я к себе пустила. Ну, надо помочь…

Я, конечно, и не думала возмущаться. Но вот мне, возможно, надо будет съехать скоро от Ивана.

— Да ладно, мам, ты все правильно сделала.

Мама выдыхает.

— У нас, слава богу, налаживается, — говорит она, и я прикрываю глаза, — а Катьку жалко. У меня даже давление подскочило, когда она позвонила. А вы чем занимались, что там Златик?

Перевожу дыхание.

— Все нормально. Были у Беляевых, Златка не болеет. Сегодня отдала ее в сад, сама на работе. Люди идут.

— Как хорошо, дочка.

Прощаюсь с мамой, встаю с кресла и подхожу к окну. На улице летит помесь дождя со снегом. Смотрю на подмокший мегаполис и думаю, как же я, блин, устала тащить всё на себе.

Заканчиваю рабочий день, забираю ребенка. Прикидываю, что, если что, легко сниму квартиру. Совсем маленькую, но это ненадолго. Катя съедет, я вернусь к маме. Мне почему-то кажется, Ваня не будет слишком горевать от нашего разрыва. Мы вместе больше года, но он толком не понял, что кроме приятного секса и беспроблемных отношений есть моя дочь и разные жизненные обстоятельства. Мне жаль, что так получилось с его братом… Но тут, видит бог, я ничего не могла знать.

Приезжаем, Ваня уже на квартире. Внезапно. Раздеваемся, проходим в комнату.

На кухонном столе букет мелких белых розочек, маленький мишка. Иван шуршит контейнерами — видимо, заказал в ресторане ужин. Решил сделать приятное? Господи, этим он только меня добьет. Но оказалось, не все так просто.

— Девчонки, привет, — лыбится Беляев, — это вам подарки. Мойте руки, будем кушать.

Златка хватает мишку, нюхает цветы. Счастливо щебечет. Еле увожу ее помыть ладошки, свои тоже ополаскиваю. Шагаю назад так тяжело, как будто к ступням привязаны гири. Иван уже накрыл на стол, подает мне бокал с белым вином.

— Помнишь, я говорил о возможности работать в Канаде? Так вот, именно меня приглашают.

Шумно выдыхаю, делаю судорожный глоток.

— Поздравляю, ты это заслужил, — говорю от души.

Ваня и правда молодец. Он был отличником во всех учебных заведениях, работает с восемнадцати лет. Сначала просто печатал и копировал документы, потом начал помогать спецам. После универа уже бегал по судам. Получил опыт, ушел юристом в IT-компанию. Позже сменил ее на более крупную, теперь заслужил перевод.

— Спасибо, малышка, — Иван тоже пьет вино и целует меня в щёку, — выезжать через месяц-два. За это время мы успеем пожениться, я удочерю Златку. Ты права, нам пора зажить своей семьей.

Ух-ты, с чего такие перемены? Я всегда мечтала именно об этом. Да что там, расскажи он мне такую новость месяц назад, я бы умерла от счастья. Примерно в это время Иван сделал мне предложение на свадьбе одного из своих друзей. Между нами образовался более-менее официальный статус, но конкретно женитьбу мы так и не спланировали. Я не подгоняла, хотела, чтобы Златка привыкла.

Но сейчас… Адмиралов не объявлялся сегодня, не знаю, что там у него за мысли. Однако я уверена, никакого удочерения Златы Иваном уже быть не может. А вот я…

Я должна откровенно поговорить с женихом. Но вот после озвучивания правды мне надо бы заявить о своей позиции. Я хочу отношений с ним и прошу понимания? Или желаю расстаться?

Мне трудно разрубить сгоряча союз, который я выстраивала по кирпичикам. Особенно теперь, когда у Ивана появились твердые мужские мысли. Но мне больно осознавать, что я бесповоротно откажусь от Адмиралова. Как будто он, черт возьми, у меня есть!

Ваня много говорит, делится планами. Я смотрю на дочку, которая шепчется с новым мишкой. Сейчас не время заводить разговор о ее отце — вдруг Ваня не сдержится? Устроит скандал, а Златка уже все понимает. И она так трепетно воспринимает все, что связано с папой…

Слушаю Ивана, пробую еду, вкуса которой не чувствую. Делаю обычные вечерние дела, укладываю ребенка. Возвращаюсь к жениху, он еще не спит.

— Мама, наверное, расстроится из-за поездки, — говорит он.

Пожимаю плечами.

— Родители будут горды тобой.

Ваня улыбается.

— Она будет переживать. Но я более-менее спокоен, Матвей обосновался в столице. Мама останется под присмотром.

— Да, у них хорошие отношения… — бормочу.

Ваня двигается, чтобы освободить мне место.

— Наладились, когда умер его отец. До этого она обижалась, что Матвей больше привязан к Адмиралову. Но я всегда знал, брат любит мать. Просто с отцом у них была особая связь, они очень похожи. Были.

У меня мороз по коже от таких рассуждений. Отца Матвея я видела один раз воочию, и потом несколько ночей не могла нормально спать. Инка решила показать мне, почему не надо сообщать Адмираловым о ребенке. А так как я тогда очень сильно переживала и металась, то пошла на поводу ее плана.

Семья Моржовых не бедная, но не сравнится с положением покойного Адмиралова. Однако они когда-то были соседями и сохранили знакомство. Пользуясь этим, Инна напросилась на встречу с отцом Матвея. Якобы у нее к нему есть огромная просьба.

Нам назначили прием в офисе, мы пришли вместе. В роскошном кабинете из темного дерева сидел крепкий, чуть сгорбленный мужчина. Да, внешне они с Матвеем были очень похожи. Он посмотрел на нас не очень добро, но понял, кто такая Инна. Велел быстро донести суть, у него мало времени. Инка затараторила.

— Моя подруга беременна, она не замужем. Папа сказал, у вас есть отдел благотворительности, можете вы ей помочь?

В меня уперся темный взгляд из-под кустистых бровей. Стало безумно стыдно… Вообще не знаю, зачем я туда поперлась. Но тут сыграл юный возраст и желание получить хоть какое-то представление о дедушке моего будущего малыша.

— Где отец? — спросил Адмиралов.

Инка пожала плечами.

— Маша боится ему сообщать, — для конспирации она назвала меня по-другому, — он может отобрать ребенка.

Адмиралов-старший потер ладони. Его губы плотно сжались, но через секунду он заговорил.

— Что в этом плохого? Если мать не в состоянии поднять ребенка, пусть это делает отец. Или она боится потерять источник для материальной помощи? Знаю я таких. Разговор с ними должен быть коротким.