15

POV Иван

Этот день претендует на звание одного из худших в моей жизни. Подумать только, такая подстава. Я творил вещи и похуже в двадцать лет, но не скрывал ни чьих детей.

Павлик. Сын. Забавный мальчуган. Мы с ним явно нашли контакт. Впрочем, как и с его матерью. До сегодняшнего дня мне так казалось. И что, мне теперь реальным отцом становиться? Но это смешно.

Все местные новости пестрят статьями о нас. В особо изощренных я совсем нехороший человек, бросивший беременную женщину, а она спустя пять лет пришла ко мне на поклон из-за нужды. Вторую часть они угадали.

- Твою мать! – нервы не выдерживают, швыряю кружку в стену.

- Иван Георгиевич, с вами все в порядке? – в кабинет заглядывает любопытная Алиса. Ее глазки так и бегают в поисках сплетни.

- Уборщицу пришли, - отвечаю хмуро, - и кофе, только на этот раз с молоком.

Хватит сердце крепким сажать. У меня впереди предвыборная гонка, а первый же газетный вброс так вывел из себя. И ведь Евгений не на конкурентов работает, ему просто хотелось денег. Тридцатилетний мужик не в состоянии заработать их самостоятельно.

Урод.

- Алло, Владимир? Мне нужно, чтобы ты кое-что сделал, - делаю звонок. – Нет, это не поводу статьи. Ребенок действительно мой, на клевету подавать не будем. Только если заткнуть сердобольных, которые считают, что это я кого-то кинул. Но сейчас не о том. Девушку развести с мужем надо. Да, ту самую, мать сына. Спасибо.

Отключаюсь и устало тру глаза. Мне нужен отпуск, а не это все. Но впереди один геморрой.

- Ваш кофе, - как всегда не вовремя заглядывает Алиса.

- Замечательно, уборщица где? – выгибаю бровь. – Или ты сама займешь ее место?

- О, эм, нет, - тушуется девушка, - сейчас придет. Там какие-то проблемы с санузлом на третьем этаже. Засор, кажется.

- Какая прелесть, - комментирую ехидно. – Неужели, у нас одна единственная уборщица? А директор и хозяин всего сущего в этом здании не может получить своевременную услугу?!

Не знаю, чего я срываюсь на Алису, обычно я так не поступаю. Но раздражает просто. Они все наверняка больше заняты обсуждением моей персоны сегодня, чем работой. Бесят работнички.

- Я сейчас пришлю кого-нибудь более расторопного, все сделаю, будет, - произносит отрывисто моя секретарша.

И ведь никогда не пользовал ее не по назначению, как у многих заведено. А все равно борзеет. Вон, до сих пор стоит, ждет чего-то.

- Алиса, вспоминаешь, где тряпки и чистящие средства лежат? – интересуюсь елейным голосом, отпивая кофе.

Хотя бы с напитком она не косячит. Но его испортить на самом деле трудно, работает кофемашина, а не Алиса.

- Ах да, извините, все сделаю, - она вздрагивает и быстро выскакивает в коридор.

Наконец-то ушла. Хоть одним полезным делом займется.

Все достали.

А пойду-ка я отсюда. Возьму выходной, ничего ни с кем не случится.

Допиваю в два глотка, громко ставлю кружку и выхожу из кабинета. Гори оно все синим пламенем на сегодня.

- Иван Георгиевич, вы надолго?

- Стена и тряпка, Алиса, - отмахиваюсь от нее и иду к лифту.

Не собираюсь я отвечать, пусть работают, а не филонят.

- Черт! – восклицаю в сердцах на улице.

Федор со Светланой. Другой машины на офисе у меня нет. Нужно исправить как-нибудь, а пока прогуляюсь, освежу голову. Все равно дома ждет чужая женщина со своим ребенком.

И зачем только я их к себе отправил? Может, и впрямь, стоило позволить уйти. Как уживаться трем незнакомцам под одной крышей? Я Анжелику ни разу на ночь не оставлял, а собирался жениться.

Зато теперь у меня постоянно будет девушка, с которой я даже не сплю, и веселый мелкий пацан.

Ладно, его можно оставить. Плейстейшн, наконец, распакую. Должен ведь кто-то приставку опробовать, раз мне все некогда.

Но что делать со Светланой?

- Я пришел! – громко кричу, заходя в квартиру. Но в ответ тишина. – Нормально, и где они?

Сумка с чемоданом есть, вроде не сбежали. Если только Света не ку-ку, чтобы уезжать в другой город совсем без ничего. Но не должна вроде, у нее же Павлик, о ребенке она бы позаботилась.

Прохожу в кухонную зону. Здесь домывается посула в машине. Странно, сегодня не день домработницы, неужели, Светлана прибиралась?

Открываю кастрюли на плите, которых с утра не стояло, а там…

- Еда... Надо же, - удивляюсь вслух.

Поел. Сижу, жду пропавших.

Если она думает, что раз накормила, то можно где-то шляться, то она ошибается. Тоже бесит. Но кружку об стену разбивать не буду, в прошлый раз слабо помогло. И Павлика пугать не хочу.

- Спасибо вам, Федор, ага, до свидания, - доносится до меня нежный голос.

Не знаю почему, но ее простая любезность с моим водителем раздражает.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Явилась – не запылилась! – произношу громко, чтобы обратить на себя внимание.

Она испуганно вздрагивает и медленно поворачивается ко мне.

- Иван Георгиевич, добрый вечер, - нервно теребит одежду и закусывает нижнюю губу. Зачем она это делает? В голове сразу возникают воспоминания интимного момента, как она стоит рядом и тоже мучает свой чертовски привлекательный рот, но только совсем не от испуга. – Мы заезжали к Полине, у которой жили, нужно было объясниться с человеком.

- И как, удалось? – насмешливо выгибаю бровь.

Ее блузка натянута на груди от излишне глубокого и быстрого дыхания, и так и приковывает мой взгляд.

- Да, спасибо. Вы поели? – она смотрит на кастрюли, словно видит в них спасение. – Если для вас эта пища слишком простая, вы скажите, я могу приготовить то, что вы любите.

- Светлана! – строго одергиваю ее. – Я тебя не кухаркой взял. К тому же, мне все понравилось, спасибо. Давно не ел нормальной еды.

- Рада, что угодила, - ее щеки краснеют.

Встаю из-за стола и подхожу к ней. Света до сих пор и шага не сделала, чтобы уйти с прохода.

- Светочка, - ласково провожу рукой по ее волосам, - мы, кажется, договаривались не выкать за пределами офиса. А теперь, я полагаю, нет смысла в официальном тоне и на работе. На моей фирме ты знаменитость.

- Я не хотела этого, - произносит она тихо и поднимает свои глаза.

Взгляд, как у милого испуганного бэмби. Такой же искренний и чистый.

- Я верю тебе, - склоняюсь над ней. Теперь между нами считанные сантиметры.

Я могу протянуть руку и прижать ее вплотную к себе. А потом, наконец, поцеловать манящие губы. Искра, она ведь между нами давно разгорается, и, если бы не Евгений, то на этих выходных я бы перешел черту. Я себя знаю.

Женя! Черт бы его побрал.

Разум снова застилает злость, и я с силой ударяю кулаком в дверь прямо позади Светланы. Она испуганно сжимается.

- Прости, - глажу ее по плечу, - я не хотел. Просто вспомнил твоего бывшего.

- А, это я понимаю, самой иногда хочется так сделать, - она робко улыбается. – Но когда мы с Павликом уходили, я осмелилась плюнуть ему в лицо.

- Моя ж ты храбрая, - я снова прикован к ее красивым глазам. – Знаешь, все могло бы быть по-другому.

Черт меня дергает на этот разговор. Зачем?!

- Не надо, - она торопливо прижимает свои пальчики к моим губам, - не стоит рассуждать об этом. Все сейчас так, как есть. И по-другому мы бы не встретились.

На секунду задумываюсь. Мне не хочется в ту версию событий, где Светы с Пашей нет в моей жизни, но зато никто не подставляет. И эта откровенность оглушает.

- Ты права, - произношу медленно, а потом целую ее пальчики.

Светлана смотрит завороженно, но руку не убирает, только чаще дышит.

Я слегка прикусываю ее нежную кожу, не прерывая зрительный контакт. Зрачки Светы расширяются, ей нравится, что происходит.

Кто знает, куда нас приведет эта невинно-опасная игра? Ведь стоит лишь протянуть руку и провести по телу Светы вот так. А потом наклониться, почувствоваться чужое мятное дыхание и смешать его со своим. Ну же, один рывок, и он поставит еще одну черту, очередное до и после в наших жизнях.